Я снова рядом с ними

Мы вернулись по собственным следам к ручью, двигаясь к Гремящей Тропе. – Я уверен, что нам нужно вернутся туда, – Говорил мне Огонёк, пробираясь через пышный папоротник. – Не спорю. Может, мы найдём ту кошку, что я вчера видела. Только придя в лагерь, поняла, что видела на территории племени Теней ни дать, ни взять саму Щербатую. Подходим к вонючей тропе. Вдруг дуновение ветерка донесло слабый запах. Чужой! На нашей земле! Скорее всего пожаловала темно-серая целительница. В горле у Огонька заклокотало, он угрожающе зарычал. Откуда ни возьмись, с быстротой молнии из зарослей позади нас выскочил рычащий меховой ком. Старая кошка набросилась на него и сбила с ног, а меня толкнула к кусты колючей ежевики. Две тяжелые лапы придавили Огонька к земле, а челюсти сомкнулись на загривке. Я выбралась из зарослей, к моей тёмной шёрстке прицепились острые шипы. Подбежала и набросилась на Щербатую сзади. Целительница отпустила рыжего, а её крепкие лапы теперь прижали меня. А я расслабилась, показывая, будто побеждена. Кошка издала победный вопль. – Ага, хилые ученики! Попались Щербатой прямо в лапы! — прошипела она. Похоже, что я действительно не ошиблась, перед нами великая кошка из племени Теней! Извернулась и рванула вверх на пружинистых тонких лапках, а Огонёк напал на неё сбоку. Целительница удивленно зарычала и отлетела назад, кубарем покатившись в ежевичный куст, чьи колючки выглядывали из моей шерсти. Огонек отряхнулся. –Так, уж и попались, а? Щербатая воинственно зашипела, высвобождаясь из цепких ветвей. Уж кто, а она никогда не сдаётся! – Не так уж плохо. Но можно и лучше! – Бросила темно-серая кошка. Наконец, я смогла рассмотреть целительницу, а мои лапки задрожали от величественного момента. У кошки была широкая, почти совсем плоская морда и оранжевые глаза. Темно-серая шерсть свалялась и повсюду торчала большими колтунами. – Ты ведь Щербатая! – Не удержалась я, – Та самая великая Щербатая! Ты же... «Мать Звездолома» – Добавила про себя. Огонек сделал боевую стойку, приправ меня своей спиной. Он выпятил грудь и с вызовом посмотрел в глаза своему врагу. – Ты находишься на территории Грозового племени. Убирайся! – Кто мне запретит? Два ученика мне не указ, – Щербатая ощерилась, показав зубы. – Я буду охотиться. Тогда я выживу. А может быть, я пока подожду… – Хватит болтать, – Вспыхнул Огонек. Меньше всего он сейчас походил на домашнего питомца. Кажется, Щербатая заметила произошедшую с ним перемену. В ее оранжевых глазах мелькнуло новое чувство. Неужели уважение? – Погоди, не спеши, – промурлыкала она своим самым ласковым голосом. Но Огонек, выставив когти и распушив хвост, он прыгнул вперед, издав воинственный клич. Маленький домашний котик превратился в настоящего воина! Огрызаясь и ворча, молодой кот и старая кошка сошлись в поединке. Они катались по земле, мелькали когти и зубы. А я смотрела на это все шокированными глазами, слишком неожиданным и странным казалось. Может, дело в том, что с момента того, как я читала первую книгу, прошло слишком много времени, и успела немного подзабыть? Придя в себя, наконец встаю. Щербатая поднялась на задние лапы, еще немного — и в него вцепятся мощные челюсти. Он отпрянул назад, и как раз вовремя. Зубы клацнули в воздухе у самого его уха. Трудно было что-то углядеть в дерущемся комке. Вот Щербатая укусила Огонька, а тот ударил старую кошку когтистой лапой. В зелёных глазах мелькнула жалость, рыжему явно было трудно драться с тем, кто голоден и очень слаб. – Убирайся! – Огонек выгнул дугой спину, но Щербатая ухитрилась вцепиться в него когтями и крепко держала его. Всей своей тяжестью крупная кошка давила на ученика, и он оказался прижатым к земле. Наконец, я смогла унять дрожь и прыгнуть на спину целительнице. Та скинула меня, как надоедливую мушку, а Огонёк смог подняться на лапы. Чувствовала, что силы Щербатой на исходе. Кошка была сильно ранена, задняя лапа еле подпирала ее костлявое тело. Какая же она могучая, раз до сих пор держится на своих четверых. – Ну что, сдаешься? – Прорычал Огонек. – Ни за что! – Ну почему Щербатая такая вредная?! Её раненая лапа подвернулась, и она рухнула на землю. Глядя на Огонька помутневшими глазами, она зашипела: – Если б я не была такой голодной и усталой, я бы тебя разорвала, как мышь. – При этих словах рот ее скривился от боли и ненависти. – Прикончи меня. Я не буду сопротивляться. – Воинский закон запрещает убивать целителей, – Проговорила, изучая великую Щербатую. Как же много бед упало на спину этой кошке! Она была не похожа на те рисунки и арты из интернета, в её глазах полыхало пламя величия и храбрости, даже грязная и свалявшаяся шерсть не затмевало этот свет. – Хорошо-то ты знаешь воинский закон, – Фыркнула темно-серая кошка, подняв на меня свой взгляд, – Я