Жизнь полукровки

      Я шла от портнихи с очередными примерами ткани для Тилоссы, как услышала разговор, доносящийся из чертога за поворотом. Один голос я узнала сразу – он принадлежал принцу Фили. Второй шептал чуть тише, а потому я не сразу поняла, что он принадлежит Кили.       - Брат, да ты с ума сошёл! Дядя убьёт тебя, когда узнает. – Кили тряс старшего брата за плечо, от чего его колечки на бороде и усах стукались друг о друга и позвянькивали.       Я присела на корточки и выглянула из-за угла. Может, принц Фили наконец-то определился с претенденткой? Я прижала к себе рулоны ткани и затаила дыхание. Я знала, что подслушивать нехорошо, но женское любопытство взяло верх.       - Но она мне и правда, нравится, Кили! Почему ты женился по любви, а я должен пожертвовать своим счастьем ради трона Эребора? И мне кажется, дядя драматизирует – Илина сможет забеременеть и подарить ему наследника. А я хочу как у тебя с Тауриэль – тихая семья с любимой женой. И потому, я скажу дяде, что хочу жениться на целительнице Диминии.       Последнюю фразу он почти что выкрикнул, и его голос эхом разнёсся по чертогу и утонул в коридоре, где я пыталась не потерять сознание от услышанного. Кровь так барабанила по ушам, что мне стало дурно. Я осела на пол и постаралась восстановить дыхание, но у меня ничего не вышло. Кили что-то говорил брату, но я уже не понимала их речи. Звуки доходили до меня через слой ваты в голове.       Он и правда, только что назвал моё имя? Моё?! Не Тилоссы? Ох, нет, Тилосса. Она же убьёт меня. Или, если не убьёт, то в дом к её отцу мне будет путь заказан. Может, у меня галлюцинации к концу тяжёлого дня?       Я снова выглянула из-за угла, но ни Фили, ни Кили в комнате не было. Я тряхнула головой и ущипнула себя за щёку. То, что я не сплю, было абсолютно точно, и в том, что секунду назад в чертогах шептались принцы, я тоже была уверена. Но в чертогах стояла гробовая тишина и полная темнота. Опираясь о шершавую стену и подбирая упавшие куски ткани, я поднялась на ноги. Приложив прохладную руку ко лбу, я тяжело вздохнула, и мой вздох утонул в вышине.       - Мне показалось. – Сказала я вслух сама себе и пошла к Тилоссе.       Гномка уже отдыхала, храпя на все покои, и я, положив образцы ткани на сундук, тихонько пошла к себе. Мне нужно было подумать. А что, если то, что я услышала, окажется правдой? Как мне себя вести? Я стала бездумно переставлять скляночки и банки, следуя какому-то неведомому алгоритму.       - Но в Железных холмах меня ничего не держит, так? – Маленькая склянка с голубой жидкостью переместилась в конец скляночной колонны. – Так. Я ведь всю жизнь мечтала вырваться из дома Тилоссы. – Новая перестановка снадобий образовала фигуру, напоминающую Одинокую. – Но я ведь ничего не умею кроме врачевания. Но принц ведь нашёл что-то во мне, в полукровке. А какие у него светлые и добрые глаза.       Баночки составились в смутно узнаваемый силуэт Фили, с двумя склянками с голубым настоем на месте, где должны быть глаза. Я мечтательно улыбнулась и прикрыла глаза, вспоминая добрую и задорную улыбку принца. С этой глупой улыбочкой на лице я и заснула.       На следующий день король и королева собрали всех в тронном зале. Претендентки стояли шеренгой перед ступенями, а остальные гномы толпились и толкались позади, чтобы получше всё рассмотреть и расслышать. Мне удалось встать на выступ колоны и оказаться на голову выше близстоящих гномов, что дало мне прекрасный обзор. Сегодня рядом с тронами короля и королевы стояло ещё три стула, на которых сидели принцы, а также же жена Кили – Тауриэль. Я впервые видела эльфа. Тауриэль так чужеродно смотрелась среди широкоплечих, низких и бородатых гномов, что взгляд невольно приковывался к ней. Женщина сидела с идеально ровной осанкой, гордо поднятой головой, и смотрела она куда-то сквозь толпу. Её кожа будто светилась изнутри, как и волосы, которые шёлковым водопадом ниспадали по спине. А её зелёные глаза, которые иногда смотрели на мужа, казалось, вобрали в себя всю зелень мира.       