Давай сыграем вместе.

— Чим, ты уже минут пять залипаешь в одну точку, — издалека начал парень, тыкая в друга карандашом. — Простите, немного отвлёкся, — глухо отозвался парень, возвращая своё внимание к сборнику задач. На часах десять утра, а компания из трёх парней уже сидит в библиотеке. Не смотря на длинные каникулы в один месяц, Чонгук всё же заставил этих двоих лентяев пойти позаниматься, и если Тэхёну это у моря погоды не делало, так как он был итак достаточно умным, то Чимина надо всегда подпихивать вперёд. Да и к тому же, он уже давно не встречался с другом, а это была отличная возможность пообщаться и заняться полезным делом. Чон уже довольно долго наблюдает за Чимином, который сам не свой, молчит, смотрит в одном направлении не читаемым взглядом и совсем не выглядит радостным, даже не стал шутить на тему того, что Чонгук для дружеской посиделки выбрал старую, пыльную библиотеку, а не уютное кафе. Вообще со времени его поездки в Америку к родне поведение Пака настораживало, мало того, что он так и не рассказал парню о своём новогоднем времяпрепровождении и даже не отпустил пару шутеек о своём дяде, так ещё и позвонил всего раз за две недели. — Ты выглядишь так, будто лимон съел, — невзначай кинул Чонгук, — может, уже расскажешь, что произошло за время твоего отсутствия. — Гуки, ты достал меня пытать, я сказал, что всё в порядке, не надо лезть ко мне с расспросами, бесит, — столько резкости в его голосе Чонгук не слышал уже давно. — Я просто хочу помочь. — Не кричите в библиотеке, — влез в разговор практически засыпающий Тэхён. — Если Чонгук прекратит строить из себя мамку, то так уж и быть, я перестану. — Мамку значит? Очень смешно. Пак судорожно вдохнул и выдохнул пару раз, приводя в покой свой мозг, дабы не сказать какой-то бред ещё раз и не обидеть друга, который действительно не пытается как-то задеть и надавить. — Прости, Гуки, мне жаль, что я такая задница, — парень с грохотом упал на стол головой, на что не поленились посмотреть остальные ученики и недовольно шикнуть. — Кто бы в этом ещё сомневался. Так, ты поделишься? — Ладно, — Чимин понял, что друг просто так от него не отстанет, да и этот разговор просто ему необходим, как глоток свежего воздуха, — мои родители разводятся. — Что? — у парня напротив выпал карандаш из рук, — почему? Всё же было хорошо, ну, относительно. — Я не знаю, Гуки, я не знаю, — прошептал Пак, облизывая пересохшие губы и заламывая на руках пальцы, — знаешь, где я был все эти две недели? Ответа не последовало и Чимин принял это молчание за зелёный свет. — Ни к каким родственникам мы не ездили, — обречённо сообщил Пак, — разве что к будущим, прикинь, моя мать в мои каникулы потащила своего сына, чтобы он познакомился, я цитирую «с новой семьёй», блять. Мало того, что соврала мне на счёт цели поездки, так я ещё и выглядел придурком, когда этот новый мужик полез с объятиями, а моя новая «сестрёнка» попросила сыграть с ней в лошадку. — Как ты отреагировал? — Конечно я растерялся и просто стоял, как болванчик с открытым ртом, пока меня тискали все, кому не лень, а потом мы поговорили, — он грустно усмехнулся, отводя взгляд к окну, — ну, попытались, я как всегда был слишком резок, она как всегда расстроена. — Что в итоге? — тяжело сглотнув, поинтересовался Чонгук, ловя на себе расфокусированный взгляд друга. Пак молчал, размышляя над тем, что с ним приключилось, над словами матери и её поведением в эти