Помни меня

- мы не можем утверждать достоверно, поймите. - этот приступ сильно повлиял на общее состояние... - всхлипывания каких-то людей сопровождали палату. Еле приоткрыв глаза, я слышала отдалённые голоса, которые звучали около меня. Слов было не разобрать. Я чувствовала лишь только то, что очнулась, но хоть как-то пошевелиться или что-то сказать у меня не выходило. Словно все силы высосали и мне оставалось лишь только лежать. - смотрите - я услышала, как голоса стали ближе ко мне, а об кровать что-то стукнулось. - динамика появилась. Я слегка приоткрыла глаза и увидела бело-голубой цвет, которым кажется была покрыта стенка. Но глаза сразу же закрылись, поддаваясь тяжести век. - милая, ты слышишь нас? - через силу, я постаралась снова открыть глаза и увидела рядом сидящую маму, которая сильно переживала, а на ней и лица-то не было. Кажется, она плакала? Увидев мою реакцию, на её лице проступила улыбка, но мои глаза снова закрылись, и я провалилась в сон. Проснувшись снова, через какое-то время, я почувствовала, как могу шевелить пальцами, а глаза открываются уже без определенной силы. Открыв глаза, в них сразу бросилась всё та же бело-голубая стенка, рядом висевший телевизор, белая тумбочка. Повернув свой взгляд влево, я увидела рядом сидевшего парня, который опустил голову вниз и было непонятно, что это за человек. Но это был точно не Леон. На нём была голубая футболка и чёрные шорты. Волосы растрёпаны и чёлка, свисающая вниз. В руках у него был телефон, а на дисплее переливающиеся картинки. Видимо, он что-то смотрел и уснул. Попытавшись пошевелиться, я слегка подтянула тело вверх, чтобы поудобнее лечь и хоть немного растрясти онемевшее тело, которое пролежало в одном положении непонятно сколько времени. Зрение уже пришло в норму, я стала видеть всё чётче, мышцы окрепли и я чувствовала, как тело приходит в норму. В палате стояла тишина и доносились лишь звуки с улицы, где стояла жизнь. Я посмотрела ещё раз на парня и решила позвать его, становилось весьма неловко. - эй - слегка прикрикнула я ему, и парень сразу же услышав, пошевелил телом и выронил телефон, который некрепко держался в его ослабевших руках. Он поднял свой взгляд на меня, и мы встретились глазами. - ты? - на моём лице появилось удивление, а парень улыбнулся. - ты очнулась - он прильнул к моей кровати, а я слегка дернулась, отдалившись от него. - прости, не хотел пугать. Ты как? - неплохо. Что ты тут делаешь? - ты помнишь, что произошло? - я кивнула в знак согласия - я тогда шёл к другу и увидел компанию девушек, которые кого-то избивали. Я не знал, что это ты. Я тогда спугнул их, и они убежали. Ты была почти без сознания. Ну я и вызвал скорую. А уже тут - он опустил глаза, а его лицо стало грустнее - уже тут, когда тебя привезли, тебя сразу отвезли в операционную. Я позвонил твоим родителям. Они приехали. Меня не пускали к тебе, сказав, что нельзя. Твои родители сказали мне ехать домой. Я уехал, но несколько часов назад я приехал снова и сидел с тобой, ожидая, пока ты очнёшься. И вот, ты наконец очнулась! - на его лице снова заиграла улыбка. - Энтони, что ты знаешь о моём состоянии? - мне хотелось узнать, не рассказали ли ему врачи или родители, о моём заболевании. Меня удивлял тот факт, что Энтони тут, со мной. Но как бы я не хотела ему верить, я всё равно не доверяла ему. Он может всем рассказать, если всё знает. - мне ничего не сказали особо. Лишь только то, что у тебя многочисленные ушибы. И потеряла ты сознание от боли. – «фух, спасибо всем, кто не рассказал ему о настоящей причине моего обморока» пронеслось у меня в голове. - Милен, почему те девушки избивали тебя? Я ведь видел среди них девушку Леона. - она просто приревновала его ко мне. - я слабо улыбнулась, пытаясь скрыть боль под этой улыбкой. - ты же понимаешь, что это обязательно нужно будет рассказать Леону? - нет! Не надо! Ему не нужно знать об этом! Я не хочу портить их отношения - я опустила глаза, потому что они