на вашей территории, убейте меня, докажите, что вы воители, а не ручные кисы. – Кажется, тебе не терпится умереть, – Мяукнул Огонёк. - Ну и что? Это мое личное дело, мышиный корм, – ощерилась Щербатая. – За чем же дело стало, котенок? Или ты намерен заговорить меня до смерти? Она говорила смело, но неё волнами исходила слабость. Она ведь знала, что умрет, если еще какое-то время не поест. – Тебе ещё многое предстоит сделать перед своей смертью, – Усмехнулась я, бросив взгляд на Огонька. А ведь до сих пор забываю посмотреть, какого цвета мои глаза. – Подождите здесь, — наконец сказал Огонек. Казалось, из Щербатой выкачали весь воздух. – Ты шутишь, котенок? Куда я уйду… – пробормотала она. Тяжело дыша от боли, кошка с трудом доковыляла до мягкого коврика из цветущего вереска. Она упала на траву и стала зализывать рану на лапе. Огонек посмотрел на нее через плечо и, бросив на меня взгляд, означающий «Присмотри за ней», помчался в лес. – Ты ведь из Сумрачного племени? – Спросила я, знающая ответ на свой вопрос. – Возможно, – Щербатая наградила меня странной усмешкой. Интересно, о чем она сейчас думает? – И ты раньше была воительницей... – Откуда ты вообще знаешь, что я целительница? Ты говорила «Воинский закон запрещает убивать целителей». Этот разумный вопрос застиг меня врасплох. Ох, когда же научусь держать язык за зубами? Хотя, тогда я буду больше похожа на Горелого. Мысль о чёрном оруженосце вызвала у меня тёплые чувства. – Догадалась, – Сбивчиво пролепетала я, – Как там Звездолом? – Что? – Щербатая помрачнела, её приглаженная шерсть снова вздыбилась. – Ты же из племени Теней! Или... дай угадаю, тебя прогнали! – Воскликнула я, с самого начала ведя к этому. Щербатая измученным взглядом смотрела на меня, а вдруг появился рыжий котик. Он бросил перед ней на землю небольшого кролика. Мы смотрели, как кошка вспорола добычу и начала жадно заглатывать куски. Как же долго она голодала! Желудок заурчал при виде, как Щербатая жевала мясо. – М-м-м. – Через несколько минут Щербатая глубоко вздохнула и завалилась набок. – Спасибо, дружочек. Это у меня первая свежая еда за много, много дней. Она облизала мордочку и принялась умываться лапкой. Я посмотрел на то, что осталось от добычи. – Стой, – Сказал Огонёк, когда наклонилась над кроликом. – Мы уже нарушили Воинский закон. Хуже не будет. Повинуясь чувству голода, я жадно поела остатки. Огонек тоже проголодался и тоже нагнулся над добычей. Было очень вкусно. – Сюда идут воины, – Вздохнула я, зная, что произойдёт дальше. Может, все таки не стоило есть кролика? Огонек тоже заметил, что к нам идут коты, услышал, как мягко ступают их лапы по опавшим листьям и как шуршит мех. Это были воины Грозового племени. Щербатая сердито зарычала на приближающихся воинов и с трудом поднялась на лапы. – Пока! Спасибо за кормежку, – Но я не позволила бы ей уйти, обступила сзади, хотя знала, что раненая лапа целительницы онемела, пока она лежала. Бежать все равно было поздно. Из-за деревьев молча выскользнули силуэты котов, и в мгновение ока дозорный отряд Грозового племени окружили нас. Коготь, Частокол, Синеглазка и Синяя Звезда, а Клубок шел последним. Он вышел из-за кустов и встал рядом с отрядом воинов. – Огонек? Дымолапка? – Вопрос Синей Звезды звучал ровно и бесстрастно, – Что тут происходит? Вражеский воин, и только что накормленный, если судить по запаху, исходящему от вас троих. – Она целительница, и ты это знаешь, – Фыркнула я, без единой капли стыда. Лишь только сейчас вспомнила, что нельзя было есть кролика! Почему я не умею держать свой голод под контролем?! – Это не ответ, – Она обожгла нас взглядом синих глаз, и Огонек опустил голову. – Она была такая усталая и голодная… – начал он. – А вы? Тоже были так голодны, что решили сначала поесть, а потом уже добывать еду для племени? –продолжала Синяя Звезда, – Полагаю, у тебя была действительно серьезная причина для того, чтобы нарушить воинский устав? Синяя Звезда была вне себя от гнева. От ужаса Огонек все сильнее прижимался к земле. Но не успели мы ответить, как Коготь громко зашипел: – Были ручными, ручными и останутся! – Был властолюбивым, властолюбивым и останется, – Парировала я, но Синяя Звезда не обратила на эти слова внимания и посмотрела на Щербатую. – Так-так! Похоже, вы взяли в плен кошку из Сумрачного племени. Я ее хорошо знаю. Как ты осмелилась так далеко зайти на нашу территорию? – Да, я была кошкой Сумрачного племени. А теперь я хожу сама по себе, – прошипела Щербатая. – Её прогнали, – Усмехнулась я. – Щербатая! – насмешливо проговорил Коготь, бросив на меня свой взгляд, – Похоже, для тебя настали тяжелые времена! Теперь заговорил Частокол, а я сощурилась от приступа неприязни. – Эта старая кошка нам не нужна. Давайте ее убьем. А что касается ручных котят... они