Второй шанс

Рон Уизли оказался прав, и дорожка из трупов замелькала на горизонте уже на третий день. Тело Дениэля Мапа — молодого мужчины, которое, по заявлениям экспертов, пролежало в земле больше полугода, совершенно случайно нашла очередная группа гербологов, выкапывавшая в Каледо́нском лесу целебные корешки. За два дня до этого в лесу прошёл дождь, основательно размыв землю у подножия холмов, там-то травники и обнаружили разлагающийся труп, едва копнув рыхлую почву. Это место в северных владениях Британии не очень любили как маги, так и маглы. У последних бо́льшая часть сохранившегося леса охранялась британскими законами и считалась заповедником. Маглов там совершенно не водилось. Волшебники тоже не симпатизировали этой части страны, так как ходили слухи, что в чаще до сих пор водилось привидение, особенно страшное, погибшая душа Мирддина Виллта. Ещё на уроках истории магии учителя рассказывали, что после битвы короля Артура при Арвдеридде в пятьсот семьдесят третьем году этот маг потерял рассудок и остался там доживать свой век в полном одиночестве. Но душа сумасшедшего не обрела покой после смерти, превратившись в привидение и навеки обосновавшись в Каледонском лесу. Поэтому в чаще леса также не водились и волшебники. Но как оказалось, то ли министерские гербологи не читали историю магии, то ли они не боялись привидений. Найдя труп, они тут же связались с Авроратом, свидетельствуя, что действительно слышали в дебрях странные звуки. Найденное тело не подходило ни под одно описание пропавших зельеваров, приторговывающих в Лютном переулке. Но тут вернулись с обхода Диз и Лилэль и сообщили Поттеру, что с начала года пропали ещё трое зельеваров, уважаемых и известных. О них не доложили, как о пропавших, потому что один был затворник и жил в одиночестве, практически не выходя из дома. Второй, по словам молодой жены, уехал на годовую конференцию куда-то в Африку или Зеландию, или на северный полюс — супруге бесспорно было всё равно, где пропадает её пожилой фанатичный муж. А третий разругался с родителями и ушёл из дома, а те даже не подумали сообщать в Аврорат о пропаже, решив, что уже взрослый сын наконец взялся за что-то, кроме своих склянок и припарок, и переехал жить отдельно. Именно его труп и нашли гербологи, по показаниям свидетелей одежда покойного соответствовала той, что была надета на поссорившимся с родителями маге. А связавшись с семьёй покойного и заполучив кровь родителей, специальные целители Аврората доставили более точные доказательства личности мужчины. Поттер хотел отправить в лес своих ребят, чтобы обрыскать всё вокруг, но Уизли задержал его — авроры уже осмотрели место преступления, а в лес нахлынули маглы с инспекцией по охране территории заповедника — спасать размытые дождями корни деревьев. Тогда Гарри отправил Диза и Лилэля искать остальных двоих пропащих. Второй труп те нашли сразу, лишь аппарировав по месту жительства первого в списке — пожилого мага, живущего совершенно в одиночестве на окраине города. Соседи рассказали, что тот не появлялся на улице около месяца или двух, или четырёх, даже не выходя в задний сад. Он практически всегда работал в подвале, а окна его гостиной и спальни выходили на необжитую часть города, поэтому свет в них никто никогда не видел. Соседи никогда не жаловались на странные запахи, хотя было известно, что престарелый маг занимался зельеделием. Видимо, его подвал был надёжно запакован. Однако это не помешало чуткому обонянию перерождённых оборотней, и запах разлагающейся плоти они учуяли сразу же. Тело обнаружили на полу в погребе лаборатории, судя по сканированию, у того прихватило сердце. Это могло бы выглядеть как несчастный случай и естественная смерть, если бы на запястьях