КРИВИЦКИЙ - ПАВЛОВА: ВЕРНЫЙ ДРУГ II

***

      Экскурсия на ослиную ферму была запланирована на вечер. Кривицкий прислушался к совету Карины и решил, что вечер с вином и музыкой под открытым небом деревеньки Скарину будет лучшим продолжением свадебного переполоха. Участники группового похода к осликам узнали о времени экскурсии только за завтраком и, радуясь перспективе поспать лишний часок в номере с кондиционером, а не тащится в самую жару к каким-то копытным, после общего завтрака расползлись до назначенного времени по своим норам.       В назначенное время к гостинице подъехал минивэн, и дружная компания отдыхающих и жаждущих очередных приключений расселась по местам, уступив первые места молодоженам. Добравшись до ворот фермы Дипотамос, разношёрстная группа вывалила из транспорта, перебрасываясь шуточками на ослиную тему. - Геннадий, спасибо, что ни на ослах добираться пришлось по жаре до фермы, - усмехнулась Геллер, - никогда не думала, что попаду на такую ферму. - Так и я не думал, - огорошил Кривицкий, - хотел просто Ирину удивить.       Супруга взглянула на него из-под лобья и процедила: - Считай, уже удивил. Такая идея могла только в твою ненормальную голову прилететь. Чем я провинилась, чтобы тут торчать? И сколько мы здесь пробудем? - Я не знаю. Карина, мы примерно здесь на сколько задержимся? – обратился он к девушке, которая мило болтала с младшим Кривицким и не особо вникала в недовольства некоторых членов группы. - Карина! – ещё раз обратился к ней Геннадий, - на сколько рассчитана экскурсия? - Вечерняя обычно до четырех часов, но вы можете быть здесь и дольше, - оторвавшись от наследника Кривицкого, оповестила она и добавила, войдя в образ гида, - не волнуйтесь. Вам понравится, гарантирую. А теперь за мной.       Первоначальный визит в миниатюрный музей киприотского быта не вызвал бурных эмоций. Интеллигенция была явна далека от доиндустриальной жизни деревенских жителей Кипра. Дальше было гораздо интереснее, сами загоны с добродушными и милыми созданиями. Купив в магазинчике плоды рожкового дерева, любимое лакомство осликов, взрослые люди превратились в восторженных детей, начав кормить животных.       Экскурсанты пришли в полный восторг, узнав, что у каждого осла есть своё имя. Работники фермы начали подбирать осликов для каждого. Для Ирины был выбран красавчик по имени Македонский, на котором настоял муж. Сам Кривицкий наотрез отказался подбирать себе транспортное средство, на что Ира язвительно заметила: - Все-таки пожалел скотинку? - Ой, Егорова, не начинай! Давай лучше усаживайся поудобнее и получай удовольствие, - он помог Ирине взобраться на Македонского, - тебе еще права получать, так что аккуратнее на поворотах. - А ты не со мной? Ты опять меня бросаешь? Кривицкий, у тебя вообще совесть есть? – возмутилась Ирина, понимая, что её муж остается на ферме, пока она будет наслаждаться живописными виноградными плантациями, цитрусовыми полями и оливковыми рощами. - Не переживай, я найду чем заняться, а ты мне фруктов по дороге нарви, - не обращая внимание на собравшихся, он поцеловал её в щеку и, погладив Македонского, добавил, - я ждать буду.       Он остался на ферме, пока другие отправились на прогулку. Кривицкий обошел ферму, побывав в гостях у страусов, мулов и прочей живности. Заметив, как работница фермы доит ослицу, Геннадия заинтересовало сие действо, и он решил попробовать. К его удивлению, ослица не стала возражать его попыткам, и довольно быстро у хирурга получилось стать дояром. Пока Кривицкий постигал азы новой профессии его группа вернулась с прогулки на ослах, переполненная эмоциями и впечатлениями.       Геллер первая заметила, что Геннадий занят ни тем, чем занимался в клинике. Подойдя к нему, она поинтересовалась: - Смотрю, ты зря время не терял. - Да! Представляешь? Даже не думал, что получится, - заулыбался довольный новоиспеченный дояр. - Шеф, такое ощущение, что ты на ферме вырос. Где научился? – поинтересовалась Елена. - Нигде. Сейчас посмотрел, как доили, попробовал и все. Целую чашку надоил. Пока вы катались и оливки пробовали, - заметив жену, он крикнул, - Ириш, иди сюда, давай, попробуй.       