короткие две недели, над тем, что ему предстоит сделать выбор. В первую очередь он подумал о Юнги, о том, что между Кореей и Америкой не три часа на автобусе, а долгие часы перелётов, ради коротких минут встреч. Да и менять свою жизнь так координально Чимин вряд ли был готов, каким бы разгильдяем он не казался, Пак имел свои планы на эту жизнь, а когда в ней появился такой важный человек, то эти планы стали в сто раз больше и желаннее, просто так попрощаться с прошлым он не мог, больше того скажу, он просто не хотел. — У меня есть выбор, Чонгук, и я впервые так растерян, — искренне ответил Чимин. — Что бы ты ни выбрал, я уверен, никто не будет осуждать тебя. — А вот я не уверен, сам посуди, выберу Америку — лишусь тебя и Юнги, с которым я только начал встречаться, привычной жизни. А если я все же останусь в Корее, то лишусь мамы, возможно, чего-то, что может изменить мою жизнь. Я всегда хотел быть с семьёй, как бы я не отрицал это, но, что мне делать, когда те, кого я люблю оказались по разным сторонам. — Обо мне даже не думай, Чимин, мы друзья, но я же не сумасшедший, чтобы держать тебя рядом. — Всё так сложно, — простонал парень, зачёсывая назад свои розовые волосы. Сейчас в библиотеке стояла какая-то кладбищенская тишина, все были погружены в свои мысли, а об учёбе и вовсе никто не думал, только Тэхён пытался что-то прочитать в учебнике по литературе, но так же, как и остальные не мог сосредоточиться. — Ты должен поговорить с родителями и Юнги, Чимин, — неожиданно подал голос Ким. — Открыл Америку прямо, — и тут же застонал, думать об Америке вообще не хотелось. — Для начала определись сам, что ты хочешь, выбери что-то одно. Я знаю Юнги намного дольше тебя и тебе стоит поговорить с ним, чего ты боишься? — Я боюсь, что он меня отпустит, — выпалил парень и тут же покраснел от своих мыслей, Чимин был не из стеснительных, но свои чувства обычно держал при себе. — Если он тебя любит, то он оставит тебе право выбора, и не будет осуждать. Но Юнги взрослый парень, Чимин, я могу с уверенность сказать, что он примет всё, на чём ты остановишься, но держать рядом с собой силой он не будет. — Я услышал, спасибо, мистер «говорю всё в лоб», — Пак страдальчески опустился щёкой на прохладную поверхность стола и теперь впритык рассматривал друзей. — Вы двое, как у вас обстоят дела? — спросил Чимин, желая переключиться на что-то менее энергозатратное. — Эм, всё хорошо, — сухо отозвался Чонгук. — И всё? Не, так не пойдёт, я хочу знать подробности, — продолжил свою пытку парень, от которой Чон начал стремительно закрываться. — Мы встречаемся, — где-то в стороне раздался радостный писк Чимина в ответ на простую фразу, брошенную Тэхёном, — на этом всё, я вообще-то здесь и тоже не горю обсуждать свою личную жизнь. — Ой, ну вас, вот ты, — парень указал пальцем на друга, — не вздумай тогда даже звонить мне, когда дело пройдет дальше поцелуев, и тебе надо будет знать подробности а…. — ААА, а, нет, Чимин, заткнись, — парень швырнул в него ластиком и прикрыл уши, — с чего бы мне вообще обращаться к тебе. — Потому что я… — Стоп, теперь это не хочу слышать я, — поднял руку Тэхён в предупреждающем жесте. — Идите вы, с вами скучно, — махнул рукой Пак и взялся за решение уравнений, — фу, это дерьмище ещё хуже. Где-то в здании умерла одна библиотекарша, от пронзительного стона Чимина, на которого разом шикнули из всех углов недовольные, злые и готовые убивать школьники.

