Не буди лихо

      Драко с самого детства обожал полёты. Любил скорость, обжигающую свежесть ветра, ласкающего мягкую кожу щёк и трепавшего за спиной плотную тренировочную мантию. Он растворялся в ощущении трепета от ног до кончиков пальцев, которые крепко стискивали древко метлы несмотря на дрожь.       Малфой так часто летал в детстве, что совсем не удивлялся, когда его любимое увлечение проникало в том числе и в его сны. Ещё до Хогвартса и на первых трёх курсах он с удовольствием скользил сквозь перистые облака и наблюдал с высоты за выдуманными сказочными странами. Он летал с драконами и пегасами, десятки раз выигрывал Мировой Кубок по Квиддичу, однако с тех пор утекло немало времени и произошло слишком много событий, чтобы ему снилось что-то подобное. Этот сон и вправду был странным и даже немного пугающим.       Небо там было серым и топило землю под собой заряженным воздухом, словно вот-вот собиралось извергнуть дождь с переливами сверкающих молний. Чувство неизбежного и чего-то пугающе прекрасного разливалось по груди Драко, пока что-то за спиной раздавалось громкими хлопающими звуками. Он пытался обернуться, но каждая попытка заканчивалась неудачей, заставляя его вновь устремить взор вперёд в страхе упасть с огромный высоты.       Внизу расстилались смутно знакомые поля и равнины, а по правую сторону высокий хвойный лес, макушки которого нещадно трепал буйный ветер. Это казалось наваждением, но Драко был уверен, что способен услышать самый тихий звук и даже разглядеть насекомых, прячущихся среди травинок. Малфой всё летел и летел, пока вдруг не осознал, что уже не держится за метлу. Её попросту не было. Каким-то чудом Драко стремительно нёсся сквозь тучи, ощущая в мышцах необъяснимую силу — она словно кипела в его венах, оберегала и направляла. Что-то звало его, заставляло тянуться вперёд. Что же это было? Что звало его… или кто? Перед глазами мелькали непонятные силуэты и воспоминания, среди которых он успевал разглядеть кончики перьев, которые трепетали над пергаментом. Среди этих картинок появлялись всполохи взглядов и отголоски чьих-то слов, смеха и криков. Он разглядел в этой какофонии чьи-то хрупкие ладони и взмах длинных ресниц, которые закрывали собой цвет радужки.       Он чувствовал пустоту и отчаянно хотел заполнить её. Ощущал, как с каждой секундой оказывался всё ближе и ближе к цели. Казалось, уже видел чей-то силуэт, когда позволил своей магии снизиться на сотню метров к земле. Оно близко. Близко настолько, что…       Драко с жадным вздохом сел в кровати, растирая ладонью лоб и откидывая с него взмокшие прядки волос. Сон, это был просто чёртов сон, отголоски которого всё ещё мелькали перед глазами.       Утро Малфой провёл в тяжких думах. Между мыслями о странном поведении матери и приёме тех самых зелий, которые ему ещё на заре прислал лекарь, Драко тщетно пытался сообразить, что хотело сообщить ему подсознание и почему вообще он чувствовал себя настолько взволнованным.       На фоне душевных терзаний Драко спешил выбраться из дома как можно скорее. Не ясно — было ли дело в чудодейственном зелье или в обычном самовнушении, но спустя час после приёма он и впрямь почувствовал себя значительно лучше. Мысль о подступающем безумии заставила его тихо фыркнуть по пути от лифта до входа в отдел.       Жертву психологического насилия с целым каталогом детских травм отправили на работу к человеку, который все школьные годы выводил Драко из равновесия. Какая злая ирония.       Он неосознанно застыл перед дверью приёмной, принюхиваясь. Прежний дивный аромат казался призрачным и неуловимым. Драко всерьёз засомневался, слышал ли он его вообще или это были лишь игры подсознания. На рабочем месте оказалась только Рэйчел, которая, судя по свежезаваренному кофе, явилась на работу буквально на пару минут раньше Малфоя. Он вежливо отказался от предложенного девушкой напитка и присел за второй стол. Перед глазами маячила папка с документами, которую он всё-таки изучил прошлым вечером. В этом было сложно признаться, но проект Грейнджер вызывал в его душе отклик. Это было что-то новое, свежее и, вполне вероятно, обречённое на провал. А ещё в голове снова и снова вертелась одна назойливая мысль. Она претила Малфою, тому Малфою, который вернулся в родную страну из долгой ссылки, тому Малфою, который отныне мечтал лишь о спокойствии и мире для себя и своей матери. Он не хотел вмешиваться в скандалы, в громкие министерские дела и собирался понести последний этап своего наказания без лишних хлопот. Но была и та его часть, что билась в гневе глубоко в его груди каждый раз, когда Драко замечал на себе косые, пропитанные презрением и отвращением взгляды, стоило ему оказаться в коридоре Министерства. Эта его часть мечтала восстановить славное имя его семьи, мечтала отбелить их репутацию и доказать всему магическому миру, что Малфои достойны второго шанса. Что же могло помочь ему в этом больше, чем гениальный и до отвращения благородный проект Грейнджер? Возможно то, что он считал огромной неудачей, на самом деле было его билетом в светлое будущее?       