Детективное агентство "Анна и её духи". Пятое дело.

Когда Аня открыла глаза, то обнаружила три вещи. Во-первых, у неё страшно раскалывалась голова, будто по ней стучали, как по барабану. Ей даже захотелось её пощупать, чтобы убедиться, что она всё ещё той же формы, как до того, как она заснула. Кстати сказать, а почему она захотела спать посреди бела дня? Последнее, что она помнила, это радушный голос доктора Льебо, который просил её присесть на диван. Очень странно. Во-вторых, отвратительное состояние двойственности, ненастоящности и ложности происходящего полностью покинуло её, и теперь можно было вздохнуть полной грудью и не бояться, что реальность пойдёт мелкой рябью и сменится размытым зыбким сном. И в-третьих, из-за плеча доктора, который держал её за запястье и внимательно смотрел ей в глаза, выглядывал совершенно взвинченный Штольман, который, казалось, пробежал марафон и теперь приходил в себя, тяжело дыша и вытирая пот со лба. Если бы Аня знала, как он извелся за те полчаса, пока Льебо снимал с неё ложные установки слой за слоем, заставляя её освобождаться от чужой воли через боль, то она поняла бы, что она не далеко ушла от истины. Анна поймала взгляд Штольмана и улыбнулась ему. Она была рада его видеть и не чувствовать, что на неё будто надели плотную вуаль, которая не давала ей разглядеть его, как следует. Яков облегченно выдохнул и подавил желание бессильно опуститься на диван. Ноги отказывались его держать. Нет, как же Крутин владеет разумом людей! Ведь Аню буквально выпутывали из его липкой паутины, нить за нитью, миллиметр за миллиметром! Льебо сам периодически крякал от досады, когда упирался в какой-то особенно заковыристый узел. Завершив работу, он тоже утёр пот со лба и принялся будить Аню. — Ну что, мадам Анна? — улыбаясь, спросил доктор. — Как вы себя чувствуете? — Прекрасно! Благодарю! — сказала Аня, прислушавшись к себе. Голова у неё больше не болела, как ни странно! — Это замечательно! — возликовал Льебо, сияя. — Позвольте, дорогая! Он протянул руку и помог Анне сесть. Яков немедленно оказался рядом и с трепетом принял в ладонь её тонкие пальчики. Они не были холодны и не дрожали, значит, ей и в самом деле лучше! — Господин Штольман! — обратил на себя внимание доктор, видя, что его давний товарищ по переписке полностью увлекся женой и совершенно не интересуется происходящим вокруг него. — Да, простите! — Яков отвел от Ани взгляд и стал ждать, что скажет Льебо. Доктор улыбнулся. Ему нравилась эта пара. В них было что-то от совсем молоденьких только что поженившихся молодых людей, которые в самом начале их отношений безусловно настроены друг на друга. Редко кто может сохранить это чувство надолго. А им это удалось, хотя мужчина был совсем не юн. — Мы полностью избавились от всех установок, вложенных в вас чужой волей! — благожелательно говорил Льебо Анне. — И все возможные последствия я постарался нивелировать. Несколько дней вас могут преследовать головные боли, но вскоре это пройдёт. Я сейчас дам вам мою книгу, где вы сможете найти несколько полезных советов о том, как избежать гипнотического воздействия. Это вам пригодится, но я бы всё равно рекомендовал пройти курс против внушаемости. — Благодарю вас, доктор! — с жаром проговорил Штольман. Аня горячо ему вторила. Им обоим было прекрасно известно, что может сделать с собой и другими человек, превращенный в неподвластную себе бомбу замедленного действия. Сейчас в их головах мелькали страшные картины того, что могло бы случиться с обоими, не прими Штольман меры против опутавшей её чужой воли. Льебо покивал и ушёл, оставив их одних. Аня едва дождалась, как за ним закроется дверь. Яков не ожидал, что она почти опрокинет его на диван, обнимет будто со всех сторон, погрузит в аромат ландыша лаванды и горячей кожи и прижмётся почти огненными губами к его шее. Адреналин, еще не до конца утихнувший после Аниного спасения, немедленно вновь защекотал вены и запустил кровь в головокружительный забег по телу. Он тоже хотел её поцеловать, но она не далась, а только сильнее вжалась в него и вцепилась в рукава сюртука. Пришлось довольствоваться кудряшками на висках. — Ты меня жутко напугала! — проговорил Штольман, пытаясь дышать ровнее, не забывая, что они в доме Льебо, а не в своей спальне. Анины губы не давали ему такой возможности. — Я думал, что ты ускользаешь от меня! Тут Аня наконец перестала его мучить и подняла голову. — Никогда! — покачала она головой. — Никогда больше!