Camp Here and There

ДИНЬ! КЛИК! Сидни: Доброго утра, ребята! Проснитесь и пойте, мои цыплятки, вот и наступил ваш первый день в Лагере Тут-и-Там! На часах 8:63, на небосводе ни облачка, а клубы провидческого дыма, что валят от костра посреди лагеря, поведали мне, что грядет… Лучший! День! На свете! [всплеск помех] Звать меня Сидни Сарджент. Приятно познакомиться! Знаете, ребята, когда-то и я был вам подобен. Такой юный… Тщедушненький… Неугодный ровесникам, да и родителям тоже… Потихоньку умирающий от неведомой хвори… И со вдребезги разбитым сердцем. Прямо как вы! И каждое лето меня отправляли в этот самый лагерь, как и вас. А теперь я местный медбрат! Ну не забавна ли жизнь? Как по мне, забавна. Вы, смышлёные маленькие приматы, наверняка уже догадались, что я ещё и тот дружественный голос, что будет оглашать вам планы на день. Лагерь большой, и мы не можем поболтать с каждым лично, потому все самые свежие и важные новости буду доводить до вас я. Как правило, моим голосом будут вещать громкоговорители, три раза в день: перед завтраком, обедом и ужином. Меня и моего симпатичного ассистента Джедидайю вы найдёте в окрестностях лагеря на юге, в причудливом домике, средь россыпей тисовых ягод. Поцарапались? Ушиблись? Отхватили синяк? Мучают боли? Переломали кости? Секутся кончики? Ударились мизинцем? Пустой взгляд? Вдруг заметили, что вы более сознательны, чем ваши родители, но ещё не доросли до того возраста, чтобы жить отдельно, а потому у вас нет выбора, кроме как принять суровую реальность и опекать собственных опекунов?.. Навестите нас, и мы вас тотчас вылечим! Не обращайте внимание на хмурого Джедди, он всегда немногословен, ничего личного. Однако можете поговорить со мной! Я обожаю разговоры. Иногда я треплюсь чересчур много. За это прошу простить. Но, если вам интересно, то Джедди говорит, что ему нравится моя болтовня. Вам не интересно? Ну, всё равно держу в курсе. Всегда пожалуйста! Итак, от Люсиль у меня есть перечень объявлений, э… [шорох бумаг] А, кстати, Люсиль — это управляющая нашего лагеря. Вам вряд ли придётся часто видеться, так как она обычно вся в своих управленческих делах. Если вам неясно, кто она такая, то, да, это мой босс. Э-э-э… Ага, да, хорошо, на утро запланированы типичные для первого дня развлечения. Игры на знакомство, лекции по ориентированию на местности, подписывание всякой документации, в которую вам не дадут вчитаться, и так далее, и тому подобное. Просто не убегайте из поля зрения своих вожатых и не забирайтесь в глубь лесов. [урчание низких частот] А, и постарайтесь не засматриваться слишком долго на костёр, иначе он примется заманивать вас в своё лоно. [связь снова чиста] Этим утром на завтрак яичница-болтунья, колбаса-болтунья, блинчики-болтуньи, а также странная смесь лапши и расплавленного коровьего сыра, и шеф Мэттью меня прочно заверил, что таковая смесь съедобна. Для веганов предусмотрена альтернатива: россыпь ассорти из листьев… И всё. Не забудьте оценить по достоинству потешные цвета, в которые окрашена еда, ведь Мэттью считает себя в той или иной степени художником. Яйца фиолетовые! И если по какой-то нелепейшей случайности выйдет так, что вас это не впечатлит, то поищите на кухне мюсли с козьим йогуртом в дальнем углу. Ах да, дети! По идее, вам нельзя пользоваться кофе-машиной, но… Я вас не сдам! ;) Да, и последний пункт… Тут говорится, м-м, цитирую: «Примите во внимание, что в лесу рыщет человек в маске розового слона.» Согласно показаниям очевидцев, то есть нескольких лагерных сотрудников, какой-то незнакомец начал появляться на границах лагеря где-то в период между прошлым летом и текущим. Его описывают как человека не сильно низкого и не больно старого, однако по определению сверхэнергичного. Он пока никому не навредил, и нога его не ступала на лагерную территорию, но один только взгляд на него пробуждает какое-то ощущение… воодушевления, рвения. Направленное в никуда чувство чуть ли не религиозного пыла, импульса без объекта цели. Марисоль Юченко, вожатая Домика Кузнечиков, утверждает, что