Я снова рядом с ними

Впереди непроходимый туман, он так и ласкает лапами убийственным морозом, он щекочет, протягивает свои склизкие лапы. Мерзость. Сзади стена старого кирпича, вся потрескавшаяся и грязная. Её угрюмый вид говорил: «Сюда дороги нет». Хотя кому хотелось бы вернуться назад? Справа бушующая река, пожирающая своей пучиной и водами, она уносит ветки и стачивает камни. В ней сила, в ней время и власть. Слева же пролом. Просто чёрная пропасть, дно которой глубоко-глубоко, неизведанное и пугающее. В ловушке. Назад нельзя, вперёд страшно, вправо смертельно, влево бездонно. Нет здесь выхода. Но хорошо ли искали усталые глаза? Не можешь пройти вперёд, пророй туннель под ним. Или взлети. Подари себе белоснежные крылья. Это сон, Дымолапка. Я снова уснула. Снова укрываюсь от действительности. Я это уже не я. Я теперь стала Дымолапкой, тонколапой и вредной кошечкой, решившей, что все ей – не преграда. Скоро, правда, не удастся уже взлететь, не получится прорыться под землёй. Убьёт меня, сожрет и поглотит туман. Поскользнусь и угожу в ущелье. Окажусь в самой пучине реки, может. Или стена позади упадёт и расплющит всем своим весом. Но я не погибну. Научусь плавать, чтобы не сгинуть в вода стихии. Обойду стену перед её падением и весело помахаю ей хвостом на прощанье. Зацеплюсь когтями за уступ и стану держаться. А туман не сможет меня одолеть. Мы не настолько слабы, чтобы сразу сдаваться. Мы можем найти выход из любой ситуации. Мы способны взлететь и не позволим отрезать нам крылья! Потому что мы – .. мы сильные! *** – И часто ты говоришь во сне? – Чья-то тёплая лапка прикоснулась к голове, голос необъятный и далекий. Глаза мои закрыты, а веки отчего-то горят. Это слезы? – Эй, Дымолапка! – Голосов все больше, они душат и сжимают горло. Моё дыхание горячее, как воздух жарким летом. Почему все так ярко и громко? От этого воротит, от этого мерзко и тошно. – Вставай, Дымолапка! Глаза открываются. Или их кто-то пытается открыть. Все туманно и мутно. Жарко и морозно. Сердце в груди давит и бешено ревет. – Что с ней? – У Дымолапки жар! – Только этого не хватало! – Эй, не тряси, её сейчас стошнит! Кто-то действительно пытался помочь мне подняться. От этого подкатывала к горлу горечь, от этого скручивало живот. – Дымолапка, не вздумай умирать! Это же ты, Горелка? – Я.. не хочу.. погибать... Ты чего? Я не.. – Больше ничего не могу промямлить, очень горячо и горько. – Пестролистая! – Голоса стали отдалятся, я словно упала на траву и слышу все эхом. – Не толпитесь! – Щербатая? Куда-то исчезли и голоса. Их больше нет. Я проваливаюсь. Куда? А Бог его знает.. А Звездные Предки поймут.. Снова сон. Снова туман и стена, пропасть, река. Перед глазами пелена, я будто вижу все, но двояко. Расплывается и гудит. Где-то в ушах этот мерзкий "бзз-з-з». А после тьма. Я ничего не вижу, не чувствую, не помню. Пустота. Она не чёрная, у неё нет цвета. Зато здесь мертвая тишина. А сердце больше, будто, не стучит. – Дымолапка? «Да?» – Мысленно отвечаю я. В пустоте все отдаётся эхом. Здесь прекрасно, потому что ничего не ощущаешь. Здесь прохлада. Может, остаться здесь? – Не уходи, Дымолапка.. «А зачем оставаться?» – Племя не сможет без тебя. «Как это не сможет? Смогли ведь в каноне, что изменилось теперь?» Я ощущаю пальцы. Пальцы? Но у кошек они другие! Это.. это человеческие руки. Мягкие и тёплые, голые и шершавые. – Помнишь, как ты всегда была с нами? Ты говорила, что не хочешь уходить в.. в мир, где ты в виде Двуногой. Ты говорила, что желаешь остаться с нами! «Ох, Горелка, конечно, я все помню». Я ощущаю, как кровь бежит по человеческому телу. Я нахожусь между двумя мирами. И оба пока слабы, а один из них исчезнет в любой момент. – Я не мог понять почему ты хотела остаться с нами. И до сих пор это остаётся загадкой. Но ты ведь знаешь! Так почему? «Почему?! Потому что я.. мне никогда не нравилось быть среди людей. Эти существа неразумны, они ведутся на любой свой каприз. Я всегда укрывалась в книжных мирах. Жила в миражах» – Ты ведь не уйдёшь, Дымолапка?! «Вернуться? Уйти? Я даже не уверенна где мой дом». – Ведь если покинешь нас, кто ещё станет называть меня Горелкой? «Действительно». Мир людей ослабел. Больше не ощущаю своё тело. Только смутные очертания комнаты, которые сливаются с очертаниями палатки