Офицер

Алексей просыпается и дёргается всем телом, кто-то гладит его по спине, Швабрин затихает, задерживая дыхание. Страшно. Вдруг это Пугачёв пришёл за продолжением. – Я знаю, что ты не спишь – раздаётся голос Гринёва. Алексей несмело поворачивает голову, поднимает взгляд на Перта и запоздало понимает, что лежит на кровати. Он оглядывается: и правда комната Гринёва. – И что же теперь будет? – Швабрин проводит пустым взглядом по потолку – Ты убьёшь меня? Как я тебя тогда.. на дуэли чуть не убил. – Алексей тяжело вздыхает и жмурится. Что к лучшему, если всё сейчас и закончится. – Нет, – Гринёв садится чуть ближе, заглядывая Швабрину в глаза – я собираюсь забрать тебя отсюда, но если не хочешь, можешь остаться с Пугачёвым. Не думаю, что он намеревается тебя казнить. – Я п-поеду, – Алексей сглатывает ком в горле и трёт руками глаза. Всё что угодно, только не оставаться здесь. – Только куда? И как? Мы подадимся в бега? – Нет. У меня с Пугачёвым есть забавная история. Я, признав его за простого мужика, отдал ему свой тулуп. Поэтому он и был ко мне милостив. Мы поговорили. Он узнал о Маше. И предложил отомстить тебе.. Впрочем, что дальше было ты и сам знаешь. А потом, пока ты спал, он сказал что и тебя отпустит, если я решу взять с собой – всё это Пётр рассказывал пренебрежительно и слегка надменно, заставляя Швабрина нервничать – Поедем в Оренбург, нужно предупредить губернатора. – Х-хорошо – Алексей сел на кровати и потупил взгляд, Гринёв похлопал его по плечу и провёл рукой по волосам, поправляя чёлку. Швабрин смиренно принял прикосновения и посмотрел на Петра. – У тебя есть что забрать отсюда? Через час нам уже стоит покинуть город – Гринёв поднялся, Алексей поспешил за ним. – Да, я быстро, туда и обратно – Швабрин, прихрамывая, вышел из комнаты. К своему жилищу Алексей шел словно в тумане. Совсем скоро он встретится с Машей, Пётр точно возьмёт возлюбленную с собой. После дуэли Швабрин старался не показываться ей на глаза, девушка и сама не особо хотела его видеть. Но теперь.. Ох, им точно не избежать разговора. Как Гринёв вообще собрался объяснять ей, почему взял с собой Алексея? Почему он вообще его с собой взял? Швабрин тихо вздыхает в ответ на свои мысли. Если бы он только знал, что творится в голове у Петра. Через тридцать минут они встретились у ворот крепости. Было совсем раннее утро, только-только начало светать. Гринёв помогал девушке залезть в повозку, когда к ним подошёл Алексей. Маша нахмурилась и фыркнула, отводя взгляд. Швабрин проигнорировал это, садясь как можно дальше. Ехали они долго, просёлочная дорога то и дело заставляла повозку подпрыгивать на кочках. Алексей весь извозился, всё тело болело, конечности ломило, а тряска не позволяла ему сидеть. Маша облокотилась о кучерское сиденье и болтала о чём-то с Петром. Глядя на них, Швабрин чувствовал себя особенно одиноко. Ни с одним человеком в мире он не был настолько близок, как близки эти двое. Он отвернулся, вглядываясь в Белогорскую крепость, становившуюся всё меньше с каждым мгновением. Когда они добрались до ворот Оренбурга, Пётр остановил повозку и соскочил с места. Алексей удивился его резвости и ничего не успел сделать, лишь наблюдая как Гринёв разговаривает с солдатами. В глазах помутнело, пытаясь проморгаться Швабрин смутно услышал окрик. – Пойдём скорее! – Гринёв подбежал к повозке и подал Алексею руку. Тот принял помощь и наконец-то оказался ногами на земле – Это Алексей Швабрин. Мы с ним приехали из Белогорской крепости.. – Пётр начал рассыпаться в объяснениях, а Швабрин, прищурив глаза, пытался уследить за его монологом. Всё было таким странным и кислотно-ярким. Вокруг замелькали люди. Он лишь успел узнать Машу, стоявшую по правую руку Гринёва, как его толкнули и приказали не отставать. Их повели к генералу, тот оказался в саду. Статный мужчина, слегка за сорок, серьёзно выслушивал сумбурный доклад юноши, пока вокруг суетились солдаты и простые местные жители. Собрался совет, чиновники в просторном зале обсуждали дальнейшие действия. – Ты весь горячий, как ты себя чувствуешь? – Гринёв притрагивается ко лбу Алексея и хмурится – Где здесь врач живёт, не подскажете? – Пётр оборачивается к стоящему неподалёку офицеру. – Я вам вот что скажу, езжали бы вы лучше отсюда-с. Мы оборону будем держать до последнего и два беглеца-нахлебника нам тут не нужны – Швабрин по лицу Гринёва заметил, как его задел этот, в общем-то правдивый, комментарий. Тот уже хотел возразить, как к ним подошёл генерал. Пётр обратился к нему с той же просьбой, но ответ получил тот же, только менее грубый. Пока Гринёв разбирался с начальством, Алексей сделал пару шагов назад и присел на скамейку, пытаясь прийти в себя. Его плеча кто-то коснулся, Швабрин поднял взгляд и увидел наклонившуюся над ним Миронову, та сосредоточенно всматривалась ему в лицо, а после дотронулась щеки. "Что?.." - уже хочет сказать Алексей, как Мария начинает говорить. – Вы не здоровы, Швабрин. Предполагаю, это нервное. Не волнуйтесь, Пётр скоро вернётся. Мы вас уложим и вы быстро встанете на ноги, – Алексей зябко повёл плечами. Такое внезапное внимание его испугало. Он отвернулся и ответил: «Не волнуйтесь Мария, я чувствую себя сносно. До повозки, если что, дойду.» Не дошёл. Очнулся Швабрин уже в повозке. Рядом сидела Миронова, слушавшая доклад Гринёва. «…И, через пару дней, уже будем дома…» - до Алексея долетел лишь маленький отрывок, как он снова погрузился в беспамятство.