Тихие соседи

      Вечер понедельника, Моника вернулась из школы, вставила ключ в замочную скважину, но её отвлек шум из третьей квартиры, она остановилась, прислушалась, всё громче и громче. Девушка сбросила рюкзак с плеча, и подошла к соседской двери, приложила ухо к ней и стала слушать, изнутри доносится ужасный грохот, треск ломающейся мебели, звуки разбивающегося стекла и посуды, кто-то внутри крушил, всё что попадалось под руку. Девушка испугалась, вдруг к Рексу забрались грабители, или того хуже, вдруг кто-то покушается на его жизнь, страх охватил её сердечко.       Она вот уже два года была влюблена в своего взрослого соседа, такого прекрасного во всех отношениях, он всегда был добр к ней, и её старшей сестре, здоровался, улыбался при встрече, спрашивал как у неё дела. Разумеется ей хотелось большего, но Моника была умна, она понимала, что её любимый видит в ней лишь ребёнка, подростка в лучшем случае, она не отчаивалась, ни в коем случае, ведь вопрос о том, когда он обратит на неё внимание иначе, чем как к соседской девочке, стоял лишь во времени. Ещё три года, и ей будет уже восемнадцать лет, это долго, но она готова была ждать, сколько угодно ради него готова ждать, Рекс Ван этого достоин. Он лучшее, что случалось с ней, Моника готова всю свою жизнь ему посвятить, и неважно что говорят остальные, неважно в чём пытается убедить её сестра, она будет стоять на своём. Девушка не упускала ни единой возможности, побыть с предметом своего воздыхания, то и дело заглядывала к нему в гости, с заранее подготовленными, хорошо продуманными поводами и отговорками. Притворялась, что непонимает некоторые школьные предметы, чтобы попросить его помощи с уроками, ссылаясь на то что Мария ей не помогает, из-за постоянной занятости на двух работах. Осмеливалась иногда, при этих редких занятиях, тайком разглядывать его лицо, пока Рекс объяснял увлечённо непонятное, изучала каждую черточку, идеальный точный носик, скульптурный профиль, эти манящие губы, такие красивые карамельные глаза, тонкую шею, так сильно хотелось коснуться, так сильно. Монике было очень больно, когда она начала видеть любимого с этим странным парнем из соседней квартиры, всё сжималось внутри, когда Рекс касался его руки своей, целовал в щёку, нежно приобнимал за талию, она должна быть на его месте, только она, и никто другой, тогда она впервые познала муки ревности. И была очень рада заметить, что они больше не бывают вместе спустя время, но что-то изменилось, тот парень теперь почти не показывался из дома, а когда выходил выглядел не лучше покойника, даже Монике стало жаль его. Что до Рекса, тот выглядел обозлённым, нервным первое время, с трудом выдавливал из себя подобие улыбки, приходил домой реже обычного. Это недавнее происшествие в коридоре, свидетелями которого они с сестрой стали, зародило в девушке сомнения, что если с её любимым не всё в порядке, она успела изучить его достаточно, чтобы понять, его слова в тот день, ему самому были неприятны, словно его вынуждало что-то говорить столь жестокие вещи, ему больно было, но он держал лицо, уверена она. В тот же день, а точнее поздно ночью, Моника видела как он вышел из дома и сел в машину, кто за рулём был разглядеть не вышло, однако с той ночи он дома не появлялся, и вот почти два дня спустя, этот пугающий до дрожи шум.       Моника продолжает слушать, доставая тихо телефон из кармана школьной юбки, чтобы позвонить в полицию, как вдруг роняет его, услышав крик, она узнала сразу кричащий голос, скорее даже рёв переполненный боли, нежели просто крик, слезы собрались в уголках её глаз от страха за парня, что там с ним происходит? Руки задрожали, девушка сделала шаг назад, ещё крик, бьющееся стекло, грохот чего-то падающего, тишина, теперь эта тишина начинает пугать больше всего того шума. Всего несколько секунд, с лестницы слышатся голоса.       - знаешь у меня до сих пор затылок болит, и не проси даже я не удалю то видео, никогда, оно бесценно, может как нибудь ещё сыграем, чтобы повторить. - голос звучит воодушевленно.       - не надейся даже, я больше не играю с тобой в покер. - отвечает ему второй.       