Долгая спячка: Ведьмак. Истории Школы Кота I

Жалование командора личной стражи наместника позволяло жить в самом богатом районе Весвальда, и Морро себе в этом не отказывал. «Голова усатого эльфа» — старейший трактир в городе, его основал один из ветеранов Семилетний Войны людей и эльфов за эти земли, сейчас же этим местом заведали потомки боевого офицера. Завсегдатаи старики рассказывают, мол их деды им рассказывали, что до войны, во времена, когда Весвальд был эльфийским городом Гаалагем, в этом доме тоже была корчма — «Птичка в клетке», а корчмарем как раз и был усатый эльф, чей побелевший череп лежит в птичьей клетке на каминной полке и по наши дни. На втором и третьем этажах таверны располагались гостевые комнаты, ведьмак жил под самой крышей в просторной мансарде с большим балконом. Ведьмак не помнил своих снов, в основном, ему снились кошмары, каждое утро он просыпался в мокрой от пота кровати. Робкий стук разбудил Морро спозаранку: — Мастер, вы оставили записку с просьбой разбудить вас как можно раньше, но чтобы солнце уже светило. — раздался голос трактирщика из-за двери. Ведьмак раскрыл глаза. Видимо, пьяным он решил не снимать одежду вернувшись домой в ночи — камзол был небрежно расстегнут, одежда вся в пятнах, влажная и липкая от пота. Морро сел на кровать, правая ноздря была забита и совсем не дышала, ведьмак стянул парадные одежды, вытер рубахой мокрое тело и бросил на пол. Солнце приятно грело сквозь оконные стекла в потолке, ведьмак подошел к полной бадье, умылся и с усилием высморкался — капли крови пошли кругами по воде. Морро накинул средней свежести рубаху, достал из кармана записку, еще раз прочел угрозу и убрал обратно. Старый ведьмак достал медальон из под льняной просторной рубахи, поправил его на груди и спустился на первый этаж в главный зал. В «Голове» уже сидели первые постояльцы, пахло жареной грудинкой, чесноком и свежим хлебом. — Доброго утра, мастер! — поздоровался трактирщик со спустившимся Морро. — Доброго, Добед. — ведьмак уселся за стойку, снял с плеча ремень с клинком и положил подле на высокие стулья. — Никак нам с вами в эти дни не встретиться, как луне с солнцем: уходите рано, приходите поздно, а у меня для вас письмецо второй день лежит. — трактирщик хромая подковылял к Морро и вручил письмо, бумага была запечатана сургучом с символом шишки хмеля. — Спасибо, Добед. Ведьмак принял послание, посмотрел на печатать и переломил коричневую лепешку. Колокольчик на входной двери дзинькнул и в корчму забежал молодой капрал в начищенном до блеска доспехе и сразу обратился к Морро: — Командор, капитан Кадебо передает вам, что в стражу пришел ловчий и говорит, что его отряд охотников не вернулся с ночной охоты – капитану это кажется странным. — громогласно отрапортовал послание юноша, собрав на себе недовольные взгляды сонных постояльцев. — Не ори, парень. — ведьмак прикрыл одно ухо, — Возвращайся к капитану, пусть принимает решения по своему усмотрению. Стражник отсалютовал и также резко покинул трактир, наконец, Морро смог приступить к письму. «Дорогой мастер Моро! Давно не получали от вас весточки, али наши письма до вас не доходят? Надеюсь вы все также обретаетесь в «Голове усатого эльфа», иначе хрен им а не скидка на пиво. У нас все здоровы, по милости Богов, с семьею милою. Со следующей телегой с пивом встречайте моего юного Базиля у вас в «Голове», это будет его первый караван, пора бы ему активнее учавствовать в семейном деле. Хотели приехать на ярмарку, но решили, что лучше больше продадим пива Добеду — пусть он там спину рвет напаивает их всех, а мы спокойно отметим Хорсов день в деревне. Вместе с Базилем ждите второе письмо и гостинцы. Ваш верный друг Иво.» Ведьмак дважды перечитал письмо и поднял глаза на корчмаря: — Ну налей что ли кружку «Букета», есть из погреба? Добед развел руками в стороны: — А закончилось вчера все пиво из Пестроцветья, вот завтра ждем обоз, мастер. Хотите может местного? — Завтра… Охотники… — Морро задумался, — Да давай, что похолоднее и завтрак. — ответил он чуть погодя. «Значит уже завтра Базиля ждать, а если лес