Наруто стал Ассасином.

Прошло уже пять лет, как тяжёлые, гнетущие перемены налегли на деревню. Минато, некогда вознесённый до Хокаге, теперь был низложен, а его место занял Данзо, суровый, безжалостный стратег. Кушина, сжав сердце, думала о разводе, хотела оставить Минато, но старейшины, мудрые в своей коварности, посоветовали ей не торопиться, не готовить поспешных чувств, подождать удобного момента. Они вели ей притворяться преданной женой, сохраняя видимость семьи. Минато сам, в слабости своей, в душевном душевном расстройстве, говорил о том, что один из его детей — демон. Слова эти прокатились по деревне, как яд, разъедая доверие, и лишь немногие — всего два процента населения — продолжали верить в его честность. Остальные отвернулись, разоблачив ложь, ведь знали, кто такие Джинчурики на самом деле. Они видели в Минато предателя, темного человека, и этот раскол пролегал между ним и деревней всё глубже. Кушина, когда выпадала возможность, тайно посетила приют, чтобы хоть на мгновение увидеть своего ребенка, прижать его к себе. Все шло, казалось бы, тихо, хоть и тоскливо, как только ее мальчика не попытались убить. Этот жестокий день стал последствием тех роковых слов Минато. Теперь мальчик, Наруто, ненавидел всю деревню, утверждая, что он был виновником их бед и страданий. Его мать, Кушина, старейшины, сам Хокаге, Санины — все они, по меньшей мере, пытались защитить ребенка, но это были лишь осколки легкой доброты в море зла. Была одна девушка, Карин Узумаки, спасённая Наруто от хулиганов, и с тех пор она, краснея, не могла смотреть на него без чувства восхищения и благодарности. Ее лицо багровело, как и ее рыжие волосы, но не от стыда, а от жары, она к нему пришла. В отличие от других, кто воевал о его стране, она видела в его глазах нечто большее, чем просто ненависть. Но, кроме нее, деревня видела в мальчике лишь демона. «Демон!» — это слово, как камень, летело в Наруто, когда он шёл по улицам, не удивительно, что его так ненавидят. Его не у кого было спросить — даже мать, Кушина, хранила тайну, боялась угрозы Минато. И только обещала однажды всё рассказать, когда придёт время. Однажды Наруто сидел на качелях, задумавшись о своей жизни. "Почему? В чём причина?" — эти мысли не давали ему покоя. Он продолжал сидеть, пока к нему не подошли пьяные шиноби. «Вот он! Демон, что убил наших родных!» — слова эти, как клинки, разрезали его душу. Мальчик вскочил и побежал прочь, спасая свою жизнь. Его ноги несли его на полигон номер 4 — мрачное место, окружённое дурной славой, но там он находил покой, одиночество. И вот, убегая, он побежал в пещеру, надеясь скрыться от преследователей. Но внезапно за его спиной открылся портал — странная воронка, и она затянула его в неизвестность. Очнувшись, Наруто понял, что находится в чужом мире. Но ему не пришлось долго размышлять: внезапно за его спиной появился мужчина с мечом и холодно положил лезвие на его плечо. — Кто ты? И как ты появился на нашей земле? Наруто взглянул на блестящий металл и понял: если не ответит, его жизнь оборвется здесь и сейчас. — Простите, — сказал он тихо, — я Наруто. Я не знаю, как сюда попало. Я убегал от пьяных жителей своей деревни, спрятался в пещере, и вдруг появился портал, который перенес меня сюда... — Понятно. Вставай. Ты идёшь со мной. — Но куда? — К нашему лидеру. Может быть, он поможет тебе. Пока они шагали вперед, Наруто, ощущая необъяснимую тревогу, бросал взгляд в сторону. Жители крепости, окружившие их, смотрели на него с удивлением, как будто он был чем-то чуждым, инородным элементом в этом суровом, сурово чужом мире. — Что это за место? — голос мальчика прозвучал тихо, словно в страхе потревожить окончательное молчание гор. — Это земля Крепости Масьяф, — ответил мужчина, тон его был спокоен и решителен, — а впереди сама Крепость. Масьяф — мрачное, неприступное место, возвышающееся в горах золота, где находится орден Ассассинов, тщательно насматривавший аппарат. Высеченные в скалах крепости стен кажутся сильными духом времени, их не могли потревожить ни бури, ни войны. Окружённая поднятием барьерами, защищённая лучшими бойцами, Крепость была неприступна для любого, кто осмелился посягнуть на её власть. Когда они, наконец, выполнили Крепости, мужчина повёл Наруто в тёмные коридоры, где шаги гулко отдавались от него, как будто само время следило за ними. Они вошли в комиссию, где, окружённым светом и тенью, восседал лидер Братства Ассассинов. — Альтаир, что привело тебя сюда? — прозвучал хриплый, суровый голос. — Я ведь тебя не вызывал. — Прошу простить, учитель, — с уважением ответил Альтаир, — но я нашёл ребёнка и решил привести его сюда. — Думаешь, его можно было послать врагам? — с подозрением прищурившись, спросил лидер. — Ну что ж, здравствуй, мальчик. Меня зовут Аль-Муалим. А как твоё имя? И что привело тебя сюда? — Здравствуйте... Меня зовут Узумаки Наруто, — произнес он, чувствуя на себе тяжесть взгляда Аль-Муалима, как будто под этим взглядом с него сдирали маски и обнажали всю его сущность. — Как я уже сказал твоему подчинённому, я убегал от пьяных жителей своей деревни, которые хотели меня убить... ни за что. Я пытался закрыться в пещере, надеясь, что они обо мне забудут. Но вдруг появился портал, и он перенес меня сюда. А дальше... дальше появился он, и вот я здесь. Лицо Аль-Муалима оставалось непроницаемым, как будто высеченное из камня, но глаза его блестели холодным интересом. — Всё понятно. Скажи мне, Наруто, — произнёс он, голос его был тихим, но в нём чувствовалась мощь, — ты бы хотел вступить в наше Братство? — Если это сделает меня сильнее, чтобы я мог защитить всех, кто мне дорог, — сказал Наруто, сжимая кулаки, — то да, с удовольствием. — Вот и хорошо, — произнес Аль-Муалим, похоже, это решение было предопределено. — Альтаир станет твоим учителем. В этих словах чувствовалась не просто власть, но и холодное понимание судьбы, будто сам Наруто шагнул в неизведанное, откуда не будет возврата. Альтаир не стал спорить, зная, что его учитель не потерпит отказа. В молчаливом поклоне, подчинившись, он жестом пригласил мальчика к себе, чтобы отвести его на тренировочный полигон. Когда они добрались до цели, Альтаир с суровостью, привычной для наставника, начал объяснять, что ждёт Наруто впереди. — Слушай внимательно, — голос Альтаира звучал тихо, но в нем чувствовалась неотвратимость. — Все, кого вы видели в этой