нарушил воинский устав. Их следует наказать. – Попридержи когти, Частокол. Может, нам стоит послушать, что она нам расскажет. Отведем ее в лагерь, а потом решим, что с ней делать. С ней, с Огоньком и Дымолапкой. Ты можешь идти? – спросила Синяя Звезда Щербатую, – Или тебе нужна помощь? – У меня еще остались три ходячие лапы, - вызывающе ответила старая кошка, пытаясь подняться. – Прямо, как у Пепелюшки, – Произнесла я еле слышно, но, видимо, Огонёк услышал меня. Зрачки Щербатой расширились от боли, но она старалась из всех сил не показывать своей слабости. В глазах Синей Звезды мелькнуло одобрение, потом предводительница Грозового племени повернулась и медленно стала удаляться. Остальные воины заняли места по обе стороны Щербатой, и отряд пустился в путь, стараясь держаться вровень с хромой пленницей. – Да не волнуйся ты, – Проурчала я, – Ничего страшного. Нам потом спасибо ещё скажут. Огонек и Клубок шагали бок о бок рядом со мной и замыкали шествие. – Я не волнуюсь, – Пробормотал котик и обратился к Клубку, – А ты слышал о Щербатой? – Кое-что слышал. Кажется, до того как стать целительницей, она была воином, что само по себе необычно. Не могу представить ее одиночкой. Вся ее жизнь прошла в Сумрачном племени. – Да, необычная кошка, – В моем горле прозвучало довольное – Синяя Звезда строгая, но справедливая, – Перевёл тему Клубок, – Она вас не вышвырнет. Она, кажется, даже рада, что ей попала в плен такая важная персона из Сумрачного племени. – Но они жалуются, что дичи совсем мало! Ой, и зачем мы ели этого кролика! — Огонек, казалось, даже покраснел от стыда, хотя под мехом этого было не видно. – Ну, хорошо, – Клубок толкнул Огонька в бок. — Тут вы действительно поступили мышеголово. Да, вы нарушили воинский устав, но кто из котов совершенен? Когда передовой отряд проходил мимо часовых, охраняющих вход в лагерь, все члены Грозового племени сбежались поприветствовать воинов. Как же их много! Здесь были королевы, котята и старейшины. Все с любопытством смотрели, как Щербатую ведут в лагерь. Кое-кто узнал старую кошку. Повсюду быстро разнеслась весть, что в плен попала целительница из Сумрачного племени, и коты, собравшиеся поглазеть, не скрывали своего злорадства. А Щербатая, казалось, не слышала насмешек. Она вообще делала вид, что происходящее вокруг, её не касается. Когда отряд дошел до Скалы, Синяя Звезда указала на вытоптанную площадку перед скалой. Щербатая, повинуясь молчаливому приказу предводительницы чужого племени, опустилась на землю и начала умывать лапу. Как же она была похожа на меня своей невозмутимостью! Пестролистая, должно быть, каким-то образом почуяла присутствие в лагере раненого. Толпа расступилась перед черепаховой кошкой, пропуская ее вперед. Но Щербатая возмущённо зашипела на молодую целительницу: – Сама знаю, как лечить свои раны. Мне твоя помощь не нужна. Синяя Звезда беседовала на Скале с Когтем. Серая кошка и опытный воин были увлечены своим разговором — мурлыкали что-то вполголоса. Наверное, речь идет о нас. Коготь настойчиво говорил: – Оставлять вражеского кота в самом центре Грозового племени опасно! Теперь она знает, как выглядит наш лагерь. Нам придется перебираться на другое место. Неужели Коготь паникует? Или мне кажется? – Успокойся, Коготь, – мурлыкала Синяя Звезда. – Зачем менять место? Щербатая говорит, что бродит теперь в одиночку. Поэтому Сумрачное племя ничего не узнает. – И ты ей веришь? Пока Синяя Звезда спорила с Когтем, к нам незаметно подошел Горелый, а я тихо, едва заметно для других, заурчала. – Снова попали в неприятности? – Негромко Спросил чёрный котик. Какой же милый у него голос! – Ничего страшного, Горелка, – Улыбнулась я, зажмурив глаза. Друг не пытался поправить меня, он, по-моему, давно смирился с моим прозвищем. Мое сердце полыхало радостным огнём при одном только присутствии котика. Всегда, когда он был рядом, казалось, что все беды позади, что в мире просто не может произойти что-то плохое. Или может? Я горестно посмотрела на свои лапки. Ведь скоро, совсем скоро Горелый покинет Грозовое племя. Как же смогу идти дальше без него? Шерсть на загривке Когтя стала приглаживаться, видимо, доводы Синей Звезды на него подействовали, воин быстро кивнул и побежал на поляну к остальным. А Синяя Звезда осталась одна. Она была такой решительной, такой невозмутимой! Потом поднялась и направилась в нашу сторону. Но Синяя Звезда прошла мимо и даже не взглянула. Глаза ее были затуманены. – Белоснежка! – позвала она, приближаясь к детской. Снежно-белая кошка с темно-синими глазами скользнула ей навстречу из ежевичного куста. Мяуканье котят под кустом стало еще сильнее. Но мне не был интересен их разговор. – Горелка! – Что? – Чёрный ученик явно думал о чём-то своём и не сразу посмотрел в мою сторону. – Какого цвета