покойного не обнаружили следов верёвки, которая когда-то крепко связывала его руки. Кожа там разбухла и отекла, что показывало на то, что бедняге вначале связали руки, а затем у него случился приступ. Верёвки сняли и либо забрали с собой похитители, либо уничтожили на месте. В подвале труп пролежал около восьми месяцев. Поттер сидел за своим столом, сложив перед собой на столешнице руки. Погода на улице давала о себе знать приближающейся жарой, и казалось, всё министерство постепенно сходило с ума. Клерки и работники сновали по этажу, хотя, по мнению Гарри, им совершенно нечего было здесь делать. Всё время хлопали двери, раздавались быстрые шаги, звучали громкие голоса. Поттер обхватил голову руками, стараясь прикрыть уши — сверхспособность слышать самые малейшие шуршания и скрип сейчас усугубляла его состояние как никогда. Прикрыв глаза, он постарался абстрагироваться и сосредоточиться. Сейчас июнь. Шестой месяц года. На сегодня у них девять пропавших зельеваров: три законных и шесть с тёмного рынка. Из них найдено четыре трупа: двое из первой группы, и двое из второй. Судя по разложению тела — одним из первых погиб старик-отшельник, месяцев восемь назад. Потом молодой, ушедший из дома. Третий пропавший из легальных зельеваров мог погибнуть месяцем до или после них. Значит, пропадать они стали ещё в прошлом году. Затем нелегалы. Их тела разлагались примерно меньше полугода. Эти были свежее. И нашли их в разных местах — на краю города: одного в подвале борделя, другого в запертой комнатушке какого-то притона. Из девяти пропавших нашли тела только четверых, но то, что маги продолжали пропадать, говорило о том, что все они уже мертвы, и их может быть, и не найдут никогда. За дверью в коридоре что-то грохнуло, и кто-то тут же принялся громко извиняться. Гарри сжал уши ещё сильнее, стараясь отключить слух. То, что на Малфоя напали и пытались выкрасть, говорило о том, что похитителям нужен очередной мастер зелий, и судя по их истории — они его получат. Странно что преступники начали с известных магов, ведь тех могли хватиться быстрее, чем незаконных, о последних вряд ли сообщат в Аврорат. Однако случилось совершенно наоборот. И именно из-за пропаж преступных зельеваров это дело всплыло. Малфой же был лицензированный профессионал, как и первая группа, но он был «неблагонадёжным» для страны, а значит, его поисками не запрягли бы всех авроров. Идеальный вариант. Вариант, который злоумышленники упустили. Они не знали, умер ли Малфой или нет, когда их спугнул налёт авроров, но это был первый раз, когда злодеи были на месте преступления буквально за мгновение до облавы. В других местах не было о похитителях никакой улики или зацепки. Может, это даже были не одни и те же люди, хотя это вряд ли. Уж очень радикальное совпадение, что многим и разным маньякам понадобилось столько зельеваров и в такие сроки. Это наверняка одна шайка. И преступники понимали, что на этот раз Аврорат может сесть им на хвост. Поттер усмехнулся игре слов, но тут же нахмурился, так как в коридоре снова заголосили, а в его дверь ударилось что-то тяжёлое. Подскакивая на ноги, он кинулся к двери. Скорее всего, из-за жары даже его мозг поплыл, так как обычно его выдержка была намного сильнее, чем сейчас. Однако работать в таких условиях больше просто не представлялось возможным, и, подхватив свою мантию, Гарри тяжёлой поступью вышел из кабинета. С каких пор его донимала жара? С каких пор его вообще что-то волновало? Недолго размышляя, из «ТП» он аппарировал прямо на секретную квартиру в парке Колн Вэлли Риджинал. С его появлением в коридор выскочили двое, Аркер как раз передавал смену охраны Мельчету. Обменявшись кивками, Аркер аппарировал, а Мельчет, удостоверившись, что