aurora borealis

сонхун ни капли не ошибся. после конкурса ярмарка продолжилась, и время, к сожалению, не остановилось. эмили все так же крутилась вокруг джейка, неимоверно раздражая одним своим присутствием, а шим не сводил с него свой умоляющий взгляд, смысл которого пак так и не смог понять. но похожая ситуация происходила не у него одного, и этот факт должен был хоть как то уменьшить степень его злости, но так как сонхун совсем не ведал об этом, негативная эмоция продолжала теплиться в его теле и как будто настаивалась перед очередной «битвой», что, безусловно, невероятно настораживало. — чонвон, я так рада, что я сегодня здесь, с тобой! — йеджи улыбнулась, разворачиваясь к парню. они стояли поодаль от старших, не обращая на них никакого внимания, затесавшись в толпе, которая постепенно начала рассеиваться после окончания конкурса. — обычно мама не разрешает мне разговаривать с противоположным полом, но сегодня она оказалась невероятно добра и отменила все свои правила, чему я невероятно довольна! — ох, мэри, я тоже очень осчастливлен твоим присутствием.. а еще ты прекрасно сегодня выглядишь, я забыл тебе об этом сказать, так как потерял дар речи.. от твоей красоты.. — чонвон пару раз запнулся от волнения, но свой взгляд с девушки не сводил, сталкиваясь с ней лицом к лицу. йеджи была высокой и статной, ростом доходила почти до его макушки, что безусловно добавляло ей грациозности и изыска, ведь даже ее тело кричало о том, что она — девушка голубых кровей. шим влюбился в нее по уши с первого взгляда, но у него не было смелости признаться ей, так как его очень заботил высокий статус возлюбленной, из за которого парень думал, что не имеет права даже смотреть на нее, и иногда ему действительно казалось, что так и должно быть, что он и она — люди с разных миров, которым не суждено быть вместе. тем не менее, это никак не останавливало его от застенчивых действий или смущающих слов, так как невесомая, волшебная тяга к девушке перепрыгивала все остальные рациональные мысли, заставляя мечтать об исполнении желаний, как в сказке, где богатая графиня вышла замуж за бедного портного, полюбив его за чистоту и тонкость души. йеджи просияла, услышав комплимент в свою сторону и несмотря на то, что прозвучал он стеснительно и даже неловко, это безумно осчастливило. к сожалению, было и то, что ее беспокоило, а именно кузен, не сводящий глаз с чонвона и постоянно следующий по их пути. он стоял с ними даже сейчас, в момент этого разговора, что казалось невероятным, ужасным абсурдом, ведь он и ухом не повел, прослушав чужой диалог от начала и до самого его конца. неужели парень не ведал о том, какие отношения выстраивались между двумя молодыми людьми, или же просто не хотел этого понимать? — чонвон-а, да ты прям из штанов выпрыгиваешь. ради кого стараешься? — процедил старший, появляющийся в поле зрения друга, который был слишком втянут в диалог, не замечая его рядом. приватной беседы можно было не ждать даже в своих самых сладких снах, так как парень не собирался никуда уходить, намертво приклеив себя к лучшему другу, который уже привык к такому времяпрепровождению и был совсем не против, совершенно не зная о том, что йеджи находилась вне себя от вульгарного, как ей казалось, поведения своего родственника. когда джей проснулся, он был более, чем уверен, что этот день подарит ему море положительных эмоций, а также несколько чрезвычайно смешных шуток над чонвоном, которого он собирался вывести на ревность и доказать выдвинутую гипотезу о своей ценности в его жизни, но все вышло абсолютно не так, как он планировал, поэтому парень чувствовал себя преданным, как будто его обвели вокруг пальца. кузина изрядно его удивила, присоединившись к их компании и бросив