мои глаза? – Промурлыкала я. – Необычного, – Заметил котик, – Никогда раньше не видел ни у кого таких... Темно-янтарные, чём-то напоминающие землистый цвет. Если б он знал слово «шоколад», явно бы использовал его. А ведь, будучи человеком, именно карими и были мои глаза. Неужели они даже в обличие кошки оставались такими? Наши взгляды встретились. Зеленые, как молодая трава, и темно-янтарные, как сказал Горелый, напоминающие землю. Котик засмущался и посмотрел на свои лапки. Синяя Звезда подошла к куче еды и взяла свою долю. Ей оставили жирного лесного голубя. Огонек смотрел жадными глазами, как она уносит свою долю, чтобы поесть в кругу старших воинов. Видимо, остатков кролика, чтобы утолить голод, не хватило. – Мы не принесли добычу в племя и нарушили воинский закон. Не видать нам сегодня ужина, – Фыркнула я. Мы подошли к Клубку, который развалился перед пещерой учеников. Он лежал на боку и облизывал переднюю лапу. – Синяя Звезда сказала, как вас накажут? – спросил он. – Нет еще, – уныло покачал головой Огонек. В это время над поляной разнесся громкий голос Синей Звезды: – Пусть коты, способные самостоятельно охотиться, соберутся на собрание племени. – Пошли, – мяукнула я, пробираясь вперёд к Скале. Троица последовала моему примеру. – Думаю, все вы слышали о пленнице, которую мы сегодня привели в лагерь, – так начала свою речь Синяя Звезда, – Но вам следует знать и еще кое-что, – Она посмотрела на Щербатую, – Боюсь, у меня нерадостные новости. Сегодня я с отрядом дозорных заглянула на территорию племени Ветра. Воздух был весь пропитан запахом Сумрачного племени. Его воины пометили почти каждое дерево. И мы не встретили ни одного кота из племени Ветра. – Племя Ветра прогнали?! Уже? – В сердцах закричала я. Племя Ветра было моим любимым, не считая Грозового. Множество глаз посмотрели на меня. – Ты что-то об этом знаешь? – Прошипел Частокол. Когда, ну когда я научусь не выдавать себя?! – Просто, – Сказала я, первое, что пришло в голову, – Слышала, что патрульные племени Теней что-то говорили об этом, но не думала, что действительно так случится. – Что именно ты услышала? – Спросила Синяя Звезда, что я никак не ожидала. – Уже не очень помню. Они говорили негромко, – Начала импровизировать, чтобы как-то выкрутиться, – А потом Чудище проскочило и вообще голоса стали неразборчивыми. Один говорил что-то про племя Ветра и их охотничьи угодья.. – Может быть, тогда Щербатая нам что-нибудь объяснит? – зарычал Частокол. – В конце концов, она ведь из Сумрачного племени! – Я не предательница! Никто не заставит меня выдавать секреты Сумрачного племени таким грубиянам, как ты! – проворчала в ответ Щербатая, сердито глядя на Частокола. А мне все казалось, что целительница об этом вообще ничего не знает. Коты Грозового племени сомкнули ряды. Их уши прижаты, глаза прищурены, будто приготовились к бою. Все на одного? Нечестно! – Прекратить! – взвыла Синяя Звезда, – Хватит! Наше положение слишком серьезно, давайте не будем ссориться. Начиная с сегодняшней луны воины будут ходить только большими отрядами. Остальные члены племени должны держаться ближе к лагерю. Дозорные будут обходить границы чаще, чем обычно. Все котята должны оставаться в детской и ни в коем случае не покидать лагерь. Нам не хватает воинов – и это наша главная забота. Мы справимся с этим, если ускорим подготовку учеников. Дымок и Горчица обменялись радостными взглядами. Клубок смотрел на Синюю Звезду, широко раскрытые глаза его сияли от восторга. Горелый нетерпеливо переминался с лапы на лапу, в зелёных глазах которого читалось скорее тревожное, нежели радостное волнение. Я подбадривающе кивнула ему, и котик немного успокоился. Синяя Звезда между тем продолжала: – Думаю, стоит нашим новым ученикам назначить наставников. Я сама буду заниматься обучением Огонька. Огонек удивленно вытаращил глаза. Видимо, не верил, что предводители могут быть наставниками. А мне все казалось странным. Солнцезвезд обучал Синегривку, и та стала предводительницей. Синяя Звезда будет обучать Огонька, тот тоже станет главой Грозового племени. Рыжий будет обучать Ежевику, тот станет Ежевичной Звездой. Так, тут что-то нечистое! Рядом с Огоньком дышал Клубок. Он не мог опомниться от удивления. – Вот повезло! А потом из первых рядов донесся знакомый голос. Коготь! – Так, значит, Огонек не наказан, а, наоборот, награжден за то, что он накормил вражеского воина? – Теперь Огонек мой ученик. Я отвечаю за него, – Произнесла Синяя Звезда. Она пристально посмотрела Когтю в его злые глаза, прямо как смотрела на полосатого воина я, потом подняла голову и обратилась ко всем котам: – Щербатой будет дозволено остаться здесь, пока она не поправится. Мы воины, а не дикари. Будем относится к ней с уважением и по возможности учтиво. Огонек и Дымолапка, в