Она подошла к нему и изумленно спросила: - Я тебе доярка что ли? - Ир, давай руку, смотри! Это же просто, - он взял её руку и поднёс к вымени ослицы. Потянул пальцами за сосок, упругая струя молока брызнула в ладонь Иры. - Кривицкий! Фу, оно же липкое, - скривилась она. Гена засмеялся: - Зато полезное! Попробуй! - Сам пей. Даже не представляю, как его можно пить. На вид ужасное и пахнет…, - Ира сморщила нос.       Он встал и выпрямился, от долгого сидения на корточках затекли ноги и спина, но, не показывая вида, поднес чашку к носу и понюхал: - Ничего не пахнет. Зря, ты. Я старался…. Ну, как хочешь, я сам выпью. Буду молодым и здоровым, пригодиться сейчас, как никогда.       И, выпив залпом содержимое чашки, он вытер рот ладонью и затем, обтерев руку о штанину, крякнул: - Очень сладкое!       Приобняв женушку, Кривицкий интригующим голосом произнес: - Карина сказала, что здесь ещё магазинчик есть и там можно косметику купить. Пойдём?       Повернувшись к вернувшимся с прогулки, он поинтересовался: - Народ, а где мои обещанные фрукты?       Не услышав ответа, он делано возмутился: - Ну, нормально! Все пообещали, и никто не вспомнил. Эх, вы!       Группу догнал Яков с Кариной, которая торжественно вручила каждому водительские права на управление ослами, а Яков прогудел: - Гена, я про тебя не забыл! Держи, и он вытащил из льняной сумки ветку оливы и несколько лимонов. - Ты, настоящий друг, Яков! Ни то, что некоторые, - подмигнул Кривицкий и спросил у супруги, - Ириш, а ликер на ослином молоке попробуем? - Так и норовишь меня какой-нибудь гадостью напоить, - буркнула она. - Ир, я не пойму, тебе здесь не нравится? Или что-то беспокоит? – Гена не мог понять, почему жена опять ворчит. Все вокруг счастливы, радуются пуще детей, а она вновь остаётся недовольной и колючей. - Да, всё нормально, отстань, - она отстранилась от него и прибавила шаг.       Кривицкий оторопел, он не ожидал таких слов от своей жены. Поравнявшись с Геллер, он быстро пробормотал: - Лен, а что произошло? Что-то на прогулке случилось? Я чего-то не знаю? - Не переживай, всё нормально. Пусть одна побудет. Артём сегодня просто улетает, она хочет его проводить и не знает, как тебе сказать. Думает, что ты обидишься. — Вот же, Егорова, вредина! А когда вылет, не знаешь? – он посмотрел на часы, прикидывая, сколько еще времени они пробудут на ферме. - Кажется, часа три в запасе, - оповестила бывшая помощница. - Понятно. Прикроешь, если что. Попытаюсь всё разрулить, - и он прибавил шаг, чтобы догнать свою супругу.       Посмотрев ему вслед, Елена вздохнула и поделилась с мужем: - Говорила же, Ире, он все поймёт, скажи. Нет, уперлась как ослица. Хотя милейшие создания оказались. Ой, шеф, и что ты в ней нашел?       Яков прервал ее рассуждения, просто сказав: - В тонусе она его вечном держит, что тут не понятного.        Кривицкий нагнал Ирину у огромного оливкового дерева. Она разговаривала с сыном. - Ир, почему мне ничего не сказали, что Артём сегодня улетает? - Откуда узнал? – спросила она и, догадавшись, хмыкнула, - ну, конечно, Геллер, больше некому. - Не важно. Я разве бы не понял? Кажется мы теперь семья, - он уставился на неё с укоризной, ожидая, что она скажет в своё оправдание. - Ген, ты этой фермой мне все уши прожужжал, не хотелось тебе всё портить, - призналась она. - Господи, Егорова! Мы с тобой еще неделю здесь будем. Пообещай, что мы еще раз приедем сюда с тобой. Если надо, я с Кариной договорюсь. А сейчас давай на выход! И этот партизан тоже молчит. Как уехать отсюда, думал? – полюбопытствовал новоиспечённый отчим. - Хотел с Кариной переговорить, - план на взгляд Артёма был очевиден. - Еще один ненормальный! Сейчас машину ждать придётся. Вот семейка досталась! - Кривицкий, хватит ворчать! Лучше помоги! – она умоляюще посмотрела на мужа. - Нет, ну, здорово! А я чем, по-твоему, сейчас занимаюсь? – воскликнул он, привлекая к ним всеобщее внимание. Поняв, что обратил на себя внимание, он обратился к присутствующим, - друзья! У нас возник форс-мажор и нам срочно нужно покинуть ферму. Вы веселитесь, ужинайте, отдыхайте, а мы Артёма провожать отправляемся. Спасибо за понимание.       Среди присутствующих раздался гул легкого разочарования. Но Геннадию было не до настроения его друзей и родственников. Он уже общался с Кариной и извиняясь за непредвиденное развитие сюжета, просил её найти машину, которая домчала бы их до аэропорта. Он чувствовал ответственность за свою новую семью, и особенно он переживал за настроение своей жены. Времени оставалось в обрез.