***

Пробыв в библиотеке без малого два часа, потому что настырный Чонгук пригрозился привязать парня к стулу, если он не возьмётся за учёбу, Пак направлялся в сторону дома, хотя находиться там не было особого желания. Позаниматься тоже не вышло, Чимин итак был не в лучшем расположении духа, а чертова математика вышибала последние крупицы самообладания, но всё же пришлось делать вид, что решение задач охуенно весёлое занятие, дабы не расстроить друга. Да и понаблюдать за стеснительным парнем, который смотрел на Тэхёна взглядом влюблённой малолетки, было забавно, это отвлекало от собственной любовной дилеммы. До дома доехать так и не вышло, поэтому потеплей укутываясь в шарф, парень вышел на остановке недалеко от небольшого сквера и принялся бродить по дорожкам, в поисках удобной скамьи, подальше от снующих вокруг людей. Спустя десять минут блуждания он все же нашёл то самое место, вдали от чужих глаз. Чимин долго вертел в руках телефон и думал над словами Тэхёна, они всё никак не хотели исчезать из его мозга, крутясь там надоедливой пластинкой, песня на которой уже не вызывает ничего, кроме тошноты. Хотелось позвонить и наконец-то услышать тихий голос парня, которому в отличии от Чонгука Чимин звонил чуть ли не каждый день, дай бог, чтобы он об этом не узнал, выслушивая ворчание на счёт того, что это дорого, но мысленно улыбаясь такому приятному и греющему душу. «я скучаю». Фраза, полушёпотом брошенная в трубку, криком раздающаяся в сердце. Уже пять минут Пак залипал в экран, мысленно проговаривая номер телефона, который он уже успел выучить наизусть за всё время их общения. Взяв себя в руки Чимин начал вызов, глубоко дыша, стараясь успокоить не унимающееся сердце, и выкинуть слова Тэхёна из своего подверженного чужому влиянию, мозга. — Привет, — раздался в трубке сонный голос Юнги. — Привет, ты спишь там что ли? — за всё время Чимин наконец-то радостно улыбнулся. — Да, и ты совсем немного мне помешал, но это самое лучшее «доброе утро». — Как дела? — Ты позвонил мне, чтобы спросить, как дела? — настороженно раздалось в трубке. — Ну да, просто хочу поговорить, — парень пожал плечами, будто его кто-то видит. — Что случилось? Лучше расскажи мне сам, потому что вытаскивать из тебя слова очень трудно, Чими. — Я не знаю, Юнги, ничего не знаю, — парень уже в сотый раз тяжело вздохнул, и на той стороне послышалось шебуршание и тихое «блять», вызывающее улыбку, спать парню совсем расхотелось, не смотря на то, что с работы он вернулся поздно. — Так поделись со мной, я больше чем уверен, что ты поэтому и звонишь мне. А ведь, правда. Зачем он звонит, чтобы испортить парню настроение своим молчанием или чтобы поделиться тем, что так долго уже тревожит. Чимин и сам не понимает свои действия. Хочется не просто держать в руках холодный телефон, хочется чувствовать чужое тепло, возможно, так будет легче. Возможно. — Я не рассказал тебе важную вещь, — спокойно начал Пак, была не была, но слышать в трубке тяжёлое сопение стало невозможным, — когда был в Америке, кое-что произошло.  — Ты нашёл себе горячего парня американца и хочешь порвать со мной по телефону, фу, Чимин, так поступают только конченые мудаки, ты ведь в курсе, — попытался пошутить Юнги, но сам напрягся от слов парня. — Ха-ха-ха, тебя на работе бутылкой долбанули, чтобы не платить за выпивку, — горячо зашептал Пак. — Ладно, принцесса, спокойно, продолжай говорить, обещаю, я буду слушать очень внимательно. Пак раздражённо цыкнул на такое обращение к себе, словами не передать, как это слово бесило, но в то же время грело душу. — Так вот, мама знакомила меня с моей новой семьёй, Юнги, — на одном выдохе выдал Пак. — То есть? — Мои родители разводятся, и за мной она поставила выбор, либо я еду с ней в Америку, либо остаюсь здесь и она уезжает одна. — И что ты выбрал? — на удивление