Драко как раз потянулся к документам, чтобы изучить их снова, когда дверь приёмной открылась и на пороге оказался человек, которого он меньше всего ожидал здесь увидеть.       Высокая и стройная фигура Блейза Забини, облачённая в тёмно-синюю мантию, проследовала прямо к столу Рэйчел, склонившейся над бумагами. Девушка, как и прежде, не поднимала от документов носа, пока посетитель не оказался вплотную к ней. Драко с растущим удивлением наблюдал, как его старый друг менял привычную самодовольную улыбку на что-то… не поддающееся описанию.       Блейз слегка нервным жестом поправил воротничок белоснежной рубашки и, облизав нижнюю губу, приблизился вплотную к столу ассистентки. Драко смотрел в упор на Забини, но тот, кажется, совсем его не замечал. Блейз вообще выглядел непривычно взволнованным. Что случилось за это время с закоренелым ловеласом?       — Добрый день, мисс Миббл.       Девушка резко вскинула голову, отрываясь от работы с бумагами. Она мимолётно взглянула на молодого человека перед собой, задерживаясь глазами на документах в его руке, после чего выдавила из себя дежурную улыбку.       — Мистер Забини. Чем могу быть полезна?       Улыбка Блейза медленно сползала с лица, пока он протягивал девушке бумаги.       — Меня отправили передать вам вот это, — чуть помедлив, он опустил свою кладь на стол перед Рэйчел, — Это…       Едва заметив название отдела, Миббл резко выдохнула. Она устало стащила с лица очки, укладывая их рядом с чашкой недопитого кофе. Малфой настолько увлёкся их разговором, что невольно подался вперёд, оперевшись в свой стол локтями.       — О, поверьте, я знаю что это такое, — проговорила девушка сквозь зубы, отчего-то заставив мулата сделать шаг назад, — Очень мило с вашей стороны, мистер Забини. Видимо, Кортни из отдела мистера Флинта уже не может смотреть нам в глаза, учитывая, что это… — она задумчиво скосила глаза правее, — кажется, происходит уже в двенадцатый раз, — Рэйчел подняла холодный взгляд на Блейза, который выглядел так, словно мечтал провалиться в подземелья гоблинов прямо на месте. — Этот отдел отказывает нам уже в двенадцатый раз, вы знали?       Драко прикрыл насмешливую улыбку ладонью, наблюдая, как его друг буквально скукоживался под взглядом рассерженной Рэйчел. Он что-то пробормотал в ответ настолько тихо, что Малфой смог услышать лишь обрывки извинений и сочувствия. Блейз уже собирался уходить, как вдруг всё-таки разглядел за столом напротив бывшего однокурсника.       — Малфой?       Драко ответил кривой улыбочкой, безмолвно говорящей, что он видел и слышал весь их разговор с Рэйчел и намеревался использовать этот случай не один десяток раз в качестве фундамента для насмешек.       Блейз подошёл ближе, опускаясь на ближайший стул.       — Ни слова, Малфой. Просто. Ни. Слова.       Драко сжал губы, пытаясь скрыть очередную улыбку.       — Раннее утро, а ты уже весь в работе, — отвлечённо протянул Забини, кивая на кучи бумажек на столе друга.       — Грейнджер завалила тебя работой?       Малфой тихо фыркнул. Он перевёл лукавый взгляд с Забини на Рэйчел, заметив, как товарищ мгновенно напрягся, и тут же вернул своё внимание Блейзу.       — Не жалуюсь. Здесь вполне… — Драко откинулся на спинку чертовски неудобного стула, — комфортно и даже, наверное, интересно. В некотором смысле, правда?       Малфой вновь стрельнул взглядом в ассистентку, которая, как и прежде, нырнула в работу с головой. Он даже не переживал, что Рэйчел могла их услышать. Миббл была одной из тех людей, которые окунались в дело с головой. В этом она была удивительно похожа на Грейнджер. Драко со школьных лет помнил, что увлечённая книгой в библиотеке она порой не замечала окликов своих друзей, а случалось и такое, что Поттер и Уизли буквально уговаривали её отвлечься от учебника, потому что несколько минут назад начался дождь.       