Я. Тебя. Очень. Сильно. Люблю.

Стас ждёт под дверями, чтобы никто не улизнул. С ним подъехавшая жена и Ирина, которые мило воркуют. Антон, переодевшийся в штатское, выходит прямо в спину Шеминова. – Ссать тоже будешь со мной ходить? – ядовито интересуется он. – Если понадобится, – неискренне улыбается Стас. – Мы едем вчетвером, Оксанку и Дрона подхватит Журавль. Серж и Арс уже поехали. Димон вроде с ними. А, вот где Арс, ну слава богу, думает Антон, покорно и понуро следуя за продюсером. Как на каторгу, ей-богу. Стас празднует с размахом – снял целое помещение. Арсений, Позов и Серёга действительно уже там. Две другие машины приезжают почти одновременно. У Шеминова оказывается гитара на заднем сиденье. Все довольные, но как-то неискренне. Антон не верит ни единственной улыбке здесь. А тот, чьей бы поверил, не улыбается. О чём-то переговаривается с Димой. Шаст чувствует себя лишним. Его друг, его любимый и друг любимого за столиком в другом конце, метрах в десяти оттуда, куда Стас усадил его. Рядом Ира. Раздражающий Журавль с лицемерной улыбкой. Эта чужая девушка. Дрон, крутящийся возле неё, вот и забирал бы ради бога! Да что там Арс и Поз обсуждают? А он ещё переживал, что они плохо будут ладить. Сейчас вычеркнут он сам. Спасибо, Стасяо! Антон выцепляет стол тех троих, к кому он хочет, кто его семья по-настоящему, какими-то обрывками. Его усадили так, чтобы он видел только Иру. Шеминов без конца подходит, просит придвинуться ближе и снимает. Раз за разом. Через час Антону начинает казаться, что его телефон нахуй лопнет от изобилия их с Ирой еблетов, а его лицо — от натужной неестественной улыбки, которую он изображает, каждый раз смотря в камеру. Стас снова подбегает, на этот раз просит снять видео – рассказать, что они празднуют и перечислить всех. Отдаёт айфон. Тот делает подлянку. – Привет-привет, это прямое включение с нашей весёлой тусы, – он обводит весь зал камерой. – Мы только что закончили весенний пул четвёртого сезона «Импровизации» и отмечаем это в прекрасном местечке... Эммм... Названия не помню. Здесь все, кто был к этому причастен – собственно я, это Ирка, – он показывает её с долю секунды, – Там Дрон, он же Андрей Андреев, Журавль, он же Димка, это Дарина и Стас Шеминовы, вот Станислав Владимирович щас на гитаре лабать что-то будет. Давай, Стасяо! Там наша Окси и, конечно же, моя команда: Арсений, Дима и Серёжа. Люблю их. Опубликовать. От лица пользователя @sheminov. – Антон, ты знаешь эту песню? – Ира дёргает его за плечо. – Что? Какую? – он злится, потому что подъехал ещё и Крап. И начал снимать всю эту ёбаную вакханалию с другого ракурса. Где он, блять, сидит с Ирой, приклеенной к его левой руке. Он уже даже не соображает, что она перехватывает куплет какой-то песни, которую он совершенно не знает. Неправильно они показывают театр абсурда в своих играх. Вот он какой на самом деле. Стас играет ещё пару каких-то песен, чьи аккорды знает. Хотя играет, конечно, топорно. Шастун уже теряется во времени, несколько раз он порывается уехать, но Стас постоянно мельтешит, что-то подливает и без конца заверяет, что «сейчас, уже скоро, досиди ты до конца, блять, неужели тебя вообще больше никто теперь не интересует?» Но Антон не пьяный, он только заёбанный, у него раскалывается башка от дыма, музыки, галдежа, неинтересных людей рядом и нервов. Но он уверен, что Арсений просто ждёт, когда этот парад лицемерия закончится — и они уедут. В двадцать три часа Стас подходит к нему и кричит в ухо, чтобы прорваться через музыку: – Хуёво выглядишь. – Чувствую себя так же. Можно уже ехать? – Куда? Ты же должен был сегодня вселяться в новую квартиру. Но не в полночь же, завтра уже! – Бляяяять! – когда Антон успел проебать этот момент. Да, он должен был быть в восемь вечера на новом адресе, чтобы забрать ключи. Конечно, шесть пропущенных от хозяйки. Вот он еблан! – Значит к Серёге, – кричит Антон, поднимаясь. – Они час назад уехали, – обрубает Стас и здесь. Они? ОНИ??? – Арс?! – Да, Арс и Серёга, – спокойно отвечает Шеминов. – Крап не пил, сейчас повезёт этих двух придурков в гостиницу. А я вас тогда. – Кого нас? – Шаст вообще не понимает, как успели разъехаться Поз, Оксана, Арсений и Серый. – Тебя и Иру. Тьфу, она ещё тут? – Вези, по дороге разберусь, – плюёт