спокойно поинтересовался блондин. — Ничего, ещё ничего, я поэтому и звоню, — Чимин увлечённо разглядывал сосульки на дереве и семейную пару с ребёнком, они выглядели так счастливо. — «Поэтому» это зачем, чтобы я выбрал за тебя? — всё так же спокойно, как удав задавал наводящие вопросы парень. — Ты ведь не хочешь, чтобы я уезжал, правда? — прошептал Пак, хотя и сам не понимал, чего добивается этим разговором, — то есть, прости, я не знаю, что хочу услышать. — Чимин, ты сам должен решить, что для тебя важно, я не хочу тебя держать и понимаю, что каким бы колючим ты не пытался показаться перед всеми, ты очень любишь маму, и расставание с ней принесёт тебе большую боль. — Но тебя тоже. Почему ты не хочешь попросить меня не уезжать, я не понимаю, — слёзы навернулись на глаза от правдивости сказанных слов по ту сторону телефона, — я думал, что люди, которые любят, так просто не отпускают. — В том и дело, Чимин, ты мне не безразличен, чтобы быть полным эгоистом в отношении тебя и решать за нас. — Я не хочу делать выбор, — щёки уже щипало от того, что горячие слёзы остыли, принося за собой холод, — почему я должен? — Всем приходится в этой жизни делать ответственный шаг и, по всей видимости, пришёл твой черёд, — парень тяжело вздохнул и тепло улыбнулся, будто Чимин может почувствовать эту улыбку сквозь расстояние. — Но может я хочу, чтобы ты попросил меня. — Но я не стану этого делать, понимаешь, многие люди любят не жалея, и я, вероятнее всего, среди их числа. — Что это значит? — Значит, что я приму любой твой выбор, как само собой разумеющееся, но мои слова толкнут тебя на принятие решения, о котором ты можешь пожалеть. — Примешь, даже если я решу уйти? — Даже если уйдёшь. Что-то пропищало в динамике, и Пак подумал, что парень просто сбросил звонок, но предательский телефон разрядился из-за мороза быстрее, а потому разговор так и остался незаконченным. Впрочем, пищи для размышлений Чимину итак хватало, если провести прямую между мыслями и едой, то Пак очень сильно переел за день, так, что хотелось засунуть в рот два пальца, но это вряд ли поможет очистить голову.

***

Настроение упало в ноль, конечно, этот разговор много принёс парню и о многом заставил задуматься, в голове, как у сумасшедшего крутилась одна мысль за другой от «правда ли мои чувства настоящие» и, что важнее «может я и правда так сильно влюблён, поэтому так больно». Хотелось простого человеческого поспать, но даже этой идее не суждено было сбыться, как только Чимин вошёл в дом, то его встретила не приятная домашняя атмосфера, а крики, доносившиеся из гостиной, мысленно ругнувшись, парень нацепил на себя выражение лица «мне похуй» и расслабленной походкой прошествовал на звук, попутно выясняя причину конфликта. — Здравствуйте, Чже Ин, — парень улыбнулся, когда заметил уборщицу в холе, кому-кому, а ей Пак рад, потому что женщина всегда была к нему добра и снисходительна, даже пару раз помогала с уборкой, после очередной вечеринки, когда сам парень был не в состоянии даже стоять. — О, Чимин, хорошо, что ты пришёл, — горячо зашептала женщина, подбегая к парню, — советую тебе сейчас пойти в гостиную. — Из-за чего они ругаются? — Ты же знаешь, я не могу. — Да ладно вам, тётушка, вы же знаете, что случилось, я уверен, — успокоил женщину Чимин, кому, как не ей известно всё, что происходит в этом доме. — Ох, ребёнок, родители твои опять переполошили весь дом, решают, с кем ты останешься, — она ласково погладила парня по плечу, мысленно желая ему удачи. — Интересно, — кровь вновь начала закипать от такого заявления, — спасибо, Чже Ин, за всё спасибо. Парень оторвался от разговора и собравшись с духом прошёл в гостиную, где его заметили не сразу, но поймав на себе рассерженный взгляд матери и потерянный взгляд отца, вот ирония, ссора сразу же прекратилась. Сейчас её зачинщики