catalogo di Mandela

       У всех ведь есть какие-то странные привычки и странные нелюбимые действия, да? Ну вот, например, Арс никогда не любил спать, повернувшись лицом к стене. Всё потому что в возрасте примерно десяти лет парень начал бояться оборачиваться ночью и смотреть на то, что происходит за его спиной. Он не понимал, почему это казалось чем-то страшным для него, но он обвинял в этом ещё тогда неокрепшую детскую психику, которая «перенесла» страхи уже на взрослого человека. Увы, это не так важно. Сейчас важно другое, а именно то, что Арсений впервые был благодарен тому, что уснул лицом к стене, ведь проснулся он не один.        Вам знакомо ощущение, когда вы просыпаетесь и почти всем своим существом чувствуете, что на вас сейчас смотрят? Живот начинает тянуть от тревоги, которая возникла без ведомой на то причины. Дыхание начинает учащаться от накатывающегося волнами страха. Волосы прилипают ко лбу от того, что начинает выделяться пот. Руки, ноги немеют. Всё тело прошибает ознобом и мурашками, причём настолько сильно, что становится даже больно от слишком частых вздрогов. Голова начинает раскалываться и кружиться от переизбытка негативных эмоций. Грудь сдавливает от боли. В голове творится какой-то ужас, девяносто процентов которого составляют мысли вроде «а что, если я себя убью?» или что-то в этом роде. Вам знакомо? Я надеюсь, что нет. Такого никому не пожелаешь. Но именно с таким «набором радости» и проснулся Попов. И сказать, что это ужасно - значит, ничего не сказать.        — Я в твоём доме.        Арс вздрогнул всем телом от шёпота, который был уж слишком громким для такого рода речи. Или же это подростку так казалось из-за того, что эту фразу прошептал ему прямо возле уха, отчего он почувствовал ещё и чужое дыхание.        Хоть брюнет и упирался лбом в стену и чисто физически не мог увидеть того, что находилось за ним, но он всё равно не открывал глаза, чтобы точно обезопасить себя. Конечно же, этого не было достаточно, но всё же хоть какое-то чувство безопасности он смог создать.        У Арсения руки трясутся от тремора, вызванного страхом, но он всё равно поднимает ладони и прижимает их к своим ушами, чувствуя при этом ледяное касание чего-то потустороннего к своей коже.        — Я знаю твой самый большой страх.        Голубоглазый даже не сразу понял, что по его щекам текут слёзы - настолько сильно он пытался забыться. Конечно же, ничего у него не получилось. Он всё ещё чувствовал холод. Всё ещё сжимался в клубок от тревоги. Всё ещё зажимал уши руками так сильно, как только мог. Всё ещё боялся. Всё ещё хотел, чтобы это закончилось.        — Открой глаза и это всё прекратится, - словно прочитав мысли младшего, прошипело существо, касаясь своими «щупальцами» оголённого локтя парня, из-за чего тот вскрикнул. Это создание было холоднее, чем лёд, и от этого пугало.        Попов ещё никогда так быстро не вспоминал всё, что вообще знал об злоумышленниках. В голове путались воспоминания о том, что говорили в программе и что ему говорил Шастун. Это были словно две абсолютно разные вселенные, которые противоречили сами себе и никак не могли воссоединиться из-за разногласий. И благодаря всему этому подросток вообще понятия не имел, что ему делать. К счастью, решение пришло само, стоило ему только вспомнить о тех двух источниках информации, от которых Арс всё и узнавал об альтернативах.        Точно.        Шастун.        Так, вспоминай давай. Ты ведь специально записал его в контактах так, чтобы он был самым первым в списке, верно? Телефон под подушкой, ты его там всегда кладёшь. На телефоне у тебя отпечаток пальца стоит, пароль не нужен. Контакты у тебя в левом нижнем углу. Антон Андреевич первый в списке. Кнопка вызова в правом верхнем углу. Чего ждёшь?        Арсений в ответ на собственные мысли лишь жалобно проскулил и действительно потянулся с закрытыми глазами к тому месту, где у него всегда лежал телефон. Осталось молиться, чтобы тот не оказался разряжен.        