Вороний глаз

      Понедельник — день тяжелый. Особенно для человека, по чьей голове изнутри методично били молоточком. Бум-бум-бум. Вчерашние четыре стакана виски в баре и две бутылки пива дома дали о себе знать. Ричард не позволял себе много пить (стопка коньяка по утрам — не в счет), но напряжение за прошедшую рабочую неделю скручивало и выедало внутренности. Ненависть к своему бездействию, невозможности поймать убийцу уже полгода и отвратительному характеру кричала голосом совести и требовала что-то предпринять. Но что делать, если капитан Стрэнд не позволяет высказывать различные теории и предположения? Если не хватает рабочего персонала, а новички бегут из отделения как крысы с корабля? Стрессовые ситуации, низкая заработная плата, презрение родственников погибших детей. Спасибо Бобу за помощь, спасибо Ракель за понимание.       Ракель? Вчера вечером между ними определенно что-то произошло. Девушка пригласила его в «Starbucks», чтобы выпить кофе и обсудить собранные улики и данные. В кофейне было шумно, поэтому полицейские взяли бумажные стаканчики и вышли на улицу. В пурпурном небе щебетали птицы, заходило за горизонт яркое солнце. Люди разбредались по домам, готовясь с новыми силами взглянуть в лицо завтрашнему дню. Постепенно холодало, приближалась середина ноября.       Какое-то время коллеги шли молча; каждый размышлял о своем, наблюдая за уходящим осенним днем. — Я написал заявление об отгуле на понедельник, так что не ждите меня в отделении, — предупредил Ричард и отпил кофе. — Расследование в самом разгаре, а вы уходите в отпуск? — Ракель усмехнулась. Ее женское самолюбие все еще страдало из-за отказа. — Подожду результатов экспертизы. Помнится, вы говорили о сборе информации насчет трех дежуривших медицинских работников в ночь убийства. Что же, Джим Бонд — невзрачный санитар, работающий в клинике на протяжении девяти месяцев. Жена ушла от него и оставила новорожденную дочь. К моменту переезда в Покателло девочке было шесть лет. Она ходила в дошкольную группу образовательного центра. Только некоторые врачи знали, что у Джима есть ребенок. Он не афишировал и вел жизнь серой мыши. Сейчас ничего не изменилось. Может быть, вы нашли что-то более интересное? — Виктор Вуд — обычный студент. Недавно уволился в связи с загруженностью по учебе. В каких-либо махинациях или выходках замечен не был. Интеллигентная семья: мать — учитель в начальной школе, отец — журналист и писатель, — Ракель передохнула, — Алиса Тейлор живет здесь с детства. Уезжала в другой город, чтобы получить образование, а потом вернулась. Муж, двое детей, семейная идиллия. Ни у кого из них нет мотивов для совершения преступлений. Мы в тупике. — Значит, был четвертый, — детектив пожал плечами, — Кто из сотрудников имеет магнитный ключ от всех отделений, или хотя бы от родового корпуса? — Заведующий гинекологией и главный врач. Но ни того, ни другого не было в эту ночь. — Мы в тупике, — кивнул Мейсон. Мысли, пролетающие непрерывным потоком, исчезли. В голове возникла пустота. Мозг отказывался воспринимать что-то связанное с работой, поэтому мужчина свел разговор в другое русло: — Мисс Марш, мы не договорили сегодня утром насчет наших отношений. Мне очень жаль, что вы питаете ко мне чувства, на которые я не могу ответить вам взаимностью. — Раз уж мы пережили столько всего за неделю, предлагаю перейти на «ты», детектив, — уклончиво ответила Ракель и выбросила бумажный стаканчик в мусорный бак, — Я полагаю, что у тебя есть спутница, поэтому обещаю: впредь этого не повторится.       