Я. Тебя. Очень. Сильно. Люблю.

Серёжа клюёт носом за рулём, потому что выехали они в семь. Шаст тоже в пути. – Чувствую себя сутенёром, – Матвиенко недоволен. – Ну ты запретил звать Антона к тебе... – Мне ещё не хватает слушать ваши стоны из-за стены и смотреть на счастливые ёбла. Уволь! – Поэтому вези друга трахаться и не воняй, – Арсений пьёт кофе и хочет скорее в их с Антоном подсобку. Они приезжают почти одновременно. – Ничего не хочу знать, даже где вы это делаете, – он не садится в лифт с парнями. – Поеду на следующем. Валите, извращуги! – Это противозаконно так надо мной издеваться! – Антон научился любить целоваться с открытыми глазами, скашивая их на Арса. Тот чувствовал взгляд и тоже открывал. Видеть, как зрачки расширяются от накатывающего возбуждения – это было нечто новое для него. С Арсением столько открытий, просто новый мир ощущений. – Ещё три денёчка потерпи. Ну что поделать, Юлька с Игорем отдыхают, а на Серёню свалилась огромная доставка. Там несколько тонн. Да и подснять нужно кое-чего для канала. – Несколько тонн? – Шастуну это не нравится. — Грузчика нанять не варик? – Зачем двум мужикам грузчик? У нас самих вроде руки не из жопы, – бахвалится Попов. – Кстати, как она? – Хорошо. Очень хочется снова, – Антону немного неловко от разговоров про самочувствие его задницы. Они уже в их подсобке. На этаж зашла уборщица, нужно быть потише. – Я с утра даже не дрочил, решил, что ты натворил – ты и исправлять должен, – Шаст падает на диван, который они в прошлый раз наконец-то почистили от пыли и застелили пледиком. – Тогда дай минуту, – Арс остаётся стоять, расстёгивает джинсы и берёт в руки член. Антон хочет было податься к нему, но тот останавливает. – В смысле? – Говорю, минуту дай, – шепчет Арс, надрачивая. У него уже встаёт. Когда член в полной готовности, он подзывает Шаста подняться, рывком стягивает его спортивки и берёт своей большой, но при этом такой изящной кистью сразу оба члена. Антон такое видел только в порно. Его накрывает от ощущения чужого члена, от соприкосновения и трения плоти о плоть. Арс не перестаёт поражать его, шаг за шагом утягивая в какой-то шокирующий мир, где подобные откровения – это норма. – Добавь свою руку, – шепчет тяжело и низко Арсений ему в шею. И тот повинуется. С некоторых пор на правой руке у него только гладкие и небольшие кольца, которые добавляют ощущений, но не могут поранить. Они кончают как обычно друг за другом, друг на друга, сперма смешивается – и это ещё одно откровение, которое навсегда уже запечатлено у Антона на подкорке. – Шаста сломали, несите другого, – вместо приветствия язвит Дима. – С каких пор ты не опаздываешь? – А с каких ты опаздываешь? – подъебывает его Арсений. – Бузова уже приехала, ждём только вас. Он выглядит так, что Антону снова хочется трахаться. Ярко-жёлтые штаны с неизменными пятью сантиметрами для наслаждения щиколотками и чёрная рубашка. Побольше бы выпусков в этом поснимали, мечтает Шаст. Ольга действительно уже на месте, и Шеминов зовёт всех отыгрывать «Опоздание», пока её гримируют. Арсений так заряжен. Позволяет себе шутку про попку Антона, но в рамках темы. Господи, почему нельзя каждое, вот блять прям каждое утро начинать с кофе и секса? Эти две составляющие делают из Арса просто какого-то бога. Далее небольшой перерыв и Кошкина. – Сегодня прям какой-то праздник, третья кто, Шарлиз Терон? – Дима примерный семьянин, но женскую красоту ценит. – Это вам, педики, чтобы смотрели не только друг на друга. Антон скисает. Бросает взгляд на друга, но беседовать и просить не делать так не спешит. Хоть и обещал. Гостья достаточно вызывающая, но Арсений ведёт себя крайне сдержанно, в рамках игры и в то же время как верный муж. Антон вообще не выходит, пока девушка в откровенных позах на полу. Но на «Опциях» происходит что-то странное. Шаст с Позом отыгрывают, Яна вкидывает. – Шаст, ты хочешь трахнуть Димку! – задание от Воли. Нет, только Арса. – Пришло время сделать те самые инъекции, – Антон продолжает тему. – Только не те