Детектив уже мёртв

      —      Какие-то они не сладкие, — промычала Сиеста, набив рот почищенными мною яблочными дольками.       —      Тебя с ложечки кормят, а ты ещё и выпендриваешься. Есть ты, кстати, и сама можешь. И нарезать могла самостоятельно, между прочим.       —      У меня боевые ранения.       —      Так руки то у тебя целы!       —      То есть тебе не в радость обо мне заботиться? — она состряпала жалобную мину.       —      Э-эх… — вздохнул я, — Ну конечно в радость.       Её лицо засияло.       —      Но и наглеть тоже не нужно.       После стычки с Хелл Сиеста сломала обе ноги, а я оказался временно слеп на левый глаз. Пока что мы находимся в гостинице, прикреплённой к больнице в другом городе, но мы здесь до поры до времени, пока Хелл не выйдет на наш след.       «Как ты мог заметить», — говорила мне Сиеста, — «Она похожа на меня, потому что сделана по моему образу и подобию. Она в буквальном смысле чувствует, где я нахожусь, так она нас и находила».       Сейчас нам остаётся только бегать от неё, пока не придумаем, как её одолеть. Скорее всего, пока она у нас на хвосте, другие полулюди на нас не нападут, значит и денег у нас пока не будет. Чую, начинаются сложные времена. А главное, пока жива Хелл, наши шансы выжить уверенно стремятся к нулю.       —      Как думаешь, сколько ещё времени уйдёт на твою поправку? — спросил я у Сиесты.       —      Врачи говорят, ещё неделю, не меньше.       —      Пока ты в таком состоянии, от Хелл бегать будет проблематично.       —      Ну, о ней уже больше недели ни слуху ни духу, так что…       —      Так что с каждым днём вероятность её объявления всё выше, — перебил я её.       —       И то верно.       Вновь повисла тишина.       Уже больше недели мы в таком напряжённом состоянии, всё ждём, когда же она появится.       Ни о чём другом думать не выходит. Нас окутывает страх за свои жизни и за жизни друг друга.       —      Видимо SPAS всерьёз взялись за твоё убийство, — усмехнулся я.       —      Что-то мне подсказывает, что их приоритеты слегка изменились.       —      В смысле?       —      Ну, теперь они хотят не просто убить меня, но и забрать мои способности.       —      И каким же образом они решили это сделать?       —      При помощи Хелл.       —      А она может красть способности?       —      Нет, но она может забрать себе моё сердце. Видишь ли, за мои предсказания будущего и кровь, отменяющая мутации отвечает сердце. Так как Хелл сделана такой же как я, то моё сердце легко ей приживётся. Таким образом SPAS и планируют сохранить мою способность в своих руках.       —      Весело…       То есть, если SPAS заполучит способность предсказывать будущее, то их уже никто не сможет остановить.       —      Ладно, — я встал и начал одеваться, — Скоро вернусь.       —      Куда это ты?       —      Поищу яблоки по слаще.       Сиеста хихикнула.       —      Да ладно, я же пошутила.       —      Ничего, прогуляюсь.