у неё аж боковое зрение замылилось, как если бы чистейший творческий запал, которым загорелось её сердце, был не способен ни во что воплотиться, а потому затуманил ей разум. Ну, так что, это… Будьте осторожны! И приятного аппетита, друзья. КЛИК ДИНЬ КЛИК ДИНЬ Сидни: Доброго дня, ребята! На часах 12:80, и пока первый день в лагере проходит безупречно, а солнце всё так же слепит! Уверен, вы все жутко проголодались после суматохи с играми на знакомство — и, поверьте, я знаю, каково это. Знакомиться с людьми… Мне это, прямо сказать, непросто даётся… Ну, не буду вас задерживать и быстренько выложу всю информацию. Сегодня у нас на обед вновь это варево из лапши и сыра, по отношению к которому я по-прежнему скептичен. Сомневаюсь, что кто-то уже рискнул его попробовать, но если смельчаки найдутся, то сообщите, каково оно на вкус. Я, разумеется, целиком и полностью доверяю Мэттью, но это сочетание макарон и сыра… Оно так неестественно. Ах да, в меню есть ещё… засахаренные пельмени, сырой попкорн и новейшее изобретение Мэттью, блюдо под названием, э-э… [шорох бумаг] «Детка, это особый секрет!». Вау, звучит заманчиво. Хотел бы я его отведать, но, увы, я скован гнусным проклятьем, что обязывает меня веки вечные есть лишь хлеб с маслом, и ничего больше. Да, конечно, все мы любим хлеб с маслом. Все вокруг уверены, что хлеб с маслом просто не может надоесть! Но, помяните моё слово, после нескольких лет нескончаемых сухарей, этот болезненно-солоноватый вкус начнёт поистине угнетать. И это не говоря уже об изнурительном недостатке витаминов! Порой я гляжу, например, на сложноволокнистые бобы, богатые протеинами, и воображаю… Ох-х-х… Один только манящий аромат, напоминающий об их восхитительном вкусе… Их недосягаемость… О-о-ох… Да что ж с этим поделаешь. Не повезло, увы и ах, всё путём! Вы, ребята, наслаждайтесь своим особым сюрпризом. Что касается веганов, то, э-э-э-э-э, можете просто попкорн поесть. Кстати говоря, Джедидайя мне подкинул недавно интересную мысль, предположив, что этот «розовый человекослон» может оказаться всего лишь розыгрышем. Значит, Джошуа, это твоих рук дело! Утром ты пробрался в мой кабинет и понаписал всякую абракадабру в мои заметки, верно? Ты зашёл так далеко, что даже Марисоль в это втянул. Джошуа. Молись, чтобы сегодня наши с тобой пути не пересеклись. Я тебя как слизняка посолю, дружок. Как слизняка. Но хорошая новость, мои мышеньки-полёвки, заключается в том, что вам отныне бояться нечего. Нет никакого человека в розовой слоновьей маске, шныряющего по кромке леса, жаждущего утащить вас с собой и наполнить религиозным пылом. НЕТ такого человека, и НЕ БЫЛО НИКОГДА. Это всё лишь шутка, ха-ха-ха-ХА-ха-ха! И если Джошуа примется убеждать вас в обратном, стукните его в самое высокое место на его долговязом мужском теле, до которого дотянетесь. У этого парня с головой не лады. Короче! После обеда у вас в планах захватывающее купание всеми отрядами! Вот здорово будет! Так что поскорее кушайте, мои хорошие, и не оставайтесь слишком долго в воде, а то ваша кожа примет какой-нибудь презабавный новый оттенок! И ещё, всеми силами старайтесь не обращать внимание на неопознанный объект, неизменно располагающийся на поверхности озера. Или, быть может, левитирующий над ней? Трудно определить наверняка, где оно находится в пространстве, или как описать его форму, однако мы заверяем вас, что оно… безопасно. Пока вы слишком много о нём не думаете. А, и если вы предпочли бы провести остаток дня в более спокойной обстановке, наш друг, вожатый Уоррен, из отряда Тарантуловых Ястребов, организует уголок рисунков и поделок в Домике Творчества, так что можете направиться к нему. В таком случае, смастерите для меня улыбающиеся рожицы из бобов! Джедидайя: [невнятный шёпот] Сидни: А? Джедидайя: [невнятный шёпот] Сидни: М? Джедидайя: [невнятный шёпот] Сидни: М-м… Джедди говорит, что обычно рожицы делают из макарон, а не из бобов. Ну, он ошибается, но ради него можете слепить одно из макарон. Вот и всё, ребята. На этой ноте я заканчиваю. Приятного аппетита! КЛИК