у альфы всё в порядке, вернулся в соседнюю спальню. Гарри только хотел узнать у Малфоя, всё ли у того нормально, и аппарировать куда-нибудь в тихое место, чтобы продолжить мысли, прерванные в Аврорате, но передумал. В немного приоткрытые окна светило полуденное солнце, а лёгкий ветерок раскачивал тонкие занавески. В квартире было тихо и спокойно, а из ванной слышался шум воды. Пересекая гостиную, Поттер скинул мантию и уселся на диван. Продолжить думать можно было и здесь. Гарри не видел Драко все эти три дня. После его последнего визита сюда он с Дизом вернулся в министерство и повёл того в свой кабинет. — Ты помнишь влияние чар Малфоя? — Да, альфа. — Запахи? — Корица, солома, перья. Поттер кивнул. Для всех вейла пах по-разному. — С чего началось твоё видение? — Мы целовались, а затем он заставил меня взять в рот. — Была прелюдия? — Нет, всё началось уже с поцелуя. Гарри задумался. Было понятно, что на него Драко влиял слабее, у «них» всё началось медленнее. Вопрос только — почему? Так захотел Малфой, или это потому, что Поттер был сильнее Диза? Однако, насколько он помнил из прочтённой литературы, вейла вызывала страсть и похоть, но не могла контролировать само видение. Каждый видел то, что сам бы хотел. А сила колдовства, обрушившаяся на обоих, была одинакова. — Ты видел, как он превращался? — продолжил он опрос. Диз непонимающе посмотрел на него. — Нет… — Ладно. Воспоминание, — Гарри кивком головы указал на шкаф. Диз палочкой распахнул дверцы и левитировал с полки небольшую каменную чашу. Затем прикоснулся к своему виску и вытянул зелёную нить. Аккуратно опустил её в чашу, где она тут же закружилась, растворяясь. — Свободен, — и когда дверь за аврором закрылась, Поттер пробормотал специальное заклинание и окунул голову в зелёный туман. Заклинание придумали невыразимцы, и оно позволяло видеть воспоминание глазами человека, а не со стороны. У этого был минус — Гарри не мог увидеть того, на что не смотрел человек в тот момент — но сейчас ему было не это важно. Перед глазами параллельно встали две картинки, словно накладываясь одна на другую. Реальность выглядела затуманенно, будто находилась очень далеко. Там Драко Малфой спокойно сидел в кресле, заложив ногу на ногу. А намного ближе перед глазами стояло бледное лицо со светлыми волосами, и чужие губы жадно впивались в его. — Ещё, — прозвучал рядом низкий голос, и его тело тут же обвили сильные руки; человек, расположившись на его коленях, жадно кусал его горло, а он сам сильно сжал бёдра, сидящие на его коленях. Малфой из реальности только наклонил голову, внимательно всматриваясь вперёд. А затем просто немного наклонился. Стало жарче, дышать можно было только с трудом. — Ещё, — опять приказал властный голос рядом, и Драко-видение поднялся с его колен. — Открой рот и отсоси мне, — прошелестел он томным голосом, тихо выдыхая. Поттер рванулся вперёд, намереваясь тут же выполнить просьбу, попутно пытаясь рассмотреть говорившего. Реальный Малфой всё так же сидел, наклонившись и опираясь локтями на свои колени. Ни его лицо, ни тело не проявляли никаких признаков превращения. Он оставался таким же человеком, как всё остальное время. Внезапно он почувствовал, как две крепкие руки схватили его и силком повалили на пол. На этом видение заканчивалось. Гарри уловил запах оборотня и повернул голову в сторону. В дверях маячил Мельчет, явно собираясь спросить, в порядке ли он. Поэтому Поттер спросил первым. — Ты видел, как Малфой преображался, когда чаровал над нами? Лицо Мельчета украсила так несвойственная ему маска озабоченности. — Нет, альфа. — А когда он пытался очаровать тебя? Тот только отрицательно помотал головой. — Хорошо. Свободен. Мельчет молча удалился, а Гарри откинул голову на