наказание за то, что нарушили воинский устав, будут заботиться о Щербатой. – Синяя Звезда, а можно мне в наставники Долгохвоста? – Спросила я, когда Синяя Звезда явно хотела сказать что-то насчёт моего наставника. – Мне быть наставником домашней кисы?! – Возмутился полосатый воин, вздыбив шерстку. – Почему ты хочешь в наставники Долгохвоста? – Вопросительно мяукнула предводительница. Какой интересный вопрос! – Мне кажется, что он больше остальных понимает, каково мне с такими тонкими и слабыми лапками, – Задорно усмехнулась я, смотря на стройное телосложение полосатого воина, – И поможет мне укрепить их. «А ещё так я буду точно знать, что задумал Коготь», – Мысленно добавила про себя. – Думаю, это хорошая мысль. Долгохвост, с этого дня ты будешь наставником Дымолапки, – В ответ воитель раздражительно фыркнул, а я помахала ему хвостом. И на этом собрание окончилось. Другие коты племени начали расходиться кто куда. Огонек, похоже, был так ошарашен решением Синей Звезды, что молчал. Долгохвост подбежал к нам поближе. У него на самом кончике уха после укуса Огонька осталась клиновидная зарубка. Молодой воин ощетинил усы: – В другой раз вы хорошенько подумаете, прежде чем приводить в лагерь бродячих кошек. А раз я теперь твой наставник, Дымолапка, то твоё дополнительное наказание – пол луны убирать подстилки старейшин. Какой странный! Неужели он не замечал, что я без наказаний всегда часто виделась и помогала старым котам? А может, он как раз таки это знал... – Мне кажется, вам нужно сходить проведать Щербатую, – шепнул Клубок, когда Долгохвост удалился. Целительница смотрела в нашу сторону своими оранжевыми глазами. Интересно, она усмехается над нами, или мне просто кажется? – От судьбы не уйдешь, – мяукнул рыжий, посмотрев на меня. – Помни: на твоей стороне все коты племени, – отвечал Клубок, – Ты только позови! Если она начнет сильно доставать, я подкрадусь сзади и так огрею ее по башке крольчачьей тушкой! Я заурчала от смеха. Клубок всегда мог насмешить, когда не было настроения. Великая радость – заботится о Щербатой. А, возможно, так и было бы, если б мои мысли не напоминали сарказм. Менять подстилки добродушным старейшинам одно, а вредной и ворчливой кошке – абсолютно другое. Мы неторопливо побрели в сторону Щербатой. Старая кошка, судя по всему, была в плохом настроении. Она зашипела на нас и оскалилась, когда Огонёк подошел поближе: – Не приближай, ручной котенок! – Ты просто скажи мне, чего тебе надо, – Проговорила я, мои несчастные лапки дрожали от усталости.  – Тебе придется привыкать к тому, чтобы принимать помощь от посторонних, пока не поправишься и не сможешь сама за собой ухаживать, ты, старая ехидная кошка! – Возмутился Огонёк. Он замолчал, услышав исходящий из ее горла низкий, хриплый звук. Тело кошки сотрясалось мелкой дрожью от головы до хвоста, глаза ее были как узкие щелочки. Если бы я не знала, что это смех, то давно бы завопила на весь лагерь: «Пестролистая!» – Послушай, я не хотел ничего… — начал оправдываться он и, похоже, только сейчас понял, что Щербатая смеётся. – Да, ты смелый котеночек, – прошамкала Щербатая, когда приступ смеха прошел. –Знаешь, я устала и у меня болят лапы. Мне нужно поспать и положить что-нибудь на эти раны. Сходи к вашей милой целительнице и попроси у нее трав. Я думаю, понадобится сок ноготка, кашица из стебля золототысячника, и еще я бы пожевала несколько маковых крупинок. Боль становится просто невыносимой! «И как все эти названия трав запомнить? Конечно, мне нравилось целительное дело, когда читала книги, но сейчас из всего помню только кошачью мяту» – Хотелось мысленно завыть. А Огонек уже повернулся и со всех ног помчался к пещере, где жила Пестролистая, оставив меня одну. – А правда, что ты можешь чувствовать чужую боль? – Негромко спросила я, а глаза Щербатой потемнели. – И откуда ты всего знаешь? – Устало вздохнула старая целительница. – Ну, просто знаю больше других и все, – Усмехнулась, дабы не показать своё возмущение. Да, конечно, я знаю, а что тут такого?! Знаю, что произойдёт с каждым из котов, как они преодолеют трудности и как погибнут... Огонёк вышел назад, на главную поляну, держа в зубах травы. Я заметила, как Коготь сидел у пещеры воинов и внимательно следил за ним, как охотник стережёт добычу. Я помахала хвостом воину, тот заметил меня, прищурился и отвернулся. Огонек положил перед Щербатой лекарство. – Хорошо, – мяукнула она и обратилась ко мне, – А тебе, чтобы не заниматься безрассудством, принеси мне что-нибудь поесть. Три долгих и трудных дня прошло с тех пор, как Щербатая ступила на территорию лагеря. Мое обучение становилось до ужаса трудным, хотя удалось немного сблизится с Долгохвостом. Он был неплохим котом, только попал под дурное влияние Частокола и Когтя. Кто-то боднул меня