ПОМЕХИ ДИНЬ КЛИК Сидни: Я — самый что ни на есть человек слова, и вот он я, снова на связи! Добрый вечер, ребята. На часах 19:05 после полудня, а ночь — это непробиваемое и непроницаемое полотно немыслимых зол. Моё любимое время суток! Перед тем, как приступить к обсуждению ужина, мне нужно кое-что сообщить. По лагерю потекло множество слухов, перешёптываний и шуточек о том, существует ли наяву человек-слон. Дети, вы можете всецело мне довериться, я ничего от вас не утаиваю. Некоторые сотрудники лагеря Тут-и-Там жалуются, мол, я болтаю лишнего, но мы с вами понимаем, что держать вас в неведении было бы нехорошо. Потому, прошу, верьте мне на слово… Положа руку на сердце, я понятия не имею, реален ли человек-слон. Странные вещи творятся, и я не знаю, что и думать. Как только я завершил обеденный анонс, я хотел было потолковать с Джошуа, однако меня прервала Марисоль. Она поведала мне кое-что… Что меня напрочь с толку сбило. Она сказала, что с ней правда произошло всё то, о чём я прочёл в новостях. Она реально заметила человека в розовой слоновьей маске на границе лагеря, и он действительно наполнил её разум слепой горячностью. Но суть в том, что она… никогда и никому об этом не рассказывала. Поэтому ума не приложу, кто написал мне этот абзац в утренней речи. Я спросил Люсиль, не она ли это сделала, или не известно ли ей что-то по поводу этой ситуации. Но Люсиль корпела над ворохом бумаг, и ей было совсем не до меня. И всё же из её неразборчивого ворчания я понял, что она тут не причастна. Сомневаюсь, что это её рук дело. Вероятно, ей не понравится, что я всё это рассказываю… Но ладно уж, она меня слишком любит, чтоб наказывать за такие слова. Как бы то ни было, ребята, вы заслуживаете правды, и вот она правда: я понятия не имею, что творится! Джедидайя до сих пор убеждён, что это лишь розыгрыш, в который втянута и Марисоль. Даже не допустил мысли о том, что это может быть взаправду. Такой уж он упрямый. Хотел бы я обладать столь же непоколебимой верой в заурядность бытия, но просто-напросто не могу заставить себя в это поверить, даже ради него. Не могу я так легко проигнорировать потенциальную угрозу вам, ребятам! Ох, простите. Меня понесло. Уверяю вас, мои маленькие водяные крыски, что нет нужды бояться! Моё смятение не означает, что вы по-настоящему в опасности. То есть, если верить Марисоль, то не такой уж этот мужик и злобный, верно? Просто слегка жуткий и стрёмный, и, быть может, немножко навязчив в своих чувствах. Во всяком случае, моё внимание цепляется за всякое престранное происшествие, как масло за хлеб. Вы в курсе, что в выпускном классе старшей школы я был признан «Тем, Кого Скорее Всего Убьют Вследствие Опрометчивой Жажды До Запретного Знания»? По сей день я с гордостью ношу данный титул, так что, ребята, будьте спокойны. Я докопаюсь до сути, чего бы мне это ни стоило. Однако, если наткнётесь на человека-слона, то «пыл» и «рвение» направьте в правильное русло: бегите. Бегите ко мне. И расскажите обо всём. Ладненько, продолжаем! Объявления под конец дня… [шорох бумаг] К чести тех героев среди вас, кто на озере впустил мутировавшую бактерию в свой кожный покров и тем самым окрасился в цвета радуги, поздравим победителя конкурса на самую цветастую плоть, представительницу Домика Чёрной Вдовы по имени… Орла Клирвотер, ведь теперь её кожа отражает восхитительный спектр из пяти оттенков! Поздравляю, Орла! И для тех, кто не посетил уголок рисунков и поделок, сообщаю: я получил просто тучу прелестнейших улыбающихся бобовых рожиц! Пацан, подаривший Джедидайе тарелку макарон, обращаюсь к тебе… Маленький ты бунтовщик. Моё тебе уважение! [шорох бумаг] На ужин у нас зелёные яйца и ветчина. Шучу! Яйца багровые. Оригинальненько! Ну разве же наш Мэттью не самый лучший на свете повар? Веганы, тут указано, что вам подадут «ассорти из свежих сырых грибов, прямиком из наших лесов». Что ж, это печально. Грибы — друзья, а не еда. Ну, каждому своё. А после ужина… [шорох бумаг] О-о-о-о, после ужина настанет время для моего любимого занятия. Вы все