Ветер гадает на юной листве

      После того как Джу рассказала Мей о прибытии в Страну Огня принцессы, у той весь день тряслись руки и ноги. Наконец-то они вновь встретятся. От предвкушения долгожданной, такой желательной встречи дыхание сбилось, сердце прыгало в груди, в глазах темнело. Джу беспокоилась, не заболела ли она. Новость о том, что принцесса возвращается, и не одна, разлетелась ещё за день до появления корабля на горизонте. По прибытии Азула, конечно, первым делом направилась к Хозяину огня, а не к Мейфенг, как той хотелось. Она не появилась до самой ночи. Всё это время Мей не находила себе места. Ей приходилось делась всё что угодно, только б заглушить неприятные, постоянно лезущие в голову мысли, что как осы жужжали, вились вокруг и больно жалили. Она пыталась прибираться; наблюдать за всем, что видно из окна; даже разговаривать с самой собой.       Мей лежала на кровати, которую только недавно заправила, и теребила бархатный балдахин. Все занятия были пройдены и осталось лишь сопротивляться пугающим мыслям. За окном до сих пор шумели люди. В коридоре послышались твёрдые шаги. Это было необычно; слуги ходили достаточно тихо и легко, особенно по утрам и вечерам. Вдруг дверь открыли. На пороге стояла она. Принцесса выглядела точно также как и до отплытия. Всё то же выражение лица, та же причёска, та же одежда, мимика и движения. Мей даже не успела убедиться не воображение ли это, сразу подскочила с кровати и за считанные секунды между девушками не осталось и миллиметра расстояния. Азула и шагу не ступила в собственную комнату, как оказалась сжата в объятиях. Если бы Мейфенг была побольше и посильнее, то уже начала кружить принцессу на руках, наплевав и на статус, и на её переменчивое настроение. Она уже не боялась, что за такую наглость может схватить немилость. Мей сжала одежду на спине Азулы, боясь, что если отпустит, всё исчезнет. Её приобняли за плечи. Сколько радости тогда она почувствовала. Не передать словами. Улыбка была настолько широка, что щёки начали побаливать, а вскоре по ним потекли маленькие слезинки. На мгновение показалось, что клеймо начало печь. Руки и ноги затряслись, и чуть ослабли. — Ну всё-всё отпускай уже, — сказала Азула, похлопал Мейфенг по плечам. Мей не хотела слушаться принцессу. Они слишком долго не виделись. — Отпусти, — продолжила Азула уже более твёрдо. Мейфенг, несмотря на появляющийся страх, не шелохнулась. Однако уже вскоре пожалела. Она почувствовала как её резко и сильно отталкивают. Глаза расширились от удивления; ноги, и так трясущиеся, перестали держать и Мей падает на пол, больно ударившись рукой. Слёзы радости от встречи быстро сменились слезами горя и разочарования. Она с распростёртыми объятиями, а её отталкивают. Азула посмотрела на неё сверху вниз. Изящные брови нахмурились, губы скривились. — Если я говорю «отпусти», ты — отпускаешь, — чуть ли не шипя сказала принцесса. Мей, ничего не говоря, кивнула и стала вытирать наклюнувшиеся слёзы. Азула смотрела на это зрелище некоторое время, после чего выражение её лица изменилось. — Ладно, раз ты всё поняла, поднимайся, — произнесла принцесса и подала руку Мей. Мейфенг приняла помощь. Её обняли, но это продлилось недолго. Азула разорвала такие желанные для Мей объятия и легла животом на кровать. — Я слишком устала. Расплети мне волосы. Мей, недолго думая, подошла, села рядом и начала дело. Она так увлеклась, что даже не заметила, как принцесса заснула почти сразу же. Опомнившись, Мейфенг аккуратно убрала руки, боясь одним неуклюжим движением разбудить ту. Принцесса безмятежно лежала на заправленной кровати, сложив обе руки под подушку. Грудная клетка медленно поднималась и опускалась, вновь поднималась и опускалась; спокойное лицо иногда окрашивалось тусклыми эмоциями; было еле слышное сопение. Мей на какое-то время засмотрелась на эту картину. Однако час уже был поздний, в сон клонила и её саму. Она окончательно потушила свет и, стараясь не сделать ни единого лишнего движения, легла рядом, но прикрылась одеялом, свободным с той стороны. В окне уже почти затух золотой солнечный свет, сменяясь серебристым лунным. Мейфенг продолжила смотреть на Азулу и постепенно погружалась в дрёму.       