Вороний глаз

      Ричард перевернулся на спину и недовольно пробурчал. Телефон разрывался от вибрации будильника где-то в пару метрах. Дотянуться до него рукой было невозможно, поэтому пришлось оторвать голову от столь желанной сейчас подушки и оглядеться в поисках смартфона. «Весело» — подумал детектив, когда увидел открывшуюся ему картину. Одежда была разбросана по полу, на свитере Ричарда спал потревоженный звоном Оливер. Часть одеяла свешивалась с кровати, поэтому взору Мейсона предстала обнаженная спина любовника. До сознания начали доходить кадры прошлой ночи, и у мужчины округлились глаза. Он с опаской отодвинулся к краю постели, что принесло дискомфорт и тупую боль в районе поясницы. Телефон продолжал трезвонить, и Ричард взглянул на наручные часы. Двадцать минут девятого утра. — Черт! — подорвался детектив и в спешке слез с кровати. Почувствовав острую боль, он обматерил весь белый свет, чем и разбудил Джейсона, — Подъем, придурок!       Линз сонно и недовольно посмотрел на него и кинул подушкой. Под раздраженный вопль «Почти девять» мужчина встрепенулся и, схватив нижнее белье, умчался в ванную комнату. Завтракали на ходу, обсуждая, кто первый сможет выехать с участка. Территория для разворота автомобиля была небольшой, поэтому спор стал неизбежен. — Мне нужно оперировать, — возмущался Джейсон и теснил детектива плечом. — Лейтенант Марш вздернет меня на осине за опоздание, — Ричард нервно искал в кармане брюк ключи от машины. — Скажешь, что проспал. Почему не поставил будильник на утро? — Ты каждый раз делаешь это перед сексом? Видимо, на случай, чтобы не уснуть в процессе. — Вам что-то не понравилось, детектив? Ваши стоны ночью говорили об обратном.       Мейсон закатил глаза и махнул рукой. Он все-таки пропустил Джейсона и добирался до отделения с мыслями о помиловании со стороны начальства.

***

Ракель рвала и метала так, что Зевс и Посейдон нервно переминались с ноги на ногу возле стенки. Лейтенант начала с его опоздания и закончила семью смертными грехами, которые якобы совершил Ричард. В ответ на гневную тираду детектив лишь пожал плечами, мол, с кем не бывает, чем вызвал еще один всплеск эмоций у мисс Марш. Она не выдержала и написала донос капитану. Уставший и вечно недовольный Стрэнд выгнал ее поганой метлой из кабинета, скомкав бумажку и кинув ей вслед. Сержант Кей, которого все-таки постиг выговор за халатность, хохотнул, за что получил еще один нагоняй. Ракель сравнила все отделение с ясельной группой в детском саду и раздраженная хлопнула дверью.       Рабочий день шел своим чередом, пока капитан Стрэнд не вызвал детектива и лейтенанта на ковер. Источая спокойствие удава, которое не сулило ничего хорошего, мужчина рассказал о плане по выманиванию убийцы из «логова». Такой расклад сразу не понравился Ричарду, ведь он не хотел устраивать игру кошки-мышки между маньяком и Мадлен. Капитан припомнил ему все недавние неудачи и, пожелав всего хорошего, отправил приводить задуманное в действие.       Во второй половине дня к полицейским присоединился Боб. Он с порога заметил изменившееся настроение детектива и упомянул об этом. — Мистер Мейсон получил выволочку от начальства, поэтому и ходит довольным, — прокомментировала Ракель, заполняя дело. — Очень смешно, — ответил Ричард, передразнивая коллегу, — Я выспался и не чувствую себя усталым и разбитым как в последние несколько дней.

***

Прошлой ночью Без предисловий Ричард поцеловал его. Прикоснулся сухими обветренными губами и утянул в долгий поцелуй. Джейсон схватил мужчину за свитер и поднялся на ноги. До спальни добирались по темным коридорам на ощупь. Мейсон упал на прохладное покрывало и закусил губу в предвкушении. Линз скрылся в дверях ванной комнаты и вернулся с тюбиком смазки и презервативами. Стягивая друг с друга одежду, мужчины целовались и оставляли красные следы на шее и груди. Нижнее белье отправилось следом за другими вещами на пол. Оголенные ягодицы обдал прохладный осенний ветер из открытого окна, и Ричард поежился.       Джейсон навис сверху и начал оставлять дорожку влажных поцелуев на груди любовника. Детектив вплел длинные пальцы в рыжие вихры и закусил губу, подавляя рвущиеся наружу хриплые стоны. Линз шершавым языком очертил впадинку пупка и увлажнил член по всей длине. Ричард стиснул зубы и рвано выдохнул. Он сжимал складки простыни, ощущая влажную тесноту чужого рта. Джейсон вобрал ствол полностью, расслабляя горло. Языком он обводил каждую выступившую венку и подцеплял нежную кожу головки. Член напрягся, готовя вот-вот выплеснуть теплое горькое семя. Детектив сжал рыжую шевелюру, пытаясь отстранить Линза, но тот сильнее припал к паху и несильно сжал бедра любовника. Ричард излился, от удовольствия забывая про стыд.       Джейсон оттер белесую жидкость с губ и потянулся за новым поцелуем. Не брезгуя, мужчины сплетались языками и одаривали друг друга жаркими прикосновениями. Вскоре Мейсон почувствовал влажные пальцы, которые с легким нажатием кружили вокруг расселины меж ягодиц. Подушечки оглаживали нежную кожу и чуть проникали внутрь. Линз растягивал любовника медленно и осторожно, наблюдая за чужими метаниями по смятой простыни. — Войди уже, — хрипло потребовал детектив, не выдержав прелюдии.       Линз тихо рассмеялся, шире разводя чужие колени. По виску Ричарда сбежала капля пота. Джейсон слизал ее, аккуратно толкаясь внутрь. Мужчины соприкоснулись разгоряченными телами и вымученно простонали от накатившего удовольствия.       Движения становились быстрее. Ричард накрыл свою плоть влажной ладонью и водил по ней в такт толчкам. По всей комнате разносились звуки шлепков. Прохладный ветерок, тревожащий полупрозрачные шторы, остужал сплетенные тела. Детектив громко вскрикнул от чересчур глубоко проникновения. Джейсон склонился над ним, щекоча лицо рыжими кудрями, и прошептал: — Тише…       Ричард пренебрег просьбой и не сдерживался. Горло начинало саднить от громких стонов. На глаза набегала пелена плотного тумана. Толчки усилились, и детектив излился первым. Семя забрызгало смуглый живот и теплыми каплями стекло к паху. Через несколько движений Джейсон кончил следом. Ричард чувствовал пульсацию внутри и удовлетворенно морщился, ощущая тепло чужого тела и приятную слабость.