Король Торин призвал всех к тишине, и в чертогах стало непривычно тихо. Торин был мрачен, его кулаки были сжаты, как и мощные челюсти.       - Дорогие леди. – Обратился король к претенденткам. – Я благодарю всех вас, что вы прибыли в Эребор и были нашими гостьями всё это время. Я вынужден сообщить, что принц Фили не смог выбрать себе невесту среди вас.       По залу пробежалась волна шёпота, а моё сердце отчего-то замерло, перестав биться. Я всматривалась в лицо короля и ждала, что же он скажет дальше.       - Ещё раз благодарю вас всех, что проделали такой путь. В обратную дорогу мы сопроводим вас всем необходимым. Что же касается принца Фили, – Торин бросил на племянника хмурый взгляд и снова повернулся к толпе, – то через год мы снова проведём смотрины. И, если Махал даст моему племяннику уму, то принц Фили выберет себе жену.       Толпа загудела, зашепталась, заголосила. Одна гномка из претенденток расплакался прямо здесь, другая, подобрав юбки, выбежала прочь из зала. Тилосса вся покраснела от гнева и быстрым шагом направилась прочь из зала. Я едва смогла пробиться через толпу толкающихся гномов, чтобы не отстать от неё. Волны гнева почти осязаемо исходили от Тилоссы. Она шла так быстро, как никогда ранее. Мне даже пришлось пробежаться в одном месте. Гномка влетела в свои покои и засверкала на меня глазами.       - Ты, змея, да как ты посмела?! – Я попятилась, не на шутку перепугавшись. – Думаешь, я не знаю, что это всё из-за тебя?! Младшая портниха рассказала мне сплетни, которые витают по Эребору. Ты опоила принца одурманивающим снадобьем, а затем ещё и королеву, чтобы те были благосклонны к тебе. И принц признался дяде в том, что ты ему небезразлична. Ты! Жалкая полукровка!       Дальше была игра слов, которую в приличном обществе не принято произносить. Тилосса ругалась, как сапожник, размахивая руками из стороны в сторону и измеряя комнату шагами. Мой же мозг решил выключиться после обвинения в опаивание царской семьи.       Это же бред! Какой дурман? Я ведь готовила отвар при всех, и все видели, что я туда положила. А принцу я вообще ничего никогда не давала в руки. Королева! Надо просить защиты у королевы!       - Я прикажу страже, и тебя привяжут к моему пони. И ты пойдёшь до Железных холмов босая, а уж там, отец казнит тебя!       Я не стала дослушивать угрозу до конца и выбежала из комнаты. Я неслась к царским покоям сломя голову, сбивая всё, что попадалось мне на пути. Выбежав в нужный коридор, я, наконец, замедлила шаг, чтобы отдышаться. У дверей стояли стражники с огромными топорами в руках.       - Из-извините. – Голос был прерывистым, а в боку кололо от такой гонки. – Могу ли я поговорить с королевой. Это вопрос жизни и смерти!       - Королева занята. Не велено никого пускать.       Это был конец. Крах. Ноги подкосились, и я оперлась одной рукой о стену, а другой зажала ноющий бок. Может, стоит попытаться найти принца Фили? Но он может быть где угодно… В конце коридора послышались тяжёлые шаги. Это был король, который выглядел, как грозовая туча. Его чёрный плащ, отороченный мехом, эффектно развивался за спиной, добавляя мрачности образу. Он поднял синие глаза на меня и пригвоздил взглядом к месту.       - Хорошо, что ты здесь. Следуй за мной.       Я затряслась, как заяц, загнанный в угол. Уголки глаз защипало, а сердце убыстрило ход раза в два. Я засеменила за королём, который поднялся на один этаж, свернул пару раз направо и открыл дверь, пропуская меня вперёд. Как в бреду, я протиснулась мимо короля, боясь поднять глаза вверх. Дверь с грохотом закрылась, и я осталась с гномом один на один. Он сел за стол, на котором стояла лампа, и прибавил свет. От напряжения перед глазами начали плясать мушки, а содержимое желудка поднялось в район горла. Король молчал и смотрел на меня из-под своих густых бровей.       - Полагаю, ты знаешь, по какой причине я позвал тебя сюда. – Я едва заметно кивнула, всё ещё смотря в пол. – Я не знаю, какую игру вы с Фили затеяли, но мне она не по нраву. Ты наверняка хорошая женщина, пусть даже и не совсем гномка, но моему племяннику нужна богатая жена с идеальной родословной. А ты – просто игрушка на какое-то время.       Повисла гробовая тишина. Я ощутила вкус крови во рту от того, что я слишком сильно прикусила щёку. Но эта боль удерживала меня от обморока и от того, чтобы разреветься прямо сейчас. А что если, король прав, и я просто забава на пару месяцев для принца? Ведь лично мне Фили ничего не обещал и не говорил. Даже никаких намёков не давал.       - Теперь касательно слухов о том, что ты кого-то опоила. – Я резко подняла голову и с испугом посмотрела на короля.       - Ваше величество, вы же были там… – Голос предательски дрожал, как и слезинка в левом глазу. – Это был обычный отвар, чтобы снять головную боль. Целитель Бифур может это подтвердить! А с принцем Фили я пересекалась всего пару раз, и то, это было в присутствии госпожи.       - Я знаю. – Моя истерика в миг сошла на нет, когда я услышала ровный и уверенный голос короля. Его взгляд был спокоен и твёрд. – Кто-то специально распустил эти слухи, пытаясь опозорить королевскую семью и, может, тебя. Хотя не думаю, что кому-то есть дело до простой служанки из Железных холмов. – В кабинете вновь повисла пауза, а мысли в моей голове носились со скоростью падающей с неба звезды. – Что сказала твоя госпожа?       - Она… – Я вспомнила лицо Тилоссы, перекошенное от гнева, и её угрозу, которую она почти наверняка приведёт в исполнении. – Она пообещала провести меня босиком до дома, где меня казнят, ваше величество.       - Понятно. – Король тяжело выдохнул и провёл широкой ладонью по лицу. – Тогда я предлагаю тебе сделку: мы возьмём тебя под защиту, а взамен, ты останешься жить и работать в Эреборе. Будешь помогать Бифуру. Также, поможешь докопаться до истины в этой странной истории. Накопишь денег, и сможешь уехать в Дейл. В этих краях к таким как ты относятся весьма терпимо. Но у меня будет несколько условий. Первое: ты не будешь искать встречи с Фили. Второе – будешь добросовестно выполнять свою работу, как целитель. Третье – не будешь пытаться сбежать. Иначе, я велю казнить тебя в ту же секунду. Согласна?        Выбора у меня не было. Неизбежная смерть в Холмах, или слабая надежда на свободу в Эреборе? Выбор очевиден.       - Да, ваше величество. Благодарю вас за доброту и понимание. Обещаю исполнять ваши условия в точности.       - Подожди здесь. Я пришлю Балина.       Король быстро протопал мимо меня, шелестя плащом, и оставил одну. Меня забила дрожь, стало трудно дышать, а на грудь будто положили молот. Паника накрыла меня с головой, поднимаясь от низа живота к макушке. Кабинет стал качаться, и мне пришлось ухватиться за книжный шкаф, чтобы не упасть. Я начала глубоко и шумно дышать, и делала это до тех пор, пока дверь не открылась. Гном Балин не на шутку перепугался, когда увидел моё состояние. Старик сразу же оказался рядом и, положив свою тёплую широкую ладонь мне на спину, начал успокаивающе поглаживать меня. Комната вновь приняла чёткие очертания, а груз, что сковывал грудь, пропал. Дышать стало вновь легко.       - Спасибо. – Просипела я, выдавив благодарную улыбку.       - Тише, девочка, тише. Переволновалась, понимаю. Нехорошая история с тобой приключилась. Торин посвятил меня в вашу сделку. Я здесь, чтобы написать официальный приказ о твоём назначении на должность младшего целителя Эребора.       