целительницы. – Или кто станет ругаться с Когтем? Кто поможет Огоньку или Клубку? «Ты наивен, Горелка. Меня не должно быть в вашем мире». – Ты говорила, что вообще не должна быть среди нас. Но почему? Если тебе здесь так уютно.. «Потому что.. не знаю». Очертания комнаты тают. Я почти вернулась в людское тело, но не смогла до конца принять это. Я.. хочу домой! А он среди Котов-Воителей! – И если ты уйдёшь, то кому мне будет сказать, что.. ты ведь все равно не слышишь, да? Я давно думал, те странные события и все прочее. Но.. Ты очень важна для всех нас. А ещё.. ты мне очень нравишься, Дымолапка! – Как... как интересно, Горелка, – Мой голос не похож на то задорное мяукание, он горячий и хриплый, но, главное, что живой. Пока.. – Ты все слышала? – Я не видела ни котика, ни то, что происходило вокруг. Все туманное. – Нет, – Хрипло фыркаю я и снова проваливаюсь в сон. Уже обыденный, без четырёх сторон света и препятствиях на них. Вижу фигуру темно-серого кота с золотистыми глазами. – Почему ты осталась, Дымолапка? У тебя был выбор, – Сказал Серое Крыло. – Глупый выбор. Я.. знаешь, я больше не хочу уходить. Здесь мой дом. – Тогда, я рад это слышать. – Надеюсь, что я снова все не погублю.. *** Промелькнула тень перед глазами. Кто-то прошёл мимо, мягко ступая по земле. – Огонёчек? – Я приподнимаю гудящую голову, пытаясь наконец проснуться. – Почему ты так любишь коверкать имена? – Оруженосец присел рядом, взволнованно глядя на меня зелёными глазами. У Горелого они были темнее. – Тебе не нравится? – Вдыхаю полной грудью тёплый воздух, – Сколько я тут пролежала? – Совсем немного, – Заверил котик и посмотрел вглубь палатки целительницы, где кто-то шелестел травами, – Пестролистая! Она посмотрела на него отчего-то грустными глазами. Я приподнялась и присела, пытаясь справиться с тошнотой и жаром, что медленно уходил с моего тела. – Что-то случилось? – спросил у целительницы Огонек. – Духи Звездного племени не дают мне покоя. Думаю, они пытаются мне что-то сказать, – Отвечала трехцветная кошка, беспокойно помахивая хвостом. – Чем я могу тебе помочь? Кажется, она действительно тревожилась, раз не заметила моих действий. Я уже не сплю, Пестролистая, неужели тебе нечего мне сказать? – Мне кажется, Клубку нужно несколько маковых зернышек. У него нога болит, крысы покусали. Я пыталась понять сколько сейчас времени и что примерно творится в лагере. Конечно, вспомнить бы ещё какой сегодня год. Было бы очень кстати. – Боль от тоски по Львиногриву растравляет его раны. Но не беспокойся, со временем все заживет, а пока что помогут и маковые зерна. Пестролистая юркнула в пещеру за маком. – Огонёк, а знаешь, что мне Горелка сказал? – Тихо проурчала я, – Я слышала, как он приходил, правда, уже мало что помню из всех его слов. – Я тоже приходил, – Добавил котик, – Ждал, пока ты проснёшься, а потом Щербатая предложила, что от крысиных укусов спасает чеснок и поэтому пошёл за ним. Кстати, Синяя Звезда предложила Щербатой вступить в наше племя и та согласилась! – Как много случилось, пока я спала, – Срочно нужно переводить тему, – Но я не помню, как ты приходил, Огонёк. Ты что-то говорил мне тогда? – Значит, ты действительно не помнишь.. – Что же он тогда мне сказал, раз стал выглядеть таким разочарованным и спокойным одновременно? – Так вот! Горелка сказал мне.. что я ему нравлюсь! Почему так поникли на миг твои ушки, а после встали торчком? Отчего на твоей мордашке такой недоверчивый и разочарованный вид? Что все это значит, огненный мой друг? – О-о, – Протянул как-то он, – А ты что? Моя голова чуть наклонилась в сторону, хотя от этого возникла боль в голове. Один глаз немного прищурился. – Нет-нет! Если это что-то личное и секретное, извини, – Он чуть ли не вскочил от смущения, – Просто интересно. – Да какая разница? Оруженосцы все равно не могут стать парой. Дорастём до воинов, а так уже поглядим.. А почему ты так странно реагируешь? Появилась Пестролистая, что позволило Огоньку не отвечать на вопрос. Кошка положила перед ним маковую головку. – Спасибо, – Мяукнул ей Огонек.  – Иди и выручи своего друга, – Кивнула Пестролистая, стараясь не смотреть ему в глаза. Когда котик уже развернулся, подняв лекарство, чтобы уйти, целительница его остановила. – Подожди, – Рыжий обернулся. Она смотрела на него во все глаза, – Огонек, Звездное племя говорило со мной за много лун до того, как ты пришел в наш лагерь. Я чувствую, они просят меня сказать тебе все сейчас. Они уверены, что только огонь спасет наше племя. Огонек озадаченно смотрел на Пестролистую. – Эй, а как же я? Или не хочешь сказать продолжение этой загадочной фразы? Кошка посмотрела на меня, а таинственный взгляд её вновь стал обычным. – Продолжение? – Заинтересовался Огонек. – Дымолапка, ты проснулась? – Она заметила меня, – Как себя чувствуешь? – Как-будто меня растоптали, окунули в горячую воду, а потом сбросили с вершины дерева. А так прекрасно, – Обернулась к Огоньку, – А продолжение: «Нет огня без дыма». Такое ощущение, что никто ничего не понял из сказанного, такая воцарилась тишина. – Я пойду, нужно отнести Клубку мак... – Можно я тоже пойду? Не могу здесь сидеть, так душно! Просвежусь хоть немного.. – Если тебе опять станет плохо? – Заволновался котик. – Хуже мне уже не будет, поверь. – Будь осторожна, Дымолапка, – Мяукнула целительница, – Свежий воздух пойдёт тебе на пользу. – Увидимся, Пестролистая, – Рассеянно ответил Огонек. Как же прекрасен лагерь! Светит солнышко, повсюду прохладные тени и, главное, никакой духоты и жара. Все идёт своим течением. Но и сказать, что мне стало легко и беззаботно, как раньше, то значит – немного солгать. Просто обыденные вещи позволяют немного позабыть, что тебя воротить, а подушечки лап покалывает от жара. Видимо, Пестролистая немного позабылась, раз отпустила меня в таком состоянии из палатки.. – Что происходило, пока я спала? – Медленно, неуклюжей походкой пингвина, иду к палатке оруженосцев. – Ничего особенного. Синяя Звезда собрала собрание. Коготь объявил, что ей нужна охрана, но она отказалась. Потом пригласила Щербатую стать частью племенем. Знаешь, это ведь она первая среагировала, пока мы все толпились и не знали что делать. Страшно подумать, что было бы, если не Щербатая! – Все со мной в порядке, хватит уже! – Никому же не нравится, когда за тебя лишний раз переживают и напоминают один и тот же случай? Начинаешь ощущать не комфортность и... Подождите, я же не знаю, а что такое стыд? Лагерь восстанавливался, коты чинили поврежденные стенки палаток, приводили в порядок и убирали растительный мусор, как ветки. – Ты как, Дымолапка? – Спрашивали у меня, а в ответ бросала лёгкую фразу: «Как расплющенный, но счастливый ёж». – Больше не станешь падать на половине пути к палатке целителя? – Меня даже спрашивали то, что я совершенно не помню. – Ужас какой, может, племенная жизнь слишком трудная для тебя? Тебя так разворотило, – Почему же Горчица такая вредная? – Какая пакость, – Фыркнул Дымок. – Нет уж, я останусь здесь и специально буду мучить тебя своим присутствием, – Прохожу мимо, – Кстати, Горчица, у тебя на голове паук! Она вскочила и замахала лапками, а Дымок пытался что-то стряхнуть с её макушки. – Шучу, – Пропела я хриплым голосом, – Паук у тебя на хвосте. Конечно, не восьмилапый, но какое-то другое насекомое действительно сидело на её хвосте. – Что-то ещё происходило? Ты говорил, что пошёл за чесноком, так где он? – Да, хотел пойти, но Частокол запретил выходить из лагеря... – Но ты пробрался мимо, да? Это же не остановило тебя? Мы почти у палатки, и голоса наши звучали негромким шепотом. – Я увидел Когтя, Частокола и Долгохвоста. Коготь говорил им, что Горелый предатель и, пока никто не заметил, сбегал от Лунного Камня до Сумрачного Племени и сказал им, что Грозовое ослабло и они могут напасть. – Какой бред! – Это ещё не все. Дымолапка, Коготь говорил и о тебе. Что ты устроила нам засаду крыс. Говорил, ты знала, что будут крысы и привела нас к ним.. – Вот.. паршивец! – Но мои восклицающие слова не громче шепота. – Будь осторожней.. – А Долгохвост поверил в этот бред? Насчёт Частокола мне даже думать не хочется, этот уж только и думает, как выгнать нас из племени. – Я не знаю, Дымолапка, он, как Коготь стал рассказывать о тебе, вообще ничего не говорил, просто смотрел. – Мой наставник.. – Фыркнула я. И вот палатка оруженосцев, немного потрепанная, но такая же уютная, как и раньше. Дополняет атмосферу небольшой пенёк. Горелый и Клубок возились рядом с оградой лагеря, заделывая дыры. – Дымолапка? – Смущенно позвал чёрный котик, а Огонек положил перед Клубком мака семена. – Дело дрянь, Горелка. Нас