соберётесь, держась за руки, хороводом вокруг костра на Вечернюю Встречу, это увенчает ваш первый день в лагере. Впервые вы вдохнёте в свои лёгкие провидческие клубы дыма нашего костра… Ох, завидую. Этой ночью у вас будут увлекательные сны! Итак, на сегодня всё, я удаляюсь. Но не надо слёз — завтра утром, ни свет ни заря, я вернусь на завтрак! Приятного аппетита, мои любимые, и приятного вечера! КЛИК [помехи] КЛИК [еле слышно тикают часы] Сидни: Вечер. Сейчас 25:25 после полудня. Я…Понимаю, что в этот час я по обыкновению должен составлять суточный отчёт о принятых пациентах для Люсиль, но сегодня ко мне никогда не приходил, кроме как за прописанными лекарствами, так что я, пожалуй, просто… Поговорю. Хорошо?.. …Ах, точно. Ты диктофон… Ты не можешь мне ответить. Тогда я буду говорить. Да, буду. Мне много о чём нужно поведать! Помнишь, я только что сказал, что никто ко мне сегодня не заходил? Ну так вот, хех, это неправда. Из ребят правда никого не было. Но знаешь, кто пришёл? Хочешь узнать, кто пришёл? Тот самый розовый слон! Да, взаправду. Тот чокнутый парень в розовой слоновьей маске, о котором все трендят день напролёт? Который, по мнению Джедди, просто выдумка? Ага, всего пару минут назад он вошёл в эту самую комнату. Как он проник сюда? Я не знаю! Понятия не имею! Я вообще-то нахожусь за тремя закрытыми на замок дверьми! Но он очень даже пробрался внутрь, весь сгорблен и зловещ, кошмарно высок и тощ, облачён в грязь, истовость и розовый пластик. [слышится протяжный зловещий монотонный гул, что постепенно становится всё громче и громче, в то время как тиканье часов всё затихает] Что же касается взгляда на этого… человека? Ну, я ожидал ощутить означенное «рвение», бесцельный импульс, о котором говорила Марисоль. Но вместо этого, все страсти в моей душе… смелись начисто. Его розовая маска, сияющая в свете лампы… Отчего-то она навела меня на мысли о бенадриле, и я почувствовал себя так, словно принял антигистаминный препарат. Оглядываясь назад, поверить не могу, что я не встал ему наперекор и даже не поднялся со стула, в который словно врос. Я, по правде говоря, вообще не чувствовал желания встать. Я бы не сказал, что его вид подействовал на меня умиротворяюще, нет. Я ощутил скорей… Безразличие. Что для меня очень страшно. Меня всегда переполняют самые разные чувства, но среди нет места неосмотрительности, беспечности, беззаботности. Это равнодушие в меня внедрили насильно, принудили меня к нему. Потому если бы слон решил мне навредить, у меня бы не было сил к сопротивлению. Когда он отнял от лица маску, я, кажется, перестал дышать. Не от страха: мне просто было не до дыхания. Взгляд на его лицо усыплял меня… И когда он улыбнулся, обнажив необычайно белые зубы, на контрасте с прядями менее ухоженных светлых волос, моё сердце остановилось. Я счастлив, что тень от задранной маски скрывала от меня его глаза; тогда бы я, наверное, откинулся. И тут его улыбка стала ещё шире, и он взял у меня со стола одного червя. Капля слюны блеснула в уголке его губ, когда он поднёс его к свету, оценивая. Затем он опустил его себе в рот и начал жевать. Медленно, всё с той же улыбкой — он пожирал его… И проглотил — и тотчас взял следующего червя, и вновь съел. Покончив с ним, он потянулся за следующим, и за другим, и следом за целой горстью, запихивая их в рот, жадно, отчаянно заполняя ту бездну, что в нём разверзлась. До сих пор поверить не могу, что я бездействовал. Я люблю своих червей. Но во мне не вырабатывалось ни капли адреналина, и всё, о чём я мог подумать, было: «Хе. Джедидайя оказался не прав.» В те минуты мне это показалось смешным. Сейчас мне не до смеха. Спустя мгновения, которые показались моему насильно умиротворённому разуму беспросветной вечностью, он отстранился — облизнул губы — улыбнулся мне — и ушёл прочь. В тот же момент меня обуял страх, на пару со злостью, эти эмоции переполнили меня, словно волны вышедшей из берегов реки. Сразу после его ухода послышался стук в дверь, от которого я буквально подскочил на месте. Но тем лучше, иначе я бы