своего старшего брата, что и нанесло паку удар по его самолюбию, заставив испытывать непривычное для него переживание. — чонвон старается ради меня и, между прочем, у него прекрасно выходит. а что, завидуешь? — сестра приподняла плечи, смотря на парня с насмешкой. джей же старался сохранить остатки своего спокойствия, медленно вдыхая и выдыхая свежий воздух. — нет, конечно нет! тебе до меня, как до штатов пешком. — пак нервно усмехнулся, резко толкая плечо чонвона, который растерянно наблюдал за их перепалкой, переводя взгляд то на одного, то на другую. — ты же меня любишь, да? — внезапно прозвучало с его уст, словно последний шанс зацепиться за что то. парень не хотел этого говорить, вернее, этот вопрос периодически возникал в его голове, когда он находился рядом с чонвоном, но говорить это сегодня, в этот самый миг он не собирался. чувства значительно опередили его разум, и парню внезапно захотелось убежать из за несуразицы, которую он произнес, но он все еще стоял рядом, так как хитрые глаза сестры не давали ему покоя. — ты же мой лучший друг, как я могу тебя не любить? — шим младший смутился, но ответил максимально честно и даже искренне, украдкой смотря за реакцией йеджи, которая вмиг побагровела и издала возмущенный возглас. — ну и гуляйте тогда вдвоем, и делайте все тоже вдвоем, и.. и вообще, будьте счастливы вместе! — девушка топнула ногой и, не сказав больше ни слова, развернулась и убежала в спонтанном направлении, куда ее повел разгоряченный разум и ноющее от обиды сердце. — будет сделано! куда бы ты ни шла, хорошей дороги. — джей лениво помахал ей вслед, чувствуя неожиданный прилив бодрости, потому что проблема в лице кузины внезапно отпала сама по себе, и если бы не запаниковавший чонвон, схватившийся за голову, он бы давно перевел все в шутку и завел разговор про то, как же чудесно, что они остались наедине, но именно чужое состояние не дало ему насладиться этой мимолетной, но очень сладкой победой. сегодня с ними обоими происходило что то неладное, и пока пак не был уверен, хорошо это или же плохо, не имея даже мимолетного отдыха от потрясений, настигнувших его с самого появления на этом мероприятии. — подожди, мэри! — после недолгого осознания ситуации и мгновенного угрызения совести чонвон сорвался с места и побежал за девушкой, удаляющейся все дальше и дальше. джей совсем не ожидал такого поворота событий, чувствуя, будто в его спину вонзился нож, открывший раны, которых до этого не существовало. в один миг ему стало ужасно грустно и страшно за их дальнейшие отношения с чонвоном, но парень все же пересилил свои эмоции и побежал за шимом, останавливая его на полпути и преграждая путь к йеджи, чем он очень возмутил своего друга. — ты правда пойдешь за ней и бросишь меня одного? — в голосе джея читалось беспокойство, а глаза горели отчаянной надеждой на мгновенную смену в настроении друга и последующий отрицательный ответ. с каких пор он начал волноваться о том, что чонвон будет проводить время с йеджи без его непосредственного участия? — ты ожидал, что я останусь с тобой после того, как ты с ней поступил? ты думаешь, я действительно стану терпеть твой непотребный тон по отношению к ней? — чонвон стиснул зубы, приблизившись к другу. в его глазах виднелось разочарование, которое отодвигало пака на сто метров от него, впервые возвышая между ними длинную стену ссор и недопониманий, — ты ведешь себя странно сегодня, и меня это огорчает.. своим поведением ты ранишь не только ее чувства, но и мои. — юноша никогда не был настолько строг, что очень напугало пака, и то, что он оттолкнул его, задев своим плечом на пути к практически незнакомому человеку, которого он знал всего пару месяцев, испугало еще сильней. джей остался один.