У Ричарда свалился огромный камень с плеч. Разубеждать коллегу в ее умозаключениях он не собирался. Они поговорили еще какое-то время, а после разошлись. Детектив успел забежать в отделение за рабочим компьютером, чтобы дома в спокойствии доделать некоторые отчеты и разобраться с нависшим над головой делом.       Вспомнив обо всем, Мейсон улыбнулся. Он заслужил маленькую передышку в борьбе со злом. Кухня встретила Ричарда пустотой и безразличием. На столешнице играли и переливались солнечные блики. Детектив вздохнул и поплелся в гостиную. Аппетита и желания готовить не было совсем. Мужчина улегся на диван, включил ноутбук и под недовольное бурчание желудка начал работать. За окном раздавались голоса детей, направляющихся в школу, рев автомобильных двигателей и птичий свист. На экране компьютера мелькали файлы, документы и статьи. Прошло полтора часа, прежде чем Мейсон все-таки соизволил перекусить. В холодильнике нашелся маленький пакетик, который передала Мадлен. Вчера вечером детектив в спешке оставил его на кухне и лег спать. Сейчас коричневый мешочек замаслился и потемнел. Ричард заглянул внутрь и обнаружил несколько оладий. Когда-то выпечка была пышной и ароматной, но за ночь в холодильнике она превратилась в один большой ком и потеряла былую привлекательность. Закинув еду в микроволновую печь, мужчина уставился в окно и задумался.       Двадцать четыре жертвы за семь месяцев — рекордный показатель среди всех штатов на данный момент. Правительство Айдахо обеспокоенно сложившейся ситуацией. На помощь Покателло приезжают полицейские из других городов. Фоторобот составлен, и все внешне похожие на него мужчины опрошены. Кто-то был совершено чист, кто-то замечен по мелким хищениям и порче материального имущества. Но ни у кого на счету не было убийств и прочих отягощающих. Ричард пришел к выводу, что «Вороний глаз» играет в переодевание: парик, цветные линзы, плотная верхняя одежда — настоящего человека не узнать.       Месть — блюдо, которое подается холодным, но за что убийца мог преследовать невинных врачей? За всю историю клиники было зарегистрировано шестнадцать смертей. Большая часть — рецидивы после хирургического вмешательства. На втором месте — неэффективные препараты, на последнем — некомпетентность медицинского персонала. Информация обо всех неудавшихся ремиссиях вывешена на официальном сайте больницы. В основном, это серьезные разросшиеся опухоли у людей пожилого возраста. Удаление глиобластом у пенсионеров — обычная формальность. Нейрохирург заранее знает, что после вмешательства произойдет обширный инсульт или невралгия. Он сразу предупреждает пациента и его родственников. Подписывается информативное согласие, и близкие люди надеются на чудо. Его, как правило, не происходит. Операция проводится в полном молчании, часть опухоли срезается, и человека перевозят в стационар. На следующее утро в морг. Родственники не устраивают истерик, понимая, что вечер жизни их старых родителей уже наступил. Невозможно спасти абсолютно всех. У каждого врача за плечами есть личное кладбище, на которое, время от времени, он ходит помолиться.       Из раздумий Ричарда вывел писк микроволновой печи. Еда разогрелась, и по кухне распространился аромат свежих оладий. Желудок заурчал, во рту выделилась слюна. Обжигая пальцы и слизистую полость, Мейсон, словно хомяк, поглощал выпечку. Если это готовила Мадлен, то ее будущей второй половинке очень повезет. Восемь оладий были съедены за десять минут. Ричард выпил стакан холодной воды и вернулся к работе.

