Я. Тебя. Очень. Сильно. Люблю.

Шаст 00.15 Сергуль, с новым годом. Арсений не отвечает. Что там у вас? Серж 00.21 С новым. А почему ты решил, что я с ним? Шаст 00.22 Нет??? – Антош, фоткаемся, фоткаемся, иди сюда. Ира, бокалы неси, Дарин, возьми мишуру и чего-нибудь поярче! Блять, Антон видит, что Серёга прислал несколько сообщений, но его утаскивают на дебильную фотосессию, где надо держать лицо, причём счастливое, а как это сделать, когда все мысли и сердце в Питере. Ну или где там шляется этот Попов? Серж 0.25 Нет. Серж 0.31 Голосовое: «Слушай, я его звал в Китай сгонять, но инфа пришла, что какая-то зараза у них, уже даже в Комсомольск к нам пробралась, он меня отговорил, короче. Я в итоге в Армавире щас, у корешей. Знаю, Поз звал его к себе тоже. Я, кстати, думал, что Димка с вами» Шаст 0.40 Нет, Дима сказал, что слишком стар для этого дерьма. И детей им не с кем оставить. Серж 0.43 Голосовое: «Вот кого Арсу надо было выбирать, взрослого и надёжного Поза (ржёт). Дарс форева, Артон сдох» Шаст 0.44 Да иди ты! Серж 02.43 Не ответил? Мне что-то тоже не отвечает. Вальдемар Аристархович сердится на своих рабов)) Шаст 02.45 Не ответил. Где он вообще может быть? Серж 02.48 Да где угодно. Арс 05.56 Всё хорошо, Антон. Я отмечаю. С новым годом! Шаст 05.57 Наконец-то! Ты где? Арс 06.01 Еду домой. Хочу спать. Спокойной ночи! Блять, ругается Антон и лезет в инстаграм. Его отметили уже около двадцати раз. А что там у Сергеевича? Ага, вот оно! Какая-то элитная тусовка, актёры или типа того. Отметок даже больше, чем у самого Шаста. Красивый, сука, и знает об этом. В костюме, везде с бокалом вискаря, на одной фотке – с шампанским. Дурак, тебе ж нельзя мешать, опять умирать будешь! Какой-то мужик везде рядом, так и льнёт. Отметки на нём нет. Спутницы возле него – тоже. Ты кто такой, блять? Там сейчас должен быть я! – Эй, всё нормально? Ты чего такой белый? Нехорошо? – Ира подходит к нему и от неожиданно пугающего вида хватает за предплечье. – Да, не очень. Не тащи меня веселиться, умоляю. Мне не хочется. – Аналогично, но надо, – она понимающе кивает и уходит назад к бурно что-то обсуждающим ребятам. Антон до дрожи мечтает о телепорте. Ёбаное дежавю. Это уже становится не смешно. Сколько лет ещё будет такая поебень? Он хочет закончить прямо сейчас. Пойти к компании и объявить, что он любит Арса и первым же рейсом летит в Питер. Опубликовать это в инсте. Закончить, блять, этот затянувшийся фарс, наконец-то. Он листает фото с ночи и его мутит. Этот парень так близко, они как ёбаная пара, плечом к плечу, под ручку, то Арсений возьмёт его под спинку, то тот Арса за плечико. Какого хуя? Хочется позвонить и кричать: «Ты мой, мой, мой, мой, блять!» Но во-первых, он сказал, что хочет спать. А во-вторых, устраивать сцену человеку, который ещё ни разу себя не скомпрометировал в его глазах и даже никак не реагировал на разлетевшуюся по сети фотку поцелуя с Ирой – было бы высшей степени наглостью. Он сидит в кресле