Pas de regrets

      Возможно, ей действительно стоит провести пару тренировок с Джостеном. Потому что после того, как её уровень меткости и точности возрос, Кевин начал указывать именно на то, что ещё не получалось. А именно: игра в паре с Нилом.

***

      Ариэль тяжело вздохнула и сделала глоток воды из своей бутылки. Было около двух часов ночи. Кевин разрешил Миллер посидеть пять минут и передохнуть, а сам остался закидывать снаряды во вратарскую зону. Движения Дэя были точными и просчитанными. Каждый мяч летел с неимоверной силой в одну и ту же точку. Это, если честно, вызывало восхищение. Нападающая ещё даже близко не стояла с игрой Кевина и Нила. Ариэль стоило полностью сосредоточиться на своей позиции. Но девушка не могла. Каждую ночь она грезила о том, чтобы снова ощутить вес вратарской клюшки, ремешки от громоздкой экипировки и сильную отдачу от плоской сетки.       Пять минут прошли совсем незаметно. Под пристальным взглядом Кевина спортсменке пришлось застегнуть шлем на голове и пройти на блестящий паркет. Ариэль закрыла дверь на щеколду. Изнурительная тренировка продолжилась. Они могли бы давно закончиться по единственному слову Миллер, но дело было в том, что, благодаря этим ночным вылазкам на корт, кошмары стали приходить реже. Они не исчезли полностью, даже и не думали. Просто чем меньше нападающая спала, тем короче были её кошмары. Недосып, конечно, сказывался на тренировках и учёбе, но пока сильно не мешал, поэтому было принято решение благополучно на это забить.

***

      Парковка со стороны входов под номерами десять и одиннадцать была пустая и безжизненная. По расчетам Нила, Кевин и Ариэль уже должны были уехать со стадиона. Джостен просто не мог так долго обходиться без тренировок. Ему очень не хватало ночных поездок на корт с Дэем. Мешала этому Миллер, которая отказывалась идти с Нилом на контакт по какой-то неясной причине. Парень по кусочкам складывал всё, что узнавал о девушке. Связь нападающей с Жаном была ключевым звеном в этой мозаике.       Ариэль смогла поладить с Кевином настолько хорошо, что теперь они в любой свободный момент бежали на поле. Значит, то, что было в первую их тренировку, было просто ничем. Мысли путались вокруг всех осколков этого пазла.       После того случая в пятницу, когда они выиграли у«Черепах», Эндрю больше не играл с Миллер в правду. По крайней мере, по его словам. И Нил верил Миньярду. Поэтому и этот не слишком достоверный источник информации иссяк. В этой головоломке все ещё не хватало ключевых деталей, чтобы Джостен мог сделать окончательный и неоспоримый вывод об этой девушке.

***

      Чёрный Мазерати припарковался на парковке перед «Лисьей Норой». Нил вышел из машины и вдохнул полной грудью. В этом было что-то особенное, он уже давно не тренировался по ночам... Эндрю закрыл машину и, фыркнув, направился в сторону входа. Джостен, недолго думая, поспешил следом. Они приехали сюда, чтобы играть, а не наслаждаться свежестью ночи.       Звездным небом они смогут и на крыше насладиться. Правда, Нилу очень не нравилось, что помимо них с Эндрю там ошивалась ещё и Ариэль. Миньярд рассказал, что бывал там с ней два раза, а так ходила Миллер туда чаще всего в одиночку и только в крайних случаях, попойка с Кевином была исключением.       Но это всё равно было неприятно. Крыша была чем-то особенным для Джостена. Местом, где был только он и Эндрю, и никаких кошмаров про отца и «Воронов».       Коридор стадиона был темным. Значит, на корте, скорее всего, никого не было.        «Отлично» — подумал Нил и включил свет.       Зажужжали лампы, и дорожка света ушла вдаль помещения. Эндрю пошёл вперёд быстрым шагом. Ему не хотелось тратить свободную ночь на игру в экси, но Нил до того грезил тренировкой, что даже не мог сосредоточиться на его губах.       Джостен поспешил следом. Раздевалка была не заперта, но никаких вещей, указывающих на чьё-то присутствие, не было. Нил сразу приступил к стягиванию одежды. Всё его тело так и чесалось от предвкушения. Раньше они не играли с Миньярдом один на один, только вместе с Кевином.       Пока нападающий стягивал с себя футболку и шорты, Эндрю откровенно пялился и приступил к своей форме, только когда Нил закрепил нагрудник. В целом, надевание экипировки не заняло у парней много времени. Способность эта была выработана с помощью нетерпеливости Ваймака.       Нил молниеносно рванул к фойе, отпёр оранжевую дверь и уставился на стойку с клюшками. Эндрю подошел чуть погодя. Он прошёлся взглядом по ведрам с мячами, оранжевым конусам и остановился на древках. Их не хватало. В первом ряду стойки под защитными чехлами прятались лишь одиннадцать темно-оранжевых клюшек. Но игроков то у «Лисов» было тринадцать.       Джостен быстро отстегнул защиту с клюшки и схватил древко в руку. Оно приятно ощущалось в пока ещё голой ладони. Миньярд повторил действие Нила с показушной неприязнью. Нападающий на это закатил глаза и вышел в сторону поля. Вратарь, естественно, пошёл за ним следом, рассеяно вертя клюшку в руках.       Ключ не понадобился: дверь легко поддалась и распахнулась настежь. Ушей парней сразу коснулся звук жестких ударов мяча о плексиглас. Эндрю протиснулся вперед и приложил указательным палец к губам. Нил кивнул и последовал следом за блондином. Тихо, словно мышки, они пробрались достаточно высоко на трибуны.       Миньярд сел на ряд выше, чтобы его белая форма слилась с сиденьем. Но Джостена это не волновало, он уставился на поле. Прямо сейчас, там – за ограждением двое нападающих бились не на жизнь, а насмерть. У парня было много тренировок с Кевином, но никогда они не проходили так жестоко. Особенно, если учитывать, что уровень игры Ариэль был намного ниже, чем у самого Джостена. Но девушку это, видимо, никак не смущало. После каждого падения она просто вставала и бежала дальше.       Оба нападающих на корте были как заведенные, гоняя друг друга из угла в угол. Они явно были уставшими до жути, но продолжали играть. У них, что удивительно, даже остались силы на оскорбления. Какие именно, понятно не было, но по размытым отрывкам французского мата Нил примерно догадывался.       Эндрю наблюдал за тем, как Джостен впился взглядом в поле. Вот он – экси-наркоман. Хотя, если честно, даже Миньярда заинтересовали такие тренировки. Изначально он думал, что Кевин будет тренировать Ариэль из-за желания выигрывать и сделать всех нападающих идеальными игроками. Но между этими двумя происходило что-то совершенно другое. То, что разжигало огонь в них обоих.       Нил точно был превосходным спортсменом, но у него не было того, что было у Миллер. Это что-то было и у Кевина. Тот самый огонь, который заставлял убивать на поле, лишь бы получить победу. Вот только было одно небольшое «но».       