Есть ли путь домой?: 1.Ты поймешь, что меня не сломить

      Зуко вцепился в край лодки так, что побелели костяшки пальцев. При каждом, самом крохотном крене, ему казалось, что она вот-вот перевернется, а он не был уверен, что сможет выплыть на этот раз.       Рядом рвано дышала Джин. Её плечо упиралось ему в спину. Между вздохами Зуко мог расслышать тихое бормотание — надо было дома оставаться… духи, не дайте мне умереть на этой лодке… — это было словно слышать свои мысли вслух, что нервы не успокаивало. В Зуко крепла уверенность, что сейчас что-то случится. Плохое. И они все умрут.       Несмотря на весь пессимизм, они добрались до «Ахлута». Панук зацепил пару свисающих тросов за лодку и потянул её вверх. Зуко видел, что кто-то на борту помогает выбирать канат.       Зуко никогда еще не был так счастлив при виде Ааке.       Панук выбрался на палубу и помог Джин, прежде чем поднял Зуко. Зуко собирался было запротестовать, но он смертельно устал и решил, что на этот раз стерпит унижение.       Усадив Зуко на койку, Панук сказал:       — Сейчас Раналок снимет эти кандалы, а потом Кустаа осмотрит тебя.       Зуко заторможено кивнул, стараясь держать глаза открытыми. Теперь, когда он оказался вне опасности, все часы Покорения и сражений с замками догнали его.       Я не могу заснуть. Я должен дождаться возвращения вождя Хакоды.       Несмотря на то, что эти слова безостановочно крутились в голове, Зуко, должно быть, всё равно задремал, потому что, когда он в следующий раз отрыл глаза, наручников уже не было, а Кустаа стоял на коленях рядом с койкой, осматривая повреждения на его руках и ногах.       — Тебе повезло, что ты такой худой, — добродушно сказал целитель. — Эти кандалы были тугими. Еще туже и они сломали бы тебе запястья.       — Я не худой, — ворчливо возмутился Зуко. — Мои запястья нормальные.       Целитель пожал плечами с таким видом, словно Зуко ошибался насчет размеров собственного тела. Мальчик чуть было не начал доказывать свою правоту, но вовремя понял, что это будет самый глупый и бессмысленный спор в мире.       — Не двигайся, — приказал Кустаа. — С твоими запястьями всё будет в порядке, но мне нужно обработать ожог на руке.       Зуко прикусил губу, пока Кустаа разматывал тряпку. Показалась раздраженная красная кожа, покрытая водянистыми волдырями.       — Всё не так плохо, — заметил целитель, открывая баночку с чем-то бледно-зеленым и студенистым. — Это снимет зуд.       Зуко сильней сжал зубы, пока мужчина колдовал с его раной. Ощущение желе на обожженной коже было странным — как будто по ладони провели грубой острой травинкой. Не больно, но всё равно вызывает мурашки.       — Через пару дней станет лучше, — сказал Кустаа, накладывая на ожог чистую повязку. — Ты был молодцом.       Зуко нахмурился. Он что, думал, что я буду плакать или что то вроде? Из-за пары синяков?       — Я не ребенок!       — Конечно, нет, — целитель серьезно кивнул, вставая и собирая свои вещи. — Отдохни немного.       Продолжая хмуриться, Зуко натянул на себя одеяло.       Он закрыл глаза — просто дать им отдых! Он не собирался спать! — и не открыл их, даже когда услышал, как заскрипел пол под приближающимися шагами. Знакомыми шагами.       — Токло, только тронь меня, и я тебе врежу! — прорычал Зуко, не глядя на посетителя.       — И тебе привет. — Зуко услышал глухой стук, когда Токло сел (или, вернее, шлепнулся на задницу) возле койки. — Если тебе интересно — все вернулись живыми, только Бато получил пару царапин. Покорители Земли с корабля использовали битые глиняные горшки в качестве оружия. Но, в целом, мы в порядке.       Зуко кивнул, чувствуя, как из груди уходит тяжесть:       — Это хорошо, — открыл глаза и повернулся на правый бок, чтобы видеть Токло.       — Кстати, не забудь сказать Джин «спасибо». Она сама пошла, чтобы тебя вытащить.       — Зачем?! — Зуко в ошеломлении заморгал.       — Внезапный порыв? — предположил Токло.       Зуко слабо кивнул:       — Хорошо… я поблагодарю её.       