***

через полчаса начался концерт. сонхун совсем не знал о том, что у ярмарки была какая то программа и расписание, как на премьерах театральных пьес, которые они посещали в лондоне всей семьей, поэтому он позволил себе облегченно вздохнуть, увидев, как эмили счастливо побежала к отцу и увлеченно разговаривала с ним уже целых две минуты, как будто они были готовы в ту же секунду уехать домой. конечно, это были лишь его тайные фантазии, мечты, которые по классике сегодняшнего дня обернулись полнейшим крахом и кромешной тьмой, которую хотелось смыть с себя, как только все это закончится, и сонхун обязательно попытается закопать все эти воспоминания глубоко в себе, как и чужое имя, которое подсвечивалось дьявольским красным цветом в его голове, стоило только на секунду подумать о персоне, которой оно принадлежало. только бы этот день побыстрее закончился, и он наконец вернулся в свою чистую отглаженную постель. — джейки, не хочешь поздороваться с моим отцом? он будет очень рад, вы так давно не виделись. — девушка подбежала к ним, стоящим в самом тягостном и мертвом молчании, и схватила парня за руку, пробуждая его от постоянной слежки за эмоциями сонхуна, который пребывал в своих размышлениях и не сразу заметил, как эмили вернулась. — да, конечно.. я подойду к нему после выступления, ладно? я выхожу через три номера. — парень не смотрел на девушку, фокусируясь только на ее руке, уверенно обхватившей его ладонь. раньше, когда они встречались при похожих обстоятельствах, парень никогда не обращал особого внимания на тактильность и открытость подруги, полностью принимая чужой язык привязанности и нередко даже проявляя его в ответ, однако теперь эта условная вседозволенность начала настораживать, и парень был чрезвычайно уверен в том, из за чего, точнее, из за кого произошло это изменение. так или иначе, отныне джейку не хотелось делать ответные шаги, наоборот, он бы с радостью остановился или даже опустился на несколько ступенек вниз, если бы не бесконечная настойчивость роуз и практически насаждение своего присутствия в его компании. из за совокупности этих пугающих фактов и, непосредственно, их странных переплетений, шим даже начал думать о том, что он, вероятно, нравился эмили в более личном плане, в таком, в каком ему нравился сонхун. может, именно поэтому пак вел себя так напряженно в ее присутствии, чувствуя чужое чрезвычайно повышенное внимание, которого джейк не замечал до тех пор, пока пассивная агрессия его друга не начала превращать его в совершенно другую личность, ведь сонхун никогда не представал перед ним в таком категоричном и грубоватом виде. — ты как? все хорошо? — спросил шим, когда эмили вновь отошла к отцу, чтобы передать ему слова, сказанные ранее. парень положил руку на плечо друга, и это действие как будто ударило его током, мгновенно стряхнув всю желчь, которая сочилась из него каждую секунду этого дня. — да, я просто устал, — сонхун соврал, подозревая, что шим начал разговор не просто так, — сегодня такой насыщенный день, не продохнуть! — он приподнял уголки губ, видя чужую улыбку, подкрепленную облегченным выдохом. — да уж, это точно.. но мне показалось, что тебе некомфортно из за эмили. мои предположения правдивы? — джейк закусил губу, спрашивая вопрос, ответ на который он хотел услышать больше всего. перестанет ли он общаться с подругой, если сонхун ответит, что ему неприятно находиться рядом с ней? нет, конечно же нет, но он обязательно постарается найти компромисс, чтобы провести время с обоими по отдельности, и не забудет поговорить с роуз насчет ее возможной симпатии к нему. — я не знаю. твоя подруга слишком.. экспрессивная, если так можно выразиться. это сбивает с толку. — пак задумался. он не собирался рассказывать другу все, что он думал о девушке, ведь это точно оттолкнуло бы, поэтому ему приходилось подбирать правильные слова, иногда забываясь в своих ядовитых мыслях и всеми силами пытаясь на переходить на личности, — к слову, вы подходите друг другу. чудесно смотритесь вместе. — н-нет, сонхун, я.. она.. мы не вместе, эмили мне как сестра! — шим сжал чужое плечо, краснея до кончиков пальцев. заявление, сказанное сонхуном, прозвучало, как должное, будто это неопровержимый и всеми известный факт, что повергло джейка в глубочайший шок. неужели со стороны все так и выглядит? — как это мы не вместе? — девушка подкралась сзади, появляясь в самый неподходящий момент и заставляя сонхуна стиснуть зубы, чтобы