***

      Проводив Артема, вечером, они сидели в уютном приморском ресторанчике, потому что Ирина честно призналась, что ужасно хочет есть, и Кривицкий решил, что вечер они должны провести вдвоём, раз уж так вышло с фермой. Сюрприза, увы, не получилось.       Потягивая коктейль, Ирина спросила: - Какие планы у нас на завтра? Куда ещё потащишь? - А ты куда хочешь? – не обращая внимание на её язвительность, осторожно поинтересовался Геннадий. - Если честно, я уже никуда не хочу. Хочу домой, в Склиф, - равнодушно оповестила Ирина. - Ир, ну ты что? У тебя за столько лет отпуск впервые выдался человеческий с морем, солнцем, вкусными ресторанчиками, а ты все о работе думаешь. Боишься, что подсидят опять или не справятся? – недоумение мужа достигло апогея.       В этот момент принесли заказ, и Кривицкий на какое-то время отвлёкся на содержимое своей тарелки. Паста с морепродуктами была восхитительна. - Да, нет. Просто устала, - ковыряясь в своей тарелке, бесцветным голосом произнесла она.       Кривицкий вздернул бровь в непонимании: - Устала отдыхать? Егорова, это что-то новенькое. Не надоело пахать? Толку от тебя сейчас в том Склифе чуть. Куда собралась-то с гипсом? - Руководить можно и с гипсом, - не сдавалась супруга, накалывая на вилку, запеченные на открытом огне, овощи. - Отлично! Хочешь руководить? Руководи! Один вопрос мне покоя не даёт. Для чего в таком случае тебе я? Если у тебя все мысли только о работе. Я, конечно, всё понимаю…, но я не понимаю твоего фанатизма оголтелого по поводу работы. Я тебе вообще нужен? У меня с каждым днем сомнений всё больше и больше по этому поводу. Целыми днями я слышу только одно. Работа, работа, Склиф, Брагин.       Кривицкий бросил вилку в тарелку и откинулся на стуле. Было ужасно обидно, что все его старания на этом острове радуют кого угодно, но только ни его жену. Завтра он хотел отправиться в уникальный природно-исторический экскурс в мир древнегреческой мифологии. Он думал, что это действительно будет интересно и познавательно, но, кажется, он ошибался. Кроме работы и Склифа, Ирину ничего не волновало. И теперь он даже не знал, как сказать ей об экскурсии. Не говоря ни слова, он встал и вышел из-за стола. Подойдя к официанту, он попросил рассчитать их заказ и, произведя оплату, вышел из ресторана, оставив жену доедать ужин в одиночестве.       Настроение было паршивым, аппетит пропал. И запрокинув голову, он уставился в звездное небо, думая лишь об одном. «Ну, почему же с ней так сложно! Ну, что опять не так? Хотел праздник устроить, а получаю одни попреки. Бред какой-то!» Вдруг он почувствовал её руку на своём плече. - Злишься? – её рука скользнула ниже и она, взяв его под руку, положила голову на его грудь. - Нет, не злюсь, - выдохнул он. - Обиделся? - И не обиделся, - он мотнул головой, - просто не понимаю. Неужели работа тебе дорога больше меня? Зачем тогда вытаскивала с того света? Зачем приехала? Зачем свадьба? Слова вчерашние зачем, наконец? - Всё-таки обиделся, - подвела итог она, - ну, прости, что не оправдала твоих ожиданий. Ты же знаешь, что я - трудоголик. - Ир, я не меньше твоего люблю свою работу, и ты это знаешь. Но сейчас я ради тебя всё послал к чертям и даже думать о ней не хочу. Я всё бросил ради тебя. У меня ничего кроме тебя нет. Ни работы, ни жилья, ни страны. Но я