***

      Долго расхаживая по рынку и расспрашивая разных продавцов, нашёл крупные красные яблоки. Плохо разбираюсь в сортах, но меня уверили, что они очень сладкие. Взял восемь штук, надеюсь, этой сладкоежке хватит.       В гостиницу я решил вернуться, немного срезав через дворы и переулки.       Проходя через один из них, я наткнулся на что-то странное.       Посреди тёмного переулка стояла коробка, в которой спала девочка лет двенадцати с длинными блондинистыми волосами.       ...       М-да…       Находочка…       Я присел подле неё и присмотрелся.       Она мирно посапывала в этом тёмном и безлюдном месте.       Это такая ловушка для педофилов?       Я огляделся по сторонам в поисках полиции или хоть кого-нибудь, кто бы мог присматривать за этой девочкой. Спереди и сзади меня были лишь тёмные проёмы, выходившие на оживлённые улицы. Люди спешно проходили мимо, не обращая на меня никакого внимания.       Одета довольно-таки порядочно и опрятно, значит, бездомной она быть не может.       Может она потерялась и прилегла отдохнуть?       Или от неё родители так избавились?       Пока я рассуждал про себя, в коробке послышалось шевеление. Девочка привстала, томным взглядом посмотрела на меня, затем осмотрелась вокруг и спокойно сказала:       —      На меня сейчас нападут.       Что?!       Кто-то хочет напасть?       Я медленно оглянул оба выхода на улицу. Ничего нового и никого подозрительного я там не увидел.       —      Что ты сказала? — полушёпотом переспросил я у девочки, опасаясь, что кто-то услышит.       —      Я говорю, на меня сейчас нападут.       Я потянулся за пистолетом, спрятанным за поясом, продолжая озираться то вперёд, то назад.       А что, если нападут не со стороны улицы, а, скажем, с крыши?       Я посмотрел наверх.       Чистое небо и провода, перекинутые с одной крыши на другую.       Кто-то может напасть на эту беспризорницу, или же кто-то хочет напасть. Плюс ко всему, она об этом знает.       —      А кто должен напасть? — спросил я всё так же тихо.       —      ТЫ!!! — завопила девочка на всю улицу.       —      Я?!!       Она поспешно отползла от меня на столько, на сколько позволяли габариты коробки, не отрывая от меня пристального и испуганного голубоглазого, как у Сиесты, взгляда.       —      С чего бы мне на тебя нападать? Да и зачем?       —      Откуда я знаю зачем?! Мало ли, что у вас маньяков в голове твориться!       —      Так я ещё и маньяк?       —      Конечно! Кому ещё взбредёт караулить спящую девочку! А ещё у тебя глаза нет! Точно маньяк!       —      Есть у меня глаз, он под повязкой, она медицинская. Да и вообще, ничего, что ты разлеглась прям на улице?       Она ещё раз осмотрелась по сторонам. Видимо, в первый раз до неё не дошло, где она.       —      А как я здесь оказалась?       —      А мне то почём знать? Ты что, не помнишь, как здесь оказалась?       Она на секунду призадумалась.       —      Нет, — растерянно промямлила она.       Вдруг её живот громко дал понять, что она голодна.       —      Я есть хочу.       Хех, быстро же она переменяется, только что боялась, а уже есть просит.       —      Погоди, а какое последнее событие ты помнишь?       Она отвела взгляд и опять задумалась.       —      Ничего, — произнесла она это слишком спокойно.       —      Как это ничего?! А что… — громкое урчание её живота перебило меня.       —      Я есть хочу, — повторила она.

***

      —      Как тебя зовут, хотя бы, помнишь?       На мгновение она перестала жевать вручённое мной яблоко и вновь уставилась в стену, шерстя свою память.       —      Нет, — вновь сказала она куда спокойнее, чем стоило бы, и продолжила грызть яблоко, — Очень сладко.       —      Это хорошо, что сладко, я именно такие и искал.       За несколько минут разговора с ней стало понятно, что у неё, скорее всего, амнезия. Она буквально ничего не помнит, ни как сюда попала, ни своего домашнего адреса, ни своего возраста, ни даже своего имени. Угораздило же меня на неё наткнуться.       —      Э-эх… И что же мне с тобой делать?       —      Не знаю, — отрешённо ответила она, продолжая хомячить.       Я вижу, как минимум, два решения: отвести её в полицию, и пусть уж с ней там как-нибудь сами разбираются, либо же отвести к Сиесте, обрекая себя на лишнюю головную боль.       Я украдкой взглянул на неё.       Она потеряла память, сидит в незнакомом месте с незнакомым парнем и трескает его яблоки, но ни страха, ни, хотя бы, волнения не видно на её довольном от трапезы лице. Уж чересчур она спокойна для такой ситуации.       Она откусила ещё кусочек яблока.       Погодите…       Мне кажется, или яблоко стало больше?       Да, действительно, это же уже другое яблоко.       —      Эй! Ты что, уже новое взяла?       —      Угу, — промычала она, не переставая жевать.       —      Я тебе только одно разрешил.       Я потянулся за пакетом яблок, но, по-моему, он стал куда легче. И дело даже ни в одном или двух съеденных ею яблок, пакет стал на порядок легче.       Я заглянул внутрь и увидел одни лишь огрызки. Семь штук основательно погрызенных остатков, до самых косточек, на них вообще мякоти не осталось.       —      Ты что, уже всё стрескала?!! Да когда ты успела?!!       —      Я есть хотела.       —      Я тебе вообще только одно предлагал!       —      Но я голодная была.       —      Да понимаю я, но хоть какие-то рамки приличия можно и соблюдать! Они вообще не для тебя предназначались! Сиеста ж разозлится.       —      Прости, — даже прощения она просит безучастно.       Я не вижу в её глазах раскаянья.       —      Не передо мной извиняться надо.