Парни заходят в коридор, продолжая увлечённо обсуждать своё, Юнги одёргивает Дилана за рукав куртки, указывая в сторону девушки. Та стоит перед дверью номер три, смотрит на неё в упор, подрагивает слегка, сжимая кулачки, рядом на полу телефон лежит, по щеке скатывается крупная слезинка.       - эй, ты же Моника верно? Всё в порядке, что с тобой? Что он сделал? - Дилан злиться начинает, неужели этот бездушный ублюдок ребёнка даже обидел.       Девушка вздрагивает от вопроса, и только теперь видит парней рядом.       - там что-то происходит, я, я хотела вызвать полицию, но, но я, я... - она не может договорить из-за страха.       - дыши глубже, успокойся, мой брат полицейский, я позвоню ему сейчас, не бойся, всё будет хорошо. - Юнги пытается успокоить девушку.       - вы не понимаете, там, он там кричал, нужно помочь ему, пожалуйста помогите ему, пожалуйста, - Моника хватает Юнги за ворот куртки, смотрит в глаза умоляюще. - пожалуйста.       Дилан пытается понять, что он чувствует сейчас, ему должно быть плевать, на человека внутри, может даже стоит радоваться, что тот кто причинил ему столько боли, сейчас мучается, в опасности, ему больно скорее всего. Стоит радоваться, но он не может, почему ему страшно и не посебе, почему он беспокоится за того, кого ненавидит?       Юнги просит Джуна приехать поскорее, рассказывает о происходящем, тот попросил ничего не предпринимать, и оставаться на месте, мало ли что, он же и скорую вызвал, вдруг есть пострадавшие. Снова тихий грохот, странный звук, будто треснуло что-то и упало, из-за тишины гробовой, все трое услышали этот звук. Из Моники крик вырывается, девушка в ужасе закрывает уши руками и валится на пол. В проходе коридора показывается встревоженный сосед сверху.       Йен возвращался домой с работы раньше обычного, и никак не ожидал услышать крики, поднимаясь по лестнице. Он подошёл к троице быстро, оглядел девочку на предмет ранений, или чего-то ещё, и не понимающе уставился на парней.       - вы объясните наконец, что здесь происходит, что вы с ней сделали придурки? - мужчина в лёгком бешенстве надвигается на парней перед собой.       - мы ничего не делали, она просто испугалась, сказала там что-то происходит, мы уже вызвали полицию, сказали остаться на месте и ждать. - отвечает Дилан.       - да давайте стоять и ждать, пока там кого-то зарежут, вы совсем тупые?! - Йен гневно кривит лицо расталкивая их на пути к двери. - Отойдите, живо.       Мужчина наваливается плечом со всей силы, раз, второй, дверь скрипнула, отходит немного.       - вы не знаете что там, надо дождаться полицию. - вмешивается Юнги, стараясь образумить мужчину, тот естественно не слушает.       С разбегу в несколько шагов, наваливается снова на дверь, та поддаётся, ломается на двое, заваливая мужчину внутрь. Он падает на колени, прямо на какие-то осколки, и щипит от боли. Сзади раздаётся душераздирающий крик девушки. Йен оборачивается, и видит ужас застывший на лицах всех троих людей за его спиной, смотрящих куда-то вверх, выше его головы.       Он направляет взор туда, куда смотрят они, и застывает всего на три секунды. Под потолком, к небольшой люстре привязана плотная верёвка, она в свою очередь, обмотана другим концом вокруг шеи парня, раскачивающегося слегка из стороны в сторону.       Йен вскакивает с места тут же, и бежит к парню, хватает его за бедра и приподнимает как можно выше, силясь удержать.       - не стойте как истуканы, живее помогите же мне, режьте верёвку. - кричит изо всех сил мужчина.       Юнги первым приходит в себя, подрывается с места, берёт первый попавшийся осколок с пола, коих там полно, подталкивает перевёрнутое кресло, забирается на него чтобы разрезать верёвку. Та не поддаётся, осколок больно впивается в ладонь, режет тонкую кожу, ещё несколько рывков, нити рвутся, тело опадает в руки мужчине, держащему его. Йен держит парня на руках.       - скорее убери их, освободи немного места, нужно положить его. - указывает на пол засыпанный поломанными предметами.       