Как НЕ устраивать свидания

Изуку вздохнул, глядя на друга, который расслабленно просматривал меню. Небольшое кафе, которое предложил Шото, было просторным и уютным, столик, который они выбрали, находился в уединенном приятном уголке, и его почти наверняка с радостью выбрала бы пара, которая пришла на свидание. Ну или пара, которая притворялась, что пришла на свидание. – Я всё еще не уверен насчет того, что мы делаем, Шото. – Он придет, будь уверен. Мина своё дело знает. – Я не об этом. – Хм? Тебя волнуют деньги? Расслабься. Смотри на это как услугу: чем больше денег с папиной карточки ты поможешь мне потратить, тем сильнее это поможет мне насолить ему. Если при этом у него еще сложится впечатление, что я гей – еще лучше. Старатель, ко всем его прочим "достоинствам", тот еще гомофоб. Если мы будем очень удачливыми, то его может даже хватить удар. Никогда в жизни Изуку не видел человека, которого бы так радовала перспектива довести отца до сердечного приступа. – Иногда я всерьез начинаю волноваться за тебя, Шото, – вздохнул он, качая головой, прежде чем вернуться к разговору. – Да нет же, не в деньгах дело! Я… я просто… не знаю. Может стоило просто объяснить всё и прекратить наши… что бы там между нами ни было? Я не хочу обманывать Каччана и притворяться, что пытаюсь завести с кем-то роман. Это некрасиво и подло! Шото взглянул на него с сочувствием. – Да… потому что Бакуго именно тот человек, которого можно убедить словами. Признай же, единственный способ донести что-то сквозь плотный череп Бакуго, это либо вбить в него это кулаками – а Айзава-сенсей под страхом исключения запретил вам драться, после того как вы чуть не разрушили половину общежития в последний раз, либо показать наглядно. Может если он увидит, как ты уходишь к другому, то задумается, какое место ты занимаешь в его жизни. – Но… Может я слишком остро отреагировал? Может нам стоило поговорить… – Ох, милое доброе дитя… – Мы с тобой буквально одного возраста, Шото… – вздохнул Изуку. Очако явно успела не самым лучшим образом повлиять на Тодороки, заразив его этим театральным драматизмом. – Не мешай! – отмахнулся от него Шото, углубляясь в свою "роль". – Так вот, ох, милое доброе дитя. Ты не слишком остро отреагировал, ты слишком долго терпел. И если это не научит Бакуго ценить тебя больше, то тебе и вовсе не стоит тратить на него время. Нет, серьезно, так не может больше продолжаться. Ты всю жизнь собираешься быть с человеком, который мало того, что хранит ваши отношения в секрете, так еще даже не хочет признавать это отношениями в принципе? Изуку, ты достоин настолько большего! – Да, но… что если Кацуки решит, что я действительно хочу расстаться, и всё действительно закончится? – Насколько я знаю, Бакуго, в принципе плевать на то, что хотят другие люди. Поверь мне, если ты для него важен – он не сдастся так просто. Если нет – то еще лучше. Ты сможешь двигаться дальше со спокойной душой. И… – Шото вдруг замолк, затем его глаза чуть сузились, пока он смотрел на что-то позади Изуку. Тодороки почти тут же отвел взгляд, вновь возвращая своё внимание к собеседнику за столом, на его тонких губах проступила слабая улыбка. – Изуку, не оборачивайся, – тихо произнес он. – И приготовься устроить небольшое представление. Наши долгожданные зрители наконец-то прибыли. – Зрители? – Изуку дернулся, чувствуя непреодолимое желание обернуться. – Кто? Я едва ожидал, что появится Каччан, но кто еще тут может быть? – Легче сказать, кого тут нет. Шото изящно прикрыл рот рукой, но его глаза блестели от сдерживаемых эмоций. Изуку ясно видел, что он едва сдерживается, чтобы не рассмеяться, и, глядя на него, понял, что и сам начинает улыбаться – прошло какое-то время, прежде чем Тодороки начал веселиться и открыто проявлять чувства, поэтому видеть это каждый раз было для Изуку особым удовольствием. Его настроение чуть просветлело. Ребята переглянулись и неожиданно рассмеялись, привлекая к себе внимание других посетителей. – Предупреждаю, я собираюсь сегодня применить на тебе весь арсенал приемов и советов, которые мне удалось найти в интернете, услышать от гуру любовных отношений, вроде Очако или Мины, и прочитать в седзе-манге. – О нет, – притворно ужаснулся Изуку, продолжая смеяться. – Только не седзе-манга! Шото кивнул с до нелепого решительным видом. – Мне жаль, Изуку, но отчаянные времена требуют отчаянных мер. И с этими словами он протянул руку через стол и взял ладонь Изуку в свою. – Я, блять, оторву этому мудаку все конечности, а потом присоединю их обратно в произвольном порядке! – прорычал Кацуки, порываясь встать. Киришима и Каминари вцепились в него изо всех сил, а Мина тихо зашипела, призывая вести себя тише. – Господи, Кац, если бы Айзава увидел, как ты рушишь своё прикрытие, ты бы потом месяц писал эссе о том, как