самые инъекции! Про тебя пол-Галактики трезвонит, что он делает мужикам инъекции! – кричит Поз, и будто бы это уже не только об игре... Парни обедают, Антон любит такие перерывы, когда можно даже заказать еду и отдохнуть. – Сейчас Шепс подъедет, – Стас заходит с гигантским сендвичем и чаем. – Вот это интереснее, а то всякие Кошкины-Бузовы, – кривится Попов, произнося фамилии. – Тебе в следующем сезоне Элтона Джона сразу приглашу, обещаю. Арсений показывает большой палец, совсем уже, кажется, не смущаясь. В «Опоздании» он снова паясничает и даже называет Антона горячим начальником. А почему бы и не начать вот такими маленькими шажочками двигаться к тому, чтобы это стало нормальным, мелькает у него мысль, но не задерживается... Арсению тоже грустно ехать не к Шасту, а к Серёже, но тот обещает не остаться в долгу. Помощь реально нужна. А Тоха никуда не денется, говорит Матвиенко. На улице сумерки, Антон стоит возле машины Серёжи со стороны пассажира. Арс опустил стекло, но не решается сделать то, чего хотят оба. – Не смотрю, давайте уже, нахуй! – кричит Сергей, смотря действительно чётко вперёд, но скорее не из-за гомофобии, нет её в нём, а чтобы не смущать друга. Попов притягивает за ворот худика своего парня и глубоко целует. – Послезавтра я весь твой, обещаю! – Если нет, то Серёже придётся столкнуться с последствиями моего недотраха, – ворчит Шаст и целует ещё несколько раз быстрыми и рваными движениями. – Всё, я уезжаю. Кто не отошёл – я не виноват! – предупреждает Серёжа, и Антон вынужден отпустить их.

* * *

Пятнадцатого числа Антон приезжает на моторы разбитый и опоздавший на полчаса. – Ну здрасьте. Что за вид? – нахмуривается Арсений. – У нас там Дружинин на гриме, давай одупляйся быстрее, – бросает и выходит Поз. Серёга за ним. – Действительно, давай в темпе, Шаст, – Арс берёт его за затылок и притягивает к губам. – Видишь, нельзя оставлять меня даже на четыре дня, я сразу разваливаюсь, – улыбается ещё до конца не проснувшийся Антон. – Я ещё и с вещами, у меня же вечером заезд в новую хату, из той я выехал, – он кивает на баул у входа. – Твои штаны и футболки тоже там. – Точно! Пятнадцатое же, я и забыл. А ты ещё и на такси? Ладно, давай, все ждут только тебя, – когда вбегают гримёры, Попов выбрасывает стаканчик из-под кофе и уходит на площадку. – Шаст! Получил сообщение? – в двери голова Шеминова. – Да, и оно изгадит весь мой день. – Не придумывай! Шеминов 08.01 Сегодня на последний мотор придёт Ира, будем снимать её крупные планы. А вечером всей крю типа на пати по окончанию съёмок. Тебе быть обязательно, рядом с ней. Мотор проходит без запинок, гость приятный, парни выкладываются. Дальше Стас объявляет Лазарева, а это всегда весело и дружелюбно. И насколько Антон может догадываться, ЛГБТ-шно. Но вся радость стирается, когда продюсер собирает вместе ребят. – Так, парни. И не только. Окончание съёмок у нас послезавтра, но мы с Дариной в тот же вечер улетаем, поэтому отмечаем сегодня. Сразу после третьего мотора едем. Все! Ни у кого не должно быть ни мигрени, ни поноса. Ясно? Иначе понесёте их с собой, меня не ебёт! Дима воспринимает вяло и сообщает, что только на часик. А Серёга радуется. – Мы тоже на часик, – догоняя Арса, шепчет ему Антон. – Только одно дополнение – будет моя девушка, – он делает в воздухе кавычки. – Да и похуй, – отмахивается Попов. Мотор с Лазаревым как всегда зажигателен, все парни кайфуют. Серёжа носит на руках Матвиенко, Антону тоже предоставляется шанс полапать своего мужика. Он, конечно, собирался его поднять, но Арсений более адекватно оценил силы своего парня и не позволил, уползая из его хватки. Ещё спасибо скажешь, Антошенька, что не надорвался. Для «Шокеров» Арсения переодели в ковбоя – и для Антона это был удар под дых. Досидев до слов «Стоп, снято. Всем спасибо», он, вообще не думая, что творит, рвёт за кулисы и перехватывает Арса за предплечье. – Не переодевайся, у нас есть полчаса до мотора! – Я понял, – тот блядски улыбается. – Сейчас воды хлебну, мне всю душу вытрясли