Благо, телефон, когда Попов коснулся пальцем в нужное место, издал радостный писк и, судя по звуку, разблокировался. Жаль, что гаджет не будет дальше подавать признаки того, что его владелец делает всё правильно.        — Шастун не сможет тебя вечно спасать. Он такой же, как и ты.        После этой фразы Арс вновь вскрикнул, но уже от резкой боли в районе шеи. То, что нависало над ним, потянуло его за плечо, укладывая на спину, после чего парень словно почувствовал, как сверху на него что-то садится (причём это что-то являлось каким-то ледяным гигантом, ведь причину такого холода невозможно было объяснить), а затем его схватили за шею. Дышать голубоглазый мог, но боль от того, как обжигающе холодные «руки» сжимали нежную кожу, была адская. Не смотря на это, Арсений всё равно нажал на левый нижний угол телефона, где должна была быть иконка контактов. Оставалось лишь надеяться на то, что подросток действительно всё правильно помнит и ему действительно удастся позвонить Антону с закрытыми глазами. Если же нет, то придётся терпеть, пока мужчина не вернётся домой. Как подсказывало чутьё голубоглазого, случится это явно не в ближайшее время. Да и даже если Шастун вернётся через полчаса - Попов до этого времени точно либо задохнётся, либо замёрзнет (причём второе более вероятно).        — Говорят, у тебя очень красивые глаза. Покажешь?        Брюнет зачем-то отрицательно покачал головой и с облегчением вздохнул, услышав со стороны телефона гудки. Услышав то же самое, злоумышленник злобно рыкнул и рывком прижал Арса лицом к стене, не убирая «рук» с его шеи и начиная душить. Подростку же не оставалось ничего, кроме как прижать телефон к уху одной рукой, а второй пытаться ухватиться за то, что так яростно терзало его глотку.        — Алло? - по голосу было понятно, что Шаст уставший и не совсем склонен к общению, но услышав тихие всхлипы по ту сторону телефонной связи, он обеспокоенно переспросил: - Арс? Что такое?        — Антон Андреевич, - Попов правда хотел выпалить всё и сразу, но стоило ему только произнести имя своего сожителя, как неизвестное существо оттянуло его за волосы, непонятно зачем царапая его шею. Благодаря этому с губ подростка снова сорвался крик, но глаза он так и не открыл. - Он в комнате и я не знаю, что мне делать.        — Кто «он»? Что происходит, Арс? - кажется, хоть Шастун ничего и не понимал, он всё равно засуетился и принялся собираться, скорее всего, домой.        — Злоумышленник, - Арсений, почувствовав хоть немного свободы в связи с тем, что его отпустили, вжался в угол кровати и сильнее зажмурил глаза. Да, он мог бы сейчас встать и побежать куда-то, где ему будет безопаснее (а такие места сейчас.. везде!), но на подсознательном уровне голубоглазый прекрасно понимал, что если он сейчас поднимется с кровати, то ноги его держать совсем не будет. А даже если удастся пройти несколько метров, то всё равно он во что-нибудь да врежется - к сожалению, если он смог позвонить кому-то с закрытыми глазами, ещё не значит, что ходить он так тоже умеет. - Блять, Антон, я задыхаюсь, мне больно и холодно. Скажите, что мне сделать, чтобы стало легче, прошу.        — Ни в коему случае не слушай его. Слушай только мой голос и не смей отключаться. Я через пару минут буду, - после этих слов зеленоглазый обратился к напарнику с весьма короткой просьбой: «Поз, блять, подмени, буду должен», а затем снова вернулся к Арсу. - Ты ведь не открывал глаза, правда?        — Не открывал, но это мало помогает, - когда к оголённой из-за задравшейся футболки и спавшего одеяла вновь прикоснулось что-то ледяное (не трудно было догадаться, что именно), Попов зарылся свободной рукой в свои волосы и с силой оттянул их, чтобы вернуть своему разуму способность адекватно думать. - Вы же мне поможете?        — Помогу. Всё будет хорошо, поверь, - судя по нескольким матерным словам, слетевшим с губ Шастуна, он успел обо что-то споткнуться. Значит, точно спешит. - Ты справишься, веришь? У тебя всё получится. Только не слушай его.        После этого Антон точно что-то говорил, это было более чем очевидно. Вот только Арсений его не слышал. В этот момент сущность, что мешала ему спать (да и жить, собственно говоря), оказалась прямо у уха парня. И тогда началось то, чего и врагу не пожелаешь.        Арс понятия не имел, о чём пытался ему поведать злоумышленник. Этот шёпот был настолько быстрым и тихим, что разобрать что-то было просто невозможно. Да и младший не особо горел желанием разбирать, так как сейчас он был занят совсем другим. И нет, не Антоном, а своими мыслями, которые звучали громче всех в этом мире.        Убей себя. Здесь нет места для нас двоих.        Убей себя, так всем будет легче.        Если ты умрёшь, Ира сможет наконец-то жить спокойно, не таща тебя и твои проблемы за собой, как балласт.        Если ты умрёшь, Антон Андреевич сможет продолжать жить так, как ему нравится, а не зависеть от живущего в его квартире ребёнка.        Если ты умрёшь, все возрадуются.        Сам подумай. Кому ты такой нужен?        Кажется, ты пол год назад обещал, что больше никому не доверишься. Так почему ты так быстро привязываешься к людям? Почему ты такая шлюха?        Думаешь, кому-то приятно находиться рядом с таким мерзким человеком, как ты?        Тебя все ненавидят.        Все хотят твоей смерти.        Давай.        Убей себя.        Но сначала убей всех.        Убей их всех.        — Арс!        Когда Шастун забежал в спальню, первое, что он увидел, была чёрная человекообразная тень, которая склонялась над дрожащим подростком и которая расстворилась в воздухе, стоило старшему войти. Значит, одна проблема решена. Теперь осталось выяснить, насколько всё плохо у Попова.        — Арс, это я. Всё закончилось, - как бы не хотелось Шасту сказать это шёпотом, чтобы успокоить парня, ему пришлось сказать это довольно громко. Он сам не понаслышке знает, каково это - слышать абсолютно любой шёпот после встречи с альтернативом или злоумышленником.        Когда Антон опустился на кровать рядом с Арсом, последний сразу повернулся к нему и открыл глаза. Пожалуй, если сравнить его сейчас с перепуганным зверьком, то это будет глупо, ведь всё намного хуже.        Арсений ничего не говорит, ничего не делает. Сначала он просто смотрел на шатена, после чего отвёл взгляд и несколько минут смотрел только в потолок. И в этот момент старший готов был поклясться, что видел в этих глазах весь спектр эмоций, на которые только способен человек, из-за чего мужчина совсем не мог понять, что чувствует его сожитель и что нужно делать. Но всё стало более чем очевидно, когда Попов, не отвлекаясь от созерцания потолка, тихо всхлипнул из-за слёз, что снова скатывались по его щекам.        — Антон Андреевич, - зажмурив глаза, проскулил Арс, тем самым заставляя Шаста обеспокоено склониться над ним. - Можно вас попросить кое-что?        — Конечно. Всё, что угодно, - Шастун прикусил губу от того, как болезненно откликалось его сердце на такое поведение подростка.        — Убейте меня. Пожалуйста, убейте, - Арсений приподнялся, спиной опираясь на стену, и закрыл глаза руками, после чего слёзы полились с новой силой, а всхлипы участились. - Пусть это всё закончится, прошу вас.        Если ещё двадцать минут назад голубоглазый боялся, то сейчас он уже ненавидел всё это. Возможно, это связано с тем, что ему поведал «злоумышленник», но желание реально умереть ещё никогда не было таким сильным. И боль в груди от осознания того, что он никому и никогда не будет нужен, тоже не была такой сильной. Сказать, что это ощущение просто отвратительно - значит, ничего не сказать.        — Тише, тише, - Антон аккуратно убрал руки младшего от его лица и мягко стёр с чужих щёк горькие слёзы. Сделать это нормально ему не дали, так как Арс дёрнул головой, отстраняясь от ладоней мужчины, и отодвинулся дальше, так как он от любых прикосновений сейчас чувствовал лишь холод и дискомфорт. - Расскажи, что ты сейчас чувствуешь?        — Я хочу умереть, - подросток обнял самого себя за плечи и прижался лбом к стене, уже даже не пытаясь сдержать те реки слёз, что стекали на его футболку. Ему вообще не до этого сейчас. - Не заставляйте меня проходить через это снова. Прошу.        — Арс, это из-за злоумышленника. По-настоящему ты умереть не хочешь. Ты ведь сам говорил, что хочешь жить. Помнишь? - Шаст вздохнул и потянулся к тумбочке, где находился пузырёк с уже знакомой надписью «мэдомил». Достав из него одну таблетку, шатен приставил её к чужим губам. - Я не хотел этого делать, но, похоже, по-другому не выйдет.        — Мне это не поможет, - не смотря на свои слова, Попов всё равно приоткрыл рот и взял таблетку, сразу же помещая её под язык.        — Если не поможет, то я дам ещё. Я не дам тебе даже думать о смерти, а умереть тем более, - Шастун подвинулся чуть ближе к парня и аккуратно обнял его, позволяя облокотиться на себя. Голубоглазый не сопротивлялся, но он всё так же продолжал тихо плакать и думать о тех вещах, о которых обычные люди думать не должны. И, конечно же, он не хотел ничем из этого делиться, но его сожитель не был бы собой, если бы не решил его допросить. - О чём ты думаешь?        — Вас правда интересует или я могу соврать? - фыркнул Арсений, поджимая ноги к себе и утыкаясь носом в чужое плечо.        — Меня всегда интересует только правда.        Брюнет тихо вздохнул. Хотелось бы соврать и сделать вид, будто бы ему лучше, но мешали две вещи. Во-первых, он вообще никак не мог перестать давиться собственными слезами, что точно выдаёт то, что ни черта ему не лучше. Во-вторых, он буквально несколько часов назад пообещал, что будет обо всём говорить с полицейским. А значит, выхода назад нет.        — Я не могу сосредоточиться на одной мысли. Их настолько много, что голова разрывается. Но они все связаны с самоубийством, - Арс прижал одну руку к своему животу, так как снова почувствовал лёгкое покалывание от неизвестно откуда появившейся тревоги. - Я хочу умереть. Хочу кого-то убить. Хочу причинять боль. Это вообще ненормально.        — Если бы мы жили в обычном мире, это было бы ненормально, но в нашей ситуации это простительно. Потерпи немного, сейчас станет легче, - Антон чуть сильнее обхватил чужие плечи, слегка покачиваясь, чтобы успокоить парнишку. - Ты не умрёшь, слышишь? Не умрёшь. Ты победишь эту мразь. Мы победим.        — Я не хочу уже побеждать, я просто хочу себя убить. Позвольте мне, - младший потянулся к тумбочке и открыл её, после чего зашипел, так как зеленоглазый схватил его за запястье и сжал. - Блять, мне больно!        — Прости, - старший с сочувствием поджал губы и прижал брюнета за руки кровати, ведь понимал, что иначе никак не выйдет. Кому, как не Шасту, знать о том, что делают люди при заражении M.A.D.? У него ведь везде на работе написано, что он специалист.        — Мы проверили ту информацию, которую ты подал, как предполагаемое поведение заражённого человека, - Стас кивнул на папку, лежащую перед ним на столе. - Мы внесли корректировки и дошли к окончательной версии. Прочитай вслух, пожалуйста.        — Да, хорошо, - ещё тогда молодой Антон взял в руки папку и открыл её на том месте, где находилась ярко-жёлтый стикер с надписью «M.A.D.». На той странице находилось четыре пункта, каждый из которых парень постарался прочитать как можно более выразительно, ведь это первое его достижение на этой работе. - Пункт первый: первые несколько минут заражённый будет пребывать в состоянии аффекта и может не понимать, что с ним происходит. Возможны панические атаки, головные боли, приступы истерики. Пункт второй: заражённый будет испытывать неконтролируемую ярость ко всему. Пункт третий: заражённый будет пытаться выполнить то, что просил злоумышленник - будь то просьба об убийстве, изнасиловании или краже. Пункт четвёртый: заражённый заканчивает жизнь самоубийством. Если это возможно, желательно помочь ещё после первого пункта.        — Отпустите меня, вы только хуже делаете, - прорычал Попов, уж очень агрессивно дёргая руками, из-за чего становилось больнее, ведь его запястья всё ещё прижимали к кровати.        — Арс, спокойнее, прошу тебя, - Шастун завёл чужие руки за спину младшего и сел к тому на колени, чтобы он точно не вырывался. Мужчина прекрасно понимал, что голубоглазому неприятно и больно, но по-другому сейчас никак. Парень сейчас будет срывать всю свою злость до того момента, пока мэдомил не высосет из него все силы. Нужно потерпеть до этого момента.        — Что вам от меня нужно? Блять! - в попытке вырваться Арс со всей силы врезался затылком в стену и вскрикнул от боли. Да, это, вообще-то, хреново, но он хотя бы стал спокойнее.        — Ты сам мне позвонил, помнишь? - Антон устало вздохнул. Он столько времени работает с людьми с этими симптомами и до сих пор не может понять, как человек в один момент может тянуться к нему, а в следующий уже будет пытаться убить. - Что это?        Шатен непонимающе нахмурился и, поместив чужие запястья в одну руку, второй коснулся шеи злобно шипящего Арсения, где «расцветало» непонятное чёрное пятно.        — Засос, который вы же и поставили, - рявкнул подросток, почувствовав прикосновение к тому участку своей кожи, где действительно был след от зеленоглазого. Почему-то младший не обращал внимания на то, что по его плечу, шее, пояснице и запястьях уже несколько минут растекались неизвестно откуда взявшиеся холод и боль.        — Нет, не это, - Шастун бросил быстрый взгляд на сожителя, явно не желая реагировать на то, что тот снова вспомнил о той ночи, когда старший не мог держать себя в руках. - Тут что-то чёрное.        У Попова сложилось впечатление, будто в его подсознании резко кто-то включил свет - в один миг вся агрессия пропала, а дышать стало проще. В связи с этим подросток облегчённо вздохнул и откинул голову назад, затылком упираясь в стену, чтобы мужчине было легче рассмотреть его шею.        — Может, это синяк от злоумышленника? Ай, - Арс поморщился от того, как шатен слишком сильно надавил на саднящий участок кожи. Так странно, что юноша за несколько мгновений перешёл от стадии агрессивного «блять!» до робкого «ай». - Он меня душил, вот и..        — Что, блять? - ну вот и что это за сборище сапожников? - Как душил? Так, расскажи всё, что вообще тут происходило.        — Хорошо, только не давите так. Больно, - почувствовав облегчение не только на шее, а ещё и на запястьях, Арсений благодарно кивнул. - Когда я только проснулся, мне казалось, что я слышу голос именно в своей голове. Потом я начал чувствовать прикосновения. Знаете то чувство, когда руку долго в снегу держишь и от холода начинает колоть кожу? Ну вот, это примерно так и было.        Антон не знал, как реагировать на эти слова, но в уме он благодарил всех в этом мире за то, что в комнате был выключен свет - если бы подросток сейчас увидел это растерянное выражение лица, он бы испугался ещё сильнее. Просто мужчина совсем не понимал, свидетелем чего сегодня стал этот парнишка.        За все те годы, что зеленоглазый работает в «альтернативном» отделении, он всегда слышал одну и ту же фразу, которая была такой же важной, как и для математиков «логарифма с отрицательного числа не существует» - злоумышленники не могут быть материальны и не могут физически вредить.        — Он касался только шеи или..? - Шаст, будто опомнившись, слез с чужих бёдер, не отводя внимательного взгляда от покрасневших от слёз глаз.        