Есть ли путь домой?: 1.Ты поймешь, что меня не сломить

      Экипаж беспокоился. Хакода мог это понять — они слишком долго были в плавание, во время которого почти нечего было делать, кроме как ждать. Младшие члены команды умели себя развлечь, но взрослые становились с каждым днем все раздражительней.       Хорошо, что скоро они будут в порту и проведут там несколько дней. Плохо, для Джин, что это было не то место, из которого просто отправиться в Ба Синг Се.       Но девочка не сильно переживала по этому поводу, когда Хакода сказал ей об этом:       — Я могу написать домой и объяснить, что задерживаюсь. Они поймут. Для них главное, чтобы я была в безопасности.       Хакода не сказал это вслух, но про себя он радовался, что Джин остается. Они так и не получили ответ от Повелителя Огня или генерала Айро и хотя, по словам Кустаа, нога Зуко почти полностью зажила, не было похоже, что он покинет корабль в ближайшее время. Было бы обидно для мальчика потерять одного из друзей, учитывая, что большая часть экипажа всё еще относилась к нему недоверчиво.       Вождь надеялся, что команда потерпит ещё несколько дней. ***       — … я хочу, чтобы вы все вернулись на «Ахлут» до наступления темноты, — инструктировал команду Хакода. — Не заблудитесь. И, Панук, Акела, держите детей подальше от неприятностей.       — Понятно, шеф, — согласился Панук. — Мы будем осторожны.       Вождь одобрительно кинул и махнул рукой:       — Ну, идите, не теряйте зря времени.       Когда они спустились на пристань, Джин с улыбкой спросила Зуко:       — Пойдешь со мной покупать ведро?       Зуко привычно сдвинул бровь к переносице:       — Ведро? Зачем?       — Я не могу Покорять Землю без земли, а ведре её хранить лучше всего, — объяснила девочка.       Это имеет смысл. Зуко кивнул:       — Хорошо, пойдем.       — Придется подождать с вашим ведром, — заявил Панук. — У нас другие планы!       Зуко напрягся, а Джин нахмурилась:       — Какие планы?       Акела закатила глаза:       — Панук, что я тебе не раз говорила? Что ты выглядишь полным гадом, когда вот так обламываешь людей. Скажи нормально, чтобы они поняли. Тут недалеко есть классное место для плавания, и мы собирались провести там весь день, даже если сморщимся, как морской чернослив, — раскрыла их замысел девушка.       Зуко не понял. Разве они родом не с Южного полюса, где слишком холодно, чтобы лезть в воду? Они вообще умеют плавать? О чём он напрямую и спросил:       — Кто нибудь из вас умеет плавать?       — Да! — тон Токло скорей звучал, как «Нет». — Ну, теоретически. Дома не так много мест для практики…       Джин спрятала лицо в ладонях. «Согласен», — подумал Зуко.       — Это маленькая речка, ладно? — возмутилась Акела их реакции. — Мы не будем лезть туда, где глубоко. Мы не дураки!       «Я бы поспорил», — Зуко опять удержал свои мысли при себе.       — Может, мы сначала пойдем с Джин за покупками, чтобы потом не ходить по магазинам мокрыми? — «Не верится, что приходится это объяснять почти взрослым людям, которые присматривают за нами». — Идите без нас, мы вас потом найдем.       Панук и Акела обменялись скептическими взглядами. Зуко постарался не хмуриться. Он работал над этим с тех пор, как Токло сообщил ему, что у него «серьезный случай «стервозного лица».       — Мы не планируем заблудиться или что-то вроде этого, — продолжил Зуко. — Здесь всего пять улиц. Мы справимся.       Панук сдался:       — Хорошо. Но за главного остается Джин. Не смотри на меня так — она старше и, без обид, гораздо ответственней.       Жестоко.       — Ладно, ладно, — Зуко предпочел уступить, а не спорить, иначе Панук упрется и не отпустит их. — Пойдем, Джин.       — И, вы двое, чур, не целоваться в переулках! — закричал Токло, когда они уходили. Панук и Акела смехом поддержали этого идиота.       Зуко считал, что заслужил награду за то самообладание, которое потребовалось ему, чтобы не придушить Токло. Он схватил Джин за руку и потащил за собой прежде, чем её арестовали за тройное убийство, которое она, похоже, была готова совершить. ***       В магазине не было ведер. Их не было и в трех следующих магазинах, которые они обыскали до последней полки. Джин начинала думать, что этот город просто не знаком с концепцией «ведра». Это даже в мыслях звучало нелепо, а уж тем более, когда она произнесла это вслух (о чём Зуко немедленно сообщил), но другого объяснения отсутствию ведер она не находила.       По крайней мере, удалось отправить письма дяде и тете в Ба Синг Се, так что поход не был совсем уж пустой тратой времени.       — А сумка не подойдет? — спросил Зуко, разглядывая выставленные в витрине ранцы и кошельки. — Её удобней носить с собой, чем ведро.       — Это лучше, чем ничего, — согласилась девочка. — Посмотрим, что я смогу себе подобрать, когда разберусь с этим.       