Кевин был игроком техники, он просчитывал всё до мельчайших подробностей. И, дай Господь, если не измерял диаметр и широту удара. Нил же играл на основе интуиции. Такие как Джостен, для которых экси — жизнь, встречались редко, и за них у тренеров команд велись полноценные бои.       Но Ариэль была кем-то странным и неизведанным. Эндрю видел таких игроков всего пару раз и то не обращал сильного внимания. Она зубрила всю информацию, как Дэй, и играла так, будто экси – это вся её жизнь, как Нил. Но было в Миллер что-то ещё пока неизведанное, отличавшее от других. В девушке присутствовала некая отстранённость. Но если Ариэль давали повод, она становилась машиной для убийств. Только вот стимул Миллер был пока не ясен.       Миньярд не раз наблюдал приёмы Воронов в исполнении Нила, но тот старался их не использовать. Он придумывал свои, не менее гениальные. Ариэль же играла, как самый настоящий Ворон, но тем не менее выглядела, как Лис.       Миллер — это коктейль самых смертоносных игроков из их состава. Но, чтобы раскрыть этот потенциал, нужно больше времени, чем пол года тренировок. В течение следующих лет девушка займет место ценного кадра. Все сборные захотят оторвать такую драгоценность с руками. Вот только на первом курсе никто этого не поймет. Особенно, если спортсменка не будет выкладываться на все сто, как сейчас.       Судя по её тренировке один на один с Кевином, на командных она придерживалась честной игры. Сейчас же Ариэль не стыдилась использовать один грязный приём за другим, раз за разом заставляя Кевина беситься. Это даже не походило на состязание, а на самое настоящее побоище.       Эндрю перевел взгляд на спину Нила. Джостен был напряжен, а его нога подпрыгивала от нетерпения и желания сыграть вместе. Что ж, это действительно было интересно. Миньярд медленно, как будто ему плевать, поднялся и поплёлся вниз по трибунам. Теперь скрываться не было нужды. Нил, недолго думая, подскочил и с горящими глазами поспешил следом.       Миллер и Дэй настолько были увлечены друг другом и мячом, что парням пришлось привлекать их внимание чередой ударов клюшки об плексиглас. Ариэль резко остановилась и завертела головой. Кевин останавливаться не стал. Он на полном ходу влетел в девушку и перехватил мяч, который тут же полетел в зону домашних ворот. Счетчик на табло оповестил об этом протяжным гудком. Счет был двадцать на двадцать шесть в пользу брюнета.       Дэй стянул с себя шлем и помог спортсменке подняться на ноги. Кажется, у них завязался спор. Нил наблюдал за этим, прищурив глаза. Он старательно вслушивался во французскую речь. Правда, было бы легче, будь дверь открыта, а эти двое поближе.       — Qu'elles font? — прошипела Ариэль, как только сняла шлем.       — Je l'ignore, — пожал плечами Кевин       — Je veux dire, tu ne sais pas, tu vis dans la même pièce avec eux, Day!       — Arrête de crier! — рыкнул парень и пошёл в сторону двери, — c'est le contraire, tu dois t'entraîner à jouer avec Neil en couple.       — Pourquoi je ne peux pas juste jouer avec toi? — продолжала недовольство Миллер, но подобрала клюшку и потрусила к своему учителю.       — Après mon diplôme, avec une probabilité de 60%, vous serez le nouveau frappeur de départ, et vous devrez jouer avec lui pendant deux ans de plus, — спортсмен открыл дверь и повернулся к девушке. — Surtout maintenant que tu es un remplaçant pour nous deux, tu dois être capable de jouer avec les deux.       — Я не могу с ним играть! — простонала нападающая. — Ты не понимаешь!       — Почему не можешь? — вздернул бровь подошедший Эндрю.       — Ты-то тем более не поймёшь, — поджала губы Ариэль.       — Я понимаю...— Нил остановился рядом с Кевином. — Я понимаю, что тебе сложно играть в паре со мной, во многом из-за различия наших стилей игры, — Джостен растерянно покрутил клюшку в руке и поправил бандану. — Но если ты разрешишь тренироваться нам вместе с вами, то я уверен, мы найдем способ, как сделать наш дуэт не хуже, чем то, что вы делали сейчас.       — Этого никогда не произойдет! — глаза Миллер горели злостью, несмотря на их темный оттенок, это было видно отчетливо. — Ты не сможешь играть, как Кевин.       — Давай попробуем устроить такую же игру, — Нил без капли страха встретился с глазами девушки. — Дай мне один шанс.       — Учти, я не тренер, чтобы давать второй, — оскалилась спортсменка.— Если проебёшься, покатишься к хуям.       — Как скажешь, — хмыкнул парень. — Пойдём.       Эндрю и Кевин молча наблюдали за тем, как два нападающих уходят на поле, закрывают дверь и натягивают шлемы. В один момент спортсмены всё-таки сели на трибуны, чтобы иметь возможность рассмотреть разворачивающуюся феерию с хорошего ракурса. Старт. Джостен с Миллер сцепились так, будто отвоевывали шанс на жизнь, свободу и счастье. Это было не так жестоко и резко, как с Дэем, но не менее болезненно. Миньярд наблюдал. Его плечи совсем слегка напряглись, когда Ариэль начала выкрикивать оскорбления на французском.        Нил же в ответ начал активно использовать грязные приемы, хотя в большинстве предпочитал вести честную игру. Такую сторону Джостена блондин видел впервые. Наверняка Нила не волновало мнение Ариэль и её отношение к нему, но такое упорство в игре вызывало интерес.       Кевин поставил локти на коленки и подпёр руками голову. Брюнет нахмурился, одними губами высказывая ошибки.       — И долго вы так тренируетесь? — разбил тишину Эндрю.       — Два часа, — коротко ответил Дэй и вернулся к наблюдению.       — Каждую ночь? — удивился Миньярд.— Вы себе ещё ничего не переломали?       — У нас постоянно разные тренировки, — немного раздраженно объяснил нападающий. — Мы чередуем упражнения Воронов, приемы, тактику, отработку меткости и силу. То, что они делают сейчас – развлечение, способ расслабиться.       — Обычно, когда люди хотят расслабиться, они идут смотреть фильмы или спать, — хмыкнул блондин.       — Вот именно, — прошипел Кевин. — Она единственная из вас всех, кто отдыху предпочел тренировки.       — Я вижу, что сейчас ты думаешь о чём-то другом, — констатировал факт Миньярд, меняя тему и доставая пачку сигарет. — Я слушаю.       — Просто она...— брови Дэя сошлись к переносице. — Я не знаю... Ощущения от игры с ней очень знакомые.       — Что ты имеешь в виду? — вратарь сделал затяжку. Его глаза следили за двумя оранжевыми пятнами, а уши вслушивались в каждый гудок от забитого мяча.       — Я будто играю с кем-то из Воронов, — вздохнув, признался Кевин. Он запустил руки в слегка мокрые от пота волосы, — Это бред! Я схожу с ума.       — Сходишь с ума? — переспросил Эндрю. — Почему же?       — Не может она быть из Воронов, — парень устало потёр глаза рукой. — В прошлом году у них была всего одна девушка-нападающий, и то натуральная блондинка с зелёными глазами.       — Ты ведь в курсе, что внешность можно поменять? — вратарь наблюдал за тем, как сигарета тлела между пальцев.       — Но не так же кардинально! — тяжело вздохнул Дэй и откинулся назад, задирая голову к небу. — Они ни по росту, ни по внешности не совпадают. Даже игра у них разная.       — Но ты ведь играл в Воронах и до поступления в университет? — мысль сама вырвалась изо рта Эндрю. Он и сам не сразу понял, что сказал.       — Подожди! Это уже точно бред...— брюнет резко повернулся. — Когда я уходил из "Вороньего гнезда" на первом курсе, там не было никого похожего, — он настороженно поглядел на поле. — И ведь Нил тоже там был! Если бы Ариэль была игроком "Воронов", то он бы точно сразу узнал её. Да и Жан сказал бы, я уверен.       — Не говори никому об этом, — теперь уже нахмурился Эндрю. Он сверлил взглядом фигуру Ариэль, которая пыталась догнать Нила. — Пока не убедимся, молчи.       — Не убедимся в чём? — Кевин поднял глаза на поле. Он резко обернулся к Миньярду. — Ты что, серьёзно? Это попросту не может быть правдой!       — С тобой говорить, как со стенкой, — вратарь закатил глаза и поднялся. Сигарета с щелчком полетела вниз.       В итоге Джостена и Миллер хватило на сорок минут, во многом потому что Ариэль уже до этого тренировалась. Нилу было этого мало, и он почти разочарованно застонал, когда девушка вскинула клюшку вверх и осела на пол. Её руки била дрожь, когда пальцы пытались отстегнуть ремешок.       Когда спортсменка всё-таки скинула шлем и завалилась на пол, парень подошёл ближе, приседая на корточки. Её грудь тяжело вздымалась, а выбившиеся из-под банданы пряди липли ко лбу.       — Ну так что? Мы можем тренироваться с вами?       — Иди нахуй, Джостен, — между вдохами выдавила Ариэль.       Нил хмыкнул и повернул голову. По полю в их направлении уже шли Кевин и Эндрю. Миллер в живот прилетела запечатанная бутылка воды.       — Ты, чертов еблан!...— простонала девушка и приняла сидячее положение.       — Ты мне тоже не нравишься, — фыркнул Миньярд.       Ариэль при помощи зубов стянула с ладоней краги, открутила крышку бутылки и сделала два больших глотка. Таких, что чуть ли не половина воды залила её и без того мокрую джерси. Спортсменка поджала одну ногу к себе и облокотилась на неё локтем. Рука залезла под бандану, заглаживая мокрые волосы.       Эта тренировка действительно измотала Миллер. Но от этого было хорошо настолько, что по лицу расплылась улыбка. Гоняться за Нилом было ещё той задачкой, так как Ариэль, в отличие от парня, никогда особенно не отличалась быстротой. То, что делал сегодня Джостен, не было похоже на его обычную игру. Точно нет. Это было… круто? Девушка слегка встряхнула головой. Это было чертовски круто. И именно с таким Нилом спортсменка хотела играть. Пускай она и не признает этого в слух. Её лицо снова приняло равнодушное выражение. Ледяной взгляд прошёлся по трем игрокам.       — Завтра в двенадцать на парковке, — взгляд Миллер остановился на Джостене. — Поедешь с нами.       — А Эндрю? — парень прищурился. — Мы можем поехать на своей машине.       — Точно, совсем забыла про твоего «не парня», — ухмыльнулась Ариэль. — Едем либо в вашей машине, либо в моей, — Она с трудом поднялась с гладкого паркета. — Но если в вашей, то я буду курить.       — Не удивляет. Главное – окно открой, — хмыкнул вратарь.       — Да-да, — закатила глаза девушка и подошла к Кевину. Она легонько похлопала его по плечу. — Я на сегодня всё. Ты будешь с ними тренироваться?       — Ты могла бы сыграть ещё, — нахмурился парень.       — Могла, — согласилась нападающая. — Но нам завтра на учебу, забыл? — она перевела взгляд на Джостена. — Вам тоже советую пойти поспать, завтра потренируетесь.       — Ты ещё не выложила все свои силы, — прошипел Дэй. — Тебя бы ещё на пол часа точно хватило.       — Может быть, — пожала плечами девушка. — Нам осталось спать всего час, Кевин, поехали уже, — Ариэль подавила зевок в кулаке. — Я устала и хочу спать.       Миллер поплелась к выходу, следом за ней пошел Дэй, раздраженно что-то объясняя на грубом французском. Миньярд подошёл и присел напротив Нила. Экипировка в этом, конечно, немного мешала. Они смотрели друг другу в глаза минуты две.       — И что же ты мне скажешь? — Эндрю по-птичьи склонил голову в бок.       — А ты? — ухмыльнувшись, поддразнил Джостен. — Тебе ведь тоже есть, что сказать.       — Есть, — подтвердил блондин. — Она чертовски медленная. Тренеру это не понравится.       Нил тихо фыркнул и подсел ближе, чтобы почти шепотом начать излагать свои мысли. Будто их кто-то мог услышать на пустом стадионе.       — Мне кажется, у неё проблемы. Серьезные, — нападающий пожал плечами и подмял одну ногу под себя. — Она очень агрессивно играет, так, будто вымещает свою боль на других или выпускает все сдерживаемые эмоции, — он нервно закусил правый угол губы. — Ариэль лжёт. Много. Не так глобально, как я, но лжет.       — Спасибо, кэп, — закатил глаза Миньярд, за что получил легкое хмыканье. — Миллер сказала, что не хочет к нам приближаться, из-за того что мы слишком умные.       — Из-за того, что мы понимаем, где она лжёт, — уточнил Джостен и заглянул прямо в ореховые глаза. — Она что-то скрывает. Что-то, что никому в команде не понравится.       — Пойдём, — вратарь поднялся с пола и уставился на Нила. — Нам действительно нужно немного поспать.       Когда Джостен с Эндрю вышли на парковку, там их уже ждали двое нападающих. Хмурый Кевин, около которого, облокотившись на дверцу Феррари, спокойно потягивала энергетик Ариэль. Видимо, за то время, что их не было, эти двое успели пригнать машину и поставить вблизи к Мазерати.       Миллер заметила исподлобья, что эти двое наконец-таки появились, и запрыгнула на пассажирское сиденье. Сил на вождение не осталось. Дэй перебросился парой слов с Нилом и занял своё место за рулем. Повернув ключ в замке зажигания, брюнет подождал и поехал прямо за Мазерати.       В отличие от Эндрю, Кевин соблюдал абсолютно все правила дорожного движения, ни на секунду не отводя взгляд от дороги и не позволяя вдавить педаль газа больше нужного. Ариэль такое аккуратное вождение казалось скучным, но это было всяко лучше, чем уснуть за рулем. Машина Миньярда сразу вырвалась вперед и погнала, как сумасшедшая, по пустым дорогам. Дэй тоже немного ускорился.       До общежития они доехали достаточно быстро. Миллер изъяла ключи у Кевина, забрала из машины вещи, закрыла её и направилась в свою комнату. Завтра будет тяжелый день. Среда никогда не была простым днём для девушки. Ещё и эта интрига от тренировки в увеличенном составе не прибавляла Ариэль сил.       Спортсменка, еле перебирая ногами, дошла до своей комнаты, стянула кроссовки, швырнула сумку под стол и, не боясь разбудить своих соседей, завалилась в такую чертовски удобную кровать.

