Ледяное пламя

       Тэхён проводит весь день в покоях, не желая выходить. В душе его, всё ещё не переставая что-то скребёт, дерёт острыми когтями, разрывая мягкую плоть изнутри. Он не хочет ничего. Ни вставать с гребанной кровати, ни идти куда-то, ни видеться с будущим супругом. Ему всё это противно. Сколько бы он не пытался, но переубедить себя, заставить подняться, принять то, что изменить он свою судьбу не может, у него не выходит. Слёзы перестали литься ещё с того момента, как он узнал о приезде Мин Юнги. Просидев практически всю ночь на балконе, сил на слёзы уже просто не осталось, и он поднялся, лег в постель и уснул от изнеможения.        Вечером Тэхён приходит в себя, окончательно успокаиваясь, и просит слуг у двери позвать сюда Итиса. Омега аккуратно садится в кровати, чувствуя тошноту из-за острого голода, скручивающего его желудок, и зачесывает пальцами белесые волосы назад.        Итис приходит спустя пять минут весь запыхавшийся и с дурацкой улыбкой на лице. Узнав, что его ищет Тэхён, он незамедлительно кинул все свои дела и что есть мочи помчался к нему. Ис подходит к бледному омеге и помогает ему подняться на дрожащие ноги.       — Ваша Милость, я рад знать, что Вам уже лучше. Вы звали меня, есть какое-то поручение? — щебечет слуга, подводя Тэ к трюмо с большим зеркалом.        — Да… Я жутко… — Тэхён поднимает глаза на отражение в зеркале и смотрит на свои выпирающие скулы. — Жутко хочу есть, — он еле заметно улыбается уголками губ слуге, и тот в момент взрывается счастливой улыбкой с сотней одобрительных кивков.        — Да, да, сейчас, Ваше Высочество, что желаете покушать?       — Мне без разницы, но… — делает паузу Тэ.        — Что, Ваша Милость? — округляет глаза Итис.        — Хочу поужинать в купальне, смыть с себя эти два жутких дня и поесть, хотя бы ради того, чтобы не выглядеть мертвецом.        — Да, конечно, — Итис моментально вылетает из покоев, сопровождаемый теплой улыбкой Тэхёна.        Когда Итис уже приходит проводить его в купальню, Тэхён стоит одетый в лилового цвета тунике до пола у зеркала и разглядывает себя.        — Этот цвет идёт к Вашим глазам, — склоняет голову Ис.        — Спасибо, — Тэ улыбнулся и, вспомнив отрывок из своего недавнего сна, моментально померк.        — Ванна уже готова, Ваше Высочество. Пойдёмте?        — Да, — Тэхён проходит вперёд и слуга идёт за ним.        Они проходят длинный коридор с тусклым светом свечей, поворачивая в небольшой зал, где находятся две двери, одна из которых ведёт в купальню, вторая в гостевой обеденный зал. Тэхён ступает по холодному мрамору мягкими сандалиями из оленьей шкуры к двери и не успевает открыть её, как открывается дверь за его спиной, и холодный ветер мрачными пальцами задувает все факелы, висящие в маленьком зале. Тэхён чувствует его. Ему не нужно поворачиваться, чтобы узнать, кто стоит за его спиной, он и так знает. Его взгляд ощущается на коже ледяными колючками, ранящими нежную алебастровую кожу, острыми шипами. Он чувствует, как тот просто пожирает его взглядом, обгладывает каждую косточку.        — Ваше Высочество, — низкий голос с лёгкой хрипотцой и шепелявостью обращается к нему, и Тэхён моментально покрывается неприятными мурашками, сдержав порыв дернуться.        Он через силу поворачивается и, не поднимая головы, приседает в реверансе. От Темного Ворона веет мраком, Тэхён чувствует это всем своим телом. Мин заполняет этим мраком все пространство, окутывает в него, не оставляя возможности выбраться из его плена.        — Ваше Величество, — тихо отзывается Тэхён, вежливо улыбнувшись и, наконец, подняв глаза. Ему моментально хочется их опустить, потому что об взгляд напротив можно порезаться. В его взгляде нет света, там только чёрное море, затапливающее радужку. И море это не спокойное, оно бушует, рвёт плотины, бьётся об острые скалы, ломая их. Липкий страх обволакивает тело омеги, он чувствует сейчас острую необходимость спрятаться от него, от его темного взгляда, убежать, скрыться…        — Не думал, что встречу Вас сегодня и в столь поздний час, — он зажигает свечу в своих руках, и в его глазах сразу же начинают играть блики света. Вот только на миг появившись они поглощаются тьмой.        