подозревают в предательстве.. Огонек, а как Коготь себя повёл, когда я.. ну, мне стало плохо? – Я не смотрел на него, но потом слышал, как он говорил, что ты просто притворяешься. – Притворяюсь.. – Мои подушечки лап снова бросило в жар, а голова немного закружилась. *** Спать в палатке целителей ощущалось, как что-то новое и непривычное, но, по-крайней мере, гнездышко мха такое же мягкое и сухое. Как и ожидалось, мне запретили выходить из лагеря, но думаю, что через несколько дней уже вернусь к привычному течению. Я всегда встаю очень рано. Бывало даже, иногда вскакивала, когда солнце даже не собиралось просыпаться. Тогда приходилось возвращаться в гнёздышко и пытаться уснуть. А если не получалось, я легонько толкала лапкой Огонька или кого-нибудь ещё с шепотом: – Эй, ты спишь? Сейчас я ощущала себя немного лучше, чем вчера. Незаметно выскользнула из палатки и потрусила к палатке оруженосцев. Солнце не встало ещё, не побагровело даже небо. – Вы спите? – Я заглянула в палатку. – Привет, – Мяукнул Огонек, единственный, похоже, что проснулся в такую же рань. Наверное, не мог нормально спать из-за кошмаров. – Не хочешь прогуляться? – Куда? – Он зевнул. – До нашего пенька. Из лагеря-то мне запретили выходить! Горелый перевернулся на другой бок, а после поднял голову, посмотрев на нас сонными глазами. – Спи, Горелка, ещё рано.. Какой приятный воздух в такое раннее время. Ещё даже не утро, да и не ночь. Ещё тихо, но и не тишина. Запела где-то в дали птичка. – Красота! – Протягиваю я, – Вот бы ещё дождь пошёл, и меня отпустили на тренировку с вами! – Лучше не надо. Вдруг упадёшь где-нибудь, а нам тебя потом тащить, – Заурчал Огонек. – Не такая я и тяжелая! – Вскакиваю с места и легонько толкаю котика в бок, – Вот ты, да! – Я просто пушистый! – Ну, если сравнивать, то самый пушистый – Клубок. – Львиногрив.. – Да.. – Немного странно и неприятно говорить об этом. Снова затянула свою трель раняя птичка. Негоже так близко летать с лагерем. Похоже, на ужин станет вкусная дичь. – Это, насчёт того.. что я говорил тебе, когда приходил, а ты спала.. – И что же? – Просто, я тогда сказал себе, что.. – Он замолчал, – А, наверное, неважно уже. – Ещё как важно! Что ты сказал тогда? – Ничего особенно, просто, что ты... – Вы всю ночь не спали или только проснулись? – Буран, а зачем ты встал так рано и портишь такой важный момент? – Только. Буран, а можно мне пойти на тренировку? – Это за решением Пестролистой и Синей Звезды. – Ну, и ладно! Солнышко, милое солнышко, почему ты в этот раз также весело? А потому, наверное, что новый день, новая жизнь. Огонек ушёл будить Клубка и Горелого, я же наслаждаюсь теплом и сонливой атмосферой. Сказать, что провожать оруженосцев на тренировку без меня было трудно – значит ничего не сказать. – Принесите мне самую вкусную мышь! – Я помахала хвостом, надумывая как бы сделать так, чтобы меня выпустили из лагеря. Меня до сих пор немного трясло. Лапки немного жгло, а аппетита не смог бы найти даже самый искусный сыщик. Но я не выдавала свою слабость. Умела играть роль. А, как говорится, этим миром правят актеры. Разлеглась на середине лагеря, мешая пройти котам. – Ой, извини, Горностайка, но я не хочу вставать.. – Привет, Вихрегон, смотри какие красивые облака! – Ты что-то хотел, Долгохвост? Это же Долгохвост! Он уже обошёл меня и двинулся к выходу из лагеря. – Подожди, Долгохвост! – Вскакиваю на лапы, – Стой же, непутевый наставник! – Что? – Огонек уже пошёл обучатся воинскому искусству! Я тоже хочу! Никто не слышал мои просьбы. День прошёл, второй пролетел. Аппетит не вернулся, а попытки ускользнуть из лагеря или как-то надоесть всем продолжались. – Они же должны заметить, что со мной все в порядке! Я хочу на тренировки! – Дымолапка, ты так ничего не съела! – Не хочу пока, потом перекушу. Ни потом, ни утром не хотела есть. Только к обеду третьего дня мне пришлось притронутся к пище, чтобы не вызвать подозрений. Да и желудок изнывал от голода. – Я хочу на тренировки! – Скоро мои просьбы начали раздражать, после вызывали злость. – Если она так просится, все в порядке. Пусть идёт, – Неужели мольбы были услышаны? Но ни тогда, ни на следующий день меня не пустили. Я просто валялась около пенька и поднималась каждый раз, как проходил Долгохвост. Конечно, он занят. Конечно, мне