Гном прошёл за стол, развернул чистый пергамент и начал на нём выводить руны.       - Скажи по слогам своё имя.       - Ди-ми-ни-я, господин Балин.       - Диминия, так-с. – Гном вывел ещё одну аккуратную руну и протянул мне пергамент и перо. – Распишись внизу.       Я поставила подпись там, куда указал гном, и вернула перо. Вот и всё – обратной дороги нет. Балин тепло улыбнулся мне и свернул пергамент, перевязывая его жгутом.       - Тебе будет выделена комната в крыле для всех слуг Эребора. Где лазарет ты знаешь. Идём, я отведу тебя к Бифуру.       В лазарете главному целителю Горы сказали, что теперь я официально работаю под его началом, и что я буду проживать в Горе. После, Балин отвёл меня в новую комнату.       - Удачи тебе, девочка. И мой тебе совет – не нарушай договор, который подписала. Торин не бросает слов на ветер.       Когда дверь закрылась, я, наконец, смогла глубоко вздохнуть и спокойно подумать. Всё было не так-то уж и плохо: я буду жить вдали от злой Тилоссы и её семьи, буду заниматься любимым делом, за которое мне будут платить. И, кто знает, может через пару лет смогу накопить денег и открыть свою школу по врачеванию, как я всегда мечтала.       Через какое-то время ко мне постучались стражники, которые, по приказу короля, принесли все мои вещи из старой комнаты.        - Извините, – пропищала я вдогонку страже, – а вы не знаете, уехала ли леди Тилосса?       - Кажись, да. – Прокряхтел один из стражников. – Почти все претендентки уже отбыли.       Отлично. Теперь, я могу выйти из своей комнаты и не бояться, что столкнусь с уже бывшей госпожой. Посветив какое-то время раскладыванию вещей, я всё же решилась пройтись. И первым дело мне захотелось пойти к Бифуру. Атмосфера лазаретов всегда действовала на меня успокаивающе. Но в лазарете Бифур был не один.       - Ваше высочество! – Я даже вздрогнула от неожиданности, когда увидела великолепную Тауриэль в лазарете.       - Это ты Диминия, верно? – Сразу перешла к делу эльфийка, с нескрываемым интересом рассматривая меня.       - Да, ваше высочество.       - Бифур, оставьте нас, пожалуйста, наедине.       Гном поклонился и поспешил прочь. Тауриэль облокотилась на стол и скрестила руки на груди, не сводя с меня взгляд.       - Диминия, я буду откровенна с тобой. – Я почувствовал, как мои глаза округлились до размера блюдца. Не такого я ожидала разговора. Что она имеет ввиду? – Фили не любит тебя. Это всё их с Кили план. Фили очень не хотел выбирать себе жену, а мой муж предложил ему план: якобы Фили влюбился в простую служанку. Разумеется, король Торин не позволил бы свершиться такому союзу. Я даже знаю, что они подловили момент, когда ты пойдёшь от швеи, чтобы ты услышала их разговор. Ты была просто втянута в их очередную дурацкую забаву, которая обернулась для тебя плачевно. Думаю, Фили не хотел такого исхода.       Не сказать, что я была удивлена, но всё же моё женское самолюбие было задето. Где-то в глубине души я лелеяла надежду, что принц Фили действительно что-то нашёл во мне. Но как же я ошиблась. Головная боль острой иглой пронзила меня и я поморщилась.       - Извини, что не рассказала раньше. Мой муж очень дорог мне, а Фили дорог ему. И я понимаю нежелание Фили жениться по расчёту… Прости меня, Диминия.       - Что вы, ваше высочество. – Я нервно хихикнула и выдавила из себя улыбку душевнобольного. – Я не питала никаких иллюзий на счёт принца Фили. Кто я такая? Но благодарю, что рассказали мне правду. Для меня это многое значит.       Лицо Тауриэль просияло, и она так широко мне улыбнулась, что на душе стало чуточку теплее, а плохие мысли отошли на задний план. Я робко начала рассматривать высокую эльфийку, пока она разворачивала какой-то свёрток на столе.       - Раз ты на меня не злишься, то у меня для тебя есть работа. Ты ведь теперь целитель! Полагаю, ты слышала про недуг королевы. Так вот, мы с Кили ездили к Владыке Элронду, чтобы он помог советом. Я привезла книгу на синдарине. В ней описаны давно забытые способы врачевания, и в том числе есть способ, как излечить от бесплодия. Мужчин-лекарей королева к себе не подпускает, а мне одной, – эльфийка перешла на шёпот, – порой бывает с ней очень сложно. Она такая упрямая и своенравная.       Этот «секрет», сказанный таким доверительным тоном, вызвал новвую улыбку на моём лице. Тауриэль тоже улыбалась, а в её глазах плясали озорные огоньки.       - Вы хотите, чтобы я… Что я должна делать?       - Для начала, перестань обращаться ко мне так официально. – Эльфийка протянула мне руку для пожатия. – Просто Тауриэль. – Я неуверенно пожала длинные тонкие пальцы женщины. – А ещё мне нужна помощь в переводе книги. Мой письменный кхуздул всё ещё плох, так что я буду переводить с синдарина, а ты переписывать на кхуздул. А потом мы сможем применить новые знания. Что скажешь?       - Я согласна, ваше… Тауриэль.       Эльфийка вновь широко улыбнулась и подхватила книгу.       - Будем заниматься переводом каждый вечер в библиотеке с семи часов.       - Конечно.       И с этого самого дня моя жизнь начала новый виток. Днём я помогала Бифуру с заготовками снадобий и лекарств, а ещё мы часто с ним выезжали за травами за пределы Горы. А по вечерам я переводила с Тауриэль древнюю книгу по врачеванию. С принцем Фили я столкнулась в коридоре лишь однажды – они с братом вернулись с охоты и, хохоча на весь Эребор, шли с трофеями на кухню. Увидев меня, смех смолк, и васильковые глаза Фили уставились на меня. Мне даже показалось, что в его глазах промелькнуло удивление, мол, почему я до сих пор в Эреборе. Я присела в лёгком реверансе и поспешила по своим делам. Мне не хотелось даже думать о принце, из-за шутки и прихоти которого меня едва не казнили. Наши миры слишком разные, и мы вообще не должны были столкнуться с Фили. Никогда.       К концу июля мы с Таурэль перевели книгу, и нашли там несколько глав о женских недугах. Мы всё приготовили, как было описано в книге, и шли в королевские покои. Я несла корзину с кучей трав, склянок и мисок, а Тауриэль прижимала два экземпляра книги к груди, как самое ценное сокровище мира. Стражники услужливо открыли нам дверь.       - Моя королева, вы позволите? – Тауриэль с дружелюбной улыбкой впорхнула в комнату и улыбнулась королеве. – Мы с Диминией закончили перевод и у нас кое-что есть. Вот, посмотрите.       Эльфийка протянула Илине книгу на кхуздуле и королева наискось пробежала глазами по тексту. Гномка махнула рукой своим служанкам и те, поклонившись, вышли вон.       - Но для начала, позвольте нам осмотреть вас. – Голос Тауриэль был твёрдым и решительным.       Я ассистировала Тауриэль в этом щепетильном моменте, старательно опуская глаза в пол. Эльфийка, закончив осмотр, вымыла руки и вновь внимательно посмотрела на королеву.       - Ваше величество, я хочу предложить вам пропить месячный курс настойки ацеласа, который мы с Диминией будем для вас готовить. А ещё, она, как младший целитель Эребора, будет делать вам целебный массаж живота, который описан на странице триста семь. Вы согласны, ваше величество?       Королева устало вздохнула и прикрыла глаза. Мне стало жалко гномку. Весь гномий род ждёт от неё наследника, и это, наверняка, ужасно давит на королеву. Гномка едва заметно кивнула и попросила оставить её.       На следующий день я шла в покои к королеве, неся книгу и бутыль с отваром ацеласа, листья которого мы держали на водной бане всю ночь. Королева стояла на балконе, а в покоях за столом сидел король. Я едва не выронила бутыль из рук от удивления. Неужели, король будет присутствовать на процедуре?! Гном оторвался от чтения пергамента и впёр в меня свои глаза цвета бездонного океана.       - Я желаю знать, в чём будет заключаться лечение. – От его холодного и допросного тона по моей спине промаршировали мурашки. Я нервно сглотнула и потупила взор.       - Королеве нужно будет каждый день выпивать по три глотка отвара ацеласа, и после употребления, я буду делать ей массаж живота, как описано в древней книге, что мы перевели с принцессой Тауриэль. Если нужно, книга у меня с собой.       - Нет нужды. – Бросил гном, поднимаясь из-за стола. Его массивная фигура подошла ко мне вплотную, от чего я почувствовала себя бесконечно маленькой и никчёмной.       Я почувствовала дыхание гнома у своего уха, и мои щёки моментально покрылись румянцем. Я нервно сглотнула и сжала книгу так сильно, что мои суставы на пальцах хрустнули.       - Даже не думай навредить королеве или что-то ей подмешать. Если я узнаю, то пешая прогулка, которую обещала твоя бывшая госпожа, покажется тебе сказкой.       Я дёрнулась и, отступив от короля, с ужасом посмотрела на него. Он и правда думает, что я способна на такое? Я открывала и закрывала рот, как рыба на суше, а король, скривив губы в ухмылке, покинул покои. Переведя дыхание, я пошла за королевой.       - Ваше величество, вы готовы?       - Да.       Массаж прошёл в смущающем молчание, но я посчитала, что справилась неплохо. И так продолжалось три недели, пока однажды утром в лазарет не вбежала радостная Тауриэль. Мы с Бифуром оторвались от нарезания корешков и замерли в ожидании.       - Королева! Она… – По радостной улыбке я догадалась об окончании предложения.       Я сорвалась с места и побежала за Тауриэль к королеве.       - Что королева-то? – Услышала я вдогонку окрик Бифура.       Мы бесцеремонно ворвались в королевские покои. Гномка сидела в кресле и с улыбкой гладила свой живот. Её служанки восторженно кудахтали вокруг, наперебой предлагая королеве подушку, фрукты, еду и напитки. Лучик теплоты проник в моё сердце – я была искренне рада за королеву. В коридоре послышались шаги, и в покои вошёл Торин. Гном подошёл к жене и сдержанно улыбнулся. Вот так – сухо и официально, как будто королева носит под сердцем не его ребёнка и будущего наследника.       Но ведь он и не любит её. Это брак по расчёту. Сомневаюсь, что он вообще бывает с ней ласков, как настоящий любящий муж…Возможно, с рождением ребёнка его сердце оттает.       Тауриэль тоже подошла к королеве и начала поздравлять её. Торин подошёл ко мне и, поравнявшись плечом к плечу, тихо сказал:       - Ты молодец. Зря я сомневался в тебе.       Я не успела ничего ответить, как Торин вышел.       Радостная новость разлетелась по всему Эребору меньше чем за день. Но счастье длилось недолго. Меньше чем через месяц у королевы произошёл выкидыш. Мне было велено всё повторить заново, но история снова повторилась. Мы с Тауриэль сутки напролёт проводили в библиотеке Эребора в надежде, найти ещё хоть какую-нибудь информацию о недуге королевы. В мире уже наступила глубокая и мрачная осень, которая усиливала атмосферу уныния и уменьшала надежду на успех. Королева стала дёрганой и вспыльчивой, а король ещё более угрюмым и молчаливым. Я боялась попадаться на глаза обоим, но неизбежно сталкивалась с ними.       - Диминия, я хочу отправиться на свою родину в Лихолесье. Король Трандуил прожил в этом мире немало сотен лет, может, он сможет подсказать, что же нам делать. Но надежды мало. – Тауриэль в походном плаще грустно улыбнулась мне, ошарашив своим внезапным отъездом, а после скрылась из лазарета.       И так моя единственная подруга покинула Гору. Я общалась только Бифур, который был немногословен. Гном хорошо обучил меня и доверял теперь много сложной и ответственной работы, так что времени на раздумья и уныние у меня не было. А зимой по Горе бурей разнёсся приказ короля – он решил отвоевать Морию.