расселись по разным сторонам дивана, как поругавшиеся школьники в кабинете директора и для наглядности отвернулись друг от друга, Чимин бы смеялся с этой картины, если бы не было так неприятно находиться в середине, на месте того самого директора, которому предстоит долгий разговор. — Вы ничего не хотите мне сказать? — прервал эту гнетущую тишину парень, рассматривая небольшие катышки на рукавах чёрного свитера, — объясните мне, какого чёрта вы решаете всё за меня. — Чимин, дорогой, послушай, я желаю тебе только самого лучшего, а твой отец этого не понимает, — начала Сора, злобно посмотрев в сторону мужа. — Желаешь самого лучшего, но решаешь всё без него, в данной ситуации ты только удовлетворяешь свои желания, — хмыкнул отец. — Я не могу так больше, — застонал парень, откидываясь на спинку кожаного дивана, голова нещадно болела, отзываясь на каждый раздражающий звук, — просто скажите, почему вы разводитесь? Молчание. Убивающее молчание служит ответом всему. Почему вместо того, чтобы всё объяснить и просто поговорить все вокруг стоят из себя каменные статуи, из которых для того, чтобы вытянуть слово, надо устраивать танцы с бубном. — Хорошо, не хотите отвечать на этот вопрос, тогда начнём с другого, — сложившиеся обстоятельства крайне бесили и счетчик раздражения начинал мигать красным, в скором времени грозил начать дымиться, — почему вы решаете мою жизнь без меня. — Чимин, я ничего не решаю без тебя и твоё мнение мне очень ценно, — попыталась взять под контроль ситуацию женщина. — Мам, скажи, почему ты так хочешь, чтобы я уехал с тобой? — парень решил не тянуть резину и сразу начать с главного, — тебе ведь всегда было на меня плевать, если бы не было, то ты рассказала мне ещё до Нового года, куда мы едем, зачем мы едем, и вы бы не пытались строить из себя счастливую семейную парочку. — Я просто не хотела тебя расстраивать, но ты сам должен понимать, что со мной тебе будет лучше, я в конце концов твоя мама, — Сора повернулась к сыну и ласково погладила по волосам, однако этот жест не вызвал ни тепла, ни прилива нежности. Ни-че-го. — Мам, скажи, ты знаешь, что у меня в Корее есть любимый человек? — неожиданно спросил Пак. Женщина на секунду опешила и отвела взгляд, от пытливых глаз сына. Конечно, Сора ничего не знала, в принципе, Чимин и не удивился, но где-то в груди неприятно кольнуло о том, что он не мог никогда поговорить с мамой, как это бывает в простой семье. — Если… — парень немного замялся, раздумывая над вопросом, — если я останусь в Корее с отцом, ты меня возненавидишь? — Что ты такое говоришь? Ты не должен оставаться здесь, Чимин, пойми, там тебе откроются совершенно другие двери и какая-то подростковая любовь не стоит того, чтобы отказываться от такого подарка. — Ты слышишь себя, Сора?! Какого чёрта ты творишь? — за весь разговор отец впервые вмешался и его голос, словно из пушки выстрелил в голову парня, — ты говоришь сыну о том, что его чувства не важны, хотя всё должно быть в точности наоборот. Кажется, что тебя волнуют только свои собственные переживания. — Сынхён, я тебя умоляю, я не хочу ругаться ещё раз, это ничего не даст, — женщина устало потёрла виски своими аккуратными пальцами и подошла к большому окну, глядя куда-то на улицу, — мы не будем снова это обсуждать. — Хорошо, Сора, — по голосу мужчины Пак понял, что у того не осталось сил на то, чтобы начинать новый конфликт. — Я пойду в комнату, хочу немного подумать, — парень поднялся с дивана и не глядя на родителей добавил, — не думайте, что можете решить за меня и тем самым сделать счастливым, я хочу принять собственное решение и поверьте, надавить на меня у вас не получится. Пара ничего не сказала, у каждого человека в этой комнате были свои собственные дилеммы и, возможно в это сложно поверить, но ни один из родителей не хотел лишаться сына.