Драко провалился обратно в реальность, услышав недовольный бубнёж друга.       — …обещаю тебе, Драко. Ибо ты знаешь, каким я становлюсь, когда меня выводят из себя. Надеюсь, ты помнишь, что я сделал с Тео, когда он в прошлый раз попробовал напомнить мне о том случае с Милли? — Блейз постучал пальцем по столу, — Чёртов Тео два дня не открывал свой рот, потому что я трансфигурировал его язык в…       Драко протестующе махнул ладонью, практически свалив от напора стопку папок.       — Достаточно. Я отчётливо помню, как выглядел его чл… язык, — Драко успешно подавил вспышку тошноты, вызванную воспоминаниями о том дне. — Если ты продолжишь, мне понадобится огневиски.       Блейз снисходительно кивнул.       — Кстати. Как раз собирался выслать тебе сову. Завтра у меня в поместье планируется встреча бывших однокурсников, — мулат криво улыбнулся. — Так сказать, особым составом. Ты в деле?       Драко не успел открыть рта, как дверь в приёмную дёрнулась, словно в неё толкался ребёнок, а затем с грохотом закрылась. Только со второго раза внутрь нырнула Грейнджер, в руках которой уже было несчётное количество рабочих свитков. Она мимолётно взглянула в его сторону, приветственно кивнув, шепнула что-то Рэйчел и скрылась за дверью своего кабинета. Стоило ей пройти мимо, как до Малфоя донёсся этот потрясающий, дурманящий аромат. Он был заметно слабее, чем в прошлый раз, но всё же приятно щекотал ноздри и заставлял Драко вздыхать снова и снова. Он вдруг нахмурился. Могла ли Грейнджер подливать ему в напитки амортенцию? Правда вот, во имя Мерлина и Морганы, Малфой не мог представить себе, зачем бы ей пришлось это делать.       — Драко?       Блондин вздрогнул, возвращая взгляд Блейзу. Чёрт побери, ни в одной из вселенных Драко не мог бы представить ситуацию, где Гермиона Грейнджер и Драко Малфой могли участвовать в чём-то, подразумевающем в себе использование амортенции.       — Я приду. Будет полезно проветрить мозги.       Забини довольно кивнул, бросил мимолётный взгляд на соседний стол и, попрощавшись, вышел.       В задумчивости Драко опустил взгляд в стол, проводя кончиками пальцев по бумагам проекта. Возможно, именно это дело сдвинет благосостояние его семьи с мёртвой точки. Сможет ли он справиться с этой задачей? Сможет ли закрыть глаза на былые приоритеты и взгляды во имя себя и счастья матери? Драко не знал, но дал себе обещание, что приложит к этому все усилия.       — Драко, — обратилась к нему Рэйчел, — Мисс Грейнджер попросила зайти тебя к ней, когда освободишься.       Малфой решительно кивнул, вставая со стула. Он должен показать Грейнджер, что способен на продуктивную работу. Если она позволит Драко принимать большое участие в проекте, он несомненно окажется у всех на слуху. Блондин усмехнулся. Бывший Пожиратель смерти, безвольный раб поверженного Тёмного Лорда собирается ратовать за права маглорождённых волшебников. Мир был близок к апокалипсису.       Оказавшись в кабинете, Малфой присел в кресло для посетителей, вытянув ноги. Грейнджер корпела над какими-то списками, импульсивно вычёркивая какие-то определённые пункты.       — Очень надеюсь, что ты внимательно изучил содержимое папки, которую я тебе дала, — произнесла она, не отрываясь от своего дела.       — Изучил.       Девушка оторвала взгляд от бумаг, вопросительно вскидывая тонкую бровь.       — В самом деле? — Гермиона отложила в сторону шариковую ручку, устремляя на собеседника внимательный взгляд. — Что можешь сказать?       Грейнджер выпрямилась в кресле, вздёргивая острый подбородок, словно морально готовясь к очередной стычке. Точно так же она делала каждый раз, когда они сталкивались в коридорах Хогвартса. Несмотря на свой крохотный рост и хрупкую комплекцию, один её воинственный взгляд мог заставить людей заикаться.       Драко сложил руки в замок перед собой, стараясь придать себе максимально доброжелательный вид.       — Я впечатлён, — довольно искреннее произнёс он. — Ты проделала огромную работу.       Неверие в глазах Грейнджер мелькало настолько явно, что Драко пришлось прочистить горло, чтобы продолжить.       — Сразу несколько учебных планов на рассмотрении? Это отлично. На самом деле, можно было бы использовать в работе их все, — он раскрыл папку, отыскивая среди бумаг определённую, на которой оставил несколько заметок. — У меня есть несколько предложений и комментариев. Если, конечно, тебе интересно их послушать.       