***

      Седой мужчина сотрясся в приступе удушающего кашля. Грудь учащенно вздымалась, руки дрожали от избытка алкоголя в крови. Громкое дыхание эхом разносилось по подвальному помещению. На серых стенах разросся кустистый лишайник, с потолка осыпались кусочки штукатурки. Мужчина стер проступившие капли пота со лба и проверил наполнение дипломата: два одноразовых шприца, ампула, упаковка влажных салфеток, складной нож и билет на самолет в Бразилию. Рейс ровно через шесть дней. За столь короткий промежуток времени ему нужно подгадать момент для убийства, найти подходящее место и подкараулить жертву — Мадлен Линз. — Я отомщу, крошка, — просипел неизвестный, глядя на фотографию, — Отомщу им всем!

***

От радости Ричард подпрыгнул и вскричал «Эврика!». На полу в гостиной были разбросаны исписанные бумаги, стол заставлен четырьмя кружками. За последние два часа детектив выпил около литра кофе. В желудке булькало, а нервная система возбудилась до предела. Мейсон набрал знакомый номер и поставил на громкую связь, слушая гудки. Через некоторое время в трубке раздался сонный и недовольный голос: — Ричард, какого черта ты звонишь мне в полшестого утра? — И тебе доброе утро, Эндрю. Помнится, ты как-то говорил о чересчур резвом гонщике в Ванкувере. Постоянное превышение скорости, развороты на сплошной, хамство патрульным службам. Связи и деньги решали все, но я нашел кое-что интересное. — Что же, ты меня заинтриговал, — Эндрю смягчился. По звукам детектив понял, что тот завозился в постели, желая найти более удобную позу. — Дело давнее, произошло пятнадцать лет назад в Маунтин-Хом. Майкл Маффет перебрал в баре и на полной скорости влетел в другой автомобиль. Оба пассажира скончались на месте, а гонщик выжил. Отделался переломом бедренной кости левой ноги и вывихом запястья. Узнав кто это, шериф не стал заводить дело и потребовал у Маффета денежной взятки. Все замяли, в новостях не сказали ни слова, а Майкл после восстановления вернулся в Канаду, где и продолжил свои бесчинства. Знаю, что вы подозреваете его в распространении кокаина и героина. Это еще не доказано, а за аварию его прищучить можно. Что скажешь? — Если дело не завели, то как ты вообще узнал о нем? — Птичка на хвосте принесла, — серьезным тоном произнес Ричард, — Один мелкий журналист все же составил статейку. Газета датируется 1995 годом, но я все перевел в цифровой формат и отправил тебе на почту. Глянь, раз ты уже проснулся. — Один вопрос. Зачем ты вообще ввязался в это дело? Сейчас всем известный детектив Мейсон должен вычислять серийного убийцу «Вороний глаз», а не трясти ДТП пятнадцатилетней давности.       Ричард не ответил и закончил беседу. Он знал, что Эндрю не подведет и разберется. Они были лучшими друзьями в студенческую пору. После учебы планировали устроиться в одно отделение и начать карьеру, но жизнь решила иначе. Эндрю неожиданно потерял отца — кормильца для семьи из пяти человек. Мама и три младших сестры нуждались в материальной и эмоциональной поддержке. Эндрю окончил академию и с близкими переехал в Канаду. Стал адвокатом и успешно развивался в этом ремесле. Изначально Мейсон обиделся на него, но после пошел на контакт. Они созванивались, иногда летали друг к другу. Недавно детектив узнал, что у его лучшего друга родился сын, которого назвали Ричардом. Мужчина долго гордился и рассказал об этом практически всем.

