Раньше

      Тсуне ещё никогда не хотелось так вернуться в Италию. Она с горькой улыбкой вспоминает, что раньше думала, что чахнет, находясь в Италии, потому что Япония — её всё. Дом.       Да, в Японии жила мама, но вся её жизнь была давно сосредоточена в другой стране. И это Савада понимает, когда накатывает тоска.       Она скучает по резиденции, по Варии и, наконец, по Занзасу. Занзасу, который открылся ей с другой стороны, подставил своё плечо и не дал ей провести остаток жизни на диване у Дино в гостиной.       — С возвращением, Тсу-чан! — её встречает Луссурия, оставляя звонкий поцелуй на тыльной стороне ладони. Поправляет солнцезащитные очки и велит Лукасу доставать из машины чемодан Савады.       — О, учитель, — Фран смотрит на выбирающуюся из машины Мукуро. Та, одернув чёрный пиджак, подходит к девушке и, усмехнувшись, треплет её по плечу. — Занесло ведь Вас в наши… Вражеские края.       — Заглянула ненадолго, чтобы убедиться, что ты ещё жива.       — Да что со мной будет, — отмахивается Фран. — Сами же говорите, что я ещё «та зараза».       — Именно.       Тсуна сталкивается взглядом со Скуало. Тот кивает ей и говорит:       — Босс в своём кабинете. Ждёт. Иди, мы тут разберёмся. Хибари расскажет, как обстоят дела более подробно.       Хибари кивает, глядя на то, как разговаривают Мукуро и Фран. Он ещё в Японии говорил, что ей тут не стоит появляться. Нельзя давать Аюми поводов зацепиться за них, но Мукуро была бы не Мукуро, если бы послушалась. Это было бы слишком просто и… Нормально.       (В общем, не для них).       Тсунаёши прокладывает путь в кабинет Занзаса. На самом деле, им есть что обсудить, всю информацию по телефону не расскажешь, да и осталось то, что витает невысказанным.       (Ты скучал по мне?       Не отпирайся, пожалуйста, я чувствовала это в твоём голосе).       — Поездка в Японию, смотрю, прошла успешно.       — Вполне, — пожимает Тсуна плечами, проходя в кабинет.       — Только якудза нам в Италии не хватало, — усмехается Занзас.       (О, да ладно, тебе ведь нравится, когда ты оказываешься в центре событий; кровь бурлит, руки так и чешутся взять пистолеты и пустить пули в лоб неугомонным).       — Спасибо ещё раз, что согласился им помочь.       Он отмахивается.       — Пусть со своей семейкой дальше разбирается Хибари, — и это вызывает у Тсуны улыбку. Она подходит к столу, за которым сидит Занзас, и присаживается на краешек, игнорируя кресло.       Они встречаются взглядами.       О многом хочется поговорить (например, о покушении на Бьянки); о многом хочется сказать (о том, как скучала). Но вместо этого Тсуна жадно всматривается в лицо Занзаса, будто успела за эту неделю его забыть. Тёмные пряди, яркие перья и прищуренный взгляд.       Тсуна тянется, чтобы ему отвести волосы в сторону и поцеловать в губы, как Занзас перехватывает её руку за запястье. Она вопросительно приподнимает брови.       — Занзас?..       — Прежде чем я тебя поцелую в ответ, — начиняет он, — и не только, хочу, чтобы у тебя кое-что было.       Он достаёт из ящика стола маленькую коробочку и протягивает её Тсуне.       — Брось, Савада, это не то, о чём ты думаешь. Если бы я делал тебе предложение (ты только послушай, как это звучит), то всё было бы иначе. Сейчас же это так…       — Что? Жест доброй воли?       — Примерно. Открывай давай.       — Ох… Оно… Очень красивое.       — Кольцо матери… Моей бабушки, — говорит Занзас словами отца. — У тебя должно быть кольцо, пусть ты больше не являешься Боссом.       — Оно выполнено в варийской стилистике, — поднимает Тсуна голову, отрываясь от рассматривания кольца. — Ты хочешь, чтобы я стала частью Варии?       — Зависит от того, чего ты хочешь сама, — негромко произносит он. — Кто знает, быть может, ты, разобравшись с сестрой, вновь станешь Десятой, займёшь своё законное место. Ну или же ты решишь основать свою мафиозную семью. Кольцо всё равно останется у тебя. А если решишь выбрать Варию, то… Я и Скуало найдём для тебя работу. Мы бездельников тут не держим.       — Занзас…       Поступки говорят громче слов.       Тсуна не хочет думать о том, что будет дальше.