эти шокеры. – Щас разберёмся и с этим, – Антон, уже представляя, как расцелует любимые руки в синюшных следах от разрядов, вваливается в гримёрку, придерживая Арса совсем по-хозяйски за талию. – Привеееет, – мило улыбается со стула-вертушки Ира. – Привет. Не ждал, – с Антона вмиг сползает лицо. – Арс, это Ира, – представляет он её ему, а ей представлять он никого и ничего не хочет. Дима и Матвиенко тоже прорываются в гримёрку. – Пошли покурим, – некурящий Арсений разворачивает некурящего Серёжу, который не успел сделать даже шаг внутрь, и утаскивает за собой. Прямо так, в ковбойском. – Эй вы, тут из нас троих курю один я! – Антон возмущён и рвётся следом. – Арс, очень сексуально. Жаль, заценить некому, да? – Шеминов уже тут как тут, он хлопает по плечу Попова и, тут же выставляя вперёд руку, тормозит Шаста. – А вы, Антон Андреевич, останьтесь. Нужно сделать отчёт для Иры, она сегодня впервые побывала на съёмках у своего парня. Нужны фоточки с тобой и ребятами. – Со мной и Димкой – пожалуйста. Пусть ещё поснимается в зале, пока зрителей не запустили, в декорациях, я не знаю, всё помещение в распоряжении. Парни пусть отдохнут, Арса отхуярили на «Шокерах» до синюшных рук. А в следующем моторе нас снова бьют. Тебе же достаточно будет? – обращается он к девушке. – Да-да, конечно, достаточно, я сама похожу и посмотрю, что подойдёт, – она даже мила и понимающа. – Вот и хорошо, – Антон снова порывается выйти, но Стас стоит поперёк двери. – Сопроводи девушку и покажи ей тут всё. Представь Паше. Дима смотрит на всю эту сцену как на болливудское кино, но мнение своё не высказывает. – Встречайте, наши актёры: Арсений Попов! – кричит Паша, желая начать последний на сегодня мотор. За кулисами один Дима, он показывает стоп. – Что за херня?! Где Попов, где все? – Воля в недоумении. Позов показывает, что сейчас всё уладит и кидает в чат: Поз 18.05 Вы где все, ебланы? Срочно сюда, мотор начался!!! Шаст прискакивает за минуту, следом идёт раздражённый Шеминов. – Где, блять, эти дебилы? Ковбой и его верный конь, ёбаный в рот! Ему ещё переодеваться! А ты, – он почти рычит на Антона. – Вечером веди себя как паинька и улыбайся на камеру. – Я понял, — кивает Шаст. Через три минуты уже переодетый Арсений и Серёжа прибегают, еле переводя дыхание. Дима из-за кулис даёт отмашку, что можно. Попов не смотрит на Антона, просто проходит мимо и выбегает, услышав своё имя от Паши. Мотор начался. Самый сложный мотор, и это на третьем году игры. Арсений рассеян, не сразу реагирует, тупит на заданиях, что-то вообще игнорирует, не добивает свои же заходы, Серёжа тоже плавает, он не чувствует Арса как Шаст. Тем более, сейчас тот явно нервничает и топит сам себя, не вникая в сценку. Антон смотрит только на него и в каждом провисе про себя проговаривает то, что спасло бы игру. Чёрт, что ты творишь, Арс??? И было бы из-за чего! Мы переживём этот вечер и всё будет заебись. На этой мысли Шастун берёт себя в руки и уверяет сам себя, что потерпеть необходимо всего несколько часов. А вот Попов себя в руки явно не берёт. Будто над залом висит не просто дух Иры, а гильотина. Соберись, блять! Тебе ещё со мной заканчивать, молится Антон. Всё проходит как в тумане, отыгрывают на автомате, спасибо опыту и профессионализму. И вот «Шокеры». Небольшой перерыв, пока готовят сет. Арсению надевают браслеты прямо на синяки двухчасовой давности. У Антона сжимается сердце. Хочется расцеловать его нежную кожу прямо тут. При чёртовой Ирине. – Всё нормально? Ты выдержишь? – осторожно узнаёт Шаст. – Я тебе баба, что ли? – фыркает Попов. – Готовы? – уточняет Воля. – Арс, соберись! Значит заметно, бля! – Всё в норме, поехали! Они играют. Арсений опять что-то несёт, Антон охуевает и не может сложить всё в одну кучу. Это намёки ему или просто роль? Какое трахнуть короля? Какую одну женщину Елену? Но Шаст – не Серёжа, он подхватывает любую ересь и делает смешное. Мотор заканчивают весело для всех, а у Антона в голове каша. Арсений исчезает сразу же. Все идут переодеваться.