Тэхён выпрямляет спину, стараясь не выдавать свой страх, хотя кажется Юнги его уже почувствовал, и пытается не смотреть на него. На правой стороне его лица, от лба до середины щеки белеет рубчатый шрам, делающий его ещё более устрашающим. Тёмные волосы, затянутые в тугой хвост на затылке, поглощают весь свет из-за чего кажется, что в этой густой темноте видно только одно его мертвенно-бледное лицо.        — Я тоже не ожидал встретить Вас, — Тэхён дрожит, всё ещё не переставая чувствовать его мрак, водящий по его спине костлявыми пальцами, — доброй ночи, Ваше Величество, не буду мешать вашему пути, — улыбка на его лице скорее выходит вымученная, чем доброжелательная.        Уголки губ Юнги от чего-то дёргаются и на секунду Тэхёну кажется, что на его тени, отливающей от света свечи в его руках, пририсовались закрученные рожки.        — Что ж, и в самом деле уже поздно, не смею задерживать вас, Ваше Высочество. У нас ещё будет время узнать друг друга получше. И, насчёт Вашей красоты, она невероятна. — Юнги делает глубокий поклон, вытянув руку вперёд, и, напоследок улыбнувшись острыми клыками, уходит из зала. Тэхён замечает на его спине кожаные ножны с мечом, эфес которого украшен мелкими обсидиановыми камнями и серебряной пылью, и ловит себя на мысли, что этим клинком его жизнь, наверное и отберут.

***

       Бледно-фиолетовый шёлк струится по стройному телу омеги, приятно обнимая его со всех сторон. Длинный подол, тянущийся почти на два метра, расшит белоснежным кружевом, а посредине он украшен сверкающими бриллиантами, выложенными в виде нераскрытого бутона розы. Тэхён стоит у высокого зеркала и смотрит в отражение, не чувствуя никакого удовлетворения от увиденного. Да, он несомненно красив, и цвет его туники подходит к его лиловым глазам… Но всё это сделано для определённого человека, мрачного и угрюмого, пугающего его одним только своим взглядом.        В сегодняшний вечер правитель Севера решил устроить ужин, на котором собирается познакомить омегу с его будущим супругом, не зная, что они ненароком уже увиделись пару дней назад в маленьком зале. Тэхён хотел отказаться, говорил, что плохо себя чувствует, что не может встать с постели, настолько ему плохо, но отец только вызвал лекаря, который, проверив состояние здоровья омеги, доложил ему, что с Тэ всё в порядке и что он может присутствовать на пиру. Тогда уж ничего путного он придумать не смог и вскоре его начали собирать к ужину. Тэхёна вымыли дочиста, втёрли ему в нежную кожу ароматные масла, даже волосы немного завили, аккуратно уложив их на голове, и теперь собранный он смотрит на себя, и думает о том, как ему сбежать с ужина.        Тэхён понимает, что не сможет выдержать весь вечер темный взгляд Мина, что не сможет слушать его разговоры, принимать от него комплименты и делать вид, что ему всё нравится. Эта задача просто невыполнима. Только он увидит его, подберёт полы туники и убежит, потому что аура у Тёмного Ворона давящая, мрачная, и Тэхён не хочет в неё погружаться, не хочет чувствовать её. Он боится его. Тэ прекрасно это осознаёт и понятия не имеет, как убить этот страх в себе или как принять его. Но кажется, истребить его не выйдет, потому что королю Запада нравится, когда его боятся, он намеренно ведёт себя так угрюмо, хочет, чтобы Тэхён под влиянием страха подчинялся ему беспрекословно. По крайней мере, Тэхён думает именно так, откидывая другие варианты.        Слуга, молодой альфа, делает последние штрихи, покрывая открытые ключицы Тэхёна блестящей пылью, и откланявшись уходит. Стоявший до этого за спиной омеги Итис подходит к Тэ и покрывает его плечи тяжёлым шелковым плащом серебристого цвета, который сохраняет немного тепла.        — Всё готово, Ваше Высочество. Его Величество уже ожидает вас в тронном зале, где накрыли три больших стола.        — Спасибо, — Тэхён тихо вздыхает, поникнув плечами. — Как думаешь, Ис…        — Да, Ваша Милость?        — Они заметят, что меня нет, если я не приду? — повернувшись к слуге, еле слышно говорит Тэ, боясь, что их подслушивают.        — А как же, — хихикает он, — Ваше Высочество, главный в этот вечер и все ожидают его присутствия.        — Да, — вдыхает Тэ. — Ты абсолютно прав. Кажется, я и в самом деле не смогу избежать ужина.