небезопасен?» Беспокойные мысли начали закрадываться ведьмаку, мало ему было головной боли, так теперь еще прибавилась и эта. Добед поставил перед Морро глиняную кружку и чугунную сковородку с жареными свиными купатами и картошкой. Морро пространно глядел перед собой поглощая колбаски, усталость начинала накрывать ведьмака — выспаться не получилось. «Надо обезопасить тракт.» Морро отставил пустую сковородку и допил остатки пилзеньского легкого пива. — Добед, твой мальчишка проснулся? — спросил ведьмак корчмаря делающего заготовки для настоек. — Да, мастер, а что такое? — Позови его сюда и дай пергамент с пером, будь добр. Добед отложил корзину с сушеными ягодами и скрылся за алой бархатной шторой. Спустя какое то время хозяин вернулся вместе с сынишкой лет двенадцати, гусиным пером, чернильницей и листком бумаги. Морро принял письменные принадлежности и приступил к посланию: «Командор Морро — Капитану Кадэбо: Отправить дополнительные патрули на южный тракт. Отправьте Исендайну голубя с красной лентой.» — ведьмак отложил перо, задумался и продолжил: — «Поставьте людей наблюдать за эльфским районом, только сделайте так, чтобы они были хоть немного не похожи на стражников.» Морро перечитал коряво накорябанное послание, дважды свернул лист пополам и вручил скучающему мальчике: — Бегом отнеси в стражу капитану Кадэбо, сопляк. — ведьмак потрепал волосы мальчугана и отвесил на прощание слабый подзатыльник. Юнец по щенячьи оскалился на бородатого верзилу и, арбалетным болтом, вылетел из таверны. — Сколько уже времени, Добед. — устало зевая спросил Морро. — К девяти, мастер, скоро народ хлынет — праздники ведь начинаются. — ведьмак заразил зевотой корчмара, что у того аж хрустнула челюсть. — Бесов Хорсов день. — недовольно буркнул Морро. — Помет заячий вам на язык, мастер, со всем уважением, не богохульствуйте. — Зачертыхался Добед. — Бес с тобой, богомол. — ведьмак встал из-за стойки и накинул меч на плечо. — Увидимся. Многие в городе знали ведьмака — защитника спокойного сна горожан, каждый знал командора — великого убийцу эльфского мясника Малиндайна. За долгую декаду Морро снискал большую славу и заработал авторитет у местных жителей, но были и те у кого он засел, как кость поперек горла, и таких было немало. Ведьмак шагал по нагревающимся улочкам с видом собственника, редкие прохожие расступались при встрече с ним, освобождая дорогу. Большим плюсом жизни в «Голове» была ее близость к особняку наместника, но спустя первые четыре прожитых года жизни в таверне Морро понял, что это было также ее немалым минусом. За неполных двадцать минут он добрался до владений Олофа Рудаса, на огороженной территории помимо самого особняка находилась школа для детей знати, Хорсов круг — молитвенный алтарь, Зал советов — место, где богачи Весвальда делали вид будто стараются улучшить жизнь бедняков. Тройка размашистых кленов скрывали подворье в тени, отдельные лучи солнца пробивались сквозь листву, играя светом в воздухе и на земле. — Дедушка Морро! — радостно запищала девчушка выходящая с группой детей из главных дверей. Девочка, чуть старше десяти лет, размахивая ручками неслась через двор, Морро сделал два быстрых скачка к ней навстречу, ловко поймал девчонку и поднял к себе. — Сколько раз тебе повторять чтобы не называла меня дедушкой, соплячка? — Грозно спросил ведьмак, щуря звериные глаза. — А сколько раз вам повторять, дедушка, что я уже не соплячка? — гордо подбоченилась девчонка, одетая в белое платьице в зеленый горошек. Ведьмак громко клацнул зубами прям перед спесивым личиком и девочка звонко расхохоталась. Морро высоко поднял ее над головой и мягко поставил на землю. — Дедушка Морро, а что значит «ублюдок»? — посерьезнев спросил ребенок. — Это ты где такое услыхала, соплячка? — озадаченно спросил ведьмак присаживаясь перед малышкой. — Арт вчера меня так назвал и прогнал из комнаты. — с обидой в голосе ответила девочка. — Не бери в голову, соплячка, твой безмозглый братец не со зла, а лучше спроси об этом сегодня вечером за ужином своего отца. — Морро щелкнул голубоглазую малявку по веснушчатому носу и