в бок, я мгновенно вскочила, ошарашено оглядевшими сонными глазами. Это всего лишь Огонек. – Доброе утро, – Мяукнул мне друг, – Помоги разбудить остальных. А то Клубка даже нападение на наш лагерь не заставит встать. Клубок тихо лежал рядом, свернувшись толстым калачиком и накрыв нос своим густым хвостом. – Вставай, – Мяукнул Огонек, – Не то опоздаешь на тренировку. Клубок поднял голову и сонно пробурчал, а потом снова зарылся носом в подстилку. Я подошла к Горелому, который неспокойно дергал лапкой во сне. Наклонилась над спящим и тыкнула носом ему в ухо. Котик что-то пробормотал, но так и не проснулся. – Горелка! Вставай, несносный клубень! – Заорала тогда я, что даже Клубок от неожиданности вскочил. Черный оруженосец тотчас же открыл глаза и поднялся на лапы. Какой же он милый! – Что случилось? – Промяукал он, тревожно оглядываясь. Я довольно заурчала, мои усы подрагивали от смеха. – Не волнуйся, ничего не случилось. Просто пора на тренировку, – Успокоил его Огонек. Дымок и Горчица тоже зашевелились в своих мягких моховых гнездах на другом конце пещеры, потревоженные моим криком. Наверное, я даже Синюю Звезду разбудила. Огонек встал и первым вышел из укрытия под ветвями папоротников. А я, перед тем как пойти следом, нагнулась над ухом Горчицы и прошептала: – Дымок просил передать, что назначил тебе прогулку около Совиного дерева после тренировки. Не опаздывай, – Мое горло просто сжало от смеха. – Что? – Сонно пробормотала Горчица, – А, да, конечно, приду... Утро было теплое. Меж ветвей и листьев просвечивалось ясное голубое небо. На траве блестела обильная роса. Тёплый сезон зеленых листьев близился к концу, и скоро станет прохладнее. Как же быстро летит время! Я бросила взгляд на Щербатую. Ей отвели место около поваленного дерева, рядом с которым обычно собирались старейшины. Она не могла побеспокоить шумом старых котов, зато воинам из пещеры было ее хорошо видно. Похоже, темно-серая кошка мирно спала. За спиной из пещеры вышли Горчица и Дымок. Было видно, что палевая что-то проговаривает про себя. Видимо, шептала: «Совиное дерево, Совиное дерево, после тренировок...» – Скажи, Горчица, чему тебя сегодня будет учить Буран? – спросила я. – У нас сегодня тренировочная битва. Он покажет нам, как сражается настоящий воин, – гордо ответил Дымок. – А меня Львиногрив поведет к Большому Платану, – Сказал Клубок, – У меня будут занятия по лазанью. Мне пора идти, а то он будет ждать. – Нам надо поймать что-нибудь Щербатой на завтрак, потом у меня скорее всего тренировка с Долгохвостом, он хочет, чтобы я попробовала улучшить своё лазанье по деревьям. Говорит, это как-то поможет укрепить мои лапки – Мяукнула я, – Эй, пошли с нами, Горелка! Быстрее что-нибудь поймаем. Наверное, мне просто не хотелось оставлять его наедине с Когтем. Чёрный котик кивнул и пошёл к выходу из лагеря. – Не переживай, Горелка, – Негромко проговорила, чтобы Огонёк не услышал, – Я знаю, что тогда произошло на Нагретых Камнях. Ничего Коготь с тобой не сделает, а если и решит, то только через мой труп! И, не дав сказать котику и слова, побежала догонять рыжего оруженосца.   – Вот, – мяукнул Огонек. Он положил перед Щербатой крупную мышь. – Как раз вовремя, – рыкнула она и, нагнув голову, набросилась на принесенную Огоньком еду. У нее разыгрался аппетит — видно, силы вернулись к ней, хотя кошка продолжала все время на нас ворчать. – Жутко чешется верх хвоста, но я не дотянусь. Не мог бы ты почистить мне хвост? Огонек содрогнулся, бросил на меня тоскливый взгляд, уселся и принялся за работу. Неподалеку проходила целая ватага котят. Малыши играли в войну на пыльной проплешине, кувыркаясь и отчаянно кусаясь. А мне даже захотелось поиграть с ними. Щербатая тоже приоткрыла один глаз, чтобы посмотреть на играющих котят. – Вот как я кусаю тебя, Синяя Звезда! – промяукал один котенок. Он прыгнул на спину белому котенку с серыми пятнами, который изображал из себя предводительницу Грозового племени. Скорее всего это был маленький Быстролап. Хотя, я могла и ошибаться. Оба малыша, сцепившись, покатились к скале. Вдруг серо-белый котенок резко отряхнулся и сбросил с себя полосатого. Тот, визжа, кубарем отлетел в сторону, прямо под лапы Щербатой. Старая кошка резко вскочила на ноги, выгнула спину, взъерошила шерсть и сердито фыркнула. – Держись от меня подальше, жалкий клубок меха! – Прошипела она. Полосатый, скорее всего маленький Бурый, едва глянул на рассвирепевшую кошку, повернулся и бросился наутек. Добежав до другого края поляны, он спрятался за спиной полосатой королевы-кошки. Та подозрительно посмотрела на Щербатую. Серо-белый котенок не шевелился, словно к месту прирос. Затем, лапа за лапой, осторожно стал отступать к детской. – Котятам просто скучно, – Пожала плечами я, наблюдая за маленькими