Вслух Попов не ответил ничего, так как в голову влезли не совсем приятные воспоминания о событиях, произошедших полгода назад. Вместо слов парень включил прикроватную лампу и указал сначала на поясницу, затем на плечо и, когда он наконец взглянул на свои запястья, он вздрогнул всем телом и прижал руки к груди.        На предплечьях парня красовались следы от ладоней, причём следы эти были чёрного цвета. Плюс ко всему, складывалось ощущение, будто эти отпечатки разрастались сильнее.        — Что это за хрень? - голубоглазый непонимающе посмотрел на сожителя, а затем перевёл взгляд на свои руки.        — Можно? - Шастун аккуратно отдёрнул край чужой футболки, намекая на то, что ему нужно посмотреть на поясницу. Подросток, которому было уже глубоко всё равно на то, кто и где его будет трогать, коротко кивнул и повернулся на бок, чтобы мужчине было удобнее. Когда зеленоглазый приподнял футболку, он смог выдохнуть только одно единственное слово. - Пиздец.        Арсений не хотел спрашивать, что там. Он лишь тихо проскулил от отчаяния и уткнулся носом в край подушки, лбом опираясь на стену. Он устал. Он хочет спать, а не думать о том, почему он чернеет.        — Я сейчас позвоню Диме, попрошу прикрыть меня и спрошу про эту хрень. Только не вставай, хорошо? Отдыхай, - Антон поправил чужую футболку и укрыл мальчика одеялом, отходя к противоположной стене. Прошло, наверное, лишь двадцать секунд, как мужчина уже говорил с напарником по телефону. - Алло, Поз? У меня тут срочные обстоятельства, и я..        — Прям срочные? - Дмитрий на том конце тяжело вздохнул.        — Да, прям срочные, представляешь? - Шаст закатил глаза. - В общем, я не вернусь сегодня. Прикроешь?        — Я правильно понимаю, что выбора у меня как такового и нет?        —Конечно, ты ведь любишь меня, - зеленоглазый обеспокоено подошёл к подростку и сел рядом, так как заметил, что тот начал дышать тяжелее. - И ещё, Даша сегодня на смене?        — Это та, которая по «взаимодействиям»?        — Она самая. Мартыненко. Спроси у неё, какие могут быть последствия от прикосновения злоумышленника, - задумчиво поглаживая Арса по спине, попросил шатен.        — Ты совсем конченый?        — Нет, Дим. Я сам ахуел, но передо мной сейчас находится человек, к которому смог прикоснуться злоумышленник. На этих местах остались чёрные, стрёмные следы.        Голубоглазый вообще не обращал внимания на то, о чём говорил мужчина. Он просто смотрел в стену и вздрагивал от вновь накатившего на него холода. И в это же время в голове крутилось куча мыслей, но одна выделялась ярче всех.        Что с тобой не так, Арс?        — Иди сразу к Нурику, если он есть на смене. Если нет, то придётся идти к его ассистенту. Никита, да? - Антон недовольно поджал губы.        — Не волнуйся так. Я утром позвоню и скажу, что мы тут решили, - Позов пожал плечами. - Береги своего Арсения, спокойной ночи.        — Чего? - не успел Шастун возмутиться, как его друг уже сбросил звонок, поэтому тот просто тяжело вздохнул. - Арс, ты как?        — Холодно и спать хочу, - в доказательство своих слов Попов зевнул.        — Слушай, я сегодня с этой чернотой ничего не сделаю, так что ложись спать, хорошо? Утром всё решим, а сейчас отдыхай, - Шаст поправил одеяло на младшем и поднялся с кровати, направляясь к выходу из комнаты.        — Антон.. Андреевич? - Арс сам не понял, почему он внезапно второй раз за вечер хотел назвать своего сожителя только по имени, поэтому покраснел. - Вы куда?        — Я спать, Арсюш, - Антон слабо улыбнулся.        — А.. А можете.. Ну.. - замялся подросток, после чего повернулся спиной к стене и отодвинулся к краю, чтобы на кровати было больше места.        — С тобой? - решил уточнить зеленоглазый, чтобы не заставлять младшего произносить это вслух и смущаться ещё сильнее. Тот в ответ кивнул. - Если хочешь, то без проблем.        За считаные секунды Шастун, достав из шкафа оставшиеся там пижамные штаны, переоделся и нырнул под одеяло, затем мягко обнимая подрагивающего от холода Попова.        — Всё будет хорошо. Верь мне.