Антон. – Пойду на воздух пока. Тут пиздец запашок. Вы чё, суки, дули здесь? А я думаю, куда у меня час жизни вылетел. Вот вы уёбки, конечно! На улице, кутаясь в пальто, выжидающе ходит Ирина. – Тебя тоже раскумарило? Дима курнул рядом с нами, я успела выйти, пока не поплыла. – Уёбок! – злится Шаст, щёлкая зажигалкой. За три часа Стас ни разу не выпустил его покурить. – Не переживай, я положу тебя на отдельную кровать, – обещает Ирина. – Я вижу, что это тебе совершенно против шерсти. Но что поделать. – Не нужно меня никуда класть, мне есть где ночевать, я разберусь. Антон вытаскивает телефон и набирает Арсения. Длинные гудки, одиннадцать штук. И белый шум. Набирает снова и снова. Ему всё это не нравится. Но куда ехать он действительно не знает. Одно ясно – не с Шеминовыми. – Тебе с ними по пути? – спрашивает Антон, кивая на здание. – Нет, но Стас не пил, обещал подбросить. – Таксисты тоже не пили, зуб даю. Говори адрес. – А ты? – девушка хлопает глазами. – А я по дороге решу, что мне делать. Она называет адрес, Антон вызывает Яндекс. Шеминовы, наконец, выходят. – Мы поедем с Антоном, езжайте отдыхать, Дарин, – мягко говорит Ира, и Шаст ей очень благодарен. Шеминов ему бы нихера не поверил. Такси подъезжает, Антон кивает Ирине и они уходят. Он бы многое отдал, чтобы увидеть лицо Стаса в этот момент. Неужели, блять, ты реально решил, что твой план сработал??? Только они отъезжают, Шастун снова набирает Арса. Всё те же длинные гудки. Набирает Серёжу – тоже ничего. Да что за пиздец? – Оставайся, правда, – Ира не отступает. – Я всё вижу, навязываться не буду. Но спать-то тебе надо где-то, не на улице же. – Если не ответит, поеду к Димке. Я не останусь, Ир, это исключено, – Антон непреклонен. Шаст 23.48 Арс, возьми трубку, блять!!! Две серые галочки. Давай читай!!! Ехать сорок минут, как говорит навигатор. Может, ситуация изменится. Антон нихрена не помнил адрес Сергея, вот в чём была беда. Уже немного в отчаянии отложив телефон, он поворачивается к девушке. – А тебе-то это всё зачем? – Ты мне нравишься, я изначально не на зарплату шла. Но потом что-то случилось и Стас сказал, что вряд ли получится ему стать свахой... Хотя сейчас он, наверное, заново поверил, – Ира смеётся. – Но ты же сама себя топишь. Тебе не найти настоящего мужика, не создать семью, пока ты играешь тут. Нахуя тебе этот цирк? – Поживём – увидим. Может, я действительно влюблюсь, вот как ты сейчас. И сама брошу тебя. – Да давай уж, поможешь всем, – Антон трёт лоб и глаза. Головная боль дичайшая, с собой нет абсолютно нихуя. Скорее бы доехать. Антон выходит с девушкой, в очередной раз отказывается подниматься и снова дрочит телефон. Записывает голосовое Арсу, в его голосе уже отчаяние и паника, он сам это слышит. Но похуй. Ничего не прочитано. Зажигается мысль, как лампочка над головой. Инста Серёжи! Этот хер точно же трансляцию проводил, уведомление у Антона сохранилось. Уведомление сохранилось, а вот он трансляцию – нет. Блядский блядь! Снова звонит и снова длинные гудки. Последнее пристанище всей правды про Артон. Если там никто ничего не объяснит, то он уже сдаётся. Твиттер. Шаст листает и даже останавливается, как вкопанный. Скрины истории Шеминова, которую он отправил. Естественно, все заметили, что трое его коллег выделены особо, а остальные – массовка. Умнички мои! Далее идут скрины трансляции Серёжи. Арс курит? Прямо в комнате под носом Серёги? Да вы, блять, гоните! «Антон, ну зачем?» «Бедный Арс» «Моё сердечко разбито» «Артон сдох» ГДЕ ТРАНСЛЯЦИЯ, ЁБ ВАШУ МАТЬ?! Ну ведь будут видюхи, точно будут, всегда же кто-то да запишет. Я верю в вас! Вот оно! Кусочек, где Арсений с сигаретой. «Ты ж мой хороший» «Мы никогда не узнаем, что у них произошло. Но, Арсений, мы с тобой» «Котик ты наш, разделяем твою боль» «Сегодня у всего фандома разбито сердце» «Антон, спасибо, пожрала стекла на ночь, очень вкусно» Блять, блять, блять! Он листает однотипные разбитые сердца, слова в поддержку Арсения и понимает, что для всех виновен ОН. Но в чём? Нашёл! Сердце ухнуло куда-то вниз, и он включает видео на десять минут. Если ответа нет здесь, его нет и вообще, видимо. На экране Матвиенко. Арсений даже старается улыбаться. Сигарета в его руках, конечно, заставляет сердце Антона сжиматься. Вот