***

       Высокий зал богато убран. На некогда пустых сине-белых стенах висят дорогие гобелены с инкрустированными в них алмазами, сверкающими в свете дюжин свечей. Посредине зала, где по обе стороны от его стен были выставлены три стола, убранные в белоснежные шелковые скатерти и обставленные всевозможными блюдами, стоит «ледяной» трон. В полумраке тени, он кажется невидимым, потому что сделан из прозрачного материала, напоминающего по виду лёд. Король Севера восседает на нём, держа в руке серебристый кубок, украшенный яркими синими сапфирами. Возле него, по правую руку, стоит Тёмный ворон, и о чём-то говорит, пустым взглядом смотря на альфу. В одном из углов стоят музыканты и настраивают инструменты для игры. Все столы занимает свита правителя Севера и Запада, без зазрения совести поедая щедрые дары.        Тэхён мнётся возле огромной дубовой двери, не смея идти дальше. На один малюсенький миг, Юнги бросает взгляд в сторону, и Тэхёну этого достаточно, чтобы понять — он его заметил.        Стараясь держать спокойное лицо и прямую спину, омега проходит на середину зала и останавливается, когда его отец поднимает на него тяжёлый взгляд. Им бы порезаться на раз два. Тэ поспешно присаживается в реверансе и опускает взгляд.        — Ваше Величество, — отзывается он негромко.        — Сын мой, — голос отца неожиданно звучит нежно, и когда омега поднимает взгляд, видит на лице правителя широкую улыбку. Какой счастливой она бы не выглядела, Тэхён видит, как в его глазах плещется боль и как на его плечи ложится огромный груз. — Подойди сюда, поближе.        Тэхён, не смея перечить, ступает к трону, чувствуя, как внутри всё сжимается с приближением к нему и тому, кто стоит с ним рядом. Он чувствует, как всю его недолгую дорогу к помосту, Мин прожигает его внимательным взглядом, который на нежной коже чувствуется липким колющим холодом, и смиренно терпит. Подойдя к отцу, омега опускается на колени, и целует его свободную левую руку, а потом поднимается на ноги и поворачивается лицом к правителю запада, приседая в реверансе.        — Ваша красота ослепляет, — на устрашающем лице Мина проступает ухмылка, из-за шрама кажущаяся кривой. Он аккуратно берёт холодную руку омеги и целует тыльную сторону его ладони, всё ещё продолжая при этом ухмыляться.        Для них отдельно выделили небольшой стол у помоста. Правитель Севера садится у одного края возглавляя пиршество, а правитель Запада напротив него, Тэхёну же приходится сесть в середине, в окружении самой близкой свиты обоих королей. Первым блюдом им приносят форель, запечённую в толченом миндале, и музыканты начинают играть вступление песни «Восточный цветок». Аппетита у Тэхён нет совсем. Желудок у него будто скручивается с каждой минутой, проведённой рядом с ним. И он не уверен сможет ли проглотить хоть кусочек. Подняв бокал, он даёт слуге знак, и тот наливает ему белое южное вино, привезенное недавно из королевства «Солнце», где всегда царит тепло и влажность. Вот бы прямо сейчас отправится туда, подальше от Темного Ворона, славящегося своей жестокостью, подальше от этого холода, что стал омеге таким ненавистным с его приездом, подальше от брака, который сделает его заключённым, птичкой в золотой клетке. Сбежать, наверное, единственный вариант. Выбрать хорошее время и придумать надёжный план, и тогда всё осуществимо. Эти мысли помогают немного расслабиться ему. Он делает небольшой глоток сладкого виноградного вина и поднимает неуверенный взгляд на отца. В руках он держит приборы, но ничего не ест.        — Ваше Величество, может попросить замены блюда, раз вы не хотите именно это? — несмело спрашивает Тэхён, с беспокойством смотря на него.       — Нет, всё в порядке, — бесцветным тоном говорит он. — Мы с его величеством уже обсудили даты вашей помолвки и намерены провести свадьбу через две недели.        Тэхёна от этой новости гулко сглатывает, округлив глаза. Такой спешки он никак не ожидал. Он думал, что свадьба будет через месяца два или даже больше, но по всей видимости кому-то не терпится забрать территорию Севера в свои руки. Тёмный ворон за всё то время, проведённое в дворце, уже наверняка всё увидел и понял. Тэхён уверен, что он знает о том, что отец уже не в силах управлять и всё за него делает его свита или Малый совет. По блеску в его глазах, когда Тэ поворачивает к нему голову, он понимает, что это действительно так. Мин расслабленно сидит в кресле и смотрит на Тэхёна так голодно, что ему делается тошно и он еле сдерживает порыв вернуть свой скудный обед прямо на пол тронного зала.        — Да, это действительно так, — басистым голосом говорит Тёмный ворон и отпивает из серебряного кубка. Губы его в этот же момент делаются ярко-красными, и он острым языком слизывает остатки… вина? — Ваша красота просто сводит меня с ума и мне уже не терпится сделать вас, Ваше Высочество, всецело своим омегой, — Юнги не улыбается, но в его темнее ночи глазах черти пляшут.        «Тебе нужен не я, тебе нужна Северная Роза, территории, северные причалы и торговые точки. А я просто дополнительный подарок ко всему этому.»        Тэхён скромно улыбается для вида любезности с будущим мужем и доедает остатки блюда, через силу пихая его в рот. Ему это всё не нравится. Он чувствует себя чужим в своём же доме, в месте, где он родился и вырос, в месте, где впервые расцвёл, где научился всему, что умел и знал. А теперь в его доме незнакомец, который собирается отобрать у него всё: дворец, королевство, отца и его невинность. Почему же жизнь настолько несправедлива? Сначала она отобрала у него папу, вместе с маленьким братом, потом лишила его отца, оставляя от него лишь оболочку, а теперь хочет отдать его на растерзание Тёмному ворону, жестокому правителю, заполучившему трон западного королевства кровью и братоубийством. Мин Юнги бастард западного правителя Мин Гихиза, его младший сын. После смерти своего отца он нацелился на его корону, имея поддержку среди его людей и армии. Свергнуть старшего брата путём переговоров и договорённостей не вышло, потому королевство пришлось брать штурмом с океана. Почти все были казнены в тот день, убиты армией, а сам старший брат был убит Юнги, который узаконил вместе с короной своё родовое имя.        Пока Тэхён молча сидел и слушал о чём говорят люди из свиты между собой, успевают сменить ещё пару блюд, и музыканты теперь уж играют «Снежный вальс». Он вздрагивает, когда чувствует на своих оголенных плечах грубые ладони, и поворачивает голову, утыкаясь взглядом в бездну напротив.       — Позвольте пригласить вас на танец, Ваше Высочество. Надеюсь, вы не откажете, — его рука жилистая и кажущаяся прозрачной помогает Тэ встать. Его ноги мгновенно коченеют, примерзают ступнями к полу, отказываясь идти, и он чуть не спотыкается об собственные конечности, следуя за спиной Мина.        