Юнги разгребает обломки так быстро, как только может. Дилан же продолжает безмолвно стоять в проходе, и смотреть на всё действо, он не может поверить в то что видит, не может пересилить себя и сдвинуться с места. Моника вжалась в стену и плачет прикрыв рот ладонями, её мир только что рухнул, ничего уже не будет как раньше, ничего.       Йен положил осторожно парня на пол, придерживая голову, снял верёвку с шеи парня, сбросил быстро в сторону свою куртку и наклонился ближе, осматривая парня.       - шея не сломана, это самое главное, значит есть шанс спасти его жизнь, пульс есть, остаётся дождаться врачей! - Йен говорит это громко, чтобы все присутствующие услышали, успокоились хоть немного, смотрит на Юнги. - Ты молодец, всё правильно сделал, уведи её отсюда подальше и дай успокоительного, и этому тоже. - указывает взглядом на Монику и Дилана.       Юнги кивает молча, подходит к Дилану и утягивает его за собой.       - нет, нет я не пойду никуда, пусть сначала скажет зачем он это сделал, зачем, что пытался этим доказать, зачем это представление, ломать всё, крушить, кончать с собой, пусть скажет зачем ...       - возьми себя в руки парень, он тебе ничего не сможет сказать сейчас, пошёл вон отсюда со своей истерикой, он чуть не умер, а ты тут орёшь как непонятно кто, и ответов требуешь, да что ты за грёбаная сволочь такая, пошёл вон! - Йен кричит на Дилана, указывая пальцем в коридор.       Мужчина в бешенстве конкретном, кому как не ему понимать, сколько требуется пережить боли, чтобы решиться на такой отчаянный шаг, как самоубийство. Он держится с трудом, чтобы не сорваться, понимает что должен помочь этому парню сейчас, он имеет право на шанс, осознать что чуть не погиб, шанс начать сначала, попытаться ещё раз. Хотя понимает, дойдя до такой точки, точки невозврата, второй шанс использовать не захочется, ведь здесь оказываются, когда уже ничего не помогает, когда надежда умирает окончательно. Только чудо может вернуть таким как они желание жить, а чудес, как известно не бывает, это невозможно.       - я уйду, уйду, но, можно взглянуть на него, пожалуйста, я аккуратно, просто взгляну, быстро, я ничего не сделаю, пожалуйста. - Дилан складывает руки перед собой в молящем жесте и смотрит на мужчину.       У Юнги ком в горле застрял, он не знает как реагировать на произошедшее, но определённо считает себя здесь лишним, бросает последний взгляд в спину Дилану, и приобняв дрожащую девушку за плечи, уводит её отсюда.       Йен отступает на шаг, пропуская парня внутрь, не сводя с него глаз. Дилан прошёл в комнату, опустился на корточки рядом с Рексом, и застыл в ужасе глядя тому в неподвижное лицо.       На правой щеке красуется ярко-красный, ещё свежий шрам от ожога, проходящий от самого виска к уголками губ. Странный шрам, в форме полумесяца, с необычными завитками от его середины, выглядит так словно, это клеймо, а не просто ожог. В голове Дилана тут же всплывает образ подвески, что красовалась полтора года назад на шее этого человека. У той была такая же форма, полумесяц, с обернувшейся вокруг него змеей. Тогда на все вопросы о ней, Рекс менял тему, уходя от ответа всяческими способами, не желал рассказывать, откуда у него столь диковинная вещица, да к тому же и не привлекательная совсем.       Раздаётся мелодия звонка, Йен одёргивает парня, тот машет головой, показывая, что телефон не его. Мужчина проверяет и свой, тоже не тот. Их отвлекает звук полицейской сирены снаружи.       - иди вниз, проводи их сюда, могут заблудиться ещё, скорей. - Йен направляет Дилана наружу, тот идёт неохотно, вопросов стало теперь гораздо больше, а ответы он вряд-ли скоро получит.       Намджун никак не ожидал застать такую картину, какое бы безумие не творилось в этом доме, за те пять лет, что он живёт здесь, ещё никто не пытался закончить жизнь самоубийством. Пока санитары грузят еле живого парня в машину скорой помощи, он отправляется на поиски брата.       Детективы едва ли будут возиться с этим делом, попытка самоубийства не то, что стоит времени, потраченного на расследование. Быстро опросят очевидцев, день, максимум два, дело закроется, не успев начаться. Поскольку криминалисты заняты более важными делами, квартиру даже обыскивать не стали, опечатали на скорую руку, и всего делов, никому не охота возиться.       