***

Сегодняшний вечер Сумерки неприятным холодом оседали на Покателло. Ветер ледяными струями обжигал оголенные плечи Джейсона. Мужчина сбросил влажную футболку и продолжил колоть дрова, изредка поеживаясь от прохладных порывов свистящего ветра. Мужчина отложил топор и оттер испарину, проступившую на раскрасневшемся лице. Позади с легким скрипом приоткрылась дверь. Голубые яркие глаза заинтересованно оглядели обстановку и остановились на Джейсоне. — Глинтвейн готов, — оповестил Ричард, плечом подпирая дверной косяк. Он жадно осматривал чужое тело, лоснящееся от жара. Линз хмыкнул и натянул футболку, вызывая этим недовольный смешок детектива.       В доме царили спокойствие и тишина. Оливер, распушив серую шерстку, мирно посапывал на диване и изредка морщил влажный розовый нос.       Ричард оглаживал смуглую кожу Джейсона, устроив свою голову у него на груди. Подушечки легко скользили по чужому телу, очерчивая каждый мелкий шрам или родинку. Линз вплел пальцы в темные вихры любовника и с умиротворением наблюдал за чужими касаниями. — Где Мадлен? — тихо произнес детектив и бросил мимолетный взгляд. — В городе у моей хорошей знакомой. Там ей будет пока безопаснее, — отстраненно проговорил Джейсон, глядя в окно на кружащиеся листья. — Почему вы не уехали? — детектив задал вопрос, который мучал его больше всего. У него не было своих детей или племянников, но все же он понимал, какая угроза нависла над ни в чем неповинными малышами и подростками. — Мадлен захотела остаться здесь. Для нее Покателло — родной дом. Она сказала, что сбежит от меня, если я посмею перевезти ее отсюда, — честно ответил Джейсон, продолжая перебирать длинными пальцами темные волосы детектива. — Безрассудно, — сердито проговорил Ричард, завозившись под тонким одеялом. Мужчина откинул влажную голову на подушку и прикрыл глаза. Джейсон устроился рядом, осторожно обнимая Мейсона за талию. — Этим она пошла в отца, — Линз улыбнулся, вспоминая сумасбродность своего старшего брата, — А вы, детектив, собираетесь вернуться в Вашингтон после поимки маньяка? — До закрытия дела еще далеко, — уклончиво ответил Ричард, уже начиная засыпать. Что ж, он понимал, что построить счастливые крепкие отношения с Джейсоном у него не получится. Оба поглощены своей работой до безумия, оба выматываются до потери пульса, желая сделать все идеально. У Джейсона — племянница, о которой нужно заботиться, серый кот и семейная идиллия, только сейчас разбавленная тревогой и беспокойством. У Ричарда за душой бесконечное одиночество, холостая жизнь и неспособность давать своему партнеру должное внимание. Мейсон и Линз. Детектив и нейрохирург. Слишком разные для серьезных отношений и чересчур опустошенные для короткой интрижки. У каждого за плечами темные призраки прошлого, холодными объятиями сжимающие горло. Расставание — слишком громкое слово для окончания этих отношений. Дело будет закрыто, и детектив вернется в Вашингтон, поставив точку для подобных встреч и захлопнув за собой еще одну дверцу. Ричард знает, он еще не раз и не два будет в мыслях прокручивать все случившееся, но так и не сделает ни одного вывода. Оборвать все связи с прошлым — легко, уяснить правильный урок — порою невозможно.       Ночь давно вступила в свои права, безликой луной освещая пустынные улочки, на которых изредка мелькали запоздалые горожане. Не по-осеннему приятная жара спадала и уступала место пронизывающему ветру и первым холодам. В горах выпал снег, толстой коркой покрывая влажную землю. Снежинки, кружась в безумном танце, заметали голые деревья, кустарники и жухлую траву. Солнце спряталось за иссиня-черные тучи и не выглянет на протяжении всей оставшейся недели. Дороги покрылись тонким слоем льда, мелкими трещинками расходившегося от бесконечной череды людских шагов. На город опустилась долгожданная тишина. Свет в окошках начал гаснуть, уличные животные прятались по своим ночным пристанищам. Сейчас Покателло выглядел дружелюбным и вполне счастливым, но все знали — в городе гниет и пузыриться нарыв, готовый вот-вот выплеснуть скопившуюся внутри слизь.