в сторонке, смотрит на семерых счастливых людей и думает о том, что будь он девушкой, то расплакался бы сейчас. Шаст 06.54 Серёж, если не спишь – набери меня. Очень надо. – Что случилось? Ты нашёл графа? Он вроде только приехал, дома уже. – Да, нашёл. Мне так тошно, Серж, ты можешь в инсте глянуть, его наотмечали там на этой тусе, он там с каким-то парнем... – Если ты хочешь узнать, кто он или что у них, то это не ко мне, а к первоисточнику, – отмахивается Матвиенко. – Я не имею права, блять, ничего спрашивать, когда сам сижу тут с Ирой. – Вот тебе и ответ. – Серёж... – Шастун! Бесишь! Я тебе уже год назад сказал, что вы разные и у вас не получится ровном счётом ни-ху-я! Не твоего он поля ягода... Антон затихает и слушает, как Серёга сам того не зная, отвечает на его немой вопрос. – Он хочет бывать на мероприятиях под руку со своим любимым человеком, а не жить под прикрытием. Он хочет в день рождения и новый год быть с тем, кто его ебал весь этот год, а не искать любую компанию, чтобы не оставаться в одиночку, потому что тот, кто его ебал, имеет другие интересы и обязательства. Антон ёжится и закуривает. Реальное дежавю. Только в том году он мог вызвать Яндекс и сбежать, а сейчас впереди ещё четыре дня в той же компании. – Ты думаешь, он сегодня был с тем, кто сможет это ему дать? – Я вообще не ебу, про что ты и про кого, Тох. Кроме твоей рожи я последние два года рядом с ним не наблюдал больше никого. Но факт в том, что тебе нечего ему предложить. Вот пример такой, чтобы наглядно. Он как принцесса, а ты как голодранец, влюблённый в неё. Только ты в данном случае голодранец моральный, что ли. Можно так сказать? Не в обиду тебе, но найди кого-то своего уровня, прошу тебя. Ты ломаешь человека под свои желания уже почти два года. Надо остановиться, Антох, ну честно. – Я тебя понял, – и Антон сбрасывает звонок. Он вцепляется в телефон до дрожи в руке. Хочется швырнуть его в снег и уйти спать на все четыре дня. – Завтра едем кататься на санях, – когда он возвращается в дом, дружелюбно тычет его в плечо Шеминов. – А сейчас все спать. У тебя отдельная комната, скажи спасибо, что не с Ирой селю. – Спасибо, – бесцветно отвечает Шаст и поднимается со всеми, чтобы отправиться в свои апартаменты и забыться во сне. Он просыпается в одиннадцать, хотя уснул в семь тридцать. Вот уж действительно влияние Арсения. Ну конечно, тот уже выложил традиционный пост, сегодня время чёрно-белого. Красивый. Будто и не пил до шести утра. Внутри очень-очень больно щемит. Может, действительно отпустить этого человека? Может, он действительно не достоин его? Может, уйти и освободить место для более подходящего мужчины? Или женщины. Желание реветь ушло, но осталась какая-то беззвучная злоба. На самого себя, на обстоятельства, на Стаса. Что там Серёга вчера говорил про заразу из Китая? Коронавирус, читает Антон. Китай закрылся на въезд. Часть Дальнего востока тоже заболела. Ясно, хорошо, что парни туда не погнали...