спинку дивана и закрыл глаза. Итак — следующее. Все похищенные зельевары практиковались в области исцеляющих тело лекарств. Все без исключения были мастерами своего дела, с лёгкими отклонениями в отрасли целительства: одни специализировались на полном восстановлении повреждённых частей, другие — на подменивании повреждений и принятии тела инородных тканей. Малфой практиковал — и довольно успешно — изготовление заживляющих и регенерационных зелий, а ещё был зельевар-врачеватель. Ну просто идеальное соответствие. Возможно, от него и не откажутся так сразу. — Поттер, ты смерти моей хочешь? В воздухе уже витал лёгкий любимый запах, почему-то всё время сопровождающий Малфоя. Гарри открыл глаза и ухмыльнулся. — Нет, ты же ещё жив… — Тогда в следующий раз, когда появишься без предупреждения, хотя бы дыши вслух. Я понимаю, я задержанный, и уединение и конфиденциальность больше не мои привилегии, но ты просто… По-человечески прошу — не подкрадывайся так тихо. — А я и не подкрадывался, всё время сидел здесь, — как ни в чём не бывало пожал плечами Поттер. Хотя он прекрасно понимал, о чём идёт речь: Драко вышел из ванны с полотенцем на голове, вытирая волосы, и проходил мимо гостиной в свою спальню. И по пути вдруг заметил сидящего на диване гостя — совершенно без движения и почти не дышащего — все супер-волки в задумчивости впадали в своего рода тип медитации: сердцебиение затихает, дыхание поверхностное, температура тела понижается. Это было схоже с животным инстинктом самосохранения — в природе их бы просто не заметили, пока те «думали», или посчитали, что они не представляют опасности. Или вообще мертвы. Малфой сжал губы, а затем вышел из комнаты. Вернулся он спустя треть часа, уже полностью одетый в выглаженную рубашку и мягкие клубные брюки. Судя по тому, что видел Гарри, пока собирал одежду по покинутому дому, его гардероб состоял только из дорогих и элегантных вещей. Светлые ухоженные волосы собраны в низкий хвостик и перекинуты через плечо. — Я уже пообедал, но, если ты голоден — на кухне полно еды, — произнёс Драко, опускаясь в кресло напротив и раскрывая газету. — Малфой, почему ты всё время пахнешь как «Амортенция»? — вместо ответа спросил Поттер. На что его собеседник смерил его странным взглядом. — Я не всё время так пахну, — наконец выдавил он. — Только когда чарую… — А при мне ты всё время чаруешь? — вновь ухмыльнулся Гарри. — Нет, — твёрдо ответил Драко. — Это забирает очень много сил, и мне бессмысленно их так растрачивать. Всё равно мне от тебя ничего не нужно, зачем мне всё время тебя околдовывать? Поттер нахмурился. Он чувствовал, что Малфой говорил правду, его сердце не сбилось с ритма, голос не дрожал, температура тела не менялась, и он даже не потел, несмотря на жару. Хотя он только что вышел из ванной… — Ты уже встречал людей… Или нелюдей, которые бы тебе говорили подобное? Что всё время чувствуют твой запах — по-особенному? — поинтересовался Гарри. — Нет. А ещё ты первый, кто видит, как я переображаюсь, когда чарую. Это потому, что ты… Ну, особенный оборотень? Остальные тоже видят? Поттер отрицательно помотал головой. — Нет, только я. — Странно… — пробормотал Драко и приподнял газету, словно отгораживаясь ею от всего мира. Несколько минут они провели в молчании. — Ты не против, если я немного посижу здесь? В министерстве такой шум, а мне нужно подумать в тишине, — вдруг прозвучал тихий вопрос. Малфой даже не выглянул из-за газеты, только тихо фыркнул. — Можно, конечно, это же квартира Аврората. Но спасибо, что спросил, я оценил. За это могу пообещать полную тишину, я тоже не любитель шума и суеты. Гарри ухмыльнулся, приподнимая одну бровь, но ничего не ответил. Наконец можно было спокойно поработать. Что ж, последнее