запрещено выходить. А когда он наконец подошёл ко мне, я не подняла даже взгляда, разглядывала травинку около правой лапы. Утро. Довольно прохладно. – Так ты идёшь на тренировку или как? – Фыркнул полосатый кот. – Мне же нельзя.. Вы же хотите меня сделать вечным оруженосцем.. – Вставай и идём, – Скомандовал кот. Радостно подпрыгнула и побежала за ним. Вот выход из лагеря! Вот я прохожу мимо! Свобода! Приятные запахи, звуки и виды. Мягкая травка и ароматы сыроватой земли. Конечно же, сразу почуяла дичь. Находясь в лагере, аппетит мой ушёл в отставку, сейчас же вернулся и требовал поесть. – Долгохвост, может перекусим? Я хочу есть.. – Нельзя было раньше? Подождёшь, – Фыркнул кот, он даже не смотрел на меня. Шёл вперёд, раздвигая перед собой веточки кустарников. – Ты действительно поверил Когтю, что я завела Синюю Звезду в крысиную ловушку. Я наоборот отговаривала идти их по тому пути. И, как видишь, мне тоже от них досталось, – Хотела указать на рану на лапу, да только зажила она уже. – Откуда ты узнала, что впереди будут крысы? – Он наконец взглянул на меня. – Это просто плохое предчувствие. Шестое чувство. К тому же одиночка Ячмень сказал нам, что с пищей у него все в порядке и на ферме много крыс.. А где стали бы жить они? Конечно, недалёко в канавах. – Звучит разумно, – Впереди небольшая полянка. У корней одного из деревьев сидела мышка, копошась в листве. Я приняла охотничью стойку, но мой наставник среагировал быстрее. Он выскочил так стремительно, что зверёк не успел даже увидеть в лицо свою смерть. – Быстрей нужно реагировать, – Фыркнул Долгохвост. Он прошёл ко мне и положил мышонка, – Вот, мне казалось, что ты хотела перекусить. – Спасибо! Может, хочешь половину? – Хотя эта дичь даже не насытит одного кота, все равно хотелось её поделить. – Нет, ешь быстрее и приступим к воинской подготовке.. – Ты научишь меня сражаться? – Неудобно восклицать с набитым ртом. Долгохвост не ответил. Молчание, как все знают, знак согласия. – Ещё насчёт Горелки, – Проглотив, проронила я. – Ты хотела сказать насчёт Горелого? Все уже знают, что ты всегда защищаешь его. Даже если он будет неправ, ты встанешь на защиту. – Нет, конечно. Когда Клубок хотел помочь и отнести Щербатой еду вместо Огонька, Коготь заметил это. Клубок же сказал, что нёс их к себе. Его заставили съесть тех мышей на месте. Я ведь не проронила ни слова в защиту этого толстяка, сам виноват. Молчание. И поднявший ветер растревожил листву. – Или ты действительно веришь, что одной ночи хватило бы Горелке добежать до Сумрачного племени? Может, хватило бы, но вернуться назад он не успел бы. Все это придуманная чушь Когтя. – Зачем ему придумывать? – Он же хочет избавиться от нас, выставить на свет, как предателей. Чём-то мы не угодили ему. – Такой сквернослов как ты, конечно не угодил, – Усмехнулся Долгохвост. Не был полосатый плохим котом, все это влияние Частокола и Когтя. – Начнём тренировку? – Наверное, зря я поела, хотя та мышка оказалась почти неощутимой. Забавно получилось. Я многое знала из техники приемов, но у меня не было практики. – Посмотрим, как ты нападаешь! От меня до наставника примерно три длинных прыжка. Долгохвост был крупнее меня, но я превосходила в ловкости. Может, прыгнуть за спину? Сбить с лап? Не стоит долго думать. Я побежала, смотря на лапы наставника, чтобы тот не ожидал прыжка с совершенно другой стороны. Съеденная мышь отозвалась тяжестью в желудке. Прыгаю на плечи. Конечно, у меня не получилось свалить Долгохвоста, зато смогла немного обхитрить его. Мне не хватило силы и скорости. Все равно вцепилась, как клещ. Все это было похоже на игру, чем на битву. Я забралась на спину наставника, хотя была уже слишком тяжелой для катания. – Вези меня к Четырём Деревьям! – Рассмеялась я, едва не падая. – Это несерьёзно, Дымолапка, – Долгохвост опрокинул меня со спины на траву. – Я бы не поступила так, будь это настоящая битва, – Поднимаюсь на лапы. – Очень сомневаюсь... И пока он говорил кидаюсь на лапы и проскакиваю под животом. Выпрыгиваю с другой стороны и толкаю с бок. Не падает. – Нечестно, ты намного больше меня! – Тогда используй это. И до меня дошло, а Долгохвост-то вообще не защищался. Это выводило из себя. Я отпрыгнула назад. Смотрела на лапы. И накинулась на лапы. Конечно, это было неожиданно, наставник