Он сел, подтягивая левое колено к груди. Некоторое время они с Токло молчали.       — Ты в порядке? — чуть погодя спросил Токло. Зуко посмотрел на него. — Ну, ты выглядишь… грустным. Не злым, не раздраженным, а просто… несчастным.       «Интересно, с чего бы это?» — подумал Зуко, глядя в сторону от Токло и с сарказмом поинтересовался:        — Перечислить списком всё то, что делает меня несчастным?       Чего он не ожидал, так это искреннего «Да». ***       Резко повернувшись, Зуко недоверчиво уставился на Токло, облокотившегося на край койки.       — Разговор может помочь, — пожал плечами старший мальчик.       Зуко несколько мгновений молчал, а когда заговорил, его голос сорвался, дав петуха, который наверняка можно было услышать на Луне:       — Ты спятил?! Я не собираюсь говорить с тобой о таких вещах! Низкий голос, ага?       Токло поморщился, словно ему на мгновение стало плохо. Зуко продолжил более спокойно:       — И как разговор может помочь?       — Я не знаю! Может, если сказать это вслух, найдется кто-нибудь, кто поможет с любой твоей проблемой…       — Мне не надо помогать! Мне надо, чтобы меня оставили в покое и дали поспать! — Зуко был раздражен: — Я провел весь день на ногах с переломом, и я хочу, чтобы побыстрей наступило утро, потому что я голодный, и если я усну, то завтрак…       Рука решительным жестом остановила речь Зуко, а её хозяин выглядел так, словно вот-вот заработает сердечный приступ.       — Ты голодный?! — в голосе Токло был ужас.       Сделав паузу в своей мини-тираде, Зуко нахмурился:       — Ну, да. Я пропустил завтрак, потому что Джин начало тошнить, помнишь? А потом всё завертелось…       Токло помрачнел:       — Ага… помню. Слушай, я сейчас принесу тебе еды. Нельзя спать на пустой желудок.       Мальчик закусил губу:       — А разве можно брать еду? — неуверенно спросил он.       Токло встал и одернул тунику:       — Нет никаких правил, запрещающих это. Никуда не уходи, я сейчас! ***       Зуко добрел до кухни как раз к тому моменту, когда Токло разогревал суп из водорослей, и начал со скрытым любопытством молча наблюдать, склонившись над столом.       — Держи, — Токло поставил перед ним миску. Зуко скривился, но начал есть. Почти не жалуясь.       — Почему у вас вся еда такая соленая? — проворчал он и Токло почувствовал себя практически польщенным тем, что Зуко настолько с ним комфортно, что он начал вести себя, как раньше.       — На Южном полюсе не так много приправ, так что обычно мы обходимся одной солью, — Токло сел за стол, помешивая свою порцию: — А этот суп, к тому же, варил Бато, а он вечно всё пересаливает.       — Ясно, — Зуко проглотил последнюю ложку и отодвинул пустую тарелку.       — Тебе лучше? — спросил Токло, опираясь локтем о стол. Зуко кивнул, едва сдерживая зевоту.       — Вот и хорошо, — Токло доел суп и встал. — А теперь иди спать.       — Ты мне не командир, — пробурчал Зуко, вставая и попираясь на костыль.       — На самом деле…       — Заткнись, — Зуко пригвоздил его взглядом и повернулся, собираясь идти в каюту, но на пороге замешкался:       — Ты можешь… передать остальным, что я сказал «спасибо»? — тихо сказал он. — Я не думал… не после того, что этот вам сказал…       — Это правда? — спросил Токло, чувствуя, как по телу бежит холодок. — Твой отец на самом деле…?       — Я заслужил это, — в голосе Зуко было напряжение. — Это было нужно, чтобы научить меня уважению.       Токло затошнило. Какой человек мог так поступить с — кем угодно! — но особенно с ребенком?! Со своим ребенком! И как Зуко — и кто угодно! — мог даже подумать, что заслужил это?!       — Зуко…       — Спокойной ночи, — дверь открылась и закрылась. Зуко ушел.       Токло собрал миски и попытался сосредоточиться на их мытье, наполовину сожалея, что вообще заговорил с Зуко на эту тему, а на вторую половину задаваясь вопросом, насколько это глупо — хотеть войти в тронный зал Повелителя Огня и воткнуть этому ублюдку копье в рожу. Очень глупо. Но мне было бы чертовски приятно это сделать.