что предстояло обдумать — это нападавшие на Драко. Судя по тому, что уловили Поттер и его ребята, это были перерождённые вервольфы, такие же, как и они сами, только молодняк. Малфой подтвердил — по запаху они были переобращены от силы год назад. Гарри прекрасно знал по своим парням, что их звериный дух усиливался с проведёнными годами после «перерождения», поэтому и чины у них были не по возрасту, а по времени пребывания в спецотделе. Старшинство у них реально ощущалось по животному амбре. Итог: в течение последнего года по городу рыскали как минимум трое незаконно переобращённых оборотня, которые похищали зельеваров, специализирующихся на исцеляющих или меняющих тела зельях, не удовлетворяясь результатом, убирали свидетелей и добывали новых. Диз и Лилэль были вместе из последней партии в лаборатории и «переродились» как раз менее года назад. После этого, вплоть до сегодня, в проекте не было новеньких, и зелья Гермиона не варила. А это значило, что нелегальные вервольфы были созданы из того же запаса, что и Диз с Лилэлем. И теперь они — или люди, сотворившие их — пытались сами создать зелье, которыми те были сотворены. А из этого вытекали следующие вопросы: кто ещё два года назад из лаборатории Отдела тайн связался с «ними» и в течение года поставлял им ресурсы, и знали ли эти люди, что только Поттер был первоисточником крови — обязательного составляющего зелья перерождения? И если знали, то вопрос о похищении самого Гарри был лишь вопросом времени… По комнате пронеслись тихие равномерные вдохи-выдохи, и Поттер не сдержал лёгкую улыбку. Приоткрыв один глаз, он рассматривал Драко, мирно спящего на кресле, уронив на грудь печатное издание. Он вообще вёл себя прилежно и скромно. Наверняка не хотел лезть на рожон — видимо, дела, заставившие его вернуться на родину, были действительно важные и он не хотел попасть под следствие или не дай Мерлин, задержаться в Азкабане, пусть и временно. Он не лез с расспросами о появлении таких странных оборотней, не пытался сам сбежать, сразу же согласился на укрытие и даже рассказал Гарри свою историю. Хоть и не собирался выложить столько всего… Кстати, насчёт этого… Было видно, что и Малфой и Поттер странно реагировали друг на друга. Совершенно иначе, чем если бы и тот и другой общался с другими; и людьми, и магическими существами. Была у Гарри одна идея, но это надо было ещё проверить. Драко сквозь сон услышал слабое рычание и тут же, почувствовав опасность, распахнул глаза. В проёме двери стоял и грозно скалился Мельчет, щурясь и сжимая кулаки. — Что ты с ним сделал? — грозно прохрипел он. — Что? С кем? — Малфой обернулся и увидел на диване удобно устроившегося Поттера, с закрытыми глазами и спокойным выражением лица. Такого олицетворения умиротворённости на вечно отстранённой физиономии он ещё никогда не видел. Поэтому его собственные глаза тут же поползли на лоб. Мельчет, практически не двигаясь, скользнул в комнату. — Если ты его околдовал… — рыкнул он, нависая над креслом, но Драко только ткнул в его грудь сложенной газетой. — Ничего я с ним не делал, — яростно прошипел он в ответ, уверенно отпихивая от себя незваного гостя. — Ты бы почуял мои чары, если бы я что-то сделал. Отвали! Он просто спит! — Альфа не может «просто спать» — здесь! — продолжал так же тихо рычать Мельчет, щурясь ещё больше, насколько это было возможно. — Это ещё почему? Он что, больше не ест и не спит вообще? — Малфой наконец отпихнул его рукой и порывисто встал. — Он больше не живое существо? — Ни один наш Волк — и тем более альфа — не заснёт в присутствии кого-то другого. Не доверяет. Во сне могут напасть. Спать возможно только если один, среди своих или около своей самки — только в ком уверены. Это не закон — это у нас