***

      Каждую ночь, когда над её головой сгущался сумрак, глаза отказывались воспринимать деревянные перекладины верхнего яруса кровати. Вокруг была лишь неизбежная пустота – всепоглощающая чернота, которая обволакивала своими объятиями и держала так крепко, что невозможно было дышать. Из раза в раз в голове мелькало это воспоминание. Длинные коридоры в никуда, тусклый свет, черный от пола до потолка кабинет и лишь одна единственная кроваво-красная ваза с алой розой, наверняка искусственной. Ариэль сглотнула и закрыла глаза, чтобы ещё больше погрязнуть в кошмаре. Она ненавидела этот день, месяц, год, также как и свою жизнь.       «Семнадцатилетняя девушка сидела за своим столом и смотрела в окно. На улице уже смеркалось, но звезд видно не было из-за обильного освещения города. Под рукой лежала тетрадка с домашней работой по алгебре. Брюнетка никогда не понимала алгебру. Её голова была подперта бледной рукой, а свитер был натянут почти до самых костяшек пальцев. Девушка отстраненно наблюдала в окошко за проплывающими вдалеке машинами. Спортсменку никогда не интересовала учеба и ничего из того, на что её записали родители. Всё, о чём брюнетка могла грезить – это поскорее сбежать с занятий по скрипке и оказаться на заброшенном поле, которое подростки успешно приспособили для дворового экси.       Экси было всем, о чём можно было мечтать. Этот вид спорт был идеален для девушки, но не был популярен в странах СНГ, поэтому молодежи приходилось устраивать дворовые побоища с хилой экипировкой и самодельными клюшками. Но вот спортсменка была упорной настолько, что убедила физрука в необходимости создания собственной школьной команды. Поражения сыпались на их группу любителей долгим градом. Многие уходили, но она не сдавалась, будучи прекрасным капитаном. Вскоре пошли победы, и их команду «Тигров» приняли на городские соревнования. В этот период футбольное поле их школы переделали под корт для экси. И этого было более чем достаточно, чтобы продержаться хотя бы ещё один день.       Но даже наличие хорошей формы, клюшки и собственной команды не отменило любви брюнетки к дворовым дракам. Её считали самым жестким игроком с дорогой вратарской клюшкой, тигровой расцветкой и сильным замахом. Каждый пытался попасть в команду к этой девушке. Мысли об этом заставляли улыбаться. Ради экси действительно хотелось жить.       Спортсменка откинулась на спинку стула. Может, через года три она, наконец, уедет в США и поступит в хороший университет с потрясающей командой. Виды профессиональных кортов Америки вызывали восхищение. Пускай это и были только фотографии.       Девушка тихонько усмехнулась и вернулась за домашнее задание. После того, как родители уснут, она выйдет на ночную смену в магазине. Всё-таки деньги ей так просто не давали, а сбежать и улететь на что-то как-то надо было. На задачки по алгебре у брюнетки ушло порядка часа. Точнее – сорок пять минут. И то пришлось отложить тетрадь, потому что дверь со скрипом открылась. Спортсменка мигом поднялась и встала по стойке смирно. Этот урок она усвоила раз и навсегда: легче терпеть, чем бороться, а если и сопротивляться, то только исподтишка.       В проходе стоял её отец – крупный мужчина сорока пяти лет. Он подошёл ближе. Его руки были небрежно засунуты в карманы костюма. Позади массивной фигуры отца стоял худощавый мужчина азиатской внешности. Девушка видела его впервые, от чего заметно напряглась. "Неужели?..." – промелькнула холодящая внутренности мысль, но практически сразу исчезла. Во взгляде отца сегодня была холодность. Он не улыбался, как обычно, и это даже к лучшему. Значит, того, о чем она подумала, не произойдет...пока что.       — Собирайся, — безэмоционально приказал мужчина и отступил ко входу.       Её это озадачило, но спорить было запрещено. Девушка молча подошла к шкафу, сменила домашние штаны на брюки, накинула на футболку теплую куртку и повязала тонкий шарф. На улице была середина апреля. Казалось бы, весна, но всё ещё дул холодный ветер.       — Идём, — скомандовал отец и вышел из комнаты. Неизвестный японец скользнул следом.       Спортсменка тяжело сглотнула. Что вообще происходит? Прежде, чем послушно выйти в коридор, она подхватила телефон, который засунула в карман. Под пристальным взглядом мужчин брюнетка надела ботинки и спустилась на лифте. Около подъезда стояла до жути дорогая чёрная машина, как будто только выехавшая из автосалона. Стоимостью она тянула на миллионов десять точно. Внутри было так же роскошно: сиденья, обитые черной натуральной кожей, мягкая подсветка по бокам и вставки из глянцевого дерева для напитков или шампанского. Прежде чем дверь за девушкой закрылась, отец сказал коротко и ясно.       — Будь хорошей девочкой, не доставляй мне проблем, — после он развернулся и ушел.       Японец открыл переднюю дверь и сел на водительское место. Теперь все стало ещё запутаннее. Что происходит? Почему отец оставил её тут? Куда её везут? Что с ней будут делать? Мысли бились друг об друга, как бильярдные мячи, заставляя голову гудеть.       Девушка молча наблюдала за тем, как за окном проплывали знакомые дома, ночные магазины, детские площадки и учебные заведения. В одном из таких завтра будет проходить соревнование с её командой, но спортсменка боялась, что уже на них не приедет. Она так много сделала, чтобы в один миг всё потерять. Усилием воли брюнетка сдерживала слезы. Она должна быть сильной. Всё будет хорошо. Ведь будет?...       Машина остановилась. За тонированным окном можно было разглядеть аэропорт. Стоп...аэропорт?! Почему она здесь? Зачем?       Мужчина заглушил мотор машины, покинул водительское место и в один момент оказался рядом с дверью девушки. Он вытащил её за руку на улицу, захлопнул дверь и, не отпуская запястья спортсменки, повёл ее внутрь. Она ничего не понимала. Абсолютно.       Японец мёртвой хваткой вцепился в плечо брюнетки, таща её в сторону входа. Контроль они прошли быстро, но напуганное лицо девушки все немного усложнило. Она просто заставила себя успокоиться и сесть в зоне ожидания. Руки била мелкая дрожь, голова ходила ходуном, а глаза грозились залить тут все слезами. Спортсменка чувствовала, что происходит что-то страшное.        " — Рейс на 21:30, пункт отправки — Москва, пункт прибытия — … — проговорил диктор."       