Автостопом по шизофрении

      Вокал, забавная шутка, мы смеялись. Лес, море склизких лисичек на пне. Карьер, прозрачная вода, маленькие рыбки движутся по нелинейным траекториям. Красивый сосновый лес и чистое лучезарное небо. Маленькие кораблики плывут по кристально чистому ручейку. Я изучаю узоры на ковре. Отец в постели сжимает мои руки. Я срезаю ножиком ароматные боровички. Игровые автоматы, чистый смех друзей и разбитая игрушечная машинка. Девушка признаётся мне в любви. Теплоход плывёт по Оке реке, весёлый и рискованный детский покер, игривая девушка садиться мне на колени. Свет проникает в мой глаз через монокуляр. Я вспоминаю рождение, я падаю по трубе. Мы поём в дружном хоре, учу сольфеджио, пальцы выбивают тридцать вторые на клавишах. Друг играет Деда Мороза на школьном выступлении. Я украшаю класс классного руководителя маленькими святящимися звёздочками. Дом в лесу, я бесконечно огибаю его. Время остановилось, дома пусто, я счастлив, одиночество, я циклично двигаю тапочек из стороны в сторону. Лежу на скамейке, ласковые лучи солнца согревают меня.       Бабушка поёт мне грустную песню перед сном. Неразборчивые слова вырываются из наших с матерью уст. Я пью цветочный сладкий нектар. Клевер привлёк моё внимание. Жук пожарник в спичечном коробке. Улитка заползла под одежду. Вода льётся по сложной системе соединённых трубочек. Девочка в садике целует меня в щёку. Болото за оградой около парка, рогозы, на утро они распушатся. Я качусь по склону милицейской горки. Тишина, свет падает через окно на тикающие часы. Выступление в музыкальной школе, я играю шпанистого мальчишку в кепочке. Сотка об сотку, я опять выиграл, я дарю все их любимой девушке, она меняет их на журналы. Мы с матерью в Сочи покупаем «нищенский» паёк. Родители заболели, я самостоятельно готовлю новогодний стол. Я лежу на балконе третьего этажа первой школы, мне так комфортно.       Мяч летит к моей руке, палец сломан, друг переживает, провожает меня домой. Сочи, сейчас или никогда, я первый раз в жизни знакомлюсь с девушкой. Я один в пустой аудитории. Утончённая девушка поёт нежным голосом на сцене. Дедушка опять победил меня в шахматах. Мудрые рассказы бабушки льются через край в мои наивные уши. Дедушка совсем не разбирается в телевизорах, я помогаю ему. Мы с другом на улице едим бабушкины бутерброды с томатами. Зак Фэйр умирает, слёзы текут по моим щекам. Куда вы меня тащите, там же грязь? Я хожу как пингвин. Я играю в игру с маленькими яростными пушистыми инопланетными колобками. Я и девушка, мы игривы, вдруг мы прижались к друг другу, я влюбляюсь. Я дарю цветы любимой девушке и нежно целую её в щёку, я разворачиваюсь и быстро, с приподнятым настроением и смущением иду домой. Я мошусь в самый разгар репетиции нашей музыкальной группы. Мы играем с другом в файтинг, а Кенни опять умер. Отец взял меня на IT выставку. Мы с другом кидаем шарики наполненные водой из окна. Петергоф, струи воды вырываются из-под земли и орошают веселящихся девушек. Питер, гостиница, вкусный грибной суп, сегодня мы с другом будем спать в одной комнате. Мокрая девушка под дождём. Мы рисуем неумелые граффити на стенах полуразрушенных построек. Друг кладёт свои руки на мои плечи, прыгает, и называет меня кенгуру. Мы с мамой закупаемся товаром на Черкизовском рынке, туалеты около гостиницы, китаец даёт мне личи, тележка чуть не переехала ступню, я хочу купить себе сегу. Фрустайл, часы Монтана, чёрные очки, чебуречные и весы. Сложная система переходов, лавки заваленные брюками, свет еле-еле проходит через матовую крышу. Наша музыкальная группа выступает на школьной вечеринке. Я падаю с забора прямо в грязь, мы с другом смеёмся. Я езжу в метро, наслаждаюсь лицезрением красивых девушек, и станций, на каждой ветке свой контингент и свой фон. Я прогуливаюсь по Москве, романтичные парки с прозрачно-млечной расширяющейся атмосферой, дух старинных кабаре и аутентичных интеллигентных домов со своей душой и историей, скрипачи в шляпах и костюмах на Арбате перед театрами.