КРИВИЦКИЙ - ПАВЛОВА: ВЕРНЫЙ ДРУГ II

***

- Ириш… Ириш, - наклонившись к ней, Гена шепотом произнёс, - просыпайся… - Ген, какого чёрта! Будешь ни свет, ни заря, - проворчала Павлова, натягивая одеяло на плечи. - Я бы не будил, предупредить хотел, - начал он, оправдываясь. - Что-то случилось? – она приоткрыла глаза и щурясь, посмотрела на него, - уже в клинику пора? - Нет, еще не пора, - успокоил ее Кривицкий, и добавил, - я сейчас отъеду часа на два-три. Как освобожусь, перезвоню. Договорились? - Хорошо, - легко согласилась она, но втянув носом воздух, вылезла из-под одеяла, - так кофе пахнет! - А, да, я тебе принес, - и он присел на край кровати. - Кофе? В постель? - изумилась она и подскочила на матрасе. - Угу, хотел позавтракать с тобой, а будить не хотел, - он смущенно улыбнулся, - без изысков, конечно, тосты с джемом и кофе. На большее времени нет. Проспал. - Не удивительно! После вчерашнего, как вообще проснулись, - она уселась в постели поудобнее и приняла поднос с завтраком, - во сколько вчера угомонились, помнишь? - Сегодня, если точным быть. Около трёх, - он отхлебнул кофе и произнёс, - поэтому и хотел, чтобы ты ещё поспала. Не выспалась же… - Ты уже какую ночь не спишь? – перевела она разговор на него, - загнать себя хочешь? - Ты же знаешь, я привычный, - спокойно отреагировал он, но в душе ему было приятно, что она вновь беспокоится за него. - Привычный… мотор побереги, - напомнила она ему, откусывая тост со своим любимым клубничным джемом. - Приму к сведению, - кивнул он и поставил пустую чашку на поднос.       Она допила кофе и отдавая поднос, потянулась к нему с благодарным поцелуем: «Спасибо, Кривицкий!» Он, приняв грязные чашки, подставил гладко выбритую щеку и вставая, быстро произнес: «На здоровье! Ириш, я побежал. Опаздываю». В этот момент она чихнула. - Будь здорова! - отреагировал он, но она чихнула вновь, - Ир, ты чего? – уже выходя из спальни, он обернулся и подозрительно посмотрел на нее. - Ничего, всё нормально, - но не успев произнести последнее слово, она чихнула вновь. - Ты простыла? – насторожился он. - Не должна была. Может в машине продуло, когда возвращались, - предположила она и опять чихнула. - Черт, теперь проклинать буду себя и этот дурацкий пляж! - в сердцах чертыхнулся он и вернулся к кровати, - температуры нет? - Ген, успокойся, я всего пару раз чихнула, - сказала она, шмыгнув носом. Кривицкий напрягся еще больше: «Горло покажи». - Ген, ты, кажется, опаздывал. Все иди, я не при смерти, - она попыталась спихнуть его с кровати, потянув одеяло на себя и даже не думая, показывать ему своё горло, которое предательски пощипывало и как она теперь понимала, доставляло дискомфорт при глотании. Но если Кривицкий подорвался с самого утра и оповестил её, что ему срочно нужно уехать по делам, она не собиралась рушить его планы и жаловаться на то, что, кажется, она и в правду заболела. А ведь вчера ей было так хорошо с ним на этом пустынном пляже. Они до самой ночи не вылезали из теплой воды, уничтожили все припасы, которые он захватил с собой, валялись на теплом песке, любовались звездами и даже строили планы… Именно вчера она поймала себя на мысли, что не хочет никуда возвращаться, не хочет выходить на работу, хочет быть с ним. Пусть в этой чужой для неё стране, но рядом должен быть он. До её сознания начало доходить, она счастлива ни в Склифе вместе с ним, она счастлива с ним где угодно. - Не болтай глупости. Как тебя в клинику везти, ума не приложу. Покупались…, - пробурчал он, продолжая мысленно костерить себя за непредусмотрительность. Она приехала к нему и приехала отдыхать, а в итоге по его вине она простыла. - Успокойся, Ген. Ты чего так разнервничался? Вчера всё было великолепно. Это был один из лучших вечеров в моей жизни, - она попыталась его успокоить и сделать все, чтобы он не накручивал себя по её поводу. - Точно? – спросил он ещё раз, пытаясь удостовериться в искренности её слов. - Сказала, иди уже! Я еще посплю, - и она накрылась одеялом под самый подбородок. - Хорошо, постараюсь побыстрее, - он чмокнул её в лоб, и вставая с кровати, предупредил, - как освобожусь, позвоню.

