Падение

Но попыток соблазнить профессора Абри не оставлял. — Северус, папа имел в виду, что нам стоит предохраняться. — Нет и нет. — Ну, хочешь, я напишу ему письмо и уточню, раз ты сам стесняешься? — Ничего я не... Постой! Не надо. — Северус, — Абри простонал, — ну подумай сам, стал бы папа позволять нашу свадьбу, если бы мы так и вынуждены бы были жить как учитель и ученик? Он бы тогда устроил только помолвку и пообещал бы выдать меня за тебя через пару лет, и все. Ну, разве не логично? Северус вздыхал, позволяя уронить себя на широкую постель, застеленную свежим бельем. Абри устраивался у него на бедрах, потираясь об его причинное место так соблазнительно, как только мог. — Ну подумай, кто об этом узнает? А если и да? Мы законные супруги. И точка. — Твой папа Люциус, который готов содрать с меня шкуру. — Он уже образумился и вообще, мне кажется, думать забыл. У него есть другие заботы помимо мести тебе. — Хм, сомневаюсь. Снейп был не прочь ощутить ласки Абри, но категорически отказывался брать инициативу в свои руки, медля. — Северус Снейп! Клянусь, я подам прошение о расторжении брака и в графе "причины" укажу "половая слабость"! — Шантажист, — проворчал Снейп, переворачиваясь и крепко обнимая мальчишку за талию. — Но учти, мы будем предохраняться. — Сколько угодно, хоть это и совершенно бесполезно, — закатил глаза Абри. Но и тут профессор оказался слишком медлителен, будто бы он пытался усыпить бдительность вейлы своими поцелуями и поглаживаниями. Абри даже застонал, чувствуя как Северус замирает, не решаясь уже снять его рубашку. — Я тебя изнасилую, я тебе клянусь, Северус Снейп. Даром что ты теперь мой муж. Юноша осторожно положил ладони на плечи супруга. Притянул, ласково целуя, и чуть опустил ладони, расстегивая рубашку на зельеваре. — Хочу уже коснуться твоей кожи. Ты все время закрыт по самые уши, покажи уже мне её... Северус замер. Вроде бы хотел отстраниться, но Абри не позволил, нахмурившись и пригрозив Снейпу собственным отцом. — Даже не вздумай! Одна ладонь легла на пояс брюк, осторожно огладила, приласкала, и потянулась к пуговицам, медленно их расстегивая. — Такой ты… мягкий. Нежный… С ума сойти. Абраксас удивленно коснулся кожи груди и торса своего мужа, понимая, что кожа у него, как у ребенка, мягкая и нежная. — Теперь я буду тебя трогать постоянно! И вот разве сможешь успокоить веселящуюся вейлу? Да ни в жизнь! Абри хохотал, раздевая супруга, щекоча его, лаская и теперь уже наслаждаясь тем, что он безнаказанно может его трогать и гладить. А еще бесконечно щупал за задницу и не только… — Мое. Все мое! Никому не отдам! — Угомонись немедленно, Абраксас Малфой! — Нет! И не подумаю. Впрочем, угомонить его удалось. Поцелуем, ласками, и тем, что Северус-таки наконец его раздел и замер, любуясь. Абри, засранец, еще и сладко потянулся, выгибаясь перед супругом, наслаждаясь его взглядом. — Нравлюсь? А вот так? И он перевернулся, выгибаясь и вставая на четвереньки, словно большой котенок, потягиваясь. Бедра и аппетитная задница, обтянутая черным кружевом (бесстыдник!), так и оказались прямо перед глазами зельевара. А юноша только посмеивался, приподнимаясь и беря ладонь мужчины, кладя ее себе на задницу и давая почувствовать кожу сквозь тонкую ткань. — Я выбирал для тебя. Нравится? Мне кажется, мне очень идет, учитывая что у меня белая кожа. Не правда ли? Правда, Мерлин сказал, что мне надо остаться без них и повязать передник, чтобы мой супруг все-таки обратил на меня внимание. Считаешь, он прав? Ну и что ему такому сказать? "Негодный мальчишка, отшлепаю"? Но Абри будет этому только рад. Поэтому Снейп чувствительно шлепнул его по мягкому месту. Светлая нежная кожа так и притягивала взгляд, хотелось нагнуться к ней, попробовать на вкус, приятные округлости хотелось огладить, что он и сделал. Он прижался к ягодицам мальчишки парой жестких укусов-засосов, прошелся языком по складочкам вокруг ануса, а затем прижался давно стоящим членом к ним и потерся. Абри под его руками тихо хихикнул и сжал мышцы. Он, видимо, почувствовал, что в него сейчас вторгнется нечто более ощутимое, чем язык или пара пальцев. — Северус... Это правда, что ты девственник? Вопрос застал Снейпа врасплох. Чем он таким себя выдал? Вместо ответа Абри ждал еще один шлепок по