***

      —      Сиеста! Ты где? — прокричал я на весь номер.       —      На кухне! — послышался её голос.       Я пошёл к источнику звука и увидел очень редкую и необычную картину: Сиеста что-то готовила.       —      Чего это ты тут делаешь?       —      Да вот, подумала, раз уж ты решил сходить за лишними яблоками, то почему бы не сготовить из них пирог. Если тебе так нравится со мной нянчиться, то неплохо было бы и мне тебя как-то порадовать.       —      Ну надо же, я три года с тобой нянчился, и только сейчас ты решила что-то дать взамен.       —      В битвах с полулюдьми нянчилась с тобою я.       —      Битвы с полулюдьми происходили, дай бог, раз в месяц, а работу по дому я делал ежедневно. Как-то несправедливо получается в процентном соотношении.       —      Вот я и решила что-то сделать. Кстати, ты как раз вовремя, тесто уже готово, осталось только яблоки нарезать, давай их сюда, в этот раз сама почищу и порежу.       —      А-а, ах-ах-ах… тут такая ситуация вышла… в общем…       Не успел я договорить, как на кухню забежала моя необычная находка, которая наконец-то смогла разуться.       —      Здравствуйте, — произнесла она, завидев Сиесту.       Сиеста несколько секунд посверлила её взглядом полным непонимания, затем посмотрела на меня.       —      Это ещё кто?

***

      Сиеста с показательно наигранным удовольствием отведала кусок простого жареного теста, что в её планах должно было стать яблочным пирогом, и запила это кипячёной водой, то должен был быть чай, который я забыл купить ещё вчера.       —      М-м, какой пирог вкусный получился, и как с эрл греем сочетается, просто сказка — сарказм Сиесты так и лил через край.       —      Да всё, всё, не подкалывай.       —      А ведь и правда, пирог и без яблок вкусный, — с восхищением добавила наша гостья.       —      Между прочим, он без яблок именно из-за тебя.       —      Но он правда вкусный даже без них, попробуйте сами.       Я скептически потянулся за кусочком и отведал его.       Хм, а ведь и в правду неплох, хоть это, по сути, просто тесто.       —      Ух ты, действительно хорошо получилось, — похвалил я Сиесту.       —      Только представь себе, каким он мог бы выйти с яблоками, — съязвила она.       —      Да не я тому виновник!       —      А кто же ещё? Эта маленькая изголодавшаяся девочка, оказавшаяся на улице и потерявшая память? Которую прикормил яблоками какой-то подозрительный тип и увёл её к себе домой, — Сиеста с наигранной жалостью посмотрела на эту «бедняжку».       Эта самая «несчастная» уплетала пирог за обе щёки, даже не слушая нас. Видимо, действительно изголодалась. Авось жареное тесто смешается в её желудке со съеденными ранее яблоками, и получится эффект как от съедения яблочного пирога.       —      А если серьёзно, — Сиеста опять посмотрела на меня, — Ты ведь уже и сам догадался, что с ней может быть?       —      Неужели тот самый наркотик?       —      Скорее всего.       —      Что-то я сомневаюсь, что она может быть наркоманкой.       —      Её вполне могли накачать наркотиками.       —      Зачем?       —      Ну… чтобы она, к примеру, забыла о чём-нибудь и никому не рассказала.       —      Что же ребёнок может такого ужасного кому-то рассказать?       —      Например, об… растлении…       Я с серьёзным лицом посмотрел на Сиесту.       Жуть какая, даже думать об этом не хочу.       —      Не смотри на меня так, я просто предполагаю.       Хотелось бы возразить «Какие ужасные у тебя догадки», но ведь эта догадка вполне имеет место быть.       —      Но ведь у неё полная амнезия, разве тот наркотик не вызывал кратковременные потери памяти?       —      Обычная доза для взрослого человека для ребёнка будет велика. Соответственно и памяти сотрётся больше.       Что мы пока имеем, потерявшаяся девочка с амнезией, которую, предположительно, … нет, скорее, с которой совершили неправомерное действие, накачали наркотиками, чтобы она обо всём забыла и никому ничего не рассказала, и бросили на улице.       —      Погоди, а чего это мы только наркотики рассматриваем как причину? Амнезия возникает не только от них. А то что-то уж слишком мрачная картина вырисовывается.       —      Ну, черепно-мозговую травму можно смело отметать, голова у неё, как видишь, цела, ни шишечки, ни царапинки, инсульт маловероятен, слишком мала, от асфиксии пострадала бы не только память, на больного Альцгеймером она тоже не похожа, вот и остаются только наркотики. К сожалению, Кими, в жизни бывает и мрачно.       Всё ещё о худшем думать не хочется.       —      Хорошо, и что же будем с ней делать?       —      Для начала было бы неплохо разузнать у полиции, поступали ли в последнее время заявления о пропаже.