ожидал удар в другое место. Но Долгохвост легко отскочил. Он просто издевается надо мной! – Может, лучше ты будешь нападать? – Попробуй ещё, – Его спокойствие в голосе ещё больше злило. Он стоял в стороне и смотрел на меня с вызовом. Поднимаюсь. Отчего-то выбилась из сил. Снова прыгаю на него. Вновь проскакиваю мимо. – Неужто ты действительно хочешь остаться в оруженосцах? Ты даже не стараешься. Наверное, даже не стоило рассказывать о моих следующих неудачных попытках. Глупость осталась глупостью. Меня начала раздражать мордашка Долгохвоста. Какая наглость, он же смеётся надо мной! – Надоел! – Фыркаю я, снова вскакивая на лапы и беда в его сторону. Ярость уже не знала куда выйти, она просто превратилась в мои движения. Подкрадываюсь, наставник повторил мои движения. Я подобралась ближе и ударила его по левому уху. Долгохвост пригнулся, встал на задние лапы, чтобы избежать удара. Подскакиваю и всей своей тушей бегу на таран. Ударяюсь о его живот. Он не способен сдержать равновесие и падает. – Получилось! Вот, будешь знать, как злить меня! Я заметила, что наставник урчит. Как он смеет?! – Хватит! Я победила тебя! Наконец, он поднялся и вновь стал серьезным. Посмотрел куда-то в сторону, где только кто-то мелькнул. Чьи-то золотистые глаза сверкнули в зарослях. Коготь? Ну, явно не Буран. Он следил за тренировкой. Он недоволен. Долгохвост сделал вид, что не заметил. Я безмолвно пожала плечами. – Теперь ты нападай! – Воскликнула я. Если Коготь желает, пусть следит за тем, как мой наставник не поверил его словам. Долгохвост неожиданно прыгнул, пригнул к земле, отступил и вновь прыгнул. Я не успевала подняться. Когда он вновь и отступился и прыгнул, вместо того, чтобы пытаться встать, откатилась в сторону. Наставник не успел меня снова поймать! Тренировка длилась долго. Уже начало опускаться солнце. Я ощущала себя помятой и усталой, но в то же время время довольной. Это приближало меня в назначению в воители. В конечном итоге, когда уже собирались возвращаться, снова неожиданно запрыгнула на плечи и зацепилась за спину. – Может, повезёшь меня до лагеря? – Проурчала я. – Иди своими лапами. – Ну, Долгохвост! – Протянула я, не собираясь слезать, – Пожалуйста! Не такая я и тяжёлая! – Нет! Пытался меня стряхнуть, только не получилось. – Не слезу, не слезу! – Кто-то захотел убирать луну за старейшинами? – Не напугал! Вези меня! С одной стороны он мог легко меня стряхнуть на землю, как котёнка. Но почему-то так не делал. – Поехали к лагерю! И впервые за историю Котов-Воителей ученик возвращался верхом на своём наставнике. Конечно, незадолго до лагеря он все таки стряхнул меня на землю. *** Около пенька я нашла Огонька и Клубка. К возвращению лагерь выглядел лучше, почти уже заделанный и укреплённый. Но первым делом побежала к куче с добычей. Пусто, даже маленькой мышки не осталось. – Извини, – Мяукнула Горчица, когда я стала обнюхивать место, – Мы съели двух последних мышей. – Обжоры, – Фыркнула я вслед ей и Дымку. – А у меня была воинская тренировка! – Не найдя чем перекусить, подбежала к друзьям. Клубок замер с поднятой лапкой, которую умывал. – Какое совпадение, у меня тоже с Синей Звездой, – Мяукнул Огонек, грациозно проводивший лапкой за ушком. – Ты сказал ей про то, что услышал.. ну, от Когтя, – Тихо проговорила я. Клубок был слишком отвлечен своими мыслями, видимо, о погибшем наставнике, что не обращал должного внимания на происходящее вокруг. Будто весь белый и чёрный мир перестал его интересовать. Взгляд затуманен, а движения скованы, нелепы и очень неуклюжи. – Я хотел, но забыл, – Признался котик и посмотрел на серого друга. Тот прикрыл глаза и глядел на небо. – Кстати, где Горелка. Клубок, ты случайно его не видел? – Нужно вывести его из такого состояния, это грозит всеобщем унынием. Жаль его, но ничего только не вернёшь уже. – Еще не вернулся с задания, – Отвечал Клубок и туманно глянул на свою приподнятую лапу, – Погляди-ка!  