улыбнулся, девчушка снова повеселела и улыбнулась в ответ. — Мерсула! — закричала воспитательница, — Пойдем скорее на занятия, не отвлекай мастера Морро. — Бегу, тетушка! — завопила в ответ Мерсула. — До свидания, дедушка! Я еще жду, когда вы возьмете меня на охоту. — Беги, соплячка. Как только — так сразу. Девочка обняла на прощание ведьмака и также дурашливо побежала обратно к заждавшейся воспитательнице. Мерсула еще раз обернулась помахать Морро и чуть не врезалась в быстро идущего дворецкого. Мужчина неуклюже увернулся от бегущего ребенка и подошел к ведьмаку: — Наместника вас ожидает, командор. Плотные темно-зеленые шторы были распахнуты, комнату наполнял свет утреннего солнца. Наместник Рудас пил ароматный сбор трав и стоял у раскрытого окна четвертого этажа, его тень зловеще растянулась почти на весь пол. — Наместник. — сказал входящий ведьмак. Наместник обернулся: — Командор. Порадуете? — Сомневаюсь, — Морро выдохнул, — Мой возница убит и еще с утра мне сообщили о пропаже группы охотников. Наместник уселся за стол и отставил чашку. — На убитом кучере было послание, — ведьмак достал из кармана запачканный кровью лист и протянул наместнику. Рудас пристально вгляделся в бумагу, поднял глаза на своего командора: — Почерк, как у послания о работорговцах. — Мне тоже так показалось. — подтвердил Морро. — Есть мысли на этот счет? Как погиб несчастный? — Я встречался с моими информаторами – узнавал про рынок, вышел из корчмы и обнаружил заколотого Ярина. — ведьмак подошел к раскрытому окну и взглянул на красивую панораму белокаменного Весвальда. — Я задал два вопроса. — поторопил задумавшегося Морро Рудас. — Да, наместник. Малиндайн был последним из тех, кто называл меня «медведем». Олаф Рудас побледнел и откинулся на спинку стула: — Но ты же прикончил этого поганого разбойника. — Трупа мы так и не нашли. — Я сам видел, как он брызгая кровью рухнул в бурные воды Манита! — Но трупа мы не видели. — настаивал на своем ведьмак. — Я не верю, что эта остроухая погань смогла выжить с таким ранением в добавок упав с тридцати метров, не верю! — наместник будто бы убеждал сам себя. — Вы спросили мои мысли — я поделился. — сказал недовольный Морро. — Да, возможно, рано делать такой вывод, но лучше сразу размышлять о худшем. Четыре года войны с Малиндайном сильно помотали нервы наместнику, в какой-то момент Князь начал было думать, что Рудас сам не в состоянии справиться с эльфской проблемой и из столицы поползли слухи о возможном поиске нового правителя для здешних земель. — А что с рынком работорговцев, что тебе сказали твои шпионы? — Ничего серьезного, но дали наводку на того, кто может что-нибудь знать. — соврал ведьмак. Наместник прогнал от себя мысли о Малиндайне, взял чашку и отхлебнул травяной напиток: — Работайте, командор. Ваша теория о эльфском лже-князе меня сильно беспокоит, если это окажется правдой — буковый лес снова небезопасен. — Еще настораживает пропажа охотников, я уже приказал усилить патрули на южном тракте. — Вставил ведьмак. Наместник уставился на Морро будто не понимая, что сказал ведьмак, его лицо вновь изменилось и он разразился: — Поиметый эльф! Не уж то он и правда вылез из могилы снова мне жизнь травить! Да чтоб я сам здох, но лишь бы его черви жрали! — наместник ударил кулаком по столу и часть бумаг разлетелась в стороны. — Командор, не смею тебя больше задерживать! Иди и найди доказательства того, что за всем этим не стоит сукин сын Малиндайн Локли’ен. Морро молча вышел из покоев, радуясь, что аудиенция закончилась так быстро, наконец, настало время заняться своими проблемами. Первым делом нужно было по возможности достать недостающую сумму денег, но это было не главным. Чертов аукцион мог с лихвой покрыть идиотские траты, по типу покупки «Мутного глаза», да, Морро был не бедным человеком, но в последние месяцы он знатно проигрался во все, во что только можно проиграть. Вообще, он редко бывал в плюсе по настоящему, но при большом количестве легких денег в мошне, начинаешь задумываться о их нехватке только когда тебе понадобится действительно внушительная сумма монет. В сундуке