проказниками. – Мне кажется, им плохо сидеть взаперти в лагере, – Осторожно заметил рыжий котик, – Они начинают баловаться. – Мне все равно, что они делают, – прорычала Щербатая, – Только держите их подальше от меня! – Интересно, ты после истории с Звездоломом так не любишь котят? – Едва слышно проговорила я, но, похоже, что старая кошка услышала меня. – Пока я нахожусь рядом с котятами, с ними случаются всякие неприятности, – Её оранжевые глаза затуманились слезами. Она положила подбородок на передние лапы и уставилась перед собой, тяжко вздохнув. Лагерь оживился. Палатки укрепляли, с того дня, как Синяя Звезда объявила об исчезновении племени Ветра. Королевы делали из прутьев и листьев высокий плетень оставляя для входа и выхода лишь узкий проход. Другие трудились у границ лагеря, затыкая все оставшиеся лазейки между кустов. Все сосредоточились на работе, думая лишь об одном: как получше защитить и обезопасить свое племя. Если Сумрачное племя вторгнется на их территорию, Грозовое племя укроется в лагере. Они не сдадутся и не уйдут со своих охотничьих территорий, как ушли коты племени Ветра! Частокол, Долгохвост, Синеглазка и Дымок молча сидели у входа в лагерь и не сводили глаз с тропинки меж кустов утесника. Из похода как раз возвращались дозорные, усталые и пропыленные. Как только воины ступили в лагерь, Частокол со своим отрядом подошли к ним и обменялись парой слов. Потом быстро, один за другим, потихоньку выскользнули из лагеря. Ворота в лагерь нельзя было оставить без присмотра ни на секунду. – Огонек! Дымолапка! – позвал нас кто-то издалека. Огонек обернулся. Это был Куцехвост. – Вы должны помогать нам укреплять лагерь. – Я намазывал желчью клещей на Щербатой, – отвечал Огонек. А я непонимающе посмотрела на рыжего. Пока глядела на лагерь и играющих котят, даже не заметила, как он успел сбегать за жёлчью. Куцехвост радостно пошевелил усами. – Ага, так значит, ты идешь к ближайшему ручью! Ну тогда без добычи не возвращайся. Нам нужно очень много про запас. – Тогда я с Огоньком, – Крикнула Куцехвосту, – Двоем больше поймаем. Передай Долгохвосту, что меня нет в лагере. Вот и повод избежать тренировки с наставником. Мы поднялись по крутому склону и выбрался из оврага. После этого Огонек побежал к ручью и бесстрашно прыгнул в холодную чистую воду, окатив меня брызгами. – Мышеговый, – Фыркнула я, отряхиваясь, – Ты кот или рыба? В кустах на берегу послышался треск. По запаху, скорее всего, Горелый и Клубок. – Похоже, что Дымолапка заразилась ворчливостью Щербатой, – Усмехнулся Клубок. – А вот и нет! – Проворчала я и отвернулась. Хотя, заметив взгляд чёрного котика, не смогла больше обижаться, – Привет, Горелка! –  Что вы тут делаете?  – Мышиная желчь, – скривился Огонек. – А где Львиногрив и Коготь? – Они ушли с очередным отрядом дозорных, – отвечал Клубок, – А нам велели охотиться до конца дня. – О, тогда поохотимся вместе, – Промурлыкала я. – Кстати, я видел, как Горчица направлялась к Совиному дереву, – Рассказал Клубок, – Посидела там немного, а потом побежала к лагерю. Злая такая, похуже Щербатой будет! Что-то про тебя говорила, Дымолапка. – Похоже, в лагере мне серьёзно достанется от неё, – Заурчала я и попыталась рассказать друзьям о моей шутке. Но все время мой же смех перебивал, не позволяя нормально что-то сказать. Огонёк вышел на берег и отряхнулся, снова обдав меня брызгами. Он посмотрел на кучу свежей добычи, которую успели наловить ученики. – Похоже, вы сегодня зря времени не теряли, – заметил огненный котик. – Вот видишь, Горелка, – Я довольно повела ушками, – Ты прекрасный охотник. А Коготь все: «Утка, утка!». Сам он толстая и вредная утка! Чёрный котик огляделся по сторонам, будто боялся, что его наставник где-то поблизости, но, убедившись, что это так, тихо заурчал. Какой же всё-таки он милый, когда стесняется. – До вечера еще больше наловим! Особенно когда с нами такой белколов, как Дымолапка! – Еще бы! – Довольно фыркнул Огонек. Он в последний раз отряхнулся, а потом вслед за своими друзьями мы устремился в лес. Когда вернулись с добычей, которой хватило бы на множество голодных ртов, все подивились тому, как много им удалось поймать. Пришлось четыре раза возвращаться к сложенной в лесу куче с пойманной дичью! Львиногрив и Коготь только что вернулись из похода, когда мы несли в лагерь последнюю оставшуюся часть добычи. Долгохвост был с ними, заметив, сколько нам удалось поймать, в его глазах на миг полыхнуло удивление. Что ж, обладатель длинного хвоста, я гожусь не только на то, чтобы греться на солнышке! – Вы славно поработали все четверо, – похвалил их Львиногрив, – Мне рассказали, какие вы сегодня молодцы. Можете часть добычи взять с собой в пещеру и устроить пир. Мы подбросили последнюю порцию наловленной добычи к общей куче, сложенной