Он протянул её чуть вперёд. Розовая подушечка расцарапана и довольно сильно кровоточила. – Коготь послал меня ловить рыбу, я наступил в воде на острый камень и порезался. – Зачем Грозовым уметь ловить рыбу? Это участь Речных, – Фыркнула я. – Рана глубокая. Надо бы показать Пестролистой, – посоветовал Огонек. – Не знаешь случайно, куда Коготь послал Горелого? – Я, кажется, догадываюсь... Клубок медленно встал и заковылял к пещере Пестролистой. Его походка немного напоминала утиный шаг. Огонек уселся поудобнее и смотрел на выход из лагеря. – У меня такое чувство, что с ним что-то случилось.. – Не говори так! – Взорвалась я и легла на землю, подвернув под грудку передние лапы. Другим словом, поза буханки. Я с нетерпением ждала. Мгновения похожи на заставшие стрелки часов, а сердце будто пыталось стучать тише. С чего мне переживать? В лагерь вернулся Коготь. Один. Он смотрел на меня, после попытался выискать кого-то среди палаток, видимо, Долгохвоста. Но мой наставник отправился в вечерний патруль. – Может, пока ждём, сходим к старейшинам? Поменяем подстилки, – Предложение сказано, предложение одобрено. Приятно послушать вновь монотонную болтовню, присоединится к ней и забыться. Ты ощущаетесь, что становишься настоящей частью общего дела, общей истории. Здесь покой. Здесь царит старость и уважение. Хорошо. – Можешь рассказать ещё про то, как Синяя Звезда стала глашатой? Задашь лишь один вопрос, как тебя засыпает поток множества слов. – А ведь Горелка и Дымок братья? – Вслух задумалась я, когда постилки чисты, а голова снова забита информацией. – Но Дымок избегает его. Разве братья так поступают? – Тоже предался мыслям Огонёк. – Зарянка, их мать, половину луны уговаривала Горелого выйти из детской. Дымок же, наоборот, был очень энергичным и непоседливым. Неудивительно, что они не слишком ладят, – Поведали нам. Разговоры о чёрном котике заставили снова переживать. Вернувшись к пеньку, мы так и не обнаружили друга. Уже темень. Скоро луна поднялась и сияла почти над головой. К этому времени Горелый должен уже вернуться! Даже патрули уже в лагере. Коготь настоял на том, чтобы у предводительницы была охрана, даже если она была чрезвычайно против. Частокол и Долгохвост стоят на страже возле ее пещеры. Огонёк тоже смотрел в ту сторону. Ненадолго отвлекшись, я помахала хвостом наставнику. Вообще это больше в собачьих манерах. У кошек этот жест чаще означал злость и недовольство. Долгохвост едва заметно кивнул мне. Воины ели перед своей пещерой. Видимо, я не заметила, что куча с добычей пополнилась. – Это уже странно. Может, нам самим пойти поискать его? – Предложил друг. – С ним все в порядке! И действительно, стоило только заговорить, как в воротах лагеря показался Горелый. Он нес свежеубитую дичь. Только он неё пахло по-другому. Не так, как привычная добыча Грозовых. – Мышеголовый! – Я сбила его с лап и не позволяла подняться. – Что? – Недоуменно мяукнул он, пытаясь высвободится. Использовал бы когти – у него бы получилось. Только страх ранить меня не позволяла ему это. – Ненормальный! У тебя пух в голове! – Дымолапка, ты его сейчас задавишь! – Сбоку крикнул Огонёк. – Какого ворона ты заставил нас.. меня волноваться? Где ты был?! – До сих пор не позволяю встать. – На задании.. я охотился. Я наклонилась и понюхала принесенную дичь. Ещё больше разозлилась. – Мышеголовый! Где ты охотился?! – Я чуть тише добавила, – Наша дичь так не пахнет. Это запах болота и хвойного леса. – Коготь отправил меня охотится в племени Теней... – Ты... да ты просто.. – Отступаю назад. Горелый наконец поднимается и стряхивает со спины пыль. – Кто? – Фыркает он уже не так приглушенно и напуганно. – Ты не Горелый, даже не Горелка! Пустоголовешка ты! Горелый Пустоголовешка! – Успокойся, Дымолапка, он вернулся и все в порядке, – Пытался вернуть меня к голову разума Огонёк. – А если бы нет?! Если бы Сумрачные его нашли, то остались бы только кровавые кусочки! Чем ты думал, Горелка? – А как я должен был поступить? – Негромко пробормотал чёрный котик, – Коготь бы растерзал меня на месте, если бы я отказался от задания.. – Ты совсем не думаешь о других! Как же то, что ты мне сказал? Я бы сума сошла, случилось что с тобой! Да не трогай меня, Огонёк, Хватит! – Зашипела на толкнувшего мой бок Огонька, – Пусть все слышат! Мне все равно! Отстаньте от мне, вы все! Обронив это, со всех лап побежала к выхожу из лагеря. Промчалась мимо охраны и не обращала на крики мне в догонку. Кажется, даже Синяя Звезда выбралась из пещеры. Бежать, бежать и подальше. Остановилась, когда вокруг царила только тишина. Присела на сырую траву и безмолвно уставилась на чёрные тени. Где я? Это возвышаются