заднице — такой, что кровь начала приливать к месту, которое обжег удар ладонью. Он недовольно заизвивался и перехватил руку Снейпа, направив ее к своей дырочке. —Поласкай меня немного... А то будет больно. Северус внял его просьбе и, медленно облизав пальцы, протолкнул их в узкое горячее нутро, чувствуя, как Абри чувственно сжался и двинул бедрами, будто прося ввести их еще глубже. Счастье, что он приготовил на этот случай смазку и держал ее рядом — она усиливала ощущения, так что скоро мальчик под ним стонал на все лады и уговаривал не прекращать растягивать его. Абри, конечно, сильно бы возмутился, узнав, что Северус до сих пор называет его "мальчиком", но кто сейчас прислушивался к его мнению? Ему оставалось только млеть в сильных руках, а потом тихо ахать, когда им овладели несколькими резкими движениями. Снейп двигался быстро и довольно грубо, брал свое, гладя попутно член мальчишки, его грудь и соски, отчего мальчик сладко сжимался. Кончил он в унисон с ним, громко простонав. Снейп навалился на него сверху, будто дав волю тем чувствам, которые два года прятал очень глубоко, и Абраксас затрепыхался, как настоящая пойманная испуганная птичка, а потом возмущенно пискнул, требуя освободить его. — Это было... крышесносно. Он хотел, судя по лицу, укорить Снейпа за грубость, но потом обнаружил, что она его и заводила. Ему нравились сильные объятия своего профессора, тем более, что тот успел его вымотать перед этим своей медлительностью. — Можем повторить еще раз, — Абри закинул ногу ему на пояс и потерся об его живот уже своим стоящим членом. — Нет уж, — строго осадил его профессор, произнося очищающее, и поднес Абри противозачаточное зелье. — А то твой отец скажет, что я тебя измучил. — Я умоляю, он ничего не узнает! — простонал Абри. — Нет. Я старый больной человек, прекрати мне досаждать. — Минуту назад ты не казался ни больным, ни слабым, — усмехнулся Абри. — Я сплю, — заявил Снейп, и, прижав к себе Абри сильной рукой, уткнулся в подушку, так что младшему супругу поневоле пришлось успокоиться и лежать рядом с ним тихонько. — Жаль, что завтра в Хогвартс... Северус, только подумай, целый год без... Без секса. — Всего полгода. Спи. — Не-ет! Мы будем иногда выбираться в Хогсмид, обещай мне. Снейп усмехнулся и кивнул, не забыв закрыть глаза и повторить еще раз, что крепко спит. Наутро их ждали быстрые сборы, неторопливо отъехавший от платформы родной Хогвартс-Экспресс и еще одна супружеская ссора, поскольку Снейп отказывался пускать Абри в купе для преподавателей.

***

Тем временем у Люциуса Малфоя началась совсем другая, хотя ничуть не менее интересная жизнь. Он по-прежнему горячо ждал письма от сына, выискивая в нем признаки того, что Снейп обходится с его птенчиком слишком грубо, но ничего не находилось, и наоборот, временами Темному Лорду записки присылал Снейп: сквозь строки чувствовалась его завуалированная усталость и то, что он вообще немолод, и... и все-таки счастлив. А кроме этого, держаться теперь приходилось осторожно, поскольку Темный Лорд напомнил ему об его месте. Заключалось это, к счастью, не в наказаниях. Но отказы обслужить себя в постели не принимались, даром что Люциус ссылался то не слабость, то на головную боль. — Поверить не могу, что ты отдал моего сына этому... этому носатому ворону. — Не могу поверить, что ты рассматривал сына как игрушку, которую можно удобно выдать замуж при случае, а не считаться с его желаниями — с желаниями взрослой сильной вейлы, — парировал Темный Лорд. — Он не взрослый, он совсем юный и неопытный, а этот старый развратник... — А этот старый девственник, — в тон ему отвечал Лорд. — Ты договоришься до того, что мой сын, пожалуй, сам его соблазнил! — возмутился Люциус. — Не удивлюсь, если так и было, — зевнул Темный Лорд. Люциус после этих слов хватался за сердце, потом изображал смертельную обиду, потом, получив шлепка по заднице, оборачивался вейлой и норовил исклевать обидчика, но Волдеморт обычно быстро его усмирял. А ведь между тем у профессора было еще много дел. Лорд только один раз поинтересовался, как идут дела с принятием рода и возвращением фамилии Принц. И нельзя сказать, чтобы Снейп мог его порадовать. Многочисленные проверки, возмущение гоблинов, попытки найти в архивах свидетельства о том, что