Она бы даже не заметила этого, если бы мужчина не поднялся и повел её в сторону трапу к самолёту. Брови удивительно приподнялись, а рот открылся в беззвучном крике. Что там такое? Зачем её везут так далеко? Для чего? »       Ариэль распахнула глаза раньше, чем её настигла бы худшая часть сна. Этот кошмар снился Миллер из раза в раз чертовски подробно и выглядел слишком реально. Чудо, что ей наконец удалось прервать его.       Девушка уставилась на деревянные перекладины. В комнате всё ещё царил мрак, но через щель в занавесках пробивался лучик лунного света. Спортсменка повернулась на бок и посмотрела на электронные часы около кровати Мэтта. Ровно пять часов. Она поспала всего-то час. Усилием воли Ариэль поднялась и вышла в гостиную.       Можно было считать везением, что её соседи по комнате очень крепко спали. Потому Миллер могла спокойно шуметь, если были силы. Девушка открыла холодильник и поежилась от слабого холода. Всё пиво было выпито старшекурсниками, но организм требовал чего-то крепкого. Спортсменка решила играть по-крупному. Она схватила последние банки энергетиков Аарона и ещё запечатанную бутылку виски. Вот это точно будет крепко. Достаточно, чтобы забыться.       В своей любимой кружке с милым рисунком альпаки, нападающая смешала в адскую смесь кофеин и алкоголь. На запах было так же ядрено, как и на вкус. При первом глотке ужасная горечь с привкусом фруктовой газировки обожгла глотку.       Ариэль села за барную стойку. Стулья от неё были достаточно высокими, чтобы ноги девушки могли не касаться пола. Бутылка и банки переместились на стол вместе с ней. У Миллер было целых пол часа, чтобы безнадёжно спиться. Потом, хочешь не хочешь, нужно будет переться на утреннюю тренировку. Правда, настроение сегодня не располагало ни к чему, кроме пьянки.       Спортсменка подняла и поджала ногу к себе. Внутри было пусто. Привычная апатия обволокла девушку с головой. Иногда нападающая думала: Почему бы просто не закончить это дерьмо? Странно, обычно эти мысли посещали её только тогда, когда рука крепко сжимала лезвие.       Но сейчас жизнь Ариэль была относительно неплоха: неплохая команда, хорошие товарищи, никто не принуждал её к чему-либо и не вызывал воспоминания... почти никто. А ведь это всё, о чем Миллер мечтала буквально два года назад. Если спортсменке не изменяла память, то в этот день год назад она окончательно сдалась.       Бороться было непосильной задачей. После детства с отцом-тираном, мучительных ночей под одеялом и животного страха девушка и так еле держалась. Такое вряд ли бы пережил и психологически здоровый человек. Хотя нет, смог бы. Просто это она слабая. Очень слабая, поэтому и сдалась. Но больше этого не повторится.       «Бояться такого – нормально для ребенка» — думала Ариэль, залпом выпивая кружку и заполняя её заново. На этот раз Миллер добавила больше алкоголя и закрепила результат глубоким глотком прямо из горла бутылки. Разум начал туманиться, позволяя успокоить бушующие мысли.       После второй кружки руки девушки начала бить мелкая дрожь, а сердце бешено застучало в грудной клетке. Спортсменка запрокинула голову и неровно задышала. Легкое или не очень опьянение действовало как надо. До подъема оставалось десять минут, поэтому нападающей нужно было поскорее смотаться куда-нибудь. Ей уже было плевать на утреннюю тренировку. Ариэль просто хотелось покоя.       С протяжным мычанием она заставила себя встать и, шатаясь, пройти в ванну, где совсем слабо умыла лицо. Со вчерашнего дня тут лежала её грязная толстовка. Да и какая уже разница? Миллер поменяла вязаный красный свитер на чёрное и большое худи.       Сейчас ей просто хотелось побыть одной и подумать. Ну, как подумать, в таком состоянии вряд ли можно о чём-то здраво размышлять. Девушка прихватила со стола бутылку и засунула в карман телефон и наушники. Спортсменка накинула на себя куртку и натянула кроссовки.       Из спальни парней послышался трезвон будильника с немецкой мелодией. Нападающая поспешила выйти из комнаты, громко хлопнув дверью. Ариэль пожалела об этом, когда поняла, что этого было достаточно, чтобы разбудить сокомандников и из других комнат. Миллер поспешила ретироваться. Немного спотыкаясь, она забежала на лестничный пролёт.       Блондинка шагнула вниз, покачивая полупустой бутылкой в руке. Большинство спортсменов уже были на ногах, и с несколькими из них нападающей пришлось столкнуться. Девушки из волейбольной команды хотели поболтать с ней, но после выразительного «отъебитесь» решили уйти от греха подальше. Парни футболисты, посмотрев на то, как Ариэль делает огромный глоток виски, слава Господу, не произнесли ни слова.       На улице всё ещё было прохладно и темно, к тому же лил дождь. Не ливень, конечно, но неприятная морось, от которой промокнешь минут за десять. Миллер прошла мимо студентов с зонтиками и ступила на мокрый асфальт. Капли барабанили по голове и попадали за шиворот, текли по лицу и смешивались с горьким виски.       Кто-то окликнул девушку, но она продолжала идти дальше, специально задирая голову вверх, чтобы вода сильнее намочила её. Спортсменка любила дождь, его свежесть и прохладность. Глаза болели, когда в них попадали капли, но нападающая не закрывала их, продолжая смотреть на хмурое небо. Пять минут, и она пошла дальше. Сердце колотилось в бешеном ритме, заставляя чуть сбавить шаг.       Рядом с кампусом был небольшой парк. В самом его центре был маленький сквер и ряд палаток с едой. Среди деревьев и длинных троп находились площадки для детей, скамейки и много чего другого, что было в каждом городе любой страны. Различие было лишь в качестве их сборки.       Ариэль сделала ещё глоток и приземлилась на мокрые качели. Цепи слегка звякнули от резкого прогиба, поскрипывая от покачивания. Никто не следил за ними и тем более не смазывал. Да и дети, судя по всему, редко тут бывали.       Игнорируя противный скрип, Миллер поставила бутылку на землю и схватила руками холодный и мокрый металл. Голова немного кружилась, а зрение ещё больше сбивалось из-за дождя. Медленно нападающая начала раскачиваться при помощи корпуса, наклоняясь вперёд и назад.       Скорость махов становилась все больше и больше. Девушка откинула голову к небу, продолжая раскачиваться. Будучи ребенком, Ариэль предпочитала качаться на качелях вместо игры в куличики или куклы. Кукол у неё просто не было.       «Я больше не ребенок, мне нельзя бояться» — думала спортсменка, в следующее мгновение звонко рассмеявшись от накативших эмоций. Он был смесью из разных видов, соединяя в себе тревогу, грусть и веселье. Всё сразу.