Она обнаружила в продаже несколько свитков по Покорению Земли и теперь выбирала самый интересный, стоящий денег, которые за него придется отдать. Джин взяла с собой немного средств из дома, но и эти медяки уже кончались.       — Если у сумки будет несколько отделений, то ты могла бы отделить землю от камней и тренироваться в Покорении с разными материалами, — рассуждал Зуко.       — Хорошая идея, — согласилась Джин. — А еще я смогу носить там свои вещи.       Зуко пробормотал что-то похожее на «ага, целую кучу вещей», но Джин сделала вид, что не заметила тонкого намека на её скромное имущество.       — Как думаешь, что круче — грязевой смерч или каменные доспехи? — вместо этого спросила она.       Зуко честно задумался:       — Скорей у тебя будет доступ к грязи, чем к камням, достаточно большим для доспехов, — наконец, выдал он.       — Ага, — Джин тоже так думала. — А интересно, большой грязевой смерч можно считать Покорением Воздуха?       Зуко закатил глаза:       — Нет!       — Как я и подозревала, — Джин вернула продавцу свиток каменных доспехов и пересекла магазин, что бы посмотреть сумки. Зуко последовал за ней с видом телохранителя, в каждую секунду ожидающего, что из-за низких стеллажей выскочат карлики-убийцы. У него сделался обиженный вид, когда Джин отвлекла его вопросами о сумках:       — Что думаешь об этой?       Скептический взгляд:       — Швы слишком слабые. Ты не сможешь положить в неё много вещей.       — А что насчет этой?       — Из чего эта ручка? Она тут же врежется тебе в плечо!       — А э…       — Джин, она оранжевая!       — Ты так говоришь, словно я всю твою семью оскорбила этой несчастной сумкой!       Наконец они сошлись в выборе и отнесли на прилавок сумку и свиток.       — Семь медяков, — сообщила продавщица и Джин, обрадованная низкой ценой, расплатилась.       — Это была хорошая сделка, — заметила девочка, засовывая свиток в свою новую сумку. — Как думаешь, ты выдержишь еще один магазин? Мне нужно кое-что из вещей…       Зуко без энтузиазма хмыкнул:       — Если уж я смог пережить поход по магазинам с дядей…       — Так держать!       В ответ Зуко закатил глаза и забормотал что-то совсем уж неразборчивое, пока Джин тащила его к магазину одежды. ***       — Мне кажется, что серое платье выглядит неплохо. Не понимаю, почему тебе оно не нравится? — ворчала Джин, пока они с Зуко шли по дороге.       — Я не сказал, что мне оно не нравится, — нетерпеливо огрызался Зуко. — Я сказал, что оно непрактичное, что покороче под брюки было бы лучше!       — Поздно, я его уже купила!       — Я не говорил тебе не покупать его! Я предлагал выбрать что-нибудь более функциональное!       Это на самом деле было разумное предложение и к нему стоило прислушаться!       — Ой, всё! — Джин толкнула дверь в небольшой магазин. — Пойдем, это последний магазин. Посмотрим, что тут есть.       У Зуко не было другого варианта, как просто последовать за ней. ***       Джин оглядела маленький грязный магазинчик и почувствовала, как по спине пробегает дрожь. На первый взгляд всё казалось нормальным — просто захолустная чайная — но мрачные тени в углах невольно привлекали взгляд. Немногочисленные посетители совершенно не походили на торговцев.       Зуко определенно думал так же. Он подошел ближе, а его дыхание стало глубже и более размеренным, чем до этого.       — Ты всё увидела, что хотела? — прошипел он сквозь зубы.       — Будет странно, если мы развернемся и уйдем сразу после того, как вошли, — прошептала Джин в ответ.       — И что? Мы и так выглядим странно!       «Справедливое замечание» — подумала Джин. — «Девушка из Царства Земли и парень из Царства Огня вместе заходят в чайную. Похоже на начало анекдота»       — Мы просто выпьем по чашке чая и уйдем, хорошо? Это не займет много времени, — попыталась она смягчить ситуацию, проходя вглубь зала.       Зуко издал неразборчивый, но определенно раздраженный звук и пошел за ней к стойке.       Неразговорчивый официант принял у них заказ на две порции жасминового чая, даже не поздоровавшись при этом, и после недолгого ожидания поставил на стойку чашки. Джин потянула Зуко в угол, где и села, предварительно незаметным движением убрав грязь со столика.       — Это место грязное, — взгляд Зуко метался по чайной. — Я тут ничего пить не буду.       — Твоё дело, но немного грязи еще никому не повредило, — девочка философски взяла чашку.       — Ты говоришь, как Покоритель Земли.       Джин напряглась, услышав голос позади себя, и застыла с чашкой у губ. Взгляд Зуко больше не обшаривал комнату, а сфокусировался на точке над плечом девочки и сдвинулся вправо, после того, как раздался звук шагов по полу в ту же сторону.       Периферийным зрением Джин уловила край темно-коричневой одежды.       — Даже если она Покоритель Земли, тебе какое дело? — кулаки Зуко, лежащие на столе, сжались.       Над головой Джин раздался грубый смех:       — Простое любопытство. Осталось не так много Покорителей Земли в этом городишке, — в поле зрения девочки появилось еще больше коричневого, а стул заскрипел, подтаскиваемый к их столику: — Меня зовут Чен-Гон.       — Иди со своим любопытством в другое место! — Зуко был сама тактичность.       — Что два маленьких ребенка делают одни в порту?       — Не твое дело! — огрызнулся Зуко, сверля взглядом незнакомца.       — Армии Земли нужны Покорители. Ты, девочка, — Джин наконец подняла глаза от чашки и встретилась с холодными зелеными глазами. Под тонкими усиками змеилась тонкая улыбка, — выглядишь примерно на призывной возраст, а если ты достаточно хороша в Покорении, то всем будет плевать, что ты девочка.       — Она не заинтересована…       — Молчать! Я уверен, что у девочки достаточно самоуважения, чтобы не позволять проклятой пепельнице решать за неё! — рыкнул мужчина на Зуко. Тот вздрогнул и нахмурился. Джин могла видеть струйки пара, выбивающиеся между его пальцев, от вскипевшего пота.       — Вообще-то, мы с моим кузеном ждем здесь своего дядю, — как можно убедительней заявила она, нацепив в подтверждение свою самую широкую и искреннюю улыбку. — Мы должны встретиться с ним до заката. Мы путешествуем, чтобы найти мне учителя, потому что, боюсь, моё Покорение отвратительное. У меня не было возможности учиться из-за войны, понимаете? В армии мне пол не доверят драить, не то что Покорять.       Чен-Гон подозрительно прищурился:       — Ваш дядя?       Джин кивнула, одновременно всеми доступными незаметными способами пытаясь подать сигнал Зуко, чтобы тот не молчал, а помог ей:       — Кстати! Вы не видели нашего дядю?       Мужчина выглядел слегка сбитым с толку:       — Откуда я могу… Как выглядит ваш дядя?       Взгляд Зуко метнулся к двери, его правый глаз слегка расширился:       — О, я уверен, что ты бы запомнил ДЯДЮ КУСТАА, если бы увидел его! Его очень трудно не заметить!       У Чен-Гона и Джин было одинаково озадаченное выражение лиц, когда входная дверь распахнулась.       — Ну, конечно! То-то мне показалось, что я слышу голоса своих любимых племянников!       У Джин отлегло на сердце, когда она услышала голос целителя. С другой стороны Чен-Гон окончательно запутался:       — Вы их дядя? — с огромным сомнением спросил он. — Как, демоны возьми…       — Мой отец был моряком, два моих брата пошли по его стопам, — Кустаа, сияя довольной улыбкой, сел на стул, на спинку которого опирался Чен-Гон. — В результате они нашли себе жен вдали от дома, на разных концах мира, и эти союзы, пусть и не совсем обычные, подарили мне моих дорогих племянников — Джин и Ли!       — Я… — Чен-Гон выглядел смущенным.       — А теперь, мои дорогие племянник и племянница, — Кустаа встал. — Помнится мне, что мы договаривались встретиться с вашими родителями до полудня.       — Э-э-э-э… да, конечно, договаривались! — Джин вскочила. — И мы ужасно опоздали! Прости, дядя, мы совсем потеряли счет времени!       — Все в порядке, но нам надо возвращаться, — Кустаа подал руку Зуко и помог ему подняться. — Хорошего дня, …?       — Чен-Гон, — слабо выдавил мужчина. — И вам хорошего денечка.       Джин и Зуко смогли выдохнуть, только выйдя из чайной.       — Спасибо! — широко улыбнувшись, сказала девочка.       — Да, спасибо, целитель Кустаа, — несколько официально подхватил Зуко.       — Ты имеешь в виду — «спасибо, дядя Кустаа», дорогой племянник? — уточнил Кустаа.       — Нет! Это Джин придумала для прикрытия!       — Это ты сказал, что Кустаа наш дядя, — поправила мальчика Джин.       — Заткнись!       — Могу поклясться, что сам слышал, как вам велели держаться подальше от неприятностей, — заметил Кустаа.       — Мы и держались! Это Джин захотелось чаю! — Зуко рассвирепел окончательно.       — А остальные где?       — Пошли к реке. Мы договорились встретиться там.       Кустаа пощипал переносицу:       — Я бы хотел услышать полный рассказ, но мне еще надо пройтись по магазинам. Так что идите, но чтобы больше никаких остановок по пути!       — Да, сэр, — сказала Джин, закусывая губу. Кустаа покачал головой, повернулся, что бы пойти по своим делам и бросил на прощание через плечо:       — Я ожидал большего от своего племянника и его подруги.       Зуко выглядел готовым взорваться. Джин спустилась с крыльца и зашагала вниз по дороге:       — Давай, Ли! — позвала она.       Сзади раздалось громкое рычание, полное непонятных (но определенно нецензурных) слов, топот и только потом Зуко присоединился к неё.       — Он не мой дядя!       — Я этого и не говорила.       Зуко снова зарычал, глядя в сторону. От его ладоней валил пар.       Я когда нибудь его пойму, да?