***

На часах только пять вечера, парень большую часть времени провёл в сквере и ещё час, после звонка, наедине с собой, обдумывая сказанное Юнги. С одной стороны Чимин и правда выглядел эгоистом и слабаком, не способным на то, чтобы принять серьёзное решение самостоятельно, без взрослых. Перекидывать свою ответственность на парня было очень низко и от осознания того, каким никчёмным он мог показаться в тот момент, хотелось лезть на стену. С другой стороны, он никогда не принимал таких важных решений в своей жизни, а потому рассчитывал на помощь со стороны и, конечно, он ждал этой помощи от Юнги. Но парень отказался брать на себя столь важное решение, и его можно было понять, но в силу возраста и своей незрелости Чимин принимал его слова слишком близко к сердцу, и в душе крепко поселилось чувство того, что он его просто не любит. Впрочем, анализируя свои отношения, Чимин не мог припомнить того, чтобы Юнги открыто признавался ему в любви, без сомнения есть симпатия, но опять же, мысль о том, что на школьника посмотрел уже взрослый и знающий, чего хочет от жизни, парень, не давала покоя. Однако, эта сегодняшняя фраза »…многие люди любят не жалея, и я вероятнее всего среди их числа.» Значит ли это, что парень просто тихо и незаметно сказал эти желанные три слова или Чимин, как всегда ищет то, чего нет. Самоедством можно заниматься ещё очень долго, что собственно Пак и выбрал на сегодняшний вечер, копаясь в прошлом и думая, много думая над тем, что делать в данной ситуации. Но не прошло и часа, как его терзания прервал звук входящего сообщения. От кого: хён💞 Как ты себя чувствуешь? — Как-как? Хреново — прошептал парень, но написал совершенно другое. Кому: принцесса Лучше, чем было днём, хён. А ты? — Нихера не лучше… От кого: хён💞 А вот я не очень, принцесса, мы так и не договорили сегодня, я не хочу поднимать эту тему так рано, но мне важно знать то, о чём ты сегодня думал. Кому: принцесса Думал о том, что люблю тебя. — Боже, боже, господи, какой я кретин, — запричитал волнующийся парень, — ну, если гора не идёт к Магомету, то Магомет идёт к горе. Юнги довольно долго молчал, и каждая секунда уходящего времени больно била в самое сердце, которое вот-вот сделает сальто с горы, и неправильно приземлившись в воду, разобьётся о скалы. От кого: хён💞 Я серьёзно, Чимин Больно. Опять больно. Кому: принцесса Но я ведь и не шучу, хён. От кого: хён💞 Не говори тех слов, о которых будешь жалеть, Чимин, пожалуйста. Кому: принцесса С чего ты взял, что я пожалею о сказанном? От кого: хён💞 Потому что в итоге больно будет тебе. Парень смотрел на экран, будто написанное было сложным математическим уравнением, а не простой фразой, понятной каждому второму. Но мозг сам отторгал написанное, будто защищаясь от опасности. Но вот в чём проблема, больно стало ещё раньше, до этого сообщения. В голове настойчиво крутилось одно единственное предложение, которое либо всё разрушил и подтвердит догадки парня, либо всё спасёт, но это что-то из раздела фантастики, которую Чимин просто ненавидел. Пальцы, будто по инерции сами печатали желаемое. Кому: принцесса Я полечу в Америку с мамой, Юнги. Вот моё решение. — Наше решение, Юнги, не моё, — прошептал парень, прежде чем заблокировать телефон. От кого: хён💞 Присылай мне фото, Чими, я не надеюсь, но буду ждать. Теперь можно заблокировать телефон и наконец-то дать волю эмоциям. Раз. Глаза наполняются слезами, а мозг до сих пор переваривает произошедшее. Два. Держать себя под контролем уже не кажется такой лёгкой задачей, и вечно весёлый и улыбчивый парень вмиг становится самым одиноким и грустным человеком на Земле. Три. Счётчик всё же перегорел.