посреди поляны. После этого каждый взял себе еду и понес к старому пню. Пещера была пуста. – Куда подевались Дымок и Горчица? – Спросил Горелый. – Наверное, отправились в дозор, – предположил Огонек. – Отлично, – мяукнула я, облегченно выдохнув, – Без них спокойнее. И боюсь, что Горчица очень сильно накричит на меня, – Хотя в моем голосе и не было страха. Плотно поели и стали умываться. Как хорошо после жаркого дня было подышать вечерней прохладой! Просто неописуемое облегчение! – Эй! Знаете, что я вспомнил? – встрепенулся вдруг Клубок, – Сегодня утром Коготь не удержался и похвалил Горелого, вот! – Ого, молодец, Горелка! – Наши взгляды снова встретились, земля и трава слились воедино и только голос Огонька заставил чёрного котика опустить глаза. – Правда? – Огонек раскрыл рот от удивления, став немного похожим на Метеора, – Что же такое нужно сделать, чтобы Коготь похвалил? Научиться летать? – Ну, вообще-то, – Смущенно проговорил Горелый, глядя на свои лапы, – Я поймал ворону. Она была старая.. – Зато большая, – Вставил свое слово Клубок. – Даже Коготь не смог придраться! Он был так мрачен в последнее время, с тех пор как Синяя Звезда взяла тебя к себе учеником.Точнее, еще раньше, когда Львиногрив был назначен глашатаем. – Он просто волнуется из-за Сумрачного племени и из-за усиленной охраны, – промяукал Горелый быстро и сбивчиво, – Лучше сейчас его не раздражать, – Сказав это, чёрный котик снова посмотрел на меня. Неужели он хочет, чтобы я держала язык за зубами? Тогда уж скорее Воробей перестанет ворчать, Моросинка станет любить Метеора, а Крутобок расстанется с Серебрянкой! Нашу беседу прервал громкий призывный вой, раздавшийся с другого края поляны. Ох, точно, Щербатая! – Побудьте здесь, – мяукнул Клубок, проворно вскакивая на четыре лапы. – Я сам ей отнесу чего-нибудь. –  Нет, лучше я, – возразил Огонек. – Это ведь я должен делать, а не ты. – Да ладно, никто не заметит, – отмахнулся Клубок, явно не желавший спорить. Он подбежал к общей куче. Серый уверенно вытянул из общей кучи двух самых сочных мышей и быстро направился к тому месту, где сидела Щербатая. – Стой, Клубок! – Из пещеры воинов послышался грозный рык Когтя, – Куда ты тащишь этих мышей?  Внутри все сжалось, хотя я и знала, что будет дальше. Рядом замер Горелый и еще шире распахнул свои глаза. – Уж не помогаешь ли ты Огоньку кормить эту прожорливую предательницу, а? Клубок от беспомощности смотрел на землю, не зная, что ответить. – Э…Э… Мне просто еще поесть захотелось. Я нес их к себе в пещеру, чтобы тайком съесть. Если показать их этой парочке, – он посмотрел на нас. – мне достанется только шкурка да кости. – Неужели? Ну хорошо, раз ты такой голодный, можешь съесть это прямо сейчас, при мне! Начинай!  Клубок наклонился и покорно куснул мышь. С первой он управился довольно быстро, но вторую ел очень долго. Даже казалось, что он не сможет доесть, но на то Клубок был Клубком, поэтому мучительно проглотил последний кусок мыши. – Ну как, теперь лучше? – спросил Коготь притворно-ласковым голосом. Горелый посмотрел на меня, мысленно говоря: «Пожалуйста, ничего не говори, только ссоры нам не хватало». Но я и не собиралась встревать. Клубок был сам виноват, что решил помочь. – Намного, – ответил Клубок, еле дыша. – Вот и хорошо, – И Коготь вернулся в свою пещеру. А серый поковылял к нам. – Спасибо тебе, Клубок, –Мяукнул Огонек, – Ты все-таки вывернулся. Но тут снова раздался истошный вой Щербатой. Рыжий вздохнул и встал. – Ты как, Клубок? – спросил он перед тем, как уходить. – Ой-ей-ей, – пробормотал тот в ответ, – Я, кажется, объелся. – Сходи к Пестролистой, – посоветовал Огонек и медленно побрел в сторону Щербатой. Со стороны ворот лагеря развались голоса. Точно, это Горчица и Дымок, а первая, похоже, была не в самом лучшем настроении. – О, нет, – Протянула я, совсем забыв о своей шутке, – Горелка, спрячь меня! Я нырнула за спину чёрного котика, специально выставив хвостом. Не могла же я убегать от самого интересного, когда оно идёт прямо мне в лапки! Просто хотелось, как будто случайно, уткнуться носом в шерстку Горелого, сидя за его спиной. От моего прикосновения котик слегка дрогнул. А может, причиной был ор палевой кошечки: – Дымолапка, ты где? – Прошипела Горчица, – Выходи! Кто это решил надо мной пошутить?! – Это же так мило, – Проурчала я, выглядывая из-за спины Горелого, – А ты действительно поверила? Что скажешь, Дымок? – Это было глупо, – Фыркнул котик и пошёл к куче с добычей. – Мило то, что ты постоянно носишься за своим Горелым, – Возмутилась ученица, а моя мордочка осталась невозмутимой. Только чёрный котик опустил глаза на свои лапки. – Пожалуй, ты права, – Проурчала я, легонько подтолкнул чёрного котика боком. Какой же всё-таки он милый, когда стесняется! Или я об этом уже говорила?