Ким поднялся на третий этаж, направился уже к квартире брата, когда заметил соседа стоящего перед, только что опечатанной квартирой.       Они неплохо провели время вчера вместе, при виде этого человека, теперь у Джуна внутри колотится сердце сильно, он не знает почему. Он ловит себя на мысли о том, что может даже хотел бы обнять человека, утешить после произошедшего сегодня с ним, но вместо этого лишь подходит, и руку на плечо кладёт, давая знать о своём присутствии.       - ты в порядке? Отлично справился сегодня, ты ведь спас жизнь тому парню, это, достойно уважения. - Намджун ободряюще улыбается мужчине, но тот даже не смотрит на него, думает о чём-то своём, глазами полными пустоты, глядит на свои руки, что трясутся теперь. - Ты сделал достаточно, всё что было в твоих силах, о чём бы не думал сейчас, попробуй отпустить это и расслабься, никто не умер сегодня, благодаря тебе. - Джун взял его руки в свои, чтобы успокоить.       - не нужно беспокоиться обо мне, не нужно трогать меня ладно, иди и позаботься о своём брате, или проверь сына наконец, но не нужно лезть ко мне, мне не нужна твоя чёртова забота ясно, думаешь то, что было вчера что-то изменит, ошибаешься, я всего лишь поддался на минуту, забылся и всё. На этом всё. - Йен хотел бы быть сейчас далеко отсюда, в тысячах километров, на необитаемом острове, или в какой-нибудь пустыне, чтобы никто не трогал, не задавал вопросов, и уж точно не говорил какой он молодец.       - оу, ну в таком случае, почему бы тебе, козёл такой, не взять себя в руки, и ответить на мои вопросы, я всё таки при исполнении, и должен работу выполнять. - Ким отбросил чужие руки, которые держал всё ещё, и достал блокнот с ручкой из одного, из многочисленных карманов на штанах. - Можешь начинать, рассказывай как тебя занесло сюда, и какого хера решил выбить дверь, хотя было ясно сказано ждать приезда полиции.       - ты сам себе противоречишь идиот, не вломись я в эту дверь, парень был бы мертв, а как же все эти, умница, спас чужую жизнь, ум, как же ..., ты просто, просто невозможен, как же ты меня выводишь. - мужчина схватился за голову и опустился на корточки.       - я не говорил умница, ты же не девчонка, не веди себя как истеричка в конце концов, соберись и уясни вот что, я всего лишь выполняю свою работу, она заключается ещё и в том, чтобы морально поддержать свидетеля, чтобы тот мыслил ясно, при даче показаний, всего лишь.       - хмм, отлично, я уж было решил, что ты влюбился в меня, для такого придурка как ты, вполне возможно сделать такую глупость, рад, что ты всё таки не так туп, как я думал. - этот издевательский прищур и поджатые губы, глядя на них, Киму так и хочется стереть самодовольство и насмешку с лица мужчины.       - я вот придумал для тебя второе задание, раз ты так любишь людям грубить, пускай для тебя станет пыткой то, что придётся один день говорить людям исключительно комплименты, и даже мне, выкуси папочка. - Джун откровенно насмехается.       Йен было собрался ответить на такую наглость, но был прерван телефонным звонком. Он сразу узнал мелодию, та же, что доносилась недавно, перед приездом полиции, и определённо доносилась она из опечатанной квартиры за его спиной. Мужчина тут же рванул внутрь, разрывая жёлтую ленту на части, беспокойство терзало его, говоря, что необходимо ответить на звонок. Блондин попытался остановить его, но лишь последовал следом, поняв, что это плохая идея, Йен выглядел слишком уж встревоженно, словно найти этот телефон и ответить на звонок, вопрос жизненно важный для него.       - не трогай ничего, это улики, криминалисты ещё ничего не осмотрели. - Намджун тщетно пытался образумить мужчину.       Телефон быстро нашёлся под обломками зеркала и телевизора, смешанных в одной куче. Йен ответил на звонок, и поставил на громкую связь, ожидая, что человек по ту сторону начнёт разговор первым, не решаясь ничего сказать сам.       - привет малыш, я беспокоился, почему ты не ответил в прошлый раз, и камеры не работают, что ты там натворил аа, не молчи прошу, скажи что-нибудь, мне нужно услышать твой голос. - мужской, низкий голос, звучит грубо, но в то же время нежно, обволакивающе.       У Йена тошнота подступила к горлу, двоякое чувство, одновременно хочется очутиться перед говорящим, чтобы успокоить его, и так же убегать от него как можно дальше, будто от этого зависят судьбы всех жителей планеты. Джун же насторожился сильно, он подносит палец к губам, давая знак мужчине молчать, тихо забирает телефон из его руки.       - здравствуйте, с вами говорит офицер Ким, сэр вы не могли бы представиться пожалуйста, дело в том что, этот телефон будет проходить как улика по делу, и возможно нам понадобятся ваши показания, раз вы знакомы с его владельцем. - Джун выглядит собрано, и звучит спокойно, ничто не выдаёт в нем тревоги.       - по какому делу, что произошло, где он, говори сейчас же? - голос стал жёстким, пугающим до мурашек.       - мистер Ван сейчас на пути в больницу, он совершил сегодня попытку суицида, однако расследование должно быть проведено, для выяснения всех обстоятельств, назовите себя пожалуйста.       Молчание, затем гудки, мужчина по ту сторону бросил трубку, не дав ответа. Намджун смотрит на телефон, ищет в нем хоть что-то, за что можно зацепиться, от чего оттолкнуться, он не детектив, но стоять в стороне не может, чувствуя, что здесь, что-то не так. Не факт, что послушает кто-то в участке, быть может Леонард, но от того тоже мало что зависит. Надо выяснить всё возможное, очень аккуратно, не оставляя следов.       - что ты делаешь, что там ищешь? - Йен не понимает ничего, всё ещё не понимает.       - он сказал про камеры помнишь, я думаю здесь, в квартире есть камеры наблюдения, тот кто позвонил сейчас, следил возможно за парнем, что живёт здесь. - Джун положил телефон к себе в карман и начал осматриваться в квартире. - Тебе лучше уйти, и не говори никому, о том, что я тебе только что сказал, пожалуйста.       - нет, раз ты собрался искать эти камеры, я тоже сделаю это, буду искать. - Йен вдруг осознал мысль, что ему просто необходимо выяснить, что произошло с тем парнем, что живёт здесь. Возможно если понять, почему он пытался убить себя, сам Йен поймёт, что ему делать дальше, это звучит абсурдно для нормального, не обременнёного вопросами, касательно собственной жизни и смерти человека, но в голове мужчины, выглядело как вполне логичная и здравая мысль.       Не успел Ким и слова вставить, как их изыскания были прерваны, появившимся полицейским, в срочном порядке, прогнавшим их из квартиры. Блондин промолчал о звонке, телефон с собой забрал, вдруг пригодится, Йен выдавать его не стал.       - ты не мог бы проводить меня до квартиры, пожалуйста. - неожиданно вежливо попросил Йен парня, тот напрягся сразу, понял что не спроста, но отказаться в его случае сейчас, не лучший вариант, вдруг мужчина выдаст его начальству позже, если не уладить это сейчас.       - конечно, пойдём.       Молча поднялись на следующий этаж, подошли к заветной квартире, поворот ключа, щелчок замка. Джун думает с чего начать разговор, ситуация не простая, да и отношения у него с этим человеком натянутые, а противоречивые чувства одолевающие его из раза в раз, при виде соседа, совсем не помогают.       Лёгким, но грубым движением руки, блондин оказывается вырван из тягот своих мыслей, и прижат к стене, этой же рукой, вторая рука следом захлопнула дверь.       - что ты творишь? - Джун смотрит в упор, вытаращив глаза на мужчину, не сказать, чтобы он был напуган, взволнован, вполне возможно.       - пытаюсь понять, что ты задумал, и что собираешься делать дальше с этим делом. - Йен смотрит пристально в глаза напротив, в поисках нужных ответов, от этого взгляда у блондина мурашки по коже.       - и нельзя было просто спросить прямо, не вытворяя подобного? - Джун нервничать начинает, сердце бъётся часто.       - что с тобой пацан, волнуешься? Расслабься, целоваться не полезу, ты мне не интересен в этом плане. - мужчина сокращает расстояние, да так, что чувствует учащённое дыхание парня, вызывающе смотрит на раскрытые губы, затем снова, глаза в глаза.       - раз так, можешь отпустить меня и не пялиться так, извращенец. - Намджун правда пытается сохранять холодный рассудок и равновесие, но как только его отпускают, и то и другое, рассыпается на атомы. Он сползает по стене, оседает на пол.       - честно говоря, мне больше нравится, когда ты зовёшь меня папочкой, с твоим мужицким, таким низким голосом, это звучит как-то ненормально-сексуально. Водички принести? Выглядишь не важно. - Йен дует губки, строя издевательскую гримасу.       Долгие пол минуты, Намджун смотрит изучающим взглядом на человека перед собой, знает что с ним играют, знает что его непонятные, непостижимые самому чувства внутри, являются безответными, знает что в этом нет никакого смысла. Надо раздавить это на корню, прямо сейчас, в этот момент, не дать разрастись непривычным ощущениям и эмоциям, не дать добраться до сердца, не дать раздавить себя, растоптать, ведь именно это случится, именно так. А как иначе, ведь ничего хорошего из этого определённо не получится. Намджун реалист, он прекрасно понимает, что к чему, видит мир таким, какой он есть, принимает обдуманные и взвешенные решения, думая о будущем, предвидя последствия своих действий, и продумывая варианты развития событий заранее. В этом случае он видит, что будущего нет.       А Йен видит, что не простые мысли одолевают этого парня, видит так же, прожигающий его на сквозь, взгляд медовых глаз, и не хочет знать, что творится у того в голове, понимает, что быть может заигрался слегка, перегнул, извиниться? Нет уж.       Извиниться значит, признать поражение, Йен не признает. В голове всплывают почему-то картинки из прошлого, когда в детстве мать бросила его с отцом, ушла к цирковому акробату, а всё что делал его отец, это извинялся перед ней, говоря, что станет лучше, умоляя не бросать его. Отец сдался, и всю оставшуюся жизнь учил сына, не сдаваться, не признавать поражение, чего бы это ни касалось. Годы спустя, когда её акробат, навернулся во время тренировки на гимнастеческом снаряде, сломал себе в итоге шею, мама всё же вернулась в семью, и отец конечно принял её, хотя знал, что она его не любила, он был уверен, если бы боролся за жену с тем человеком, она не ушла бы, винил себя, не её.       Джун поднялся на ноги, отряхнул форменные штаны, подошёл в плотную, вперился взглядом вновь в чужие глаза, положил ладонь мужчине на шею, притягивая ещё ближе, так чтобы лбами касаться.       - послушай папочка, не пытайся обыграть меня, пари будет за мной, у тебя нет шансов, не думай, что знаешь меня, не думай, что знаешь с кем имеешь дело. - шепчет в самые губы, обдавая горячим дыханием.       Смотреть в эти синие, бездонные словно сам океан глаза, что находятся так близко, и стараться потушить в себе одновременно весь тот огонь, что разгорается из-за них, сродни подвигу героя из древних мифов. Намджун уверен в своих силах, уверен, что справится с этой задачей.       Делает два шага назад, отнимая руку, но не отводя взгляда, открывает дверь и выходит размерянными шагами, задом наперёд, медленно разворачивается, всем своим видом показывая превосходство, этот взгляд сверху вниз, говорящий "я сильнее ". Йен нервно сглатывает скопившуюся во рту слюну, смотря в след этому наглецу, хочет заорать "какого хрена", но вовремя понимает, парень лишь продолжил его игру, это лишь игра.       - что ж, ладно, игра так игра. - говорит тихо, и уже громче добавляет вслед. - Слушай пацан, вот ты говорил, второе задание, в том чтобы делать всем комплименты, включая тебя, верно?       Джун обернулся, кивнул ему.       - у тебя очень красивый зад. Первый комплимент за несколько лет, надо сказать, мне даже понравилось. Даа у тебя реально отличная задница, оо и бёдра тоже шикарные. - театрально выдохнул, показал свою ослепительную улыбку, синие глаза загорелись нездоровым огнем. - Мой день комплиментов начался.       Йен захлопнул дверь, и прильнул к глазку, наблюдая за парнем стоящим посреди коридора.       Тот даже не моргал, стоял просто, будто не живой. Внезапно раздалось громогласное - Какого хрена?