Альфа рывком поворачивается и прижимает Тэхёна к тёплой груди, затянутой в черную шёлковую рубашку и тёмно-серый камзол. Лёгкая музыка, предпочтительно обладая высокими нотами, расходится по залу, приятным облаком оседая на стенках души. В партию вступает мелодичная арфа, и Тэ засматривается на то, как музыкант нежно проводит пальцами по струнам, словно они сделаны из тончайшего материала в мире. Юнги кружит его в танце медленно, в такт мелодии, удерживая Тэ правой рукой за поясницу. Омега совершенно теряется, не зная, куда ему деть взгляд, руки и что сделать с неуправляемыми ногами, которые так и норовят подвернуться. Ему хочется, чтобы музыка поскорее закончилась вместе с этой пыткой. Взглядом он утыкается в пол, ведь в бушующий черный океан глаз напротив смотреть нельзя, утонешь.        — Вам холодно, Ваше высочество? — звучит возле уха опаляющий кожу хриплый голос Мина. Его крепкие руки сжимают тонкую талию и, Тэхёну кажется что ещё чуть-чуть и его хребет просто треснет под таким напором. — Вы дрожите…        — Немного… — тело Тэхёна само по себе, оно не слушается и соврать было бы глупо. Он и в самом деле жутко дрожит, но не от холода. От него. От его мрака, окутывающего омегу с ног до головы.        — Конечно, в столь тонком шёлке… — хмыкает он, закружив Тэхёна в танце.        Тэхён чувствует, как руки альфы с поясницы спускаются с каждой секундой ниже, собирая грубыми пальцами нежный шелк в складки, и поднимает взгляд на Мина, вскидывая брови. Лицо его не выражает ничего и, лишь его тело выдает напряжённость и сосредоточенность. Когда руки альфы опускаются на округлые ягодицы, Тэхён резко отталкивает его от себя, делая шаг назад. А Мин гадко ухмыляется. Именно такой реакции он и ждал. Глаза Тэ расширяются, он глупо моргает, смотря на альфу и не понимая, что он вообще делает, смотря на то, как он медленно подходит к нему, аккуратно берет его руку в свою и вводит в танец вновь, будто бы он не трогал его, будто бы Тэ пару секунд назад не оттолкнул его от себя. Перед глазами у омеги пелена, он не понимает сейчас ничего, он будто провалился куда-то глубоко, туда, где нет и проблеска света. Альфа прилегает к нему всем телом, его длинные пальцы проходятся по ребрам к низу, и омега чувствует тепло его тела, как оно соприкасается с его собственным.        — Бойся меня и того, что я могу с тобой сделать… — шепчет он еле слышно куда-то в область шеи и оставляет невесомый поцелуй под ухом.        Сердце Тэхёна ухает в пятки, разбивается на маленькие осколки, впивающиеся в кожу. Он весь сжимается, не в силах и шагу ступить. И музыка вдруг перестаёт звучать, в голове лишь на повторе одна фраза…

***

       Белое облако пара пропадает в воздухе, летя куда-то вверх. Босоногий Тэхён стоит на холодном полу балкона и смотрит на Зимний сад, укрытый пушистым снегом. Ночной воздух треплет его белесые волосы, беспорядочно раскидывая их на голове, а лапчатый снег сыплет в бледное лицо. По румяным щекам омеги непрерывно бегут жгучие слезы, он смахивает их рукой.        В темноте ночи под светом яркой луны северные розы отливают черно-серебряным оттенком, блестят маленькими искрами, становясь зеркалом, отображающим небесное полотно звезд. Внутри, где-то под рёбрами больно печёт, будто бы организм само уничтожает себя, рвёт плоть изнутри. Тэхён не может поверить, что он покидает свой родной дом, что вот-вот уйдёт, оставит всё это. Но у него нет другого выбора. Он хочет жить, а для этого нужно пожертвовать самым дорогим, что у него есть.        После ужина он окончательно решил сбежать и как можно дальше, туда, где никто не достанет, не найдёт, туда, где ему не будет холодно. Туда, где он сможет согреться.        Его сердце бешено стучит в груди, словно вот-вот вырвется наружу, не выдержав этой боли, которая сочится из Тэхёна с каждой секундой всё больше. Ему нужно уйти. Забыть свой дом. Свою семью. Жизнь, начинающуюся с рождения и до сегодняшнего дня. Он начнёт её заново. Так, будто до этого дня его не существовало.        