камни. Змеиная горка. – Да идите вы все к черту! – Закричала в пустоту ночи, – Никто мне не нужен! После встала, чуть походила вокруг и снова упала на траву. А на небе красивые звёзды. А в душе полный мрак. – Ты мне нравишься, Дымолапка. Ты мне дорога, Дымолапка! Ты очень важна для всех, Дымолапка! Ненавижу! Что-то шелестит. Это Змеиная Горка. А когда охотятся змеи? – Ночью, – Тихо прошептала я, а слезы жалости к самой себе ушли. Чья-то скользкая тень. Меня парализовало от страха. Оно медленно шелестит травой. Оно – это смерть. Моя жалкая гибель. Змея ближе. Настолько, что ощущаю её каждое движение. Каждую её клеточку и жажду. Она не охотиться. Наверняка, просто защищает свой расплод. – Я... не хочу, – Мое собственное тело неподвластно мне. Будто из него выжали все соки, всю жизнь. Голову окатил поток жара. «А я погибну в сентябре, Когда зальют последнюю трель те птицы, Что согревали наши души по весне...». Как выглядит конец? Так выглядит конец. Он близок и безнадёжен. Мы все, как герои в большой онлайн-игре, да только с единственной жизнью. Мы играем без сохранений. У нас лишь одна попытка. Эта игра зовётся жизнью. Ты хочешь убить меня, змея? Задушить своей тушей или вонзить в тело жаркий яд? Ты слишком медлишь, воплощение смерти. Ты слишком долго позволяешь мне душевно гореть. Простите меня за те страшные слова. Простите за глупые игры с вашими рассудками. Извините, что так долго была обузой. Что же сказал ты мне тогда, Огонёк? Выдержишь ли ты две смерти близких тебе котов, Клубок? Станешь ли ты искренне жалеть моей гибели, мой добрый наставник? А будешь ли ты злорадствовать, Коготь? А что же ты, мой милый и беззащитный Горелка? Что станет тогда с твоим сердцем? Если бы что-то случилось с тобой, я бы этого себе не простила. Станешь ли винить себя ты? Это придало сил. Да только поздно. Слишком близко змея, слишком страшен её яд. А сердце мое, пожалуй, очень горячее. Да почему же ты, смерть, так долго тянешь?! – Дымолапка! Говорят, что некоторые ангелы вместо крыльев выбирают шерстку с смешными ушками, лапы и длинный хвост. Тени вокруг извиваются, но в их темени замечаю эти два темно-зелёных глаза. И он бесстрашно бросается сзади на змею. А мое неподвижное и неподвластное тело падает, не в силах подняться и посмотреть, помочь. Его парализовал страх. А как прекрасны на небосводе яркие звёзды! Как недоступны и рядом кажутся они. Драка, лязг, кровь, смерть. – Дымолапка! – Конечно, не могла же змея выйти победителем. Только не в этой кровавой сказке. – Какие красивые звёзды, – Каждый защищается и борется с шоковым состоянием по-своему. – Это ты не думаешь о других, Дымолапка! Ты вообще не думаешь! А если бы тут притаились Сумрачные? Совы? Змеи! – Какая мягкая трава... – Ты могла погибнуть! Я чуть со страху не умер, когда заметил тебя и змею! Дымолапка! Как ты так можешь поступать со мной?! – Какой классный ветерок, – Пытаюсь приподняться. Присаживаюсь и чуть не падаю, но вовремя опираюсь на Горелого, – Ой, кажется меня контузило от шока.. – Встать можешь? – Спрашивает он. – Подожди... Что ты там говорил? – Ты просто неисправима, Дымолапка! – И поэтому нравлюсь тебе? Он отвёл взгляд. – Ты действительно помнишь, что я говорил... – Слово в слово, – Язык немного онемел, говорить мучительно. Тишина. И песнь-стрекотание сверчков. Как красиво! – Тогда... – Что? – Начинаю немного приходить в себя, ощущаю кончик хвоста. Он мелко дрожит. – Не знаю.. – Я тоже. Наверное, это я должна что-то сказать. А что? Он пожимает плечами. – Значит, ничего не нужно говорить. И так хорошо. Слышится топот лап и мяуканье. Кто-то приближается. Их несколько. – Дымолапка! – Это Огонёк. Хромающая фигура – скорее всего Клубок. А кто это там ещё? – О, – Протягивает мой, ещё не вышедший из состояния шока мозг, – Звездный Синь? Длиннохвост! – С тобой все в порядке, Дымолапка? – Спрашивает "Длиннохвост", подходя ближе. Он замечает мертвую змею. – Я чуть не стала Звездным Предком, – Легкий и холодный ветерок приводит меня в себя, ощущаю все нытьё конечностей. Но пока продолжаю притворяться не способной двигаться самостоятельно. – Ты убил змею, Горелый! – Воскликнул Клубок. Началась суматоха, в какую совершенно не было интереса прислушиваться. Здесь было так спокойно и тихо. А стало шумно... Сердце продолжало быстро стучать.