в крови, не воспротивишься… Так что сейчас же… — Слушай, отвали, хвостатый! Говорю же тебе, я с ним ничего не делал! Да моё колдовство практически не берёт его, он же непробиваемый! Да я на гиппогрифовый помёт изойду, пока заставлю его силой или чарами что-то сделать! Говорю тебе, дрыхнет он, вот, смотри! Драко подскочил к дивану и с размаху хлопнул спящую «жертву» по плечу. — Поттер! Не спать на службе! Аврор ты или где? Гарри тут же подбросило на месте, и он подпрыгнул, хватая нападающего за руку и заламывая её ему за спину. Прежде, чем его сознание вернулось в реальность, он уже уронил Малфоя на диван, зажав его руку между их телами. Драко тихо засопел, но вырываться не стал. — Чего ты орёшь как банши, Малфой! Совсем страх потерял? — Вот видишь, хвостатый, с твоим командиром всё в порядке, шустрый он, как василиск в молодости… Поттер, отпусти, сейчас крылья мне сломаешь… — Я тебе ещё и перья все повыщипываю, пигалица, — прошипел Гарри, наклоняясь к всегда бледному лицу, сейчас покрывавшемуся розовыми пятнами. — И не смей превращаться. Ты становишься некрасивым… — вдруг шёпотом произнёс он и провёл носом за ухом Драко, щекоча бородой шею и глубоко вдыхая. А затем распрямился, поднимаясь на ноги, подхватил свою мантию и не удостаивая Мельчета, застывшего в замешательстве посереди гостиной, даже взглядом, тут же аппарировал. — Я же говорил, что не могу ему ничего сделать, он сильнее меня, — заворчал Малфой, переворачиваясь на спину и сползая на пол. Рука болела нестерпимо. — Бирюк чёртов… Мельчет, всё так же возвышаясь монументом, сжал кулаки и выдавил грозным хрипом: — Ты мне не нравишься… — Ты мне тоже, — тут же выпалил Драко, растирая кисть. — Как хорошо, что мы это выяснили, я на тебя и не заглядывался… — Нет, ты не понял… Ты. Мне. Не нравишься, — прорычал тот подстать своему начальнику. — Мне не нравится, как альфа себя ведёт рядом с тобой… Малфой наконец поднял на него непонимающий взгляд. — О чём именно ты говоришь? Мельчет замялся, но искреннее замешательство на лице сидящего его стушевало. — Он с тобой разговаривает. Много. — Это, по-твоему, много? Я польщён, — усмехнулся Драко. — Альфа почти ни с кем не разговаривает. Только с близкими. Или в Аврорате. Но не с гражданскими. А ещё он заснул в твоём присутствии. Этого не может быть. Мне это не нравится. — Ну мне тоже много чего не нравится, и твой альфа тоже выкинул нечто, чего не может быть. Но мне, как и тебе, и судя по всему — и ему — совершенно нечего с этим делать. Я обещаю больше не давать ему засыпать возле себя, если тебя это устроит. Я не хочу ни во что вмешиваться. Как только вы выловите своих преступников, я освобожусь и, покончив со своими делами, покину Лондон. И больше не буду угрожать альфе своим присутствием, вынуждая его вести себя странно в моём обществе. Так что спи спокойно, хвостатый. А, ну да, у тебя же есть самка, и спать ты будешь только подле неё… Замечательно, не спи, просто успокойся. Хочешь, я сварю тебе кофе? Или ободряющее зелье? Но Мельчет только смерил его хмурым взглядом и вышел из комнаты. Он уже и так много говорил вслух, хватит тут перед всякими распинаться. А Малфой откинул голову на сидение дивана и прикрыл глаза. Его сложившаяся ситуация злила ещё больше, чем его «хвостатого» охранника. А на следующий день в Аврорат поступило заявление об очередном пропавшем зельеваре. Поттер сидел за своим столом и внимательно в который раз перечитывал доклады его Волков. Ни у кого из них не было ничего нового. Диз и Лилэль прочёсывали все подозрительные места в городе, но никаких зацепок не было. Получив известие об очередном происшествии, они аппарировали по адресу, где узнали от невесты пропавшего, что тот ушёл из дома с утра, но к ужину не