Дыра в груди становится всё шире, и омега, больше не в силах терпеть эту невыносимую боль, парализующую его тело, возвращается в покои. Небольшие пожитки, которые он собрал ещё вчера, лежат на ложе в тканевой сумке. У подножья стоят его теплые сапоги из оленьей шкуры, и омега надевает их, накидывает висящую на спинке меховую накидку и тёмно-синий плащ. В дворце уже все давно спят, а Темный ворон уехал ещё вчера с утра вместе со своей свитой и эскортом, обещая вернуться за пару дней к свадьбе.       Омега подходит к шкатулке, открывает её и собирает всё содержимое в сумку. Все браслеты, сережки, ожерелья, небольшие диадемы и даже драгоценные камешки, которые Тэ хранит в память о папе, любившему коллекционировать разные виды бриллиантов. Ему жаль оставлять их здесь, а ещё больше жаль будет отдавать их потом.        Прошмыгнув мимо спящей стражи у дверей, Тэхён бесшумно двигает к пролётам лестниц и молниеносно спускается на первый этаж замка, сопроводимый темнотой. Все факелы потушены, лишь кое-где горят небольшие свечи на серебряных канделябрах. Внутри жутко холодно, морозные ветер гуляет по пустым коридорам дворца, создавая тихий гул, давящий на голову.        Когда Тэхён выходит из замка, на небе уже появляются первые предрассветные лучи солнца, слабо пробиваясь сквозь густые пушистые тучи. Именно в предрассветное время в дворец пропускают повозки с продуктами и разными принадлежностями, шелками, пряностями, драгоценными камнями. Он намеренно выбрал это время, чтобы прошмыгнуть сквозь открытые ворота, когда стражники будут пропускать повозки. Или же вариант залезть в одну из них и подождать, когда она двинется назад, в город. Тэхён заходит за высокие кусты, продвигаясь к переднему двору бесшумно. Снег на сильном морозе под его ногами скрипит, но вряд ли он привлечет чьё-то внимание. Сквозь заснеженные кусты, ростом с самого Тэхёна, видно стражу, обходящую периметр территории. Трое человек медленно обхаживают проложенные дорожки, выдыхая белый пар. Всё тело Тэхёна напрягается, стараясь, как можно тише продвигаться дальше незамеченным. Омега концентрируется только на том, что есть только его цель — ворота, и он должен достигнуть этой цели любой ценой.        Как бы страшно ему ни было, он осознаёт для чего ему это нужно. Тэхён сильный. Он знает это. А значит, что он сможет.        Впереди наконец появляются главные ворота, возле которых стоит с дюжину человек стражи. На высоких крепостных стенах с мечами на поясах ходят рыцари Севера в белоснежных плащах, закреплённых спереди брошью в виде меча, по которому вьются розы. Плотная ткань щелкает на сильном ветре и морозе. С такой высоты его легко заметить, и Тэхён мечтает, чтобы этого не случилось, продвигаясь поближе к воротам.        Внезапный скрежет, заставляет его дернуться и устремить взгляд на стражу. Большой железный засов вытянутый лежит на земле, а плотные тяжёлые ворота отворяются, впуская внутрь первую повозку. Впереди её в узде едут белые кони, таща на себе всю тяжесть. Тэхён задумывается. Как ему забраться в повозку? Вокруг стража, его сразу заметят. В голове его просто всё перемешалось. Он уже не знал, что ему делать, да и вся решительность куда-то улетучилась, оставляя его с одним только отчаянием внутри. Он не может отступить назад, когда уже ступил на эту дорогу, он понимает это.        «Тэхён, ты сильный. Пути назад нет.» — думает он.       «Ты песнь льда, что течет в твоих жилах. Будь же им.», — вдруг звучит нежный голос папы, и омега чувствует, как холодный ветер осторожно касается его волос невидимой лёгкой рукой.