⌛⌛⌛

Сегодня Чимин чувствует себя намного лучше чем обычно, намного лучше, всё потому, что этот день он проводит со своим парнем и даже отъезд в Америку к скучным и незнакомым родственникам не кажется уже таким смертельным. Они находятся в квартире у Юнги, где засели на добрые пол дня. По обстановке в помещении было довольно тесновато для двух людей, но для одного в самый раз, тем более для студента. Всего одна комната, душевая и кухня, совмещённая с гостиной и прихожей. Пак ожидал чего-то более мрачного, но тактично промолчал на этот счёт. Не смотря на тесноту, в квартире было уютно, не то чтобы Юнги был любителем набивать и без того небольшое помещение всяким хламом, но обычно съёмные квартиры даже с жильцами кажутся очень пустыми и холодными, но здесь видно частицу хозяина. На полках с дисками и книгами стоят несколько фигурок из игры, которую Чимин не знает, пара фигурок персонажей культовых фильмов ужасов, среди которых Пак узнал убийцу в маске из «Крика», а так же Фредди Крюгера из «Кошмара на улице Вязов», ещё ароматические палочки с ненавязчивым запахом граната. На кухне недопитая кружка с чаем и какие-то маленькие печеньки прямо в открытой упаковке. Сейчас парни полулежали на диване и наслаждались тишиной, которая изредка разбавлялась их голосами. Юнги гладил парня по волосам, пропуская через розовые волосы свои бледные тонкие пальцы, с несколькими серебряными кольцами, который в наглую практически присел на него сверху, но Мин ничего не сказал, обоих всё устраивало. — Ты будешь присылать мне фото из Америки? — полушёпотом спросил Юнги, наклоняясь ближе к уху парня и вызывая мурашки своим голосом. — Хм, ну, я подумаю, может мне вообще тебе не писать, чтобы ты соскучился. — Я всегда скучаю, так что не надо мне тут, — Юнги щекой носом провёл по виску парня и в итоге уместил свой подбородок на его макушке. — Хорошо, буду спасать тебя от тоски своими фотками, хотя, я не думаю, что в Америке есть что-то интересное, — немного слукавил, на самом деле Чимин хотел побывать в новой для себя стране. — Я сказал, что буду скучать, а не тосковать, у меня есть друзья, которые могут меня развеселить, — распалял, по тону понятно, что блондин хотел вывести парня на эмоции. — Вот они пусть и шлют свои фотки. — Не думаю, что при виде фоток Тэхёна я буду целовать телефон, — а теперь задабривает. — Не думаю, что он будет в восторге, если узнает об этом, — Чимин тихо рассмеялся, представляя эту картину, и слегка повернулся к парню в профиль. — Мне правда мало нашего совместного времени, — Юнги оставил лёгкий поцелуй в щёку, а затем и переместился на губы, не встречая особого сопротивления. — Я скоро выпускаюсь из школы и точно знаю, что ещё успею тебе надоесть, — оторвавшись от губ парня прошептал Пак. — Не успеешь, — твёрдо и слегка грустно. — Почему? — Потому что это надолго. Потому что я тебя люблю.

***

Истерика угасла снаружи, потому что глаза ужасно болели от слёз, которых и вовсе не осталось, но внутри до сих пор бушевала буря, унять которую способно только время. Моряки погибают в шторм, а Чимин выживет и больше не пойдёт против природы, море не для него. Пак так бы и пролежал на кровати до утра, но в желудке пустота, как и в сердце, и если со вторым он ничего не может сделать, то первое заполнить обязан. Немного приведя себя в порядок, парень покинул комнату, стены которой внезапно стали слишком малы, и направился на кухню, хотя обычно там только готовили обед и семья трапезничала в гостиной, за большим столом, когда они собирались вместе. Кухня была меньше и уютнее, там он чаще всего и принимал пищу, или сидел с Чонгуком за чашкой чая. Парень открыл запертую дверь и щёлкнул выключателем. Вот тут-то он чуть и не помер. В темноте, на диванчике, за небольшим столом сидел отец, в руках стакан с коньяком, а в глазах туман, за которым не разобрать того, о чём думает мужчина, но он определённо что-то анализирует и расставляет для себя по местам, слишком уж сосредоточен. Чимин без слов прошёл к холодильнику и достал оттуда свежую курочку в кисло-сладком соусе, кимчи и ттоки, попутно положив в мисочку немного риса. Так себе ужин, да и компания не очень, не потому что Чимин