должны лежать две тысячи серебра, но это всего половина от того, что они должны Подкове. Конечно, можно попробовать закрыть часть долга, дождаться реализации товара и погасить с процентом остатки, но оставаться без денег ведьмаку не хотелось. Рассчитывать, на то, что Драцек, Фарин и Драаль на троих принесут больше тысячи, Морро тоже не мог, поэтому надеяться оставалось только на себя самого. Люди, располагающие подобными средствами, брезгали общением с ведьмаком. Приближенных военных офицеров раздражало звание командора, присвоенное ведьмаку после завершения Лесных войн, многие и в страже не разделяли радости ходить в подчинении у мутантского любимчика наместника. Излишняя лояльность правителя во многом облегчала жизнь Морро, но недовольство и затаившаяся обида элит в последнее время перестали быть скрытыми. Сперва, ведьмака перестали звать на регулярные приемы в различных знатных домах, после, закрыли вход в охотничий клуб и клуб виноделов, сославшись на простолюдинское происхождение Морро. Пакости да и только, иначе это ведьмак не мог назвать, и пакости эти его совершенно не задевали и не заботили, ведь власть не измеряется в количестве приглашений на званые вечера — эти глупые выставки тщеславия. Вы обладаете властью, если другие думают, что вы обладаете властью, и даже отлучив ведьмака от высшего общества, придворные были уверены, что Морро на деле серый кардинал Весвальда. Злые языки даже распустили слухи, мол придворный ведьмак очаровал наместника Рудаса и сам под-шумок правит провинцией, наместник жестоко наказывал распространителей клеветы, но толки уже успели пойти в народ. Морро брел вниз по тенистой улочке погруженный в свои раздумья, город полностью проснулся и его отдельные жители уже начали отмечать начало праздничных дней. Хорсов день — древний праздник, начинающийся в первый день Мидаете, посвящённый чествованию бога плодородия Хорса. Уже завтра возле стен города развернется самая крупная ярмарка во всем княжестве, приедут пивовары и самогонщики со всех провинций, запах мяса на углях будет слышен у самых Синих гор. Гомон голосов с Площади Победы заставил ведьмака свернуть на менее оживленный переулок и так он пошел обратно петляя дворами до Головы усатого эльфа. За время его отсутствия трактир заполнился посетителями, Добед разливал группе молодых студентов главный напиток ближайших дней — Клубничный Хорс. Пинта темного пива, настоянного в дубовых бочках из под клубничного варенья, пол чарки горькой настойки егерей из сорока двух трав, шкалик клубничного ликера — вот и весь Клубничный Хорс. На вкус ведьмака сей коктейль был редкостной гадостью, но люди им упивались до беспамятства, уползая из корчмы на бровях. У Морро было правило — всегда выпивать свое пиво, в день, когда он попробовал Клубничного Хорса, ему пришлось поступиться правилом. Вторым главным напитком на Хорсов день был самогон настоянный на сушеной клубнике и этот напиток был уже куда больше по душе ведьмаку. Шумная компания из шести краснолюдов за столом у окна уплетали цыплячьи тушки с брусничным соусом, зачерпывали кружками пиво из бочонка на столе, ведьмака порадовал их выбор классического местного эля. Морро пропустил три чарки водки на клубнике, немного пообщался со студентами, которые рассказали ему свои грандиозные планы не становиться трезвыми ближайшие три дня. Ведьмак поднял тост за успех в реализации плана молодежи и отправился спать. Морро понемногу смирился с мыслью, что придется залезть в кабальный процент на какое-то время, ибо лучшим вариантом сейчас было затаиться, а то мало ли еще какие записки смогут пролить свет на те места, которые ведьмак хотел бы оставить в тени. Неужели кто-то прознал о темных делах ведьмака? Не уж то кто-либо из этим пустоголовых придворных осмелился ему бросить вызов? Или же это действительно вернулся недобитый Малиндайн? Неважно. Морро пугала мысль, что его обычный уклад, комфорт, которым он окружал себя все эти годы, оказался под угрозой. «Кто бы не был автором посланий, его нужно найти и прикончить.» С этой мыслью ведьмак устроился поудобнее на перине и уснул.