правильно маскироваться и избегать внимания к себе, и еще столько же провел тренируясь под его личным присмотром. – К черту Айзаву, к черту прикрытие и к черту Половинчатого Ублюдка! Я просто взорву его к чертовой матери и уведу Изуку отсюда! – Жаль тебя расстраивать, Баку-бро, но Мидо-бро и сам кого угодно может увести, не говоря уже о том, что он там с Тодороки. Пожалуйста, тише! Чтобы победить врага мы должны его сначала изучить! – Особенно когда на стороне врага имеется своя группа поддержки, – протянул Серо, с громким сюрпом втягивая в себя молочный коктейль через трубочку. Кацуки, Киришима и Каминари резко повернули головы к соседнему столику, с которого на них волком смотрела Очако. Рядом с некоторым дискомфортом сидел Иида, спокойно поедала уже заказанную картошку Цую, жизнерадостно махал рукой Аояма и в самой глубине будки почему-то сидели угрюмые Шинсо и Токоями, всячески делая вид, что их там на самом деле нет. – Какого черта вы тут забыли?! – прорычал Бакуго шепотом. – То же самое хотелось бы спросить у вас! – парировала Очако таким же тихим, но агрессивным тоном. Каминари тем временем наклонился в сторону другой группы. – Фумикаге? Тсс, Фумикааааге! – позвал он. – Прости за вопрос, а ты-то тут как оказался? – Темная Тень сказала, что хочет увидеть этот безумный пир тьмы, – вздохнул парень. – А Иида обещал всех угостить, если мы немного поддержим Мидорию. – Почему у нашей группы нет богатого спонсора?! – возмутился Каминари. – Нечестно! У Мидории есть Тодороки и Иида. – У нас есть Бакуго! – Бакуго не считается! Он почти нас не кормит. Я требую, чтобы Мидория поделился с нами хотя бы одним из св… – Аояма? Какими судьбами? – не обращая внимание на споры друзей поинтересовался Серо. – Я просто шипер ТодоДеку! – сверкнул тот улыбкой. Серо хмыкнул – чтобы это ни значило. – А ты, Шинсо? – Сущий Мик обещал, что если его ставка выиграет, то он поделится со мной половиной выигрыша, так что я в команде Тодороки, – невозмутимо ответил Шинсо. – Плюс, мне нравится видеть взбесившегося Бакуго. – Я всегда знала, что учителя делают на нас ставки! – возбужденно вмешалась Мина. – А кто и сколько ставит на нашего гремлина и где я могу сделать свою ставку? – Не могли бы вы все заткнуться, – сквозь стиснутые зубы прошипел Кацуки, – пока всё кафе не догадалось, что тут происходит! Какого черта, они угощают друг друга своей едой?! Это же непрямой поцелуй! Дерьмо-Деку, что, вообще не боится микробов?! – Каччан, – передразнил его Каминари, – откуда ты вообще знаешь, что такое непрямой поцелуй? – Заткнись, Тупая Рожа! – Вау, Шото выглядит так, будто вышел прямиком из романтической дорамы! – мечтательно протянула Мина, глядя за столик, который стал центром внимания собравшихся. – Ага, зато Мидория так, будто он – из комедийной, – прыснул Серо. – Никогда не видел человека, который бы чувствовал и вел себя настолько неловко. – Если вы ребята не замолчите, тут скоро начнется криминальная драма об убийстве, – пробормотал Киришима, практически висевший на руке Бакуго. – Какого черта он так хихикает? – продолжал кипеть Кацуки. – Двумордый не узнает хорошую шутку даже в том случае, если она подойдет и ударит его в лицо! – Ну, может быть Шото настолько сильно нравится Изуку, что все его шутки кажутся ему смешными, – послышался злорадствующий голос Очако из-за соседнего стола, которая встала на защиту друга. Кацуки бросил смертельный взгляд в её сторону. – Если ты думаешь, что я не смогу отделаться от Дерьмовых Волос и вылезти из-за этого стола, чтобы запустить тебя в воздух без использования твоей причуды, то ты очень ошибаешься. – Ха! – издевательски ухмыльнулась она, передразнивая выражение его лица. – Можешь попробовать! Посмотрим, кто из нас двоих взлетит выше и дальше! – Очако, ради всего святого, прекрати! – взмолился Киришима. – Я хочу прожить достаточно долго, чтобы увидеть если не своих внуков, то хотя бы детей: хватит его провоцировать!.. – Не говоря уже о том, что вам не позволено использовать свои причуды на публике в подобных целях! Ребята, призываю вас всех успокоиться! – вспомнил о своих обязанностях Иида, энергично рубя руками воздух. – Каминари, если ты присоединишься к нам, Иида и тебя угостит обедом! – с азартом позвала Очако, игнорируя своего парня. – Предложение распространяется только на Каминари или открыто на всех? – заинтересовался Серо. – Попробуй и ты узнаешь, что происходит с перебежчиками во время войны, Соевый Соус, – мстительно пообещал Кацуки. – Ну, знаешь, люди говорят, что крысы бегут с тонущего корабля! – усмехнулась Урарака. – А вот щас было обидно! – насупился Каминари из-за сравнения. Руки Кацуки чесались от желания устроить несколько взрывов. Свидание Деку не успело даже толком начаться, а Бакуго уже ненавидел происходящее всей своей душой.