***
До отделения ехали молча. Внутри Ричарда бушевала гроза. Наступила профессиональная деформация. Он не смог спасти и уберечь невинное и маленькое создание. Может быть, мистер Линз был прав? Где был детектив, когда «Вороний глаз» колол яд? Попивал чаек и играл с пушистым котом. Злоба и отчаяние, словно морской прилив, подкатывали с новой силой. Ричард вспомнил свое детство. Когда ему было лет шесть, родители часто брали его на семейные пикники у океана. Необозримая гладь воды притягивала, завораживала и будоражила кровь. В нескольких десятках метров от плавательной зоны находился большой камень, до блеска отшлифованный водой. Со временем на него наросли зеленые водоросли и двустворчатые моллюски. Скалу было видно только при отливе. Она оголяла свои темные бока и призывно глядела на ныряльщиков. Наступал прилив, и камень скрывался в толще океана. Маленький Ричард любил его осматривать, но боялся подходить близко. Его мама рассказывала много страшных историй об умерших пловцах, которые прыгали со скалы и разбивали головы. Океан казался тихим и умиротворенным, но стоило верхушке камня заблестеть на солнце, перед глазами маленького Мейсона всплывали страшные образы мертвецов из фильмов ужасов. Они тянули к нему свои тощие руки и хрипели. Глаза ввалились, а из носа выползали морские гады. Ричард отворачивался и не смотрел на океан вплоть до самого прилива. Вспомнившаяся история из настолько далекого времени поразила детектива. Он совершенно забыл о семейных пикниках на берегу и о своих детских страхах. Сейчас мужчина лишь посмеялся бы над столь глупой фобией, но не мог. Камень и океан ассоциировались у него с профессией и жизнью. Пока скала не показывалась на поверхности, детектив считал себя стражем правопорядка и вершителем правосудия. Но стоило воде сойти, а тени отразиться на пустынном дне, Ричард начинал сомневаться в собственных силах и возможностях. На самом деле он не мог спасти всех из беды. Всегда будут ситуации, когда Мейсон не успеет или просчитается. Человек погибнет, а детектив взвалит на свои плечи чужую смерть. Его замучают ночные кошмары и голос совести, требующий жертвовать своей жизнью ради чужих. Ричард не услышал слова Ракель. Девушка потрясла его за плечо и вывела из пучины воспоминаний. Они подъехали к отделению. Лейтенант вышла из автомобиля и скрылась в участке. Детектив еще какое-то время смотрел в пустоту, а после направился в клинику. Работа не ждет.***
По больничным коридорам сновали люди. Возле бокса для новорожденных стояли два офицера. Предъявив пропуск, детектив вошел в палату. Всех младенцев на время перенаправили к матерям. Место преступления огородили желтой лентой. Фотограф, аккуратно перешагивая, делал снимки. Пару медсестер беседовали с капитаном. — Мистер Мейсон, — закончив диалог, обратился к мужчине Стрэнд, — Я изучил данные, которые вы прислали. Насколько мне известно, нейрохирург Джейсон Линз сейчас находится в клинике. Нам пришел ордер на обыск его дома, — капитан протянул сложенный вдвое лист бумаги, — Сообщите ему о намерениях полиции. — Во-первых, это не входит в мои прямые обязанности, а во-вторых, я говорил вам, что этой ночью мистер Линз был под моим наблюдением. — О вашей должности мы поговорим чуть позже у меня в кабинете, когда вы будете писать заявление по собственному, детектив, — злобно проговорил капитан, сверкая глазами, — Кроме того, мы не знаем, есть ли у «Вороньего глаза» сообщники. Исполнять! — Есть, — прошипел Ричард и, взяв ордер, направился к лифту. Отделение нейрохирургии занимало весь четвертый этаж. Отыскав личного секретаря мистера Линза, Мейсон узнал, что тот проводит операцию. Детектива отправили в комнату ожидания при приемном кабинете. Время тянулось, словно умирающая черепаха. Ричард успел сосчитать кафельные плитки на полу, досконально изучить немного смятый документ и побиться затылком об стену, закрыв глаза. — Медитируете? — спросил насмешливый голос, когда детектив в очередной раз ударился головой. Мужчина открыл глаза и увидел нейрохирурга в рабочем костюме. Рыжие волосы были уложены под шапочку с каким-то глупым рисунком. На подбородке красовалась одноразовая маска. Ричард поднялся со стула и с абсолютным равнодушием протянул врачу ордер. Улыбка сползла с лица Джейсона, стоило ему прочитать заглавие. — Кажется, вы переоцениваете мои возможности. Многие пациенты говорят мне, что я настоящий герой. Но даже я за одну дождливую ночь не могу найти машину на ходу, съездить в город, незаметно вколоть младенцу яд и вернуться в постель, — мистер Линз призадумался, — Которую делил с вами, детектив. Ричард не заметил насколько двусмысленной была последняя фраза и молча зашел в кабинет, прикрыв дверь. Нейрохирург сел в свое кресло, Мейсон расположился на стуле напротив него. — Не будем забывать о том, что в личном распоряжении вы имеете мотоцикл. Следствие не знает, всегда ли «Вороний глаз» работает в одиночку. Я составил примерную характеристику убийцы, поэтому и выдвинул вашу кандидатуру на роль подозреваемого. — По-вашему я могу убить собственную дочь? — поинтересовался Джейсон. — Она ваша племянница, — напомнил Ричард, — Как это произошло? Отлично понимая, о чем его спрашивают, врач начал свой рассказ: — Вся моя семья тогда жила на ферме. Мой старший брат Николас и его супруга поехали за покупками. Мадлен осталась со мной и моими родителями. К вечеру начались гроза и сильный ливень. Брата долго не было, и мы предположили, что на ночь они остались у друзей, чтобы переждать непогоду. Утром к нам постучался шериф и сообщил об аварии. Наш семейный автомобиль опознали сразу, а вторую иномарку пробивали по базе данных. Это оказалась машина какого-то крупного предпринимателя. Он в стельку напился в баре и сел за руль, после чего стал виновником ДТП. На всей скорости проехал на красный и снес с проезжей части автомобиль с родителями Мадлен. Получил черепно-мозговую травму, но выжил и откупился от следователей деньгами. Что поделать, жизнь всегда благосклонна к мразям. Останки Николаса и Мишель нам даже не позволили захоронить. Свезли в крематорий, а прах выбросили. И после этого вы будете говорить, что закон всегда на нашей стороне, детектив? — В каком месяце это случилось? — Ричард вкратце записал всю историю в карманный блокнот. — Вот оно что, — вздохнул Джейсон, — Решили поиграть в доброго и справедливого полицейского? Дерзайте. Конечно, вряд ли у вас что-то получится. Это был ноябрь. Символично, не правда ли? — Обыск будет произведен завтра в десять утра, — серьезно произнес Мейсон, — Прошу обойтись без сюрпризов. Ричард направился к двери, чувствуя спиной тяжелый и холодный взгляд.