***

Морро проснулся от дикого шума в главном зале трактира. Судя по смеху, крикам, надрывающейся скрипке и топоту от пляса — веселье было в самом разгаре. За окном уже стемнело, с улицы доносились голоса гуляющих, стук копыт и колес по мостовой. Старая рана в плече ныла от боли, во рту ведьмака пересохло, потирая шрам Морро подошел к столу и налил кубок воды. Похоже он проспал не меньше девяти часов, зато не считая боли в плече, Морро чувствовал себя великолепно. «Пора собираться на встречу» Подумал ведьмак: «Пойду пешком, заодно проведаю обстановку вокруг «Мутного глаза» и проверю не будет ли за мной хвоста.» Чтобы не выделяться из толпы Морро не стал крепить меч за спину, он взял трофейный эльфский кинжал и повесил на пояс, нож, как всегда, покоился за голенищем. Ведьмак налил треть стакана самогона, предусмотрительно взятого перед отходом ко сну, и маханул на ход ноги. Настойка на клубнике приятно обожгла горло и желудок, Морро повеселел и решил, что уже можно и немного дополнительно взбодриться. Слизистые онемели, а одну из ноздрей защипало болью, ведьмак подскочил к бадье и постарался промыть водой нос, боль спала, а эйфория после испытанного словно стала сильнее. Морро спрятал медальон под рубашкой и спустился вниз. Слух не обманул ведьмака — «Голова» трещала по швам. Официантки разносили выпивку протискиваясь меж танцующих, переступая упившихся и уворачиваясь от пьяных веселящихся. Морро поймал взгляд румяного Добеда за стойкой, перед корчмарём сидел человек с парой мечей за спиной. Добед улыбаясь показал пальцем на Морро, незнакомец встал, осушил чарку и двинулся к ведьмаку. Серебряные клепки на удлиненном кожаном доспехе поблескивали в ярком свете множества ламп и свечей, на груди неизвестного покачивался медальон в виде головы рычащего медведя. — Так значит это правда… — сказал молодой коротко стриженный ведьмак. — Но я не ожидал увидеть здесь Морро из Урсграда… — Мы знакомы, юноша? — вызывающе спросил Морро, ему очень не нравилось, как на него смотрели. — Вы не помните меня, но мы виделись в крепости, тогда я был еще юнцом, но кто же может не знать о знаменитом Морро из Урсграда. — Я рад, что обо мне еще помнят, пришел спеть мне дифирамбы, спросить ведьмачий совет у старого мастера? Что тебе нужно, сопляк? Я бы с тобой поболтал, но меня ждут дела. — Морро положил руку на рукоять кинжала, молодой ведьмак проводил его движение взглядом. — Я не украду много вашего времени, милсдарь. — начал юноша, — До крепости стали доходить позорные слухи о ведьмаке нашей школы, который, как лакей прислуживает одному из сюзеренов Валтомира. Гроссмейстер Арнагад отправил меня проверить правду ли толкуют люди, и к сожалению, все оказалось истинной. — молодой ведьмак еще раз презрительно смерил взглядом Морро. — Волею Гроссмейстера Арнагада вы объявляетесь ренегатом, Морро из Урсграда, вам навсегда закрыты двери в Хаэрн Кадух. На этом у меня все. — он развернулся и пошел на выход, оставив Морро застывшего, как от ошеломляющего заклятия. Было вполне очевидно, что не все в братстве оценят финт, который провернул их брат ведьмак, но чтобы отлучить его от школы, назвать ренегатом — к такому Морро не был готов. — Выпей, дружочек, что такой кислый? — протянула ведьмаку кружку бегущая на кухню официантка. Морро схватил