вернулся. И на свою работу в больнице Святого Мунго он так и не появился. Ещё рано было трубить об исчезновении, может, непутёвый жених просто сбежал с любовницей. Но девушка заявила, что Литай Сорр подрабатывал в одной лавке в Лютном — незаконно, разумеется, и она волнуется, что с ним что-то сделали злоумышленники. Естественно, ни в одной лавке в тёмном переулке не признались, что у них кто-то пропал. Диз и Лилэль проверили сами всех торговцев, но либо зельевара нанимали секретно от них, либо он подрабатывал в другом мрачном месте. Ни его следов, ни запахов нигде не обнаружилось. У Амзалега и Шора тоже не было ничего нового. Они методично допрашивали всех, по нескольку часов перепроверяя и сопоставляя ответы задержанных, но работников, лаборантов и сторожей, замешанных в проекте, было очень много, а времени очень мало. Гарри покосился на отчёты допросов из Отдела тайн. Ему нужно было прочитать их все, чтобы разобраться и найти то, что, возможно, упустили авроры. Но его взгляд снова вернулся на заявление о пропаже Литайя Сорра. А именно — на его классификацию в зельеделии. Он был специалистом, но ниже уровня других пропавших, и специализировался на ядах, разрушающих тело. Либо похитители думали, что тот, кто делает яды, сможет так же сделать противоядие, либо у них кончились кандидатуры и они в отчаянии перешли на другие отрасли. В любом случае это давало Поттеру немного времени, так как если в этом месяце они уже получили одного мастера, вряд ли они повторят попытку похитить ещё кого-то в ближайшее время. Однако и тянуть Поттер не мог. У них не было совершенно никаких зацепок, а приставить охрану ко всем зельеварам Лондона и окрестностей не представлялось возможным. Поднимать панику среди горожан тоже не хотелось бы, начиная предупреждать всех магов не выходить лишний раз из дома. Успокаивало лишь одно — по статистике похищали пока только мужчин. Вряд ли это было из сострадания или жалости — люди, выкрадывавшие и убивавшие каждый месяц, а тем более перерождённые оборотни — не чувствовавшие угрызения совести и слепо выполнявшие любые приказания — захватили бы кого угодно, включая стариков, женщин и детей. Но пока были только пропавшие мужчины. Может, в подобной профессии и квалификации были только мастера-маги? И вот тут Гарри почувствовал пробравший его зуд в районе позвоночника. Вскочив со своего места, он ринулся на девятый этаж. Пока он добрался до лаборатории, он уже успокоился и сосредоточился, составив в голове план действий. Времени действительно нельзя больше было терять, и Гермиона должна была помочь. Заместитель начальника Отдела тайн была на своём рабочем месте. Поттер постучал в дверь с табличкой «Г. Г. Уизли» и зашёл в комнату. — Гермиона, мне нужно, чтобы ты поговорила с Малфоем, — не растрачивая слов, начал Гарри. — С Малфоем? О чём? — Он под охраной, на секретной квартире. Мне надо, чтобы ты расспросила его о его деятельности как зельевара в своей области и подумала, смог бы человек приблизительно его уровня мастерства сотворить зелье подобное тому, что создала ты, зная при этом, из чего его готовить, но не зная — как? «Иначе похитители пройдут этап отчаяния и перейдут в этап отрезвления. И ты будешь следующей в их списке», — мысленно добавил он. Уизли пристально на него посмотрела, а затем кивнула. — Хорошо. Завтра с утра приходи за мной, и вместе аппарируем. На следующий день они появились в апартаментах в Колн Вэлли Риджинал около девяти утра. Аркер встретил их в коридоре, молча кивнул и, получив разрешение, удалился. А Гарри и Гермиона устроились в гостиной. — Малфой, к тебе пришли! — низкий голос Поттера прокатился по квартире. Драко появился в проёме двери с чашкой в руке. Окинув гостей быстрым взглядом, он вышел, а