***

       Уже час дня, а Арс до сих пор не сказал ни слова.        Ни «доброе утро», хотя привык говорить это.        Ни «простите за вчерашнее», хотя эти слова всё время вертелись на языке.        Ни «эта чёрная штука стала больше и это очень больно», хотя его это действительно беспокоило.        Он не сказал ничего. Единственное, как он общался со своим сожителем - так это с помощью кивков. Ну, Шаст и за это готов был благодарить, ведь ночью он думал, что парень возненавидит его за то, что тот позволил себе такие грубости ночью.        Впервые Попов заговорил в пол второго, когда он сидел рядом с Шастуном на кровати, а тот осторожно замазывал синяки какой-то мазью. Как объяснил это сам мужчина, утром Позов предложил попытаться вылечить следы теми же способами, что помогали от других «альтернативных» проблем. Младший даже не хотел спорить, так как болело это всё действительно невыносимо.        Когда мазь начала прогревать уже замёрзшие участки кожи, подросток слабо улыбнулся:        — Спасибо, - Арсений забрал свою руку с чужих бёдер, куда зеленоглазый уложил её для удобства, и внимательно посмотрел на предплечье, что почти полностью покрылось чёрным цветом.        — Пока не благодари. Я понятия не имею, поможет ли это, - Антон пожал плечами и притянул к себе лежащую рядом папку, чтобы сложить внутрь распечатанные фотографии поражённых участков кожи подростка.        Да, ещё с самого утра мужчина, как профессионал своего дела, сфотографировал то, что беспокоило его почти всю ночью (конечно же, это было проделано с разрешения владельца пострадавшего тела). Тогда же Шаст скинул эти фото на компьютер, откуда отослал их сначала Позу, а затем и отправил на распечатку, так как разбираться он с этим будет явно не один вечер.        Если честно, то шатен вообще не понимал, что ему делать. Он никогда в жизни не сталкивался с таким. Даже больше - он и не думал, что такое возможно. И, знаете, хоть он и был любителем перемен и новинок, но вот это его не радовало от слова совсем.        — Всё равно спасибо. За заботу, - Попов мысленно ударил себя по голове. С ним живёт человек, у которого работа такая - заботиться о людях. Какого хрена парень подумал, что это он особенный?        — Я ведь говорил, что буду о тебе заботиться, - Шастун нахмурился, пытаясь вспомнить, говорил ли он это на итальянском, или всё же на русском. Если первый вариант, то вышло довольно неловко.        — Возможно, это не вовремя, но простите за вчерашнее. Я не знаю, почему так злился, - Арс облокотился на стену и укрылся одеялом, так как холод всё никак его не покидал.        — Это абсолютно нормально. Не извиняйся, - старший мягко улыбнулся, садясь рядом. Он вообще не понимал, что он должен делать для того, чтобы взглядом не натыкаться на поражённые части тела Арсения, поэтому единственным правильным казалось закрыть глаза, опершись затылком на стену рядом с голубоглазым.        В этот момент брюнет не знал, что им руководило, но при виде уставшего лица Антона в груди что-то встрепенулось, из-за чего младший протянул ладонь к чужим волосам и аккуратно поправил чёлку, заставляя шатена вздрогнуть от неожиданности:        — О чём вы думаете? - тихо поинтересовался подросток, убирая руку и ожидая ответа от собеседника.        — Да о всём подряд, - вздохнул Шаст. - Можно с тобой поделиться?        — Даже не спрашивайте больше. Сразу делитесь, - Попов повернулся к сожителю, чтобы лучше видеть эмоции, что всегда так явно отображались на чужом лице. Наверное, только за это стоит ценить общение с зеленоглазым - всегда понятно, что он чувствует.        — Меня волнует вся эта ситуация. А особенно то, что ты чувствовал прикосновения злоумышленника, - открыв глаза, Шастун задумчиво протянул руку к шее младшего, с удивлением отмечая, что чернота действительно начала пропадать. Да, медленно. Но это ведь лучше, чем ходить с чёрной шеей до конца дней своих. - Они ведь не могут касаться людей. Не могут причинять вред физически. По сути это ведь просто изображение или тень, преследующее меченого, но никак не материальная сущность.        — Может, оно тоже может мутировать? - всячески игнорируя неприятное предчувствие в своём разуме, спросил подросток. Стоит уточнить, что это вообще неприятно, когда ты узнаешь, что на тебе первом «опробовали» мутирование какого-то не самого доброжелательного создания.        — Скорее всего, так и есть, - шатен кивнул, соглашаясь со сказанным, и убрал ладонь, чтобы не смущать собеседника. - Но вообще, это ещё и значит, что у меня прибавится работы. Я же в отпуск планировал уйти.        — Вы и так много работаете, куда ещё больше? - Арс нахмурился, вспоминая о том, как ещё вчера он застукал мужчину, засыпающего над бумагами с работы.        — Поверь, это ещё не много. Придётся ещё потерпеть немного, - после своих слов Антон вымученно улыбнулся. М-да, ему бы точно не помешал здоровый сон. - Может, в ближайшее время удастся докопаться до истины и найти хотя бы способ отбиваться от альтернативов. Вот тогда я точно съебусь в отпуск и буду целый месяц отсыпаться на диване.        В этот момент голубоглазый почувствовал себя очень некомфортно, ведь из-за него вечно устающий человек вынужден спать на диване, а не на удобной кровати. Плюс сто процентов к самобичеванию.        — Пообещайте, что как только появится возможность, так сразу же вы возьмёте отпуск и уедете туда, где действительно можно отдохнуть, - Арсений посмотрел на собеседника умоляющим взглядом.        — Мы живём вместе неделю, а ты уже хочешь меня выгнать? - тихо посмеялся мужчина, но заметив грустный взгляд подростка, он вмиг стал серьёзнее. - Ладно, ладно. Обещаю. Но тогда ты обещай, что мы завтра пойдём погулять. Тебе нужно развеяться.        — Я и не против. Только будьте рядом, - брюнет смущённо опустил взгляд, только сейчас замечая, что на его предплечьях остались только еле заметные серые следы.        Антон в ответ не сказал ничего. Он лишь улыбнулся, пытаясь понять, в какой момент в его жизни он начал испытывать к этому парнишке такие тёплые чувства. Это было с самого начала или появилось только недавно? В любом случае, сейчас он может признаться самому себе, что относится к мальчику далеко не как к ребёнку или младшему брату, как было ещё две недели назад. Сейчас это что-то большее, но вот вносить больше конкретики в своё сознание он точно не готов. Пусть будет всё, как есть.

твоя ошибка в том, что ты меня полюбил. но ведь завтрашним днём всё станет, как было. прошу, позволь мне поверить, что это всё - реальность. меня укрыла тревога и слёзы не усыхают. прошу, позволь утонуть в морской воде, умоляю. ведь те далёкие слова, клянусь, я хочу прокричать.