***

       В портовом городке снуют люди с огромными корзинами мелкой рыбы, барахтающейся внутри. Ещё жива, произносится в голове у Тэ, и он вздрагивает, поморщившись. Здесь пахнет солью, рыбой и чем-то тухлым. Омега подавляет желание закрыть нос рукой и проходит дальше, натягивая темный капюшон пониже, скрывая лиловые глаза. Казалось, люди вокруг не замечают его, занимаясь своими делами, торгуясь и разнося товары по округе. И Тэхёну от этого становится легче.        Неровный ряд хилых домов скрывает вид на океан, который сегодня довольно шумный, и когда омега поворачивает за угол, выбравшись наконец из деревни рыбаков, видит перед собой расстилающийся и сияющий в свете ярких солнечных лучей Лирийский океан. Он цвета смешавшейся с небесной голубизной травы. Вода поблескивает, словно драгоценности, и поднимается от ветра создавая небольшие волны, которые разбиваются об корабли на пристани и небольшие ладанки, прикреплённые плотной веревкой к берегу.        Тэхён растягивает губы в улыбке и начинает спускаться по склону. Ему уже не терпится отправиться в путешествие на одном из этих кораблей. Все они красивы и до жути похожи на друг друга, и омега задумывается, как матросы не путают их. Наверное, там есть какие-то указатели. Но скорее всего — паруса. У каждого они разные: белые с черным, синие, красные, даже радужные.        Тэхён сбегает по жёсткому гравию на каменную дорожку пристани, не скрывая своей радости. Он чувствует себя таким лёгким, как никогда раньше. Это чувство прекрасное, не похожее ни на что. Ему даже кажется, что он светится изнутри и все видят его свет.        Его взгляд ловит переносящих большие бочки на небольшой корабль альф. Возле них стоит высокий мужчина с небольшим брюхом, смуглый и жёсткий на лицо. В руках он держит желтоватый пергамент, а в гнилых зубах сигару, сжатую и помятую. И Тэхён не раздумывая бросается по деревянному мосту. Остановившись в паре метров от мужчины, он достает из сумки небольшое колечко с тремя сапфирами, что когда-то подарил ему отец, и протягивает руку.        Мужчина, куснув сигару, наконец, переводит взгляд сначала на его руку, а потом на него самого. Глаза так и зыркают под капюшон плаща, пытаясь рассмотреть лицо. Он втягивает воздух носом и ухмыляется, когда чувствует тонкие нотки розы. Запах омеги.        — Что тебе нужно, омега? — хриплый бас ударяет Тэ в уши. Пренебрежительный тон он замечает сразу.        — Возьмите кольцо, я хочу за него каюту на вашем корабле, — выпрямив спину, серьезно говорит Тэхён, стараясь выглядеть как можно решительней.        — Что? — альфа громко смеётся, вскинув голову к небу и держась за живот рукой. — Ты думаешь это твоё дешёвое колечко стоит каюты? Да к тому же ты омега… — на его лице играет недобрая ухмылка.        — Оно не дешёвое…— насупился омега. — Но если этого мало у меня есть ещё. — Тэхён достает из кармана небольшую кучку алмазов, поблескивающих на солнце. — Всё это будет твоим, если ты дашь мне каюту.        — Хм, — мужчина погладил щетинистый подбородок. — Личико-то своё покажи. Не буду ж я кого попало к себе на корабль брать. Вдруг ты грабитель какой-то. — Его глаза заинтересовано забегали по фигуре омеги.        Тэхён нахмуривается, но капюшон всё-таки снимает, поднимая лиловые глаза на альфу напротив. Тот застывает в немом шоке, даже сигарета выпадает из его тонких губ.        — Невероятно, — шепчет он таким тоном, будто увидел чудо света. Мужчина ещё пару секунд рассматривает его фарфоровое лицо и в итоге отступает в сторону. — Каюта ваша, золота и драгоценностей не нужно. Вы сами как величайшее украшение. — Он пропускает его вперёд, и омега ступает на шаткое деревянное судно, которое поскрипывает от приходящих волн.        Пройдя чуть дальше, Тэхён уже хочет повернуться и спросить, где находится его каюта, как чувствует на затылке сильную боль. В глазах начинает резко темнеть, будто вдруг настала ночь, и картинка плывёт. Ноги его подкашиваются, и тело омеги встречается с жёсткой поверхностью палубы, отключаясь.        — Хороший подарочек будет для нового правителя. Уверен он не видел ещё такого красивого омеги. За такого он нам целую флотилию выдаст, — хохочет мужчина. — А если не примет, сами по кругу пустим, нечего добру пропадать.