полоумный дурак, его дед, не изгнал из рода свою дочь, а лишь выжег на гобелене семьи... Попытки признания, шантаж и угрозы (ведь все пропавшее наследство рода отходит в Грингготс, а возвращать награбленное гоблины не желали). Один раз Северусу пришлось даже попросить о помощи Лорда, и только после этого все пошло более-менее спокойно. Артефакт выявления крови обнаружил, что Снейп является близким родственником многим знатным семействам. Наследники же состояния угасшего со смертью его деда рода Принцев не объявились за необходимое время. И наконец Северус получил заветный конверт, в котором говорилось, что его ждут на процедуру признания главой Рода. Обязательно с супругом. — И вот зачем там ты… — Снейп хмуро крутил в руках карточку, даром что в кабинете был с Абри, восседавшим у него на коленях. Тот был тих и задумчив, что автоматом наводило на мысли о задуманной пакости. — Я попрошу у отца комплект драгоценностей. Тебе лучше тоже напиться зелий и быть готовым к огромному оттоку сил, это тебе не хухры-мухры, Северус. — Вот и откуда у тебя такие познания, а, мелкий негодник? — Я вырос в семье, где моим отцом был Люциус. У меня и выбора не было. Абри взглянул на супруга — школа его не красила. Да, снова он стал чуть больше улыбаться, глаза стали будто теплее, и даже волосы он перестал обрабатывать жутким составом, но это только потому, что тетради занимают все его время и варить зелья ему стало некогда. Но морщинки под глазами, усталость.. — Я хочу, чтобы ты оставил преподавание. Ладно, можешь довести мой курс, но я вижу, как ты устаешь. Маленькая лавочка с зельями, да? И ты будешь там единовластным правителем. Больше никаких студентов. — Что ты себе надумал, Абри и не подумаю! — Посмотри на меня, Северус! — Абри вдруг властно поднял его подбородок, вглядываясь в глаза. — Мне всего шестнадцать, я не готов терять тебя так быстро! Ты не берешь меня в постель, а ведь вейлы могут продлевать жизнь своих любимых, но мы делаем это через секс. Я вижу, сколько ты пьешь зелий, слышал твои стоны ночью, когда тебя мучают кошмары. Я не спорю, у вас было тяжелое время и ты… натворил немало дел. Но тебе больше не нужно за них расплачиваться, слышишь? И ты не один, я рядом, пусть ты и считаешь меня ребенком. Но ребенок — только человеческая оболочка. Вейла внутри меня куда старше, она прошла не один круг возрождений и выбрала тебя задолго до моего рождения в мире людей. Поэтому прекращай себя не жалеть и не вздумай меня оставить вдовцом. У нас еще даже детей нет. Вейла наклонился, мягко целуя супруга в угол губ и слезая с колен, направляясь к двери. Только у косяка замер и обернулся. — И если ты не скажешь МакГонагалл, чтобы за полтора года она нашла тебе замену, то я скажу это сам. И с отцом. Лучше не зли меня, Северус Тобиас Принц! И оставил ошарашенного зельевара одного в комнате, направляясь к себе в гостиную. — Поговорили? Брат как обычно вынырнул как черт из табакерки откуда-то из проема сбоку. — Конечно. Я не допущу, чтобы мой супруг надорвался, обучая толпу студентов, которые этого даже не ценят. Мерлин только скривил рожицу и обнял брата за плечи, начиная болтать о чем-то своем, об экзаменах, о том как Миранда Старлайт его уже достала и даже о том, что она намекает на свадьбу. — Не вздумай даже, она же ужасна… Отец будет в ужасе. — Ну ты же вышел замуж. Можно подумать, она хуже. — Она хуже репутацией и поведением, и давай ты не будешь мне доказывать обратное, мы с тобой учимся пока еще в одной школе. Мерлин обозвал его занудой. В назначенный день получив освобождение от уроков, чему поспособствовал опять же отец, якобы вызвав его домой, Абри осторожно закрепил на себе домашние накопители, которые не были закреплены за родом Малфоев или же Гонтов. — Ты такой красивый. — Люциус едва не прослезился, обнимая своего птенчика и утыкаясь в макушку, даром что Абри был ему по плечо. — Ай, папа, ну затискал, прекрати… Ой… А что это? Он осторожно прижал ладони к животу отца, почувствовав там что-то твердое и округлое, правда, еще где-то глубоко внутри. Если бы тот не прижал его к себе так резко, он бы и не понял... — Тсссс…. Я еще никому не говорил. Абри улыбнулся: вот это поворот. Неужто фортуна еще раз заглянет к ним в дом? — Я уже не завидую отцам, честное слово. Но