глиняную кружку, жадно приложился и выплюнул все на пол: — Бесовская клубничная рыготина! — Выругался ведьмак и отдал напиток благодарному конюху, который покачиваясь шел в нужник через заднюю дверь таверны. Полный диск луны высоко весел над гудящим Весвальдом. Морро шел попивая из прозрачного бутыля, прислушиваясь к звукам позади него, смешавшись с праздными гуляками он переваривал свое изгнание. В конечном счете ведьмак пришел к тому, что это, конечно, неприятная новость, но раз его желание спокойного достатка так оскорбляет его братьев по школе, то справедливо будет вспомнить, что они ему братья сводные. В «Мутном глазу» как всегда было пусто, Морро прислушался к редким голосам на втором этаже и поднялся наверх. Ведьмак не крался и специально задел одну из скрипучих половиц — голоса за дверью стихли. Морро приоткрыл дверь, за столом, как и вчера сидели Драцек, Фарин и Драаль, последний чертил белые полосы порошка на маленьком зеркальце. — Че притихли? — спросил вошедший ведьмак. — Мы? Притихли? Да не притихли мы, командор. — нервно хихикая ответил Фарин, — Вы присаживайтесь, командор, что нового? Явно хорошо припитый Фарин указывал на стул прямо перед открытым окном, руки мужчины беспокойно барабанили по краю стола. — У вас все нормально, парни? — спросил Морро недоверчиво оглядывая собравшихся и усаживаясь на кресло. Прохладный летний ветерок обдул шею ведьмака, невменяемые глаза приспешников не давали Морро покою. Драаль, с шумом вдохнул наркотик через полую соломинку тростника и передал зеркальце ведьмаку не поднимая на него глаз. Морро услышал щелчок тетивы и свист, который не смог бы услышать никто из сидящих в комнате кроме ведьмака, но о котором собравшиеся точно знали. Ведьмак дернулся в кресле в сторону от окна, стрела пролетела в считанных сантиметрах от его щеки и врезалась в спинку стула Фарина, тот кинулся руками под стол в поиске прикрепленного к обратной стороне столешницы самострела. Перепуганный Драаль свалился вместе со стулом на пол и забился в угол у окна. Драцек выхватил короткий меч и ударил наотмашь не целясь. Эльфский кинжал уже был в руке ведьмака, одной рукой он легко парировал атаку зажмурившегося Драцека и резанул предателя по горлу, другую руку он сложил в знаке Аард, вложил в него всю злобу, и что было силы ударил в лицо Фарина. Замешкавшийся Фарин искал дрожащими руками спусковой крючок арбалета под столом, он ничего не успел почувствовать. Мощнейшая телекинетическая волна снесла голову бедолаге, на месте, где только что было лицо Фарина, осталась ужасающая нижняя челюсть с неполным набором желтых кривых зубов. Ведьмак с горящими от ярости глазами скрылся от окна в углу — в противоположном углу вырвало Драаля. — Неблагодарные предатели! — заорал Морро на выжившего. — Простите, мастер! Я не хотел, но парни сказали, мол десять тысяч есть десять тысяч, а нам и делать ничего не придется! — залился оправданиями Драаль, — Я не хотел, всеми Богами клянусь, мастер, не хотел! — он вскочил на колени и пополз к ведьмаку. — Простите меня, господин, пощадите. — Уйди от окна! — Закричал Морро, но было уже поздно. Как только кусочек головы Драаля показался в оконном проеме, в его висок со смачным хрустом вонзилась стрела и вышла с другой стороны — последний предатель замертво рухнул под стол.