даже думать об этом сейчас не хочу. Я хочу только одного, чтобы ты, моя жена, была счастлива. А ты свою работу ни на секунду не отпускаешь. Это же ужасно! Как мы дальше жить будем? О чем говорить? – он начинал заводиться, хотя меньше всего он хотел выяснять отношения в свой медовый месяц. - Ген, ты прав! Сама себя за это ненавижу. Ну, не умею я отдыхать, понимаешь?! – выпалила она и осеклась. - Командовать, потому что не кем? – усмехнулся Кривицкий, - или что? - Не научилась в своё время и не до отдыха было. Пока Тема рос, Павлов по бабам бегал, некогда было думать о себе, - в её голосе он услышал грустные нотки. - А сейчас что мешает? Или может кто? - Даже не знаю. А знаешь, что, Кривицкий? Я на тебя тоже обиделась! — Это с какой радости? – Гена вытаращил глаза и молниеносно начал соображать, где он мог так крупно проколоться, что не он, а ему сейчас предъявляют претензии. - На ферме всё молоко выдул и даже попробовать не оставил, эгоист! - Чего? – ошалел он, - я же тебе предлагал! Ты сказала, что оно воняет! - Мало ли что я сказала! Мог бы хоть глоточек оставить! - Может, я тебе еще и Македонского зря подсунул? – хохотнул Гена. - Нет, было здорово. Сначала было непривычно, еще гипс этот, а потом было круто. И Македонский почти не останавливался, у других тормозили, они их подкармливали, а мой нет, - поделилась она, наконец, своими впечатлениями от прогулки на ослике. — Это потому, что я с ним беседу провел перед тем, как вам уехать. Он знал, что его лакомство у меня, - открыл секрет хорошего поведения осла супруг. - Кривицкий! Ты опять схитрил? – вспыхнула Ира. - Почему схитрил, просто объяснил, что он должен первым вернуться и не упрямиться, а я его ждать буду. Мы поняли друг друга, вот и все. - Ген, ты меня разводишь? Ведусь, как наивная дурочка, - она посмотрела на него с недоверием. - Не веришь? Тогда поедем на следующей недели опять, и я тебе покажу. - А поедем! Очень хочу посмотреть, как ты ему по ушам ездить будешь, - она крепче прижалась к его руке, - пошли в гостиницу! И знаешь, ещё что, Кривицкий! И ликёр я тоже буду! И крема все скуплю! Держись, муженек! Если хочешь, чтобы я отдыхала на полную катушку, потом не жалуйся! Понял? И ты мне не сказал, что у нас завтра по плану. - Надеюсь, завтра без моего ведома никто не улетает? А то может, сначала обход номеров сделать, уточнить? – полюбопытствовал он, подумав, что было бы не лишним выведать планы близких людей, чтобы опять не получилось, как сегодня на ферме.       Они практически дошли до гостиницы, когда с ними поравнялся знакомый минивэн и из него высыпали знакомые личности. Все они были в разной степени подпития, но все как один, с воплями радости и прекрасного настроения, бросились обнимать молодоженов. Самый тяжеленький из компании Яков вновь крикнул: «Горько!» Его выкрик был подхвачен остальными, и Гена с Ирой поддержали своим поцелуем маленькую традицию.       Непонятно откуда образовалась бутылка кипрского вина, которая была мгновенно открыта, ее разлили в пластиковые стаканчики, занятые у хозяев гостиницы, сыном Кривицкого и, осушив их без долгих раздумий и уговоров, народ поинтересовался планами на завтра. Услышав, что завтра будет не менее интересно, но довольно рано, отдыхающие решили, что лучше отправиться по кроватям, чем наслаждаться ночной жизнью острова.