***

День завершался. Косматое солнце очертило свой круг и заходило за горизонт. Ричард выжимал сцепление и мчался в клинику «Willamette». Сорок минут назад Эндрю сообщил хорошую новость. Вместе с коллегами адвокат просмотрел сведения об автомобильной аварии, сопоставил еще несколько фактов и докопался до сути. Их отделение получило ордер на арест Майкла Маффета, а сотрудники — премию. Этой вестью спешил поделиться детектив с мистером Линзом. Мейсон до последнего отрицал, что он ввязался в дело, чтобы потешить собственное самолюбие, но довольная совесть урчала как кот, накормленный сметаной. Осознание принесенной пользы согревало душу, глупая улыбка играла на устах.       Территория клиники была наполнена людьми. Врачи, завершив свой рабочий день, направлялись домой, родственники пациентов толпились у входа в ожидании вечерней встречи, маленькие клиенты детского стационара резвились на площадке. Ричард припарковался и, заметив машину нейрохирурга, уверенным зашагал к центральному входу. Светловолосая и голубоглазая администратор расцвела и защебетала, когда увидела детектива. В двух словах она сообщила ему о местонахождении главного врача и чуть приуныла, когда Мейсон не ответил на ее улыбку.       Ричарду казалось, что лифт поднимался на четвертый этаж со скоростью черепахи. Створки, наконец, раскрылись, и мужчина нос к носу встретился с нейрохирургом. В голубых и уставших глазах мелькнули удивление и любопытство. Детектив посторонился и пропустил Джейсона. Дверцы с мягким шорохом закрылись, и лифт поехал вниз. — Мистер Линз, у меня для вас есть отличная новость, — не глядя на оппонента, проговорил Мейсон. — Дайте угадаю: вы наконец-то написали заявление по собственному желанию? — мужчина усмехнулся и поправил воротник рубашки. — В полицейской академии мы давали присягу и обещали помогать всем, кто в этом нуждается. Единственное, что мне хочется сделать сейчас — это ударить вас лопатой по затылку, чтобы вы перестали разговаривать со мной в таком тоне. — Мне очень нравится смотреть на ваши метания и невозможность ничего ответить, вот и все, — Джейсон пожал плечами.       Выйдя из здания, мужчины направились к парковке. Линз предложил отправить всю информацию ему на электронную почту, но Ричард настойчиво отклонил этот вариант. Мейсону до чертиков перед глазами хотелось увидеть реакцию Джейсона на раскрытое дело пятнадцатилетней давности. Челюсть с пола нейрохирург может не подбирать, но поблагодарит уж точно. До дома каждый добирался на собственном автомобиле. Детектив иногда терял из виду знакомый Мерседес, словно его обладатель скрывался от погони. Действительно, все, чего хотелось Линзу — это добраться до дома, поужинать и лечь спать. Разговоры и новости он бы предпочел оставить до завтра. Настырный полицейский не давал покоя их маленькой семье с момента, как приехал в Покателло, поэтому не только у детектива было желание шарахнуть кого-то лопатой.       Участок встретил гостей тишиной и умиротворением. Здесь осень давно вступила в свои права: хвоя побурела, с кленов опали желтые и оранжевые листья, многие соседи разъехались по квартирам в черте города. Дверь отворилась, и навстречу хозяину выбежал пушистый Оливер. Кот обнюхал одежду и потерся шеей о ботинки. Мурлыканье животного было громким и успокаивающим. Джейсон взял Оливера на руки и поцеловал в серую усатую мордочку. Кот недовольно заурчал и попробовал выбраться из цепких объятий, но тщетно.       В гостиной царил сумрак. Линз включил свет и плюхнулся в кресло, потирая глаза. Ричард сел на диван напротив и, скрестив руки на груди, уставился на мужчину. — Слушаю, — выдавил из себя Джейсон и зевнул. — Пятнадцать лет назад ваш брат с женой попали в аварию. Ее виновником стал Майкл Маффет — предприниматель, дорожный нарушитель и толстосум. После происшествия он улетел в Канаду. Известный мне адвокат Эндрю Карлайл однажды связывался с ним в суде, когда защищал женщину, попавшую под колеса автомобиля. Делу не придали огласки, а Маффету лишь выписали небольшой штраф, хотя жертва осталась инвалидом. Недавно на него пала тень наркоторговца. Многие отделения Ванкувера гонялись за ним, но ордер на арест смог получить только Эндрю. Сегодня, около часа назад. Утром я прошерстил интернет-источники и наткнулся на занимательную статью. Оказывается, свидетель ДТП все же был — двенадцатилетний мальчик, который рассказал обо все своему отцу, работающему журналистом в желтой газете. Тот под шумок напечатал об аварии в одном из выпусков. Я перевел все в цифровой формат и отправил Эндрю. Он сопоставил еще несколько фактов и взял след. Через полчаса Маффета должны арестовать, через три дня будет суд, от которого он уже не сможет откупиться. Срок ему грозит большой, поэтому виновник ДТП все же наказан. — Только это не вернет к жизни родителей Мадлен, — серьезно произнес Джейсон, — Сколько я должен заплатить за ваши прямые обязанности?       Ричард призадумался. На губах заиграл хищный оскал и, поднявшись на ноги, он ответил: — У всего есть своя цена.