Грейнджер молчала не меньше минуты, бездумно глядя на документы перед молодым человеком. Она несколько раз моргнула, прежде чем взять себя в руки.       — О, это замечательно, Малфой. Сказать честно, я не ожидала… — девушка глубоко вздохнула, откидывая крупные кудри с плеча за спину, — Что ж, тогда давай начнём.       Гермиона захватила со стола записную книжку и переместилась ближе к Драко, чтобы рассмотреть его пометки. Поначалу всё было спокойно, Малфой с расстановкой и знанием дела комментировал некоторые свои идеи. Он иногда спотыкался о горящий взгляд Грейнджер, который она беспрерывно транслировала. Её привычные карие глаза буквально мерцали, превращая цвет благородного тёмного шоколада в карамельные ириски. Драко так же не смог не отметить, что этот переливчатый золотистый оттенок перекликался с таким же отливом её волос.       Сложно было понять самого себя. Почему-то, даже несмотря на принятые Малфоем зелья, он продолжал чувствовать этот сладкий аромат. Спустя несколько минут стало душно, но, к счастью, не так сильно, как раньше. А ещё здорово отвлекала сама Грейнджер. И своими глазами, и губами, которые она поочерёдно прикусывала в моменты глубоких размышлений, и даже монашеским вырезом блузки, который едва опускался ниже ключиц, но отчего-то призывал Драко постоянно опускать туда взгляд. Творилась какая-то чертовщина.       Спасением Драко оказался настойчивый стук в окно кабинета. Грейнджер отвлеклась не сразу, но, услышав звук, обернулась к противоположной стене.       — Прошу меня простить.       Стоило девушке отойти подальше, Малфой смог смахнуть с себя эту странную дымку, мешающую как следует сосредоточиться. Пока Гермиона отвязывала от лапки совы письмо и угощала ту заранее подготовленным лакомством, Драко постарался незаметно промокнуть вспотевший лоб. Вероятно, зелье, которое ему прописал лекарь, имело накопительный эффект. Он хотел думать, что спустя несколько приёмов лекарства ему удастся справится с этой проблемой. Один Салазар знал, почему его так заклинило на Грейнджер и её кабинете, но это не могло продолжаться и дальше. Что потом? Пускать слюнки на мозг Золотого трио? На девочку, которую он всё детство и юношество смешивал с грязью на почве глупых предрассудков? Чёрт возьми, это ведь Гермиона Грейнджер!       Драко мотнул головой, пытаясь выбросить из неё этот бред. К тому времени героиня его мыслей осторожно присела на прежнее место, сжимая в руке недавно полученное письмо. Она уже не выглядела воодушевлённой, как пару мгновений назад, вместо этого сияющая карамель в её глазах потускнела, а брови сожалеюще изогнулись. Грейнджер выглядела расстроенной, и Драко едва держал себя в руках, чтобы не спросить причину.       — Думаю, на сегодня мы закончили, — негромко произнесла девушка, потирая пальцами переносицу, — У меня появилось… неотложное дело. Поэтому предлагаю продолжить завтра, а сейчас прошу тебя подать очередное заявление на предоставление домовых эльфов для нашего проекта. Формуляры можешь спросить у Рэйчел, хотя она уже наверное наизусть знает все пункты, — вздохнула Гермиона, вставая с кресла, заставив Малфоя отчего-то резко подняться вслед за ней. — На самом деле, мне было неожиданно приятно, что ты окунулся в проект с таким энтузиазмом. Нам здесь не хватало умелых рук и свежего взгляда.       Драко видел, как хрупкая ладонь Грейнджер взметнулась вверх, останавливаясь на уровне поясницы. Она протягивала руку для рукопожатия, словно они были деловыми партнёрами или… приятелями. Гермиона Грейнджер протягивала руку ему — Драко Малфою. Блондин позволил себе секундную задержку, прежде чем накрыл пальцы девушки своими.       Это было странно. Охренительно странно. Потому что стоило Драко прикоснуться к ней, как его словно прошибло током, а перед глазами на мгновение замелькали разноцветные огоньки. В ярких вспышках он разглядел карамельные радужки и россыпь веснушек от носа до скул и чётко услышал чей-то знакомый приятный голос, напевающий какие-то несусветные глупости, словно прямо ему на ухо. Что-то подобное он чувствовал во сне этой ночью. Малфой не знал, сколько это длилось, но в сознание его вернула Грейнджер, которая пыталась осторожно высвободить ладонь из его крепкой хватки. Казалось, она и не заметила заминки.       Уголки губ девушки поползли вверх, растягиваясь в искренней улыбке, но Драко был готов поспорить, что в её глаза закралось глубокое разочарование. Малфой выходил из кабинета со странным чувством того, что ему не хотелось бы быть объектом этого разочарования.