начали заливаться слезами - просто, не нужно. Я должна всё решить, не привлекая его к этому. - но это же неправильно! - Энтони, какая к чёрту разница, правильно это или неправильно? - я начала повышать голос, а с глаз спустилась слеза – Леон счастлив с ней, зачем всё портить? Не смей ему рассказывать, ты меня понял? - я почувствовала укол в сердце и понимала, что мне нельзя было нервничать. - ладно, только не нервничай. Я ничего никому не расскажу, обещаю. - он встал с кресла и подошёл к двери. - ты слишком хорошая для него. Не могу даже слова передать, как ему повезло - он открыл дверь и вышел, а я даже не успела ничего сказать. С моих глаз упала слеза. Ладонью я приложилась к сердцу и нащупала клапан, который был приставлен к нему. Закрыв глаза, я постаралась успокоиться, судорожно вдыхая воздух. Мне стало неудобно перед Энтони. Ведь я даже не сказала ему спасибо за помощь. Какая же я отвратительная. Я не могу рассказать Леону об этом. Он ни с кем никогда не встречался больше недели. А тут, он нашёл девушку и встречается с ней довольно давно. Значит, что-то у него к ней есть. Я понимала, что это девушка отвратительна, особенно за свой поступок, но, а что, если он с ней счастлив? Я понимала, что не смогу быть с ним, так зачем мне тогда влезать в их отношения? Сердце разрывалось на кусочки от мыслей, что я не смогу быть с ним. Но если такова судьба, то зачем всё усложнять? Дверь отворилась и вошёл врач. - молодой человек сказал, что вы пришли в сознание, как ваше самочувствие? - доктор смотрел глазами в бланк и что-то в нём разглядывал. Я быстро вытерла слёзы. - всё в порядке. - безразлично ответила я, всё ещё думая о нём. - так, давайте мы вас осмотрим - доктор начал осматривать моё тело и записывать в свой блокнот наблюдения, показанные на медицинском оборудовании рядом. - я скажу, что показатели вполне нормальные. Не идеальные, но жить можно. - скажите на чистоту, сколько мне осталось? - выпалила я, смотря ему прямо в лицо. Доктор смотрел на меня, не зная, что ответить. - поймите, такое невозможно определить с точностью. Но этот приступ сильно повлиял на ваши показатели. Я даже удивлен, что вы настолько быстро восстанавливаетесь, после такого. - он задумался - я скажу вам только одно - он присел рядом и поправил свои очки - после этого случая, показатели изменились не в лучшую сторону и теперь проверяться придется чуть чаще, чем обычно. Но вы не переживайте так, вам это категорически запрещено! А пока отдыхайте. - он встал и вышел из кабинета. Я закрыла глаза, пытаясь успокоиться. Я давно смирилась со своим положением, но сейчас...сейчас мне казалось всё кошмарным. Когда ты живёшь, не зная таких кошмарных бед, то ты не беспокоишься о завтрашнем дне. Ты беспокоишься о каких-то мелочах и тебе не приходит в голову вообще, что уже завтра тебя может не стать. Врач никогда не скажет тебе полностью правду, особенно в твоём положении, когда тебе нельзя волноваться. Родители тоже. И ты будешь жить в неведении. И только когда всё ухудшится, вот только тогда тебе скажут правду. И это несправедливо. А несправедливо в этой ситуации вообще всё! Я открыла глаза и оглядела свои руки. Всё в синяках и кровоподтеках, боже. На это было даже страшно смотреть. Я боялась снять одеяло и посмотреть, что же было на моём животе, куда попадали многочисленные удары. Дрожащими руками я опустила одеяло и подняла больничную кофту. Я закрыла рот рукой, пытаясь сдержать крик, который так и хотел вырваться из моих уст. Прикусив зубами ладонь, я провела рукой по местам, на которых находились раны. Да, именно раны, на которые были наложены швы. Проводя по нежной бархатной коже, я чувствовала боль, даже от легкого прикосновения. Надавив на одну рану, я чуть ли взывала, прикусывая со всей силы ладонь. Я опустила кофту и снова накрылась одеялом. В голове прошла мысль, сколько я вообще тут пролежу? Я боялась, что много, от чего я пропущу ещё какое-то время своей жизни, совсем не наслаждаясь ей.