***

      —      Кимидзуко! Смотри, вон яблоки! — тянула меня наша потеряшка за рукав во фруктовый отдел.       —      Ну и что что яблоки?       —      Давайте возьмём, и в этот раз Мисс Сиеста приготовит настоящий яблочный пирог.       —      Нет, мы пришли за овощами, не будем же мы пирогом ужинать.       —      Но овощи такие невкусные, — заблеяла она.       —      Зато полезные, нельзя же всё время сладостями питаться.       По дороге из полицейского участка мы зашли в магазин за продуктами для ужина.       За последнее время поступило немало заявлений о пропаже людей, но никто похожий на найденную мною девочку не пропадал.       Как-то устал я уже называть её просто девочкой, может уже имя её дать?       —      Слушай, — обратился я к ней, — Как бы ты хотела, чтобы мы тебя называли? Какое бы имя ты для себя выбрала?       —      Даже не знаю… а какие есть?       —      У тебя настолько сильно стёрта память, что даже не помнишь ни одного имени?       —      Нет.       Удивительно, что она вообще помнит, как есть и дышать.       Даже не знаю какое имя ей предложить.       Маленькая девочка с длинными золотистыми волосами и голубоглазыми, словно аквамарин, глазами. Единственная моя ассоциация с такой внешностью – героиня «Алисы в стране чудес».       —      Как насчёт Алисы?       —      Алиса?       —      Ну или производные от него: Алеса, Аликса, Эллис, Алисия…       —      Алисия! — перебила меня она.       —      Понравилось Алисия?       —      Да, очень.       —      Ну, так тому и быть.

***

      —      Заявлений не поступало? — удивилась Сиеста.       —      Говорю же, поступали, но никого похожего на Алисию, — я временами посматривал на варящуюся морковь.       —      Алисию? Ты что, дал ей имя?       —      Ну да, а что? Сама хотела?       —      Ты знал, что это формирует привязанность? Потом будет сложно с ней расстаться.       —      А ты предлагаешь её постоянно местоимениями называть?       —      Можно было бы позывной дать.       —      Можешь считать, что «Алисия» - её позывной, если тебе так спокойнее.       Так, надо морковку помешать.       —      Я так полагаю, ночевать она останется у нас, да? — отвлекла меня Сиеста.       —      Ну а что ещё с ней делать?       —      А куда её ложить ты подумал? У нас всего две кровати.       —      Ну, очевидно, что не со мной.       —      Естественно, это даже не обсуждается.       —      Значит, будет спать с тобой.       Морковка. Помешать.       —      Я больной человек, со мной никого ложить не рекомендуется, может мне вред причинить, — опять она меня отвлекла.       —      Ну и куда тогда?       —      Почему бы не на твою кровать?       —      Ты же только что сказала, что это даже не обсуждается.       —      Не обсуждается спать с тобой, а не на твоей кровати.       —      Не вижу разницы.       —      Разница в том, что спать ты будешь на полу, причём в коридоре, а не с ней в комнате.       —      Что, даже в твоей нельзя?       Морковка. Морковка. Морковка.       —      А если нагрянет Хелл, куда мы денем Алисию? — поинтересовалась Сиеста, — С собой заберём?       —      Придётся.       Если нагрянет Хелл, нам придётся бежать, причём как можно дальше и как можно в более неочевидное место. Но и Алисию забрать тоже придётся, хотя, очевидно, что если у неё и есть родственники, то они находятся именно в этом городе. Если мы увезём её отсюда, это сродни похищению. Надо как можно скорее найти её родителей.       —      Кими, а ты морковь не передержал?       Я взглянул в кастрюлю с ни разу так и не помешанной мною морковкой.       Она переварилась, мягкая и разваливается.       —      Эх-х… передержал.

***

      —      Фу-у, морковка невкусная, — заныла Алисия.       —      Кими просто её слегка переварил.       —      Если бы во время готовки никто не отвлекал разговорами, я бы не переварил.       —      Если бы обладал многозадачностью, тоже не переварил бы.       —      Ну простите, что я не Гай Юлий Цезарь.       —      Отвратительно, — Алисия тыкала вилкой в морковь, вернее в массу, что от неё осталось, — Кимидзуко всегда так готовит?       —      «Да», «Нет», — сказали мы с Сиестой одновременно.       —      Мисс Сиеста, ваш приог был в разы вкуснее. Кимидзуко, лучше бы вы меня послушали и взяли яблоки, мисс Сиеста приготовила потрясающий пирог.       —      Мы уже это обсуждали.       —      Тебе что, так понравился мой пирог? — спросила у неё Сиеста.       —      Очень! Хочу, чтобы вы ещё что-нибудь такое приготовили.       —      Ну хорошо, в следующий раз что-нибудь сделаю.       —      А почему все мои просьбы что-нибудь приготовить всегда игнорировались?       —      Так ты и так хорошо до этого справлялся.       То есть нужно было просто однажды оплошать с готовкой? Всего то?