Иллюзия да и только

«Не расставайтесь со своими иллюзиями, ведь кто вы без них? Всего лишь Человек!» Меня зовут Деррик Куинн. Я самый обычный ребенок: волнистые русые волосы, тонкие черты лица, природная бледность. Слишком худощав для своего возраста. Худой, зато могу дать отпор любому сверстнику, а иногда даже тем, кто постарше. В этом частенько убеждаются мои братья. Их у меня семь, и все старше меня, хоть и не родные. По крайней мере, я их таковыми считаю, ведь единственное, что нас связывало — матушка, которая померла из-за болезни. Отца я никогда не видел. В принципе, как и все мои братья — у каждого он был свой. Да, я сирота. Из-за нехватки мест в детских домах нас распределили в закрытую школу-интернат имени Святого Брутуса. «Школа для трудных подростков», — как нам объяснили вначале. Как по мне — школа как школа. Не дашь отпор — сядут на шею, свесив ножки. Получив несколько раз «за поворотом», но отбиваясь изо всех сил, я добился того, что от меня отстали. Никуда, кроме учебы и маленького увлечения картами, я не лез. На второй год я начал сбегать, чтобы прогуляться по району. Сначала воспитатели ругались, запирали меня в комнате. Но я смог заставить их закрывать глаза на мое отсутствие. «Как?» — спросите вы. Это моя изюминка. Я — необычный парень. Еще в шесть лет я заметил, что вокруг происходят странные вещи, когда я жутко злюсь. Помню, меня донимал брат, заламывая руки. Было очень больно. После очередного моего крика он с грохотом отлетел к противоположной стене. Я испугался и убежал, а когда вернулся, брат вел себя как ни в чем не бывало. Казалось, он и не помнил о случившемся. Чуть позднее, когда матушка осчастливила меня котенком, я был так безумно рад, что в комнате начали летать предметы. Я никогда не был глупым и быстро сообразил: эти явления происходят на пике эмоций. Несколько испытаний подтвердили догадки. Друзья называли это телекинезом, даже магией. Мне плевать на название, главное — я обладал Силой. С тех пор появилось непреодолимое желание овладеть ею в полной мере. Я достиг успехов: теперь мог усыпить человека, заставить что-то забыть, сделать так, чтобы на меня не обращали внимания, или показать то, чего нет. Я подозревал, что это лишь малая часть моих возможностей, но не представлял, как развиваться дальше. Пока что мы с ровесниками бегали по улицам и отбирали у местных деньги при помощи моей Силы. За это я имел непререкаемый авторитет среди уличных ребят. Совесть меня не мучила — её плавно вытеснили нормальная одежда, вкусная еда и другие «плюшки», которых в нашей школе почти ни у кого не было. Также я выучил важный урок: «Всегда выгляди отлично». Опрятный, ухоженный парень внушает больше доверия, чем грязный и вонючий. От таких не ждут подвоха. Большинство, по крайней мере. Часть денег я откладывал. Осознавал: после школы меня выпрут на улицу. И хоть я не пропаду, копить стоило уже сейчас. Вряд ли мне на голову свалится сумма, на которую можно купить дом и отдыхать всю жизнь. Помимо делишек и накоплений, я не забывал учиться. Учился я лучше всех. Непонятные моменты уточнял у преподавателей — те никогда не отказывались объяснять. Был у меня и любимый предмет — история. Читал по ней всё, что находил в библиотеке. Кажется, я уже определился с будущей профессией — археология. О ней рассказал учитель: описал плюсы, минусы и то, сколько стоят некоторые находки. В тот момент у меня слюнки потекли. Ведь если есть скупщики краденых часов, то есть и скупщики древностей? А сделать так, чтобы пропажу пары вещиц не заметили — для меня не проблема. Так и жил, развивая дар, до одного неприятного момента... «Знакомства с магическим миром». Я и семеро моих «друзей» отправились исследовать заброшенный дом в лесу. Зачем? Всё просто: старшие сказали, что там призраки, и такие «детишки», как мы, туда не сунутся. Стоит ли говорить, что на следующий день мы пошли туда доказывать обратное? Дом был огромным и мрачным: разбитые окна, сломанные двери и холод. На дворе июль, а в самом здании — несвойственная прохлада. Впрочем, стужа и сырость — норма для заброшек, верно? Мы не обратили внимания и начали осмотр, пока один из парней не нашел подвал. А где подвал — там и тест на смелость. Поодиночке спускаться никто не хотел, так что решили идти гурьбой. Шестое чувство буквально орало, что лезть туда не стоит. Я не был трусом, но пошел последним. е успел я ступить за порог, как почувствовал движение позади. Обернулся. То, что я увидел, не забуду никогда. Это было... черное летающее нечто, завернутое в рваную ветошь, с темным провалом вместо рта. Одного взгляда хватило, чтобы ноги подкосились. Я осел на пол. Пришло четкое осознание: оно хочет меня съесть. Шестое чувство? Логика? Страх? Не знаю. Но в панике я каким-то чудом поднял руку и, указывая в сторону подвала, дрожащим шепотом произнес: — В-в-возьми их... Кажется, оно меня поняло. Развернулось и полетело к лестнице. Я успел увидеть девочку, которая притормозила на ступенях, видимо, заметив, что я упал. Она смотрела на меня с непониманием. «Она его не видит», — промелькнуло в голове прежде, чем нечто высосало жизнь из её лица. Она опала на лестницу мешком, а тварь двинулась вглубь подвала. В этот момент я вскочил и побежал. Бежал так, как никогда в жизни. Дальше всё как в тумане: полиция, больница, психиатрия. Я постоянно что-то кричал. Целую неделю меня выводили из шокового состояния. Еще неделю возили на допросы — я ведь видел их последним. Их нашли в состоянии «овощей». Живы, но не реагируют ни на что. В конце концов меня вернули в интернат. К тому времени я пришел в себя и пытался узнать о судьбе «друзей». Но в ответ слышал лишь одно: — О ком ты говоришь, Деррик? Стало ясно: всем, кто их знал, стерли память. Всем, кроме меня. Ну еще бы... Если я мог стирать фрагменты воспоминаний, то такая сущность может удалить и всё сразу. Хотя спокойнее не стало. После этого случая я старался не ходить вне школы один. Любыми путями, правдой и ложью, я находил компанию. «Лучше их, чем меня», — решил я раз и навсегда. По заброшкам я больше не гулял. Так я и жил до августа 1991 года, когда моя жизнь изменилась окончательно.