Сквозь стекло давно пробрался ослепляющий свет. Всё в Стране Огня проснулось и возобновило жизнь. Мей медленно открыла глаза, жмурясь от чрезмерно яркого света. Радость вчерашнего дня ещё не прошла, Мейфенг сладко потянулась, не скрывая утренней улыбки. Даже одеяло и простыни стали будто нежнее, а подушки и матрас — мягче. Не расплетённые с вечера волосы спутались. Мей, наконец-то открыв полностью глаза, взглянула на место рядом с собой. Оказалось, она перекатилась на середину кровати. Признаков того, что здесь был кто-либо, кроме неё не нашлось. В момент пришли мысли: а не сон ли это. На секунду простыни были плотно сжаты. Улыбка за мгновение покинула её. Неужели это было сном или бредом. Нет, не могла же она настолько натурально ощущать все прикосновения. Не видя ничего перед собой, Мей подскочила с, резко ставшей твёрже камня, кровати и побежала к двери. Нужно было срочно узнать всё у Джу, у неё то точно не должны быть глюки. Но не успела она открыть дверь, как это сделали за неё. — Куда-то спешишь? — небрежно осмотрев внешний вид Мей, сказала Азула. Мейфенг только отрицательно качнула головой. Осознание того, что всё происходило в реальности и не является выдумкой больной фантазии пришло не сразу. Она, не задумываясь о последствиях, повторила свою ошибку: неожиданно крепко обняла принцессу. Та не стала противиться и приобняла в ответ. — Пожалуйста, скажи, что ты больше не уйдёшь от меня! — на эмоциях крикнула маг воздуха. На эту реплику Азула ответила более нежными объятиями. Слов не надо было, Мей и так всё прекрасно поняла.       Дальше для мага воздуха всё было как во сне. Азула её почти не покидала, уходила лишь по важным государственным делам к отцу. Всё остальное время они находились вместе. Было даже непонятно Мей не отходила от Азулы или Азула от Мей. Принцесса сама лично водила её по всем интересным местам; кормила и поила любимыми яствами; отгоняла от неё всех: и кто косо смотрел, и кто хотел подружиться. Они вдвоём смотрели на закаты и восходы, кормили птиц и остальных безопасных зверей, тренировались, медитировали и ещё многое-многое другое. Но самым любимым времяпрепровождением было наблюдение за одинокой сакурой, растущей в одном из, как казалось, многочисленных садов королевской семьи. Один был прямо у дворца; другой у загородной резиденции; третий возле пляжного дома; четвёртый принадлежал Урсе и находился у лесной хижине, построенной специально для неё. Зачем их столько Мей долго гадала, но так и не пришла к ответу.       Азула уверенным шагом от бедра шла по почти заросшей тропинке. Вокруг был лишь густой лес. Редкие птицы щебетали, раздражали принцессу. Но она смогла это стерпеть, и всё ради Мейфенг. Та в который раз захотела прийти в эту, уже позабытую хижину. После пропажи Урсы никто не хотел приходить сюда, чтобы не потревожить болезненные воспоминания. Однако с появлением во дворце Мей, которая смогла уговорить Азулу показать ей это место, оно вновь расцвело. Вся пыль была протёрта; паутины с пауками — перенесены на улицу; сорняки из сада выкорчеваны, а растения оккупировавшие хижину, выдернуты. Домик оказался очень уютным, особенно после то, как Мей почти поселилась здесь. Азула была не против, а больше никто и не знал.       Мейфенг сила на корточках в саду перед кустом с ягодами. За такое долгое время он не завял, но зато очень сильно разросся и обзавёлся длинными колючками. Мей пыталась собрать ягоды, уже начинающие падать сами по себе. Всё таки уколоться не хотелось, поэтому пришлось действовать максимально аккуратно. Колени уже затекли. Корзинка, стоящая рядом, постепенно заполнялась маленькими гладкими фиолетовыми ягодками. На вкус плоды этого куста были невероятно сладкими с лёгкой кислинкой, что очень уж понравилось Мейфенг. Поэтому Азула ни единожды замечала её за их собиранием. Может поэтому ей и понравилась хижина? Принцесса уже подошла к забору и стояла наблюдала за Мей. Та что-то напевала себе под нос, совершенно не замечая гостью. Азула открыла калитку