***

      Нил шел между совершенно спокойным Эндрю и очень злым Кевином. Дэя злил тот факт, что Ариэль пропустила аж две тренировки, так ещё и на третью не явилась. Ваймак же негодовал из-за пропуска занятий Миллер, о которых мужчина узнал из звонка директора. Старшекурсники хотели пойти на поиски девушки сразу после окончания тренировки, но получили короткое смс: «Я в порядке, хочу побыть одна» – и вроде как успокоились.       Кевин и Нил молча переодевались. Единственными звуками, нарушающими тишину, были негромкие ругательства Дэя на французском. Эндрю отказался участвовать в их тренировке. Он предпочел подремать на трибунах под звуки ударов мяча.       Нападающие выдвинулись через оранжевую дверь в сторону корта, а Эндрю пошёл за клюшками и мячами по просьбе Нила. Кевин всё ещё бухтел и хмурился. Его шаги были нервными и нарочито громкими. Джостен же, отвлекшись на свои мысли, не заметил, как Дэй остановился. Произошло небольшое столкновение. Никто из парней не упал, но Нил громко выругался.       Он повернул голову в бок, чтобы посмотреть причину такого резкого торможения. Теперь всё стало ясно. Ещё бы брюнет не удивился. Достаточно смело было со стороны Ариэль пропустить целый учебный день и тренировки, а после вот так вот явиться перед самим Кевином Дэем, чтобы познать страшнейшее наказание.       Миллер расслаблено сидела на скамейке запасных, её оранжевая форма сливалась с сиденьем, а древко в руке сильно выделялось. Потому что это была не клюшка Ариэль. Взгляд девушки был отстранённым и туманным, пока она перекладывала инструмент из руки в руку.       В ладонях спортсменки сейчас находилась вратарская клюшка. Но зачем она нападающему? Вопрос был интересный, жаль, что ответ на него никто не дал. Блондинка молча поднялась и закинула клюшку себе на плечо так, будто она вообще ничего не весила. Миллер мельком посмотрела на Нила и сосредоточила свой пустой взгляд на Кевине. Он уже почти начал свою тираду о пропусках, но его жестоко перебили.       — Могу я сегодня постоять в воротах? — ни один мускул на лице спортсменки не дрогнул, а вот на лице Дэя – да.       — Что ты несёшь? — прошипел он. — Какие ворота? Ты нападающий!       — Я хочу... — она не успела договорить, так как в поле зрения появился Эндрю с инвентарем.       — Перехочешь, — оскалился Кевин. Он угрожающе двинулся в сторону девушки, сокращая и так небольшое расстояние. — У нас скоро матч против «Воронов», а ты...! — парень указал на Ариэль пальцем. — Ты мало того, что пропустила две тренировки, так ещё и несёшь всякий бред.       — Я просто хотела...— неуверенно начала Ариэль, прижимая к себе огромное древко.       — Заткнись и иди возьми свою клюшку, — Кевин сложил руки на груди. — Меня не волнует, что ты "хотела". Я не намерен больше слушать это дерьмо.       Дэй был выше Миллер на целую голову, а из-за тощего телосложения нападающая казалась рядом с ним не больше, чем сам Нил. И эта разница сейчас не сыграла девушке на пользу. Даже Джостену стало немного жаль ее.       Прямо сейчас Кевин смотрел на Ариэль сверху вниз с выражением лица полным ярости. Выдержка у Миллер была хороша. Жаль, что этого было недостаточно. Она задрала голова вверх, чтобы посмотреть Дэю в глаза. Дрожащие руки крепче сжали оранжевое древко, а плечи испугано сгорбились.       Секунда, и от уверенности и равнодушия девушки ни осталось ничего. И судя по тому, с каким холодом за этим наблюдал Эндрю, вмешиваться он не собирался. Нил же, посмотрев на своего парня, решил сам осадить брюнета, но не успел.       — Tu es comme lui, — чересчур громко прошептала Ариэль. Брюнет вздрогнул, но не успел ничего сделать. Спортсменка уже убежала в сторону фойе.       Когда парень отошёл от оцепенения, он резко повернулся, только чтобы увидеть хмурого Миньярда и удивлённого Джостена. Кевин хоть и делал иногда глупые вещи, на что часто не обращал внимания, но это он точно спутать ни с чем не мог. Парень сразу догадался, о чем шла речь.       Все трое уже хотели пойти за Миллер, чтобы та, не дай Господь, не натворила глупостей. Но как по щелчку к трибунам она вышла со шлемом на голове и своей клюшкой в руке. Спортсменка не смотрела ни в чью сторону, просто молча ступая по резиновому покрытию.       Ариэль остановилась на середине поля в ожидании начала матча. Она стояла и смотрела на то, как Нил подталкивал Кевина ко входу. Честно, нападающей было насрать на состояние парня. Почему она должна быть чуткой, если он не поступает также? По крайней мере, блондинка знала, о чём говорила и точно не жалела об этом. На правду не обижаются. Сейчас важна была лишь тренировка. Поэтому, как только дверь закрылась на засов, Миллер прошла на среднюю линию.       Тренировка началась вяло, но быстро набрала необходимый темп. Вначале была пробежка, потом растяжка и наконец упражнения из разряда «Воронов». Девушка выполняла каждое из них со всей доступной ей яростью и силой. От ударов нападающей мячи скакали по полю с неимоверной скоростью.       Пасы Ариэль сегодня были на высоте, а вот у Кевина наоборот. Казалось, он был подавлен от услышанного. Спортсменка не обращала на это никакого внимания. Она считала этот поступок правильным.       Спустя час пришло время отработки ударов по воротам. Сначала Дэй опустошил своё ведро мячей, потом Нил и впоследствии Миллер. Она с большим рвением приняла это задание.       В груди у девушки все кипело от неудержимого гнева. Она точно не знала, от чего так сильно разозлилась, но этот бушующий шторм эмоций нападающая в первую очередь направила на саму себя. И это мимолетное желание обернулось против неё. Спортсменка швыряла мячи со всей силы, что у неё имелась. И зря. Не стоило давать волю этим чувствам.       После опустошения ею больше половины ведра раздался достаточно громкий хруст дерева. Клюшка в руке Ариэль надломилась прямо посередине. Насколько Миллер было известно, от простых ударов по воротам такой прочный инвентарь не мог сломаться. Тогда какого черта её клюшка так сильно треснула?       Девушка уставилась на согнутое древко и его острые края. Это был полный провал. Такое повреждение вряд ли смогут починить. Спортсменка одной рукой скинула шлем, чтобы получше рассмотреть место повреждения.       — Ариэль, — позвал откуда-то сбоку Кевин.       — Отъебись... — прошипела она. Её брови нахмурились, пока рука ощупывала острые края.       — Ты можешь пораниться! Просто возьми новую, и мы продолжим, — не унимался Дэй. Он подошёл ближе и положил руку на плечо девушки.       Ярость вспыхнула в ней с новой силой. Миллер резко откинула руку парня, борясь с желанием заломать её. Блондинка смотрела прямо в изумрудные глаза нападающего, но в её голове они приняли насыщенно черный цвет.       — Не подходи ко мне, — голос предательски дрогнул, вызывая на лице Кевина беспокойство.       Ариэль чувствовала, как паническая атака загребает её в свои огромные и когтистые лапы. Поэтому она приняла лучшее для себя решение. Девушка окончательно сломала свою клюшку ударом об колено. Дерево издало жалобный скрип и хруст. Щепки зловеще падали на паркет. Каждый из концов клюшки теперь больше походил на оружие, чем на инвентарь для игры. Благодаря острым концам древка им легко можно было бы убить. Руки, в которых Миллер держала испорченный инструмент, дрожали, поэтому спортсменка швырнула обе части клюшки прямо под ноги Дэю.       — Да что с тобой сегодня? — не выдержав, крикнул он. — Ты до этого ни одну тренировку без причины не пропустила и уж тем более не обращалась так со своей клюшкой!       — Я сказала...отвали от меня! — оскалилась нападающая, сжимая ладони в кулаки.       — Что вообще все это значит?! — Кевин начал агрессивно жестикулировать, повышая голос. — Откуда ты вообще...? — взгляд парня упал на щеку девушки. — Нет...этого быть не может!       — Мне плевать, что ты думаешь и чего быть не может, — девушка поджала губы. — Продолжайте тренировки втроем, а я обойдусь.       Ариэль почувствовала, как влага накапливается в глазах. И, судя по всему, Кевин тоже это заметил. Миллер поспешила отвернуться и быстро направилась в сторону входа, но её успел схватить Дэй. Только вот он не учел того, что схватить нападающую за запястье было не лучшей идеей. Очень плохой идеей       Девушка вздрогнула и, не думая ни секунды, развернулась, нанося точный удар кулаком. Парень отшатнулся, хватаясь рукой за нос.       — Я сказала, не трогай. — спортсменка больше не могла сдерживаться, поэтому буквально пулей вылетела в коридор.       Ариэль забежала в раздевалку и с хлопком закрыла дверь. Сердце бешено колотилось, напоминая о количестве выпитого кофеина. Хоть Миллер и протрезвела, но адская смесь всё ещё носилась по ее организму. Все тело колотило от наступающей паники, голова гудела, глаза грозились закрыться, а желудок готов был вывернуться прямо наружу. Девушка привалилась спиной к холодному металлу и медленно сползла на пол. Нападающая поджала ноги к себе, чтобы уткнуться лицом в коленки. Дрожащие пальцы заползли под бандану, отчаянно дёргая мокрые волосы.       Это не помогло, всё стало только хуже. Спортсменка откинула голову назад, врезаясь в твердую дверь затылком. Голос сорвался на крик, а кулак со всей силы ударил в бетонную стену. На полу было холодно, а вид раздевалки не приносил никакого спокойствия. Нужно было как можно скорее убраться отсюда. Сейчас Ариэль очень захотелось подняться и позвонить Жану, чтобы он, как всегда, успокоил её. Но время было почти что два часа ночи, наверняка Моро уже спал. Будить его ради фигни не хотелось.       Силы покинули Миллер окончательно — подняться стало непосильной задачей. На больное тело давила усталость за день без еды и прошедшая упорная тренировка. Единственным вариантом сейчас осталось обнять поджатые ноги и тихо выплакать свои переживания. Как хорошо, что ей пришло в голову не брать с собой острых предметов.       Ариэль немного успокаивала мысль, что дверь плотно закрыта. По крайней мере, так казалось. Вот только была пара нюансов. Нападающая была настолько хилой, что любой желающий мог спокойно отодвинуть её, да и дверь открывалась в другую сторону. Поэтому девушка напряглась, когда по позвонкам пробежал холодный ветер. Послышался затвор замка. Перед Миллер приземлился неожиданный гость.       — Ты как? — спросил Нил.       Спортсменка успокоилась, поняв, что это не Кевин и не Эндрю. Если с Дэем все было понятно, то Миньярда она просто не хотела видеть. По крайней мере, в таком состоянии. Ариэль подняла хмурые и покрасневшие глаза на Джостена. Его плечи были совсем слегка напряжены, парень все ещё был в форме. По-хорошему им следовало принять душ и уехать. Так почему Нил пришел к ней?       Девушка промолчала, внимательно изучая взглядом лицо нападающего. Продольные шрамы испещряли правую щеку бледными продолговатыми полосами, выделяющимися на загорелой коже. А левую скулу украшали глубокие кругловатые ожоги, закрывающие собой татуировку римской четвёрки. При мысли об этом Миллер мимолетно коснулась своего пластыря под глазом. Для нее это движение показалось незаметным, но для Нила — нет.       — Ариэль, что случилось? — парень задумчиво нахмурился, явно анализируя мимику девушки.       — Всё нормально, — без стыда ответила она.       — Лгать будешь тренеру или Бетси, — Джостен сел чуть ближе, не чтобы заставить нервничать, а чтобы чётче отследить эмоциональную реакцию. — Мне можешь даже не пытаться. Я всё равно пойму, где ложь.       — Да какое тебе до этого дело? — спортсменка вцепилась пальцами в ткань чёрных гетров.       — У нас есть общие проблемы, — вздохнул Нил. Ему тоже было нелегко вести этот диалог. — Наверняка ты знаешь, да? — парень хмыкнул, когда получил легкий кивок. — Я столько пережил, меня ничего не напугает.       — Мне всё равно, что тебя может напугать, — Ариэль нахмурилась, глядя на него. — Я не хочу, чтобы кто-то из вас всё это знал.       — Почему? Боишься осуждения? — Джостен вопросительно поднял бровь.       Миллер сжала губы в тонкую линию. Она действительно боялась. Всё детство и подростковый возраст её осуждали буквально за всё. Девушка не имела права выбора, мнения и голоса, поэтому так старательно бежала все это время от прошлого. Даже когда оно уже дышало в спину, она продолжала бежать. Больше ей ничего не оставалось, потому что принять всё произошедшее было мучительно сложно.       — Ариэль, послушай, — снова привлек внимание Нил. — Мы – «Лисы», команда аутсайдеров, безнадежных и сломанных подростков. Помнишь, ты сказала, что каждый тут выебан жизнью, только в разной степени? Ты ведь тоже не исключение, да? — нападающий проследил за тем, как девушка опустила голову. — Ты можешь доверять нам. Тут никто тебя не осудит. Каждый Лис готов прийти тебе на помощь. И тем более тренер, Бетси или Эбби не бросят тебя, — он вздохнул. Говорить такое было крайне тяжело. Ведь Джостен сам не верил в это первый год обучения. — Почему ты поступила сюда?       — Я...— Миллер шмыгнула носом. Она сама не заметила, как начала плакать. Слишком много всего навалилось на её плечи за последние два года, за эту жизнь. — Я играла в экси в школе...— девушка подняла на Нила слезящиеся глаза. Во взгляде нападающего не было ни осуждения, ни насмешки, лишь одобрение и внимание. Ариэль сглотнула ком в горле. — Там не было команды, поэтому я уговорила создать свою. И я, как инициатор, стала её капитаном, — она опустила глаза. — «Тигры», так я назвала её. Мы проигрывали прямо как «Лисы»: долго и стыдно. — спортсменка вытерла щеку тыльной стороной краги. — Но потом мы начали выигрывать. Нас позвали на городские соревнования. У меня была самая красивая клюшка в команде и самая яркая джерси...       — Какие же? — поинтересовался Нил. Ему действительно хотелось узнать побольше о Миллер.       — О... Это была вратарская клюшка с грифельной сеткой и имитацией тигриной шерсти на самой верхней части, — уголки губ Ариэль дрогнули. — И чёрная джерси с оранжевыми полосами и единицей на спине. Я была лучшим игроком... — девушка фыркнула, немного нахмурившись. — Все твердили, что капитан должен стоять в нападении или в защите на крайний случай. А я выбрала позицию голкипера. Правда, сама не знаю почему.       — Так вот зачем ты попросила Кевина... — констатировал факт Джостен, — Но почему ты тогда играешь в нападении?       — «Лисам» нужен был плеймейкер, а я могла им его дать, — пожала плечами блондинка. — Позиция вратаря, конечно, нравится мне больше, но и так не плохо, — глаза цвета темного шоколада встретились с горящими ледниками. — Я всегда считала, что голкипер – одна из ключевых фигур команды. Ведь если вратарь пропустил решающий мяч — вы проиграли. Поэтому стоять на этой позиции – большая ответственность. А я хотела быть важной.       — Раз ты голкипер, то почему с такой легкостью перешла в нападение? — Нил нахмурился.       — Тебе ли не знать, что там всем плевать на позицию и желания, — слабая улыбка Миллер окончательно поникла. — Делай так, как говорят, иначе не досчитаешься целых костей.       Нил пожал губы. Ариэль больше не улыбалась, лишь молча всхлипывала, вытирая слезы с раскрасневшихся щёк. Это было самое большое её откровение за время прибытия к Лисам. И, признаться честно, на душе от этого правда стало легче.       — Мы готовились несколько месяцев, — неожиданно для самой себя продолжила рассказ нападающая. — В середине апреля должна была пройти игра «Тигров» против «Львов». Иронично, не правда ли? — парень согласно кивнул, приподняв уголком губ. — Ради этой игры я сбегала из дома и пропускала занятия, лишь бы потренироваться. Мы даже обустроили заброшенное поле под площадку для экси, — вздохнула девушка, отводя взгляд в сторону. Она тяжело сглотнула. На следующей фразе её голос дрогнул. — Ночью, перед днём игры, меня отправили в Западную Вирджинию.       Нил молча наблюдал за тем, как Ариэль закрывала глаза руками, чтобы скрыть свои слёзы. Джостен правда не знал, что делать в такой ситуации. Лучшее, что он мог – это выслушать. Порой парень не представлял, как помочь хотя бы самому себе, не говоря уже о других. Сейчас картина жизни Миллер стала ему более ясна. Но это не отменяло факта, что нераскрытых элементов в ней оказалось гораздо больше, чем нападающий мог подумать сначала.       Он просто позволил девушке дать волю эмоциям. И дураку было понятно, что Ариэль старалась держать всё в себе, чтобы потом сорваться на себя же. Ей нужна была разрядка. И Нил не собирался осуждать спортсменку за это.       Он знал, что она не любит прикосновения. За год общения с Эндрю парню было легче соблюдать это правило. Если Кевин или Ники постоянно забывали об этом, то Джостен и Миньярд – никогда. Нападающего настораживало, что Миллер не боялась только прикосновений от девушек. Рене всякий раз могла в поддержке сжать руку Ариэль или прижаться к ней плечом. А Дэн и Элисон иногда позволялись короткие объятия, не больше тридцати секунд.       А вот Кевину за такую вольность, как сжатие запястья, достался разбитый нос. Не зря правило «Не трогать» распространялось на двух игроков «Лисов». Кажется, пора было повесить в общей комнате список триггеров каждого из участников... на будущее.       — Тебе нужно отдохнуть. Не против, если я отвезу тебя в общежитие? — Нил поднялся на ноги, когда девушка более-менее успокоилась. — Эндрю уехал с Кевином, поэтому, хочешь не хочешь, нам придется добираться вместе.       — Почему я должна доверить тебе свою машину? — она поднялась, опираясь рукой на дверь.       — Ты же вроде как доверяешь её Эндрю, а он доверяет свою машину мне, — Джостен слабо улыбнулся. — Думаю, это достаточная причина.       — Дай мне пятнадцать минут, — тихо ответила Миллер, понимая, что ей действительно лучше не садиться за руль. — Иди, тебе тоже нужно переодеться.       — Ты права, — вздохнул парень. — Я буду ждать на парковке.       Нил ушел, закрыв за собой дверь. Ариэль доковыляла до лавки и тяжело осела на неё, начиная дрожащими пальцами расстегивать ремешки экипировки.       Нападающие приняли быстрый душ и вскоре встретились на парковке около чёрного Феррари. Девушка без вопросов передала ключи Нилу и села на пассажирское место.       Он постоял лишнюю минуту, рассматривая темный метал в своей руке. На одном колечке висели три других: с ключами от стадиона на одном, от машины на другом, и на последнем от общаги. Рядом с ними красовался яркий брелок в виде лисьей лапки. Джостен хмыкнул и устроился за рулём. Ему пришлось достаточно долго корректировать сиденье, подгоняя его по росту. Всё-таки ноги у него были не такие длинные, как у Ариэль.       Кажется, ей вообще было всё равно на то, как долго он будет возиться. Взгляд девушки полностью был сосредоточен на звёздах на небе. Сегодня они действительно были особенно яркими.       Ещё немного понаблюдав за поведением спортсменки, Нил, наконец, повернул ключ в замке зажигания и выехал с пустынной парковки.       Никто из них не проронил ни слова. Обоим хотелось тишины и покоя, особенно Миллер. Для неё этот день был очень тяжелым во всех отношениях. В машине распространился едкий запах бензина, поэтому Ариэль пришлось открыть окно и подставить лицо под холодный ветер.       Нил водил хорошо, так же резко, как Эндрю, но всё же более осторожно. Оно и хорошо. Ей сейчас не нужны были эти безбашенные повороты и огромная скорость. Звёзды сегодня были такими красивыми, а нападающая не могла вспомнить даже единственного созвездия. Может, ей стоит купить себе учебник?       Около общежития Джостен вернул девушке ключи и молча пошел внутрь. Миллер последовала за ним. Может, ей удастся отсидеться на крыше до утра? Аарон по-любому ещё не спал, и ему будет либо профессионально похуй, либо он будет докапываться со сто и одним вопросом к блондинке. Угадать точно настроение защитника никогда не представлялось возможным. Кажется, Нил прочитал мысли спортсменки, указав на лестничный пролет и скрывшись в комнате монстров. Ариэль пожала плечами и поднялась на крышу. Ветер тут был ещё сильнее, чем внизу, поэтому пришлось застегнуть куртку.       Только Миллер успела сесть на край, как появился Джостен. Он молча сел на расстоянии вытянутой руки и протянул ей пачку сигарет, предусмотрительно оставив одну для себя.       Девушка приняла ее, уставившись на радужную упаковку. Откуда и зачем? Нападающая повернулась к парню и вопросительно вскинула бровь. Насколько Ариэль было известно, в команде курили только три человека. И двое из них предпочитали сигареты с ментолом. Нил ухмыльнулся.       — Эндрю купил, — на его лице появилась легкая улыбка. — Ему понравились карамельные.       Спортсменка кивнула. Возможно, если бы не её нездоровое отношение к сладкому, то она бы тоже полюбила карамельные. Но, видимо, не в этой жизни. Миллер вытащила сигарету и подожгла ее припасенной заранее зажигалкой. Сегодня девушке повезло нарваться на яблоко.       Нападающие сидели молча, время от времени выпуская едкий дым в воздух, позволяя ветру разносить его в стороны. В один момент Джостен начал перечислять различные созвездия на французском. Ариэль ни за что бы не признала этого, но это её успокоило. Французский язык был спасательным кругом для неё.       Но даже так Миллер было немного тревожно от тьмы, разверзнувшейся над головой. Только вид звёзд давал ей понять, что она не в помещении. Ведь там, где было видно небо, девушке ничего не угрожало.