* * *

– Эй, долбоёб, ты вернулся? – шестого числа звонит Матвиенко. – Да, вчера ещё. – Го посидим попиздим. – Давай, я готов! – Шаст так воодушевлён, что через полтора часа уже входит в паб, который указал ему Серёга. Тот пьёт уже какую-то безалкогольную муть. – Виски-колу, пожалуйста, – заказывает Антон, плюхаясь рядом. – Спасибо, что вытащил. Речь пойдёт об Арсе, я так понимаю. О чём именно? — Пиздец, ты зациклен, – Серёжа делает фейспалм. – Вообще-то я думал, мы приятели и вне Арсения. – Конечно... Спасибо! – благодарит за принесённый коктейль. – Вы общаетесь или ты послушал меня? – Я думал об этом. Но не смог. Общаемся. Я его люблю, Серёнь. Когда представляю с кем-то другим, аж тошнить начинает физически. – Идиотина! – Не спорю. Но давай так. Ты – это я. Что бы сделал ты на моём месте в данной ситуации? – Я бы изначально не попал в неё. Жизнь, свобода и право выбора не стоят никакой карьеры. Никакой, слышишь? – Но тут не только я, тут ещё три человека, понимаешь ты? Подставить себя – это полдела. Но ещё человек, которого я люблю до пизды. И два моих друга. – Лестно, лестно, – Матвиенко бьёт по своему стакану, что-то думая. – И что, Стас шантажирует тебя тем, что и нас волной вашей пидорасни накроет? – В общих чертах да, – сдаётся Шаст. Он не может держать это в себе второй год, ему нужен союзник. – Учись противостоять, Шаст, тут иначе никак. А то ты потеряешь не только Арса, но и себя. – Сколько раз я противостоял, столько потом жалел. Пока я у него в капкане, но я найду способ освободиться. Хочу, чтобы ты верил мне, Серёг... – А я тут каким хуем? Это граф должен верить. Так с кем, ты говоришь, он там мутил в новый год? Антон просит официантку повторить и лезет в инсту. Протягивает фото Арсения с тем мужчиной. Матвиенко придирчиво рассматривает, пролистывает и отдаёт телефон назад. – Не могу утверждать, но по мне, не в его вкусе. – А я? – К сожалению, да. Мне ты сразу не понравился, когда Стас нас познакомил. Шаст улыбается, он верит, что Сергей не со зла, троллит его да за друга беспокоится. – А расскажи, с кем он был раньше? – осторожно закидывает Антон удочку, не понимая, что второй раз наступает на те же грабли. – Не думаю, что я имею право... – Серж... Пожалуйста. – При мне были только Алёна и ещё перец один, вроде Тимур. Очень неоднозначный тип, мачо такой, бисексуал. У него даже параллельно были и девка, и парень. Но когда появился Арс, он послал нахуй обоих и какое-то время они побыли вместе. Он в театр таскался как собачка, чуть ли не на все репетиции даже... Шастун молча пьёт и впитывает информацию. – Где-то год они мутили, ругались постоянно, прям орали, Арс тогда был нервный, вечно накалённый. Я не лез, но вроде как понял, они не смогли поделить роли в постели. Не знаю, чего там Арсюша хотел, но этот хрен был таким активом, что ждать от него чего-то другого было глупо, – Серёжа смеётся. – А эта группа, с которой вы дружили? – Мороженки? Ооо, какие там девки были сочные! – Матвиенко эта тема явно зашла больше. – А Антон? – А что Антон? – Он нравился Арсу. – Видишь, ты знаешь больше меня. Не замечал такого, Тоха же был с солисткой... Короче, спрашивай сам у графа про его прошлое. Если он узнает, что я треплюсь, ему это не понравится, вот увидишь. – Блять, а я хотел спросить ещё про Кирилла... – мнётся Антон. – Это кто? – Он художник, рисует члены... – Всё, всё, всё, нахуй всё! Не хочу ничего знать об этом! Либо мы пиздим на отвлечённые темы, либо вали домой! – Серёжа машет руками. – Ладно, соре. – Расциклись, а то тошнит уже.

* * *

Шаст 11.52 Аааарс, я соскучился. Приезжай в Москву, а? Я хотел взять билет к тебе, но меня загрузили работой над ЧБ, на неделе снимем уже пилот. Арс 12.04 Тош, ты читал про корону? Там какая-то хуйня в Европе начинается, не думаю что сейчас перемещаться без особой надобности будет уместно. Шаст 12.07 Но ты дома не сидишь, судя по сториз) Арс 12.10 Ты в Москве, не забывай, если эта зараза действительно существует, то столицы она коснётся раньше и сильнее всего. Надеюсь, хотя бы съёмки состоятся. Шаст 12.12 То есть мы увидимся только на пуле? Арс 12.14 Да, так будет лучше. Береги себя, пожалуйста. Что за хуйня? Какая корона? Она же была три недели назад в Китае и на Дальнем Востоке... Антон ковыряет новости, но ничего нового и страшного не находит. Арсений хочет расстаться? Свести на нет встречи? Ограничиться только съёмками и концертами? Пиздец, если так. Именно тогда, когда он решил бороться за них.