по-прежнему был погружен в ужасающее спокойствие, что оставалось висеть в воздухе. Усилием воли я заставил себя открыть дверь. [монотонный гул стих] [часы вновь тикают] На пороге стояла обыкновенная девочка! Просто девочка из лагеря, околачивающаяся по лагерю в ночной сорочке. Ей всего-навсего было неспокойно спать в домике с остальными ребятами, и никакой человек-слон её вовсе не взволновал — значит, они не пересеклись у входа. Как бы то ни было, я пригласил её внутрь, дал стакан воды и успокоительное, затем отправил обратно в кровать… И всё на этом. Человек-слон попросту не мог разминуться с ней в дверях, но… Мне так легко дышалось, что я был абсолютно уверен: человек-слон ушёл. Ничего не понимаю. Не знаю. Наверное, я… [отворяется дверь] Сидни: А? Джедди! Да, здравствуй! Джедидайя: Привет, Сидни. Вот зашёл, э, тебя проверить. Спросить, как дела. Сидни: А… Да я в порядке. Но скучал по тебе! Торчу тут в медкабинете один, всю ночь. А как там твой проект? Джедидайя: [вздох] Сидни: Что, так плохо? [пауза] А ты столько всего пропустил! Помнишь того розового человекослона из новостей? Джедидайя: Да. Сидни: Помнишь, ты говорил, что это, скорее всего, не более чем розыгрыш? Джедидайя: Да. Сидни: Никогда не поверишь, что произошло. Он реален, Джедди! Он настоящий! Он был прямо здесь, в моём кабинете! И он… начал есть моих червей, мне новые теперь нужны. [Джедидайя подвинулся к Сидни] Джедидайя: Ты не пострадал? Сидни: На удивление, нет. Джедидайя: Ну, тогда… Ты… Т-ты уверен, что он настоящий? Сидни: Ты думаешь, что я галлюцинировал? Но… мои черви!.. Я глаз да глаз за моими червями, Джедидайя. Уж я-то знаю, исчезли они или на месте! Джедидайя: Я хотел сказать… Ты уверен, что они не могли просто… уползти? Им вообще-то не место в медкабинете… Сидни: Я их изучаю. Джедидайя: Разумеется, разумеется. Слушай, я просто… Сидни: И, знаешь ли, у меня уже много лет не случалось галлюцинаций! В этот раз было всё иначе… Теперь… Я изменился, Джедди. Джедидайя: Понимаю. Верю. Извини, с моей стороны это не какой-нибудь газлайтинг. Просто ты всегда на нервах, и мне не хочется, чтобы ты переживал из-за проблем, навряд ли вообще реальных. Сидни: Хм. Просто поверь мне, я видел это наяву. Ладно? Полагаю, я заслуживаю твоё доверие. Джедидайя: Ага. Сидни: Спасибо… Я дорожу тобой. Джедидайя. Ага. И я тобой. [неловкая пауза] Джедидайя: Но… Если человек-слон настоящий… Что тогда делать собираешься? Сидни: Ой, я не знаю!.. [нервный смех] Джедди… У тебя такой усталый вид. Джедидайя: И у тебя. Сидни: Я-то всегда такой. А ты начинаешь на глазах увядать, тебе это совсем не идёт. Пойди отдохни. Я выстирал твои простыни. Раздобыл для этого стиральный порошок с ароматом мяты, подумал, что тебе понравится. Джедидайя: Спасибо… [вздох] Ну, тогда я пойду, раз с тобой всё в порядке. Сидни: Всё хорошо. Немного дрожу, но… Я в полной безопасности. Джедидайя: И тебе точно ни в чём не нужна моя помощь?.. Сидни: Марш в кровать, Джедидайя Мартин! Джедидайя: Хорошо. Ладно. Спокойной ночи, Сидни. Сидни: Спокойной ночи. Я тоже лягу через пару часов. [Джедидайя уходит и закрывает за собой дверь] Сидни: Хм… За последнее время он постоянно такой — усталый и рассеянный. На него это не похоже. То есть, обычно он довольно легко сосредотачивается на работе. Бьюсь об заклад, он даже сейчас не слышит мой голос из соседней комнаты. Иногда я с ним разговариваю и чувствую, что он не улавливает смысл 90% моих слов — однако это для Джедди вполне естественно. Но за последний год стал… Странней. Хуже? Хуже ли? Он никогда не отличался экстраверсивностью, понимаю, мы с ним оба ценим уединение. Но даже в детстве он проникался разговором, ему нравилось вести беседу. А теперь он и не смотрит ни на кого, кроме меня, да и со мной тоже толком не разговаривает. Из него нелегко слово вытянуть. Он запирается в своём кабинете и бог знает над чем работает. Ух, надеюсь, с ним всё в порядке. Если на небе есть бог, что лепит и искривляет по-своему окружающий нас мир, то надеюсь, он поможет Джедидайе… Спокойной ночи. КЛИК ПОМЕХИ