затем вернулся — на удивление — левитируя перед собой поднос с тремя чашками и чайником. Установив всё это на столик перед диваном, на котором расположились новоприбывшие, он разлил мановением палочки чай и уселся в кресло напротив. — Грейнджер? — поинтересовался он. — Миссис Уизли или просто «мэм», — довольно строго ответила Гермиона и потянулась за чашкой перед нею. — Благодарю за чай. — Спасибо, что не побрезговала его пить и не побоялась, что я его отравил, — ухмыльнулся Малфой. — Или у тебя в зубе безоар? — Нет, не безоар. Просто у тебя, Малфой, нет никаких причин вредить мне или кому-либо другому. Поэтому Гарри до сих пор тебя не убил. Краешек губы Драко невольно подскочил вверх, немного перекашивая его лицо от потрясения. — Мерлин всемогущий, что вы сделали с мальчиком-который-выжил? — пробубнил он, утыкаясь носом в свою чашку. — Поттер, пей чай, остынет. К изумлению Гермионы, Гарри протянул руку и подхватил свою чашку, сделал глоток и довольно прикрыл глаза. — Отличный чай, Малфой. Спасибо. — Только хвостатому своему не говори. А то он меня сожрёт с потрохами, — Драко улыбнулся в свою чашку, а Поттер ухмыльнулся. — Малфой, мне нужно, чтобы ты ответил Гермионе на все её вопросы, которые у неё будут для тебя, касаемо твоей профессии. Сразу скажу, что ты ни в чём не подозреваешься и мы не пытаемся тебя подловить на слове. А ещё, что сокрытие любой информации будет рассматриваться как отказ от сотрудничества в деле, в котором ты замешан. Так что — пожалуйста. Драко допил свой чай и отставил чашку на поднос, закинул ногу на ногу и сложил на коленях руки в замок. — Я расскажу всё, что смогу. Кроме составных своих зелий, на которые у меня патент, это мои личные разработки. — Твои разработки нас не интересуют, — кивнул Гарри. — О них мы спрашивать не будем. — Тогда — всё, что вам понадобится, господа. В течение следующих нескольких часов Грейнджер-Уизли и Малфой неспешно разговаривали, обсуждая какие-то темы зельеварения. Драко открыто отвечал на все заданные ему вопросы, честно делясь информацией и даже добавляя предположения. В какие-то мгновения Гермиона заслушивалась так откровенно, что чуть ли не открывала рот, восхищаясь тем или иным способом работы, высказанные Малфоем. В какой-то момент они уже потеряли нить первых вопросов и с увлечением разговаривали о зельеделии, настойках и способах их приготовления. — Я тебе уже говорил, Уизли. Серебро надо не раскалывать на мелкие куски, а нагревать и расплавлять. Ты же сама знаешь, что жидкое серебро действует намного быстрее и эффективнее, чем толчёное… — Но жидкое почти не смешивается с другими составными! Намного легче сначала растереть его в порошок, смешать с добавочными компонентами и только потом разогреть до нужной температуры! — Ты, несомненно, права, и во многих случаях это действительно было бы правильным. Но не в этом — конкретно. Именно здесь тебе не нужно смешивать большую концентрацию серебра, и добавление других ингредиентов как раз даст ту медленную манипуляцию растворения зелья, которое тебе необходимо. Ведь ты в этом растворе вначале всё смешивала, а потом замедляла процесс готовки, так? А в моём способе сам процесс приготовления и происходил медленным путём, плавно смешивая все компоненты. — Я никогда не думала об этом, — призналась Гермиона, задумываясь и отворачиваясь. — Это, если честно, может объяснить некоторые побочные эффекты… Гарри чувствовал, что медленно, но уверенно сходит с ума. Все эти разговоры и споры о зельях и способах их приготовления вывели его из меланхоличного состояния и ввели в такое охреневание, что волосы на затылке встали дыбом. Буркнув что-то неразборчивое, он вышел в коридор, приказал Аркеру быть на стрёме и аппарировал из квартиры.