***

      Он ничего не сказал ей о своих планах, но сегодня у него была встреча с владельцами клиники. Он должен был сделать всё, чтобы они отпустили его на все четыре стороны, в частности в Россию со своей будущей женой. Он не хотел больше тянуть ни одного дня, не хотел вновь выслушивать недовольства Егоровой, хотел закрыть этот вопрос раз и навсегда. Вчера он окончательно принял решение…       Он должен быть там, где ей хорошо, пусть это будет хоть космос, хоть Марианская впадина! Ничего не изменится для него, пока она рядом.       Он уже жил здесь без нее. Сначала тридцать лет, которые закончились стопроцентным крахом, затем последний год, когда ощущение полного одиночества и никомуненужности поглотили его. Он не хотел переживать это вновь.       Встреча с хозяевами клиники выдалась тяжелой и продолжительной. Кривицкому пришлось включить все свое обаяние, интеллект и даже еврейскую хитрость, чтобы добиться положительного результата.       В конце концов, получив желанное увольнение без отработок, возврата денег и неустойки за разрыв контракта, он вышел из офиса и вздохнул полной грудью.       Последняя неделя выдастся жаркой, ему придется попотеть в операционной, работая с VIP-клиентами, но два часа проведенные в кабинете начальства принесли свои плоды, и он был рад, что тяжелый разговор позади и, хотя он был немного опустошен, одно препятствие было преодолено. Один шаг к цели уже был сделан. Пути назад не было.       Он сел в машину и волнение за Егорову вновь начали заполнять его сознание. Прошло почти два часа с того момента, как он оставил ее дома. Набрав видеозвонок, он хотел убедиться, что с ней все нормально, и увидеть ее состояние. Ответ пришлось ждать долго, он уже хотел отключиться, как она ответила на звонок. - Ириш, спала? - спросил он. - Да, - прохрипела она и сама испугалась своего голоса. - Егорова, ты все-таки заболела, - скорее констатируя факт, чем интересуясь, произнес он. - Не накручивай себя, - попыталась успокоить его она, видя, что он окончательно скис, услышав ее хриплый голос, - пойду горло посмотрю. Может ничего страшного. Ты приедешь. - Конечно, только Геллер предупрежу, что задержусь…, - начал он. - Ген, не надо, если проблем много, езжай сразу в клинику, - она понимала, что у него рабочий день, который он не сможет отменить, - я разберусь, не маленькая. - Ты на сегодня моя главная проблема, - он озвучил факт, который невозможно было оспорить, - все, жди, скоро буду. - Кривицкий, лучше пораньше с клиники вернись. Я всё равно весь день в кровати проваляюсь, - попыталась убедить его Ира. - Ладно, понял. Постараюсь освободиться пораньше. Держись, Егорова! – и он отключив телефон, помчался в клинику.

***

      В клинике Кривицкий не находил себе места, видя его озабоченность и нервозность, Елена Авраамовна решила поинтересоваться в чем дело. - Да, все насмарку, - отмахнулся он, злясь на себя. - Что ни так? – подсовывая очередной документ на подпись, спросила Геллер. - Дурак я, - ставя закорючку на очередном листе, проворчал Геннадий. - Не поспоришь, – убирая подписанные листы в папку, она спросила, - что опять у тебя стряслось? - Ирина заболела, - вздохнул он и посмотрел на часы, нервно дернув ремешок на руке. Помощница хмыкнула: «Забавно. Заболеть она могла где угодно. Ты причем?» - Потому что я вчера её на Несут затащил и мы там проторчали до самой ночи. Чёрт! – он отпихнул папку с бумагами от себя, - романтики захотелось! Идиот! - И что теперь психуешь? – спросила Елена, видя, что он не находит себе место, - надо было позвонить, остался бы с ней. Я бы тебя подстраховала. - Не мог я остаться, Леночка, - он встал с кресла и подошёл к шкафу с документацией, найдя папку с договорами, швырнул её на стол. - Осторожней, Геннадий, - она отпрянула от стола, на который прилетела злополучная папка, - документы не виноваты. Успокойся! - Извини! Действительно, чего это я? – извинился он, покраснев и судорожного потирая шею, сказал, - сама же мне вчера сказала, что мой путь лежит в Россию. Сегодня встречался с владельцами клиники. - Серьёзно? – изумилась Геллер. Она не думала, что шеф так быстро возьмется за решение своего вопроса с переездом, - и какой вердикт? - Договорились, что до конца недели я отрабатываю всех VIP- персон и могу быть свободен, - оповестил он, - так что недельку придётся пожить в клинике. - Ире сказал? – зная Кривицкого, она была уверена, что он опять провернулся всё за спиной будущей жены. - Нет. Еще не сказал. Хотел в клинику ее после этого привести всех сотрудников собрать и оповестить. А она заболела. Дома даже толком лекарств нет, - с досадой произнёс он. - Тогда не задерживайся и после операций сразу домой. Я подстрахую, - предложила Елена. - Ага, как же домой! Сегодня встреча с поставщиками. Забыла? – напомнил он ей. - Я проведу переговоры, - попыталась предложить, как вариант, помощница. - Нет, не получится. Ты же помнишь, какой у них финансовый директор вредный. Я с ним лично договаривался. Еле-еле уломал и теперь он приедет, а меня не будет. Не хочу, чтобы перед моим уходом еще по этому поводу скандал был, - объяснил Кривицкий. - Слушай, шеф. Давай, сделаем всё проще. Ты сейчас идёшь на операцию, я еду за Ириной и привожу ее в клинику, - ее предложение было простым и логичным, - и ты со своими психами закончишь, и она под присмотром будет. Если надо, наши полечат. И про Россию тебе надо сказать. Иначе опять нагоняй получишь за то, что промолчал. - Да, это ерунда. Не привыкать! – улыбнулся Гена, - но от кофе я бы сейчас точно не отказался. - Никакого кофе! – отрезала Геллер, - полноценный обед будет через десять минут, потом разбежались по делам.