и приблизилась к Мейфенг. Раздался хруст ветки. Вся безмятежность пропала. Мей от испуга пошатнулась. Азула была слишком далеко чтобы помочь. Поэтому маг воздуха полетела на острые шипы. По округе разлетелся крик. Но он был скорее от неожиданности, чем от боли. Из-за колючек Мей лишь начала шипеть и ойкать. Принцесса с начала не знала как реагировать, от чего застыла не шевелясь, но после ухмыльнулась и даже чуть посмеялась. Мейфенг, когда нахождение в кусте перестало быть главной проблемой, недовольно надула щёки. — Что смеёшься? Я из-за тебя упала! — Ну-у-у, вообще из-за ветки, которую ты не убрала, — сказала Азула и стала помогать вытаскивать шипы из бледной кожи. Щёки Мей всё ещё были надуты. Принцесса, когда это увидела, взяла одну из колючек и направила к одной из них. — Если ты не перестанешь дуться, то я сама сдую тебе щёки. Для мага воздуха это было аргументом, и она вернула на лицо улыбку.       Девушки сидели на лёгком чёрном пледе под цветущей сакурой. Солнце уже садилось, окрашивая небо в жёлто-красный цвет. Розовые лепестки сакуры под этим светом превратились в красные. Мей так устала за день, что ещё совсем чуть-чуть и заснёт крепким сном. Она уже была в полулежачем состоянии. Азула сама сильно утомилась, её веки не открывались больше чем на половину. Дул небольшой ветер, тихо насвистывая никому неизвестную мелодию. И рядом ни единой человечьей души, только мелкая животинка. Голова Мейфенг покоилась на плече принцессы, а обе руки сжали в медвежьих объятиях чужую. Азула смотрела на птичье семейство, устроившее гнездо неподалёку на дереве. Птенчики спали, а мать-птица укрывает их своими длинными крыльями. Она видела это и мягкая улыбка с примесью горечи отразилась на её лице. Тихое сопение под ухом убаюкивало на пару с ветром.       Сильный поток пламени обдал жаром. Не дав ни секунды на передышку, вновь появился огонь. Удар следовал за ударом. Мей только и успевала, что отскакивать с их пути. Она уже вся запыхалась и еле держалась на ногах. В босые ноги больно впивались мелкие камни и ветки. Волосы выбились из хвоста и мешали обзору. А пламя тем временем всё настигало и настигало. В конце концов она наткнулась спиной на сакуру. Путей к отступлению не осталось. В общем-то как и сил. Поэтому она рухнула на землю с пыталась отдышаться. — И всё? — недовольно спросила Азула, — Поднимайся. Ты сама просила тренироваться с тобой, так что не жалуйся. — Я не могу. Слишком устала, — сквозь вдохи сказала Мей. — Всё ты можешь, просто ленишься. Если хочешь чего-то добиться, надо переступать через свои возможности, заниматься до потери пульса, утомляться до невозможности встать на ноги. Мейфенг попыталась пересилить себя и подняться, но вскоре упала обратно. — Не могу. Давай сделаем перерыв. Она подняла умоляющий взгляд на принцессу. Однако Азула была непреклонна. Она приблизилась к сидящей, присела рядом с ней на корточки в дала сильную пощёчину. Мейфенг коротко вскрикнула, не ожидая подобного. Принцесса не остановилась и продолжила наносить один удар за другим. Щёки уже давно стали красными, а из уголка рта потекла кровь. Нижняя губа разбилась. — Если ты не поднимешься и не ответишь мне, я просто продолжу тебя избивать. Азула дала несколько минут на раздумья. Долго думать не пришлось, Мей повернулась к сакуре и, оперевшись на неё руками, начала понемногу подниматься. И вот она стоит, всё ещё держась за дерево. Первый шаг и Мейфенг вновь падает, больно ударяясь коленями. Но перед тем, как Азула вновь стала бить её, она успела первой ударить её с помощью магии. Мощный поток ветра оттолкнул принцессу на пять метром, позволяя Мей хоть чуть-чуть прийти в себя. Она вновь попыталась воспользоваться магией, но противница с лёгкостью увернулась. Пара секунд и они вернулись в прежнее положение. Азула вновь стала дарить Мейфенг сильные пощёчины. Та пыталась отбиваться, но, конечно же, не получалось. Продолжались мучения до того, как Мей потеряла сознание, лишь тогда принцесса остановилась. Она прислонила её спиной к дереву и отошла, смотря безэмоционально. Только на короткое мгновение её губы дрогнули.