в прямой эфир выходят два обкуренных дебила. Журавль начинает петь Стрыкало, все улыбаются и подпевают. Но не Шаст, он ждёт подвоха. Если подпись к видео была: «Арсюша, мы с тобой, будь сильным», значит не в Стрыкало тут дело. И вот, мило переговариваясь и обмениваясь комплиментами, Журавль выдаёт: «А Антоха ночует сегодня в другом отеле». У него хуярит в висках, кажется, глаза сейчас выдавит от боли. Арсений о таком рассказывал. Это мигрень и он, периодически страдая от этого, всегда носил с собой определённые таблетки. У Антона с собой – хуй собачий. На видео, после слов Журавля, Арс просто встаёт и уходит из кадра. Сердечко Антона разбито наравне с фандомом. Ёбаный укурок!!! Арс, блять, ну неужели ты правда мог допустить, что с утра я кончал на тебя, а ночью в неё?! Ну как так-то, Арс?! Ни одно сообщение не было открыто. Он решает зайти через Серёжу и отправляет голосовое. «Серёг, я посмотрел твой эфир. И скажу одно – я с ней не спал, я в то время, когда эти долбоёбы пизданули эту хуйню, вообще ещё был в ресторане. Потом довёз Иру до дома, а сейчас на улице, потому что Арс не берёт трубу. И я поеду к Диме. Передай ему, пожалуйста! Пожалуйста! Что я с ней не спал!» Набирает Диму, пока ещё не совсем стыдно. – Да, Шаст, что за пиздец? – Не разбудил, как я понял? – Уснёшь тут после таких эфиров. – Мне негде ночевать... – Понял. Адрес знаешь, жду. Вот и тот момент, которого Антон ждал. Момент, чтобы рассказать Позу. Правда, хуже ситуацию и представить было сложно.

* * *

Антон просыпается всё с той же мигренью, хотя Дима на ночь принёс ему какой-то порошок. Теперь ясно, что само это не пройдёт, надо в аптеку. Берёт телефон. У Арса галочки по-прежнему серые и в сети его не было со вчерашнего вечера, ага-ага. Зато галочки у Матвиенко синие. Есть! Постанывая от каждого движения, Шаст выходит на кухню. Он спал прямо в уличных штанах, как свинья. И на нём до сих пор запах вчерашней людской помойки. Охота в душ. Дима пьёт кофе. Кати и ребёнка нет. – Не прошёл котёл? Ща кофе налью, – говорит Поз голосом, не терпящим возражений. – Если это сосудистое, то может помочь. – Дай хоть что-то, я сдохнуть готов. – Сколько ты выпил? Вроде вечером был в адеквате. – Бокала три, не больше. Журавль, мразота, косяк скурил рядом. Плюс потом перенервничал, – Антон благодарно принимает чашку латте, в кой-то веке это кажется ему напитком богов. Значит действительно должно помочь. – Я тебя слушаю, – Дима откидывается на стуле и скрещивает руки. – А ещё надо что-то объяснять? – Ха! Всё! Стас как с цепи сорвался в последнее время, ведёт себя с тобой, как с собакой своей, надел строгач и от ноги не отпускает. Какое место в этом занимает Ира? Что вчера так переебало Арса? – Бля... – Шаст закрывает руками лицо. – Самое простое – Ира. Она – та, кто я и говорил на премьере. Стас подогнал мне её для отвода глаз... – Отвода от чего? Хотя нет, я не хочу это слышать! – Поз начинает отмахиваться. – Так хочешь или нет? – Антон пьёт кофе, глоток за глотком, и ему всё лучше, боль постепенно стихает. – Ты же не серьёзно? – Сейчас это очень серьёзно, Поз, прости, что не оправдал твоих ожиданий. Сейчас точно не как с Лёхой, – делает Антон отсылочку на историю давно минувших лет, когда он ещё только школу заканчивал. – Но тогда же ты поговорил со мной и понял, что всё себе выдумал и это блажь. – Ты заставил меня так подумать. Нет, конечно, сейчас я очень благодарен, но тем не менее. Это не ушло никуда, Диман. Смирись. Я люблю Арса и мы вместе. Позов, видит Бог, слышать этого не хотел. – Если, конечно, ещё вместе, – с болью добавляет Шаст. – Я подтвержу, что ты ночевал у меня, если понадобится, – Дима хлопает друга по плечу, встаёт из-за стола и уходит, давая понять, что разговор окончен. Мигрень почти прошла. Антон быстро принимает душ, заезжает в «Главкино» за своей сумищей, договаривается о передаче ключей со Светланой Рустэмовной и едет заселяться. Телефон проверяет каждые минут десять, но серые галки так и не окрашиваются. Хотя в сети уже был. В инсте ничего нового ни у одного, ни у другого. Есть желание ещё подолбить Серёжу, спросить у него в лоб адрес или передать новое послание для Арсения, но Антон выбирает просто упасть спать на новой кровати и дать всем передышку до завтрашних съёмок.