я очень рад за тебя, поздравляю. Я никому не скажу, честно. — Что не скажешь? Тео зашел в гостинную, подозрительно оглядывая заговорщиков, и привлек к себе сына, так же его целуя. — Что папа Люциус может быть добрым и милым, и даже просто обнимать! — тут же выкрутился Абри, подмигивая своему отцу. Тот только улыбнулся. — Абри? В гостиной появился Северус, опасливо поглядывая на Люциуса и протягивая руку к младшенькому, что, весело рассмеявшись, влетел к нему в объятия. — Я готов, идем-идем-идем! С громким хлопком они исчезли. Люциус проводил их тяжким вздохом: в душе он так и не смирился со странным выбором сына, и не понимал, как его росший таким спокойным и послушным Абри сделал вдруг такой серьезный выбор. Но, так или иначе, заботы у него теперь были другими. Он легонько неосознанно погладил живот, что не прошло мимо взора Темного Лорда. Он бросил на него заинтересованный взгляд, но пока ничего не сказал, решив при случае проверить, когда возьмет Люциуса вечером к себе в постель. Вечерняя "проверка" показала именно то, что он и подозревал — само собой, Темный Лорд действовал бережно, когда Люциус крепко заснул. Огонек новой жизни грел его руки горячо и уверенно, и Волдеморт не поверил их счастью. Кажется, в их возрасте... Чем он такое заслужил? "А ведь и у Абри с Северусом кто-нибудь появится", — подумалось ему, и голова снова пошла кругом от вероятных забот. — Надо бы сделать еще одно внушение Северусу, чтобы не смел... Хотя тот и без внушений выглядел смущенным". Но, поразмыслив, он все же взял перо в руки и принялся за письмо, которое по каминной почте отправилось в Хогвартс. Но вместо приличествующего случаю ответа к нему заявился крайне разозленный сын. Глаза Абри метали маленькие молнии, и становилось сразу ясно, что он сын не только Люциуса, но и самого лорда Волдеморта. — Что это такое? — он потряс письмом перед носом отца. — Сколько можно? Ты и в первый раз его запугал с такой силой, что мне стоило труда уговорить Северуса хотя бы обнять меня на ночь, а теперь? Чего ты добиваешься? Забирай свое письмо. И хватит писать об этом! Мне не шесть лет, я в состоянии сообразить про прием противозачаточного зелья! Конверт шлепнулся об стол. — Что ты себе позволяешь? Что за крик на собственного отца, Абраксас Принц? Абри смутился, отступив на шаг. — Понимаешь, Северус и без того... стеснительный. Я еле уговорил его на... чтобы мы... вместе... на супружеский долг. Он и пальцем меня боялся касаться! А ты его пугаешь. — Я забочусь о твоем благополучии прежде всего. Хочу, чтобы ты получил образование. Ты уже решил, какие предметы будешь сдавать? — Да. — Зельеварение, конечно? — Трансфигурацию, Арифмантику, Нумерологию... Ну и зельеварение, да. Зря я, что ли, даже на каникулах живу с профессором зелий? — Только не говори, что ты тоже хочешь поступить в аврорат, — поморщился Волдеморт. — А что? Минуту назад тебе не нравилось, что я хотел посвятить себя тому, чтобы свить гнездышко для нас с Северусом, теперь не нравится, что я хочу заняться расследованиями... Волдеморт вздохнул: приходилось признать, что он и сам стремился загнать сына в какие-то рамки и предпочел бы, чтобы тот выбрал более спокойную область деятельности — к примеру, историю магии — но Абри был своего мнения на этот счет. — Все же мне надо написать Северусу, чтобы держал тебя построже. Воспитание не окончено! Абри только расхохотался и исчез. Чуть позже письмо с просьбой к "дорогому Северусу" получше следить за мальчиком и, если придется, наставлять его на путь истинный, то есть на учебу и экзамены, легло на стол к профессору Снейпу, отправленное с совой, чтобы не перехватил Абри. И Снейп, проходясь по мягкой пятой точке своего юного супруга, мог быть отныне совершенно спокоен на этот счет. Само собой, весть о свершившемся меж ними браке быстро облетела всю школу. МакГонагалл сухо поздравила их, сказав, что очень рада за Северуса, но видно было, что подобной разницы в возрасте она совершенно не одобряет. Что касается однокурсников, многие из них откровенно считали Абраксаса сумасшедшим: кто же еще по доброй воле свяжет свою жизнь со Снейпом, грозой подземелий и самым злым профессором Хогвартса? Некоторые искренне сочувствовали юноше, решив, что это договорной брак и что выбора у Абри не было.