ненавидел своего отца и ему было неприятно его общество, а потому что такую картину парень мог лицезреть только во сне. Но нет, вот она реальность. Добро пожаловать в ебучую реальность, Пак Чимин. Пак присел за стол напротив отца и принялся за еду, стараясь не смотреть на мужчину, который в свою очередь не отводил всё ещё туманный взгляд от сына. Ком в горле от таких гляделок. — Может, хоть закусишь? — предложил парень, дабы оборвать это бесячее пристальное внимание к своей жующей персоне. — А ты поделишься? — как-то тепло поинтересовался отец, хотя на лице не было и признака улыбки. Парень молча встал и достал из кухонного ящика второй комплект палочек и положил порцию риса, протягивая отцу и ближе к нему подставляя тарелки с закусками. Мужчина всё же улыбнулся, и эта улыбка немного приподняла настроение Чимину, он даже захотел перекинуться парочкой слов с отцом. — По какому поводу пьёшь? — поинтересовался подросток, — отмечаешь развод с мамой? — С чего ты взял вообще, что я рад нашему расходу? — в голосе ни намека на грубость или холод, только скрытая алкоголем печаль, — я любил твою маму, всегда любил, но увы чужие чувства нельзя контролировать, а держать рядом человека силой отвратительно. — Именно это она и хочет сделать со мной, — спокойно констатировал парень. — Она тебя любит, Чимин, очень любит и не хочет терять, — Сынхён до сих пор пытался хорошо отзываться о своей, теперь уже бывшей жене, — и ей безумно жаль, что она не была рядом, пока ты рос, хочет наверстать упущенное. — Она не понимает, как быть матерью и для того, чтобы научиться, ей надо завести ещё одного ребёнка, потому что я уж давно вырос и не нуждаюсь в ней. — Нуждаешься, как бы ты не пытался отрицать это, парень, — мужчина отставил недопитый стакан и принялся за курочку, практически расправившись с поздним ужином, — поэтому и разрываешься между Кореей и Америкой, это тяжело, я понимаю тебя, Чимин. — Я поеду с ней, моя любовь ничего не значит ни для матери, ни для этого человека, — потянуло на откровения Пака, он вдруг осознал, как приятно общаться с отцом по душам, за девятнадцать лет не было ни одного подобного неформального разговора. Отец отложил приборы и нахмурился, явно озадаченный брошенными невзначай словами сына. — Я не могу утверждать ничего на счёт мамы, но не злись на неё, а что на счёт этого человека? — мужчина и правда пытался поддержать Чимина, видя, как тот открывает ему свою душу. — Он не сказал мне, что любит меня, не отговорил от поездки, — парень почувствовал, как в глазах собираются слёзы, но плакать перед отцом он не собирался, хватит одной неожиданности за вечер. — Чимин-а, — парень удивился такому обращению, а когда мужчина протянул свою ладонь и слегка сжал ею руку Пака, так он в край занервничал, но старался быть невозмутимым, — если человек тебя действительно любит, то он не будет поступать, как последний эгоист. — Как мама? — с усмешкой спросил Пак, но увидев сведённые к переносице брови, тут же добавил, — извини. — Не будем о ней сейчас, — Сынхён прокашлялся и продолжил, — так вот, если он любит тебя, то оставит за тобой выбор. Чимин, бывают такие люди, которым сложно открыть своё сердце, вы можете встречаться, целоваться, но такие важные слова они скажут только после какого-нибудь испытания, когда будут готовы понять, что человек, которого они любят никуда не исчезнет после этого признания. Чимин задумался над словами отца и подумал о том, что возможно поторопился, и как последний мудак пытался выбить из Юнги признание. А вдруг он такой же человек, о котором говорит отец. На душе кошки скребутся от данного предположения, а горло заполняет желчь. — Я понял, но всё равно уже поздно, — прошептал парень. — Никогда не поздно, сынок, никогда, — мужчина тепло улыбнулся и на его лице заиграли морщинки, — если ты всё же поменяешь своё решение, то знай, я буду очень и очень счастлив. Я никогда не считал себя хорошим отцом, и возможно я не стремлюсь так, как мама, но этот разговор для меня многое значит, и я готов поддерживать тебя, Чимин. Всегда поддержу. Чимин ничего не ответил, думая над словами отца и проглатывая каждое, вот вам и пища для ночных размышлений. — Спасибо, папа.