не сказать ей грубостей прямо в лицо, — сейчас мы стоим рядом, — роуз показала на то малое расстояние между ней и джейком, которое отделяло их друг от друга, — а это значит, что мы вместе! — она ярко улыбнулась, смотря на друга, который отчаянно искал слова для оправданий, все еще держа руку на чужом плече. — и правда. как очаровательно. — отчеканил пак. его темные брови скосились, а губы превратились в единую полосу. он никогда не испытывал столько негативных эмоций, но сегодняшний день однозначно побил все его рекорды, и в этом он должен был благодарить эмили, но все, что он хотел ей высказать, оказывалось слишком непристойным, чтобы произносить вслух, настолько вне себя он был от чужого присутствия. к счастью, концерт смог на какое то время утихомирить его и отвлечь от головной боли, завлекая своими захватывающими выступлениями и заставляя ожидать выход джейка с непривычным для текущей ситуации трепетом и замиранием сердца. несмотря на то, что парень был немного зол и на шима из за отрицания очевидной романтической связи между ним и его подругой, которая лишний раз действовала на нервы, ревность тут же угасала, как только он думал о том, что вскоре шим покинет не только его, он также уйдет и от эмили на какое то время, а это значит, что она перестанет окутывать его своим вниманием и не сможет остаться с ним наедине, по крайней мере, сонхуну так хотелось думать. — замечательно, потрясающе, невероятно! этот концерт полон звезд, сошедших прямо с небес, не так ли? — ведущий, одетый в вычурный костюм в белую полоску и в длинный цилиндр, не характерный для ношения среди джентельменов, произнес свою речь, вызывая у людей аплодисменты, а у кого то и свист, звучащий, как пронизывающий ветер, — что ж, я уверен, следующего юношу вы знаете не понаслышке, ведь он самый настоящий любимец публики несмотря на то, что это его первый раз. встречайте, джейк шим! парень подошел к роялю, который ждал своего момента с самого начала концерта, под пристальные взгляды десятков людей, наблюдающих за мероприятием издалека, и не спешил садиться за инструмент. в его руках была бумажка, сложенная пополам, которую он раскрыл и пару раз прочистил горло прежде, чем прочитать написанное внутри. — думаю, многие из вас знали чарльза шима, как отличного фермера, любопытного путешественника или как главу семейства шим, частью которой являюсь я, джейк, мои братья, хисын и чонвон, и наша любимейшая мама, энн. — парень нежно улыбнулся, представляя окружающим своих родных людей, — мой папа имел особую любовь к игре на фортепиано и с самого моего рождения не было такого дня, который я бы провел без музыки, слушая феноменальные исполнения сонат, ноктюрнов и прелюдий.. сегодня я постараюсь воспроизвести мелодию, которую он играл чаще всего. папа посвящал ее моей маме и всегда наделял эту пьесу самыми романтичными и восторженными эмоциями, и я хочу сделать то же самое, полностью посвятив свое выступление ему. — джейк выразительно рассказал свой монолог под тихие перешептывания и завершил все следующей фразой, — я никогда прежде не выступал, поэтому надеюсь на ваше понимание. как только шим сел за инструмент, прошло всего пару секунд перед тем, как мелодия полилась из инструмента, распространяясь в самые далекие области и проникая внутрь каждого человека, который слушал звучащее произведение. парень вложил в это выступление всю свою душу, и это было видно по тому, как он двигался вместе с каждой нотой, как черты его лица сменялись с каждым переходом, то повышая, то понижая степень взволнованности. сонхун замер, не веря своим ушам. это была та самая мелодия, которую он услышал в первый день их знакомства, которая привела его к джейку и окутала своей загадкой, из за которой он не мог спать в ту ночь и которую так отчаянно хотел услышать вновь, стыдясь спросить у друга ее название, дабы избежать недопониманий. теперь в его голове все сошлось и начало приобретать новый смысл, а шим в очередной раз стал краше в его глазах, только вот то напряжение, с каким парень играл по мере продвижения мелодии, привносило беспокойство в его сердце, ведь он был вовлечен в произведение не меньше самого выступающего, проживая каждый момент времени вместе с джейком, пусть он и находился в нескольких метрах от него и вряд ли мог почувствовать то же самое, будучи обычным слушателем. чувства, которые их связывали, создали между ними прочную связь, которая заставляла проникаться историями, вовлекаться в чужие эмоции, жить друг другом, как бы броско это не звучало, и сонхун все чаще начал это осознавать, ценя каждый момент, который приоткрывал ему небольшую завесу истинных эмоций. атмосфера накалилась только сильнее, когда джейк закончил свое выступление. его поддерживали бурными овациями, на которые не скупились даже самые заядлые зеваки, но парень как будто не слышал восторженных поклонников, вставая с места и смотря в одну точку, без каких либо эмоций на побелевшем лице. пак тоже стоял на месте, хотя ему хотелось подбежать к другу и крепко его обнять, потому что он прекрасно знал и видел, насколько тяжко было шиму, но его ноги словно приросли к земле, а рот зашили железной иглой. а потом джейк заплакал. это были горькие, истеричные слезы, которые вылились из него, как результат накопительного эффекта, ведь он всегда держал свои чувства, касающиеся отца, при себе, потому что знал, что его семье нужен был кто то, кто будет ответственным за них, кто будет принимать решения с холодной головой и вести себя, как подобает взрослому человеку в такие тяжелые для семьи времена, но сегодня эта маска наконец сорвалась с его лица, показывая уже давно нестерпимую боль и бесконечную скорбь, с которой он жил не один год. эта картина была ужасна своей трагической безысходностью, с горько-соленым привкусом во рту из за слез, стекающих по щекам, и тяжелым грузом на душе от увиденного. — джейки.. — эмили, которая все это время стояла рядом с паком, остолбеневшим еще сильнее после проявления эмоций друга, сорвалась с места и подбежала к нему, спешно отводя за сцену. как только они скрылись за деревянной стеной, девушка притянула парня к себе и завлекла в теплые объятия, начиная поглаживать его по спине, дабы утихомирить бурю чужих эмоций. в ушах еще долго звенели громкие всхлипы друга, однако ее успокаивающий метод все же помог, снижая степень тревоги шима, а потом и вовсе сводя истерику на нет, хотя на это потребовалось добрых десять минут. — стало легче? — роуз наконец выпустила джейка из объятий. он выглядел разбитым, с красными, опухшими глазами и искусанными губами, чтобы не сорваться на рев, но он все же перестал плакать, и это немного успокаивало. шим молча кивнул, вытирая оставшиеся слезы рукавом своей рубашки. он и не предполагал, что его выход окажется настолько драматичным, но был совсем этому не удивлен. когда то это должно было произойти, думал джейк, и он совсем не жалел о том, что именно сегодня поделился своей болью и вынес ее на всеобщее обозрение, вместо того, чтобы горевать в одиночку. — спасибо, эмили.. — наконец заговорил парень, полностью придя в чувства. ему вдруг стало ужасно неловко из за того, что он так долго и бесстыдно рыдал на плече у подруги, но девушку это никак не заботило, по крайней мере не сильнее, чем ее беспокоило состояние шима. роуз промолчала, оттягивая момент, как будто готовясь сказать что то важное, от чего парень непроизвольно попятился, не имея никакого понятия о том, что последует дальше. — знаешь, джейки, я.. — эмили не успела начать, как ее тут же остановил парень, перебивая сдавленным криком. — нет! ничего не говори, прошу! — шим выставил руки вперед и начал трясти ладонями, а в его глазах читался испуг, смешанный с удивлением от своего повышенного тона. вдруг, он стал полностью убежденным в том, в каком направлении пойдет речь его подруги, поэтому был вынужден идти на такие крайние меры. девушка стояла с открытым ртом, вопросительно наблюдая за сменяющимися эмоциями джейка, который старался разобрать все свои мысли по полочкам и преподнести слова как можно более нейтрально, а также максимально мягко, потому что его все еще заботили чужие эмоции, так как человек, стоящий напротив, был далеко ему не чужд, — я опережу тебя и скажу, что мы с тобой просто друзья детства, и я.. я не могу принять твои чувства, прости. эмили застыла на месте, целую минуту не произнося ни слова, от чего мир джейка также остановился в ожидании ответа. — что.. что ты сказал? — девушка показательно прочистила уши мизинцами, не веря своим ушам. — не заставляй меня повторять, я знаю, что ты все слышала.. извини, мне так стыдно, но я все еще безумно ценю тебя! как подругу.. — джейк опустил голову, смотря на свои ботинки и не смея поднять свой взгляд выше, чтобы не встретиться с возможными слезами или расстроенным лицом девушки, которое он хотел видеть меньше всего в тот момент, переживая эту ситуацию бессчетное количество раз задолго до данного разговора. — я собиралась сказать, что понимаю тебя, потому что я тоже потеряла маму в юном возрасте, и что ты можешь обращаться ко мне, когда угодно, так как ты мне вовсе не безразличен. как друг, мой лучший друг детства. — шим встрепенулся, услышав чужие слова. его голова была настолько затуманена сонхуном, что он просто не мог представить ни единой ситуации, где его не касалось абсолютно ничего. похоже, он действительно был влюблен, очень сильно влюблен, слишком сильно, и дошел до той точки, когда он подозревал каждый шорох в чем то необъяснимом, но определенно связанным с паком. отчасти это происходило из за того, что сонхун так и не дал ему внятного ответа на его наводящую речь о вере, как будто специально игнорируя эту тему, а с появлением роуз так тем более. неужели джейк звучал неубедительно тогда, или сонхун действительно не понял эту очевидную, на взгляд шима, вещь? — боже, эмили, я ужасно виноват.. я чувствую, будто схожу с ума, все так навалилось.. — парень закрыл лицо руками, громко вздыхая. теперь ему было еще неудобней перед подругой, но он старался держаться, спихивая свой мандраж на недавнее выступление. — все в порядке, джейки, я понимаю, — девушка нежно улыбнулась, отрывая руки джейка от его лица и складывая их в свои, — это связано с сонхуном, да? — увидев единый кивок, немного запоздалый и не менее растерянный, она улыбнулась еще шире, — похоже, он твой особенный друг. — да.. да! — шим резко поднял голову и просиял. эмили все знала, и это приводило его в неожиданный восторг, потому что его наконец услышали, пусть девушка и была совсем не тем человеком, от кого он ожидал этого осознания. — кажется, мое появление навело шуму в его голове.. ты бы видел, как убийственно он на меня смотрел, когда мы остались наедине! — роуз сжала чужие руки, имитируя взгляд сонхуна, который заставил джейка засмеяться от ее абсурдной физиономии, никоем образом не похожей на острые глаза пака, способные заставить по настоящему нервничать. — поговори с ним. я уверена, это взаимно. — слова придали уверенности, и джейк кивнул, решительно настраиваясь на серьезный разговор. сонхун же очнулся спустя несколько минут после того, как шим пропал из виду, трогая сухие дорожки слез кончиками пальцев. в голове, как и во всем теле, присутвовало полное опустошение, будто из него в одночасье выкачали все эмоции, оставив лишь тревогу за джейка. несмотря на то, что пак знал, что друг находился с эмили, он, почему то, уже не волновался по этому поводу, лишь надеялся, что с другом все хорошо и ему стало хотя бы немного лучше. пак не собирался больше бороться, если все произошедшее вообще можно было считать за борьбу, скорее всего, только он обозначил это, как некое соревнование между ним и эмили. парень не понимал, почему он вел себя таким образом, кому и что он пытался доказать? итог будет одним и тем же, как бы он не хотел иного исхода. шиму определенно нравилась его подруга, а она в свою очередь неоднократно показывала ему свое небезразличие, даже при сонхуне. здесь уже нечему было противостоять, ведь все было решено еще задолго до того, как пак появился здесь, и парень понимал, что, возможно, из за этого он потеряет хорошее отношение со стороны друга, потому что эмили ему откровенно не нравилась, что ему, скорее всего, будет ужасно больно, но хуже ли это тех испытаний, которые он перенес сегодня, находясь вне себя от злости, будто монстр, готовый съесть на своем пути кого угодно? может, ему наконец стоило остановиться? просто бросить все и.. уйти? — сонхун, — сзади прозвучал голос, отвлекая парня и заставляя повернуться по направлению к нему. это был хисын, которого пак ожидал увидеть в последнюю очередь, потому что они не были близки и даже не пытались выстроить какие либо отношения, но, тем не менее, считали друг друга хорошими знакомыми, — джейк с эмили? как давно они ушли? — они ушли минут десять назад, или даже двадцать. — парень достал карманные часы из своего пиджака, уточняя время, которое все же легло на двадцать минут, а это значит, что столько же времени он провел в своем сознании, стоя посреди полупустого поля. хисын поблагодарил пака за предоставленную информацию, но не спешил уходить, становясь рядом с парнем и выжидая верный момент, чтобы начать разговор. — это выступление очень много значило для него. и хотя для нас оно тоже было очень важным, джейку пришлось труднее всего. — шим старший поднял голову вверх, смотря в небо, — я до сих пор не могу простить себя за то, что тогда я не смог вести себя, как настоящий старший брат, потому что был слишком слаб. даже сейчас я не могу взять на себя все хозяйство, чтобы джейк смог провести свою юность, как полагается подростку, веселясь и резвясь.. — хисын хмыкнул, переводя грустный взгляд на пака. — но ты тоже многое потерял. ты оставил все свои мечты ради семьи, в том числе и ради джейка. может, ты и не освободил его от хлопот, но ты значительно их уменьшил. в тот момент тебе было плохо.. вам всем было плохо, и так получилось, что твой брат оказался самым сильным. он сделал свой выбор, и я уверен, что он никогда не пожалел об этом. — юноша смотрел шиму прямо в глаза, произнося слова с особой теплотой, как будто он разговаривал не с братом своего друга, а со своим кровным родственником, — тебе не в чем себя винить, просто продолжай любить и заботиться о нем. хисын улыбнулся. это была одна из тех улыбок, которой одаривают, когда человек максимально благодарен за сказанное или сделанное, и при такой мимике слова кажутся абсолютно лишними. парень также улыбнулся своими глазами, и это в очередной раз напомнило о джейке, от чего стало теплей. — он сильно изменился с недавних пор, — шим старший прервал затянувшееся молчание, не переставая улыбаться, — с тех пор, как ты приехал сюда. — правда? — глаза сонхуна превратились в две сияющие звезды, а в теле снова появилось вязкое чувство, которое приятно скручивало желудок и от которого сердце начинало биться быстрее. — конечно! джейк довольно закрытый юноша и мало кому доверяет свои чувства, но с тобой он раскрывается, я бы сказал, даже расцветает, — сонхун почувствовал, как его щеки начинают краснеть от чужих слов, — ах, кстати, насчет эмили.. — хисын резко перевел тему, переваривая собственные мысли и желая преподнести их, как подобает взрослому человеку, — не знаю, что сказал тебе джей, но, сонхун, ревность это не хорошее чувство. — как ты.. — сонхун распахнул глаза от удивления, не веря своим ушам. — твои гневные взгляды невозможно было не заметить, — парень оборвал пака на полуслове, заставив последнего прикрыть рот, приготовившйся говорить кучу несусветной ерунды дабы уйти от темы, и тут же продолжил, — возможно, мне не стоит давать тебе никаких советов, потому что я никем тебе не являюсь, но я посчитал нужным высказаться, так как это связано с моим братом.. — парень поправил накрахмаленный воротник и, от чего то нервничая, вновь начал говорить, — ревность не показывает чужую ценность, она проявляет твой страх оказаться ненужным или «последним» в жизни другого человека. если ты ревнуешь, значит, ты не уверен в себе, но ты ведь совершенно не такой, сонхун.. и джейк тоже не такой. он никогда бы не поступил так с тобой, даже в шутку. — хисын вдруг посерьезнел, стараясь говорить как можно четче, чтобы пак впитал в себя всю информацию от и до, — мама устраивает празднование по поводу сегодняшней ярмарки у нас дома, и миссис пак охотно согласилась там присутствовать. ты сможешь обсудить с джейком все, что тебя беспокоит. думаю, ему тоже есть, что тебе сказать, просто.. приходи, ладно? — шим ожидал мгновенного ответа, но сонхун уже растворился в своем разуме, и вернуть его оказалось невозможно, поэтому старший продолжал стоять рядом, дожидаясь отклика. полученная информация совсем не сходилась с тем, что говорил кузен, и это раздражало, а еще бесило. бесило то, что пак не мог отмотать весь день и прожить его заново, уже с определенными, совершенно другими выводами, как и бесило то, насколько правдивы были как слова хисына, так и слова джея, пусть и правды в его изречениях было с щепотку соли, случайно брошенной на рану. — я там буду, обещаю. — сонхун сжал кулаки. теперь у него появился шанс, пусть и малейший, на то, что он был не прав, что все его доводы об отношениях между джейком и его подругой могли оказаться лишь симуляцией, придуманной его хаотичными эмоциями, которые создали целую трагедию в его голове, поставив сонхуна на роль великого мученика, коим он, по правде говоря, совсем не являлся. именно поэтому пак не мог упустить этот шанс, ведь ему нужно было знать всю правду, чтобы перестать мучать самого себя беспочвенными догадками, а также додумывать вещи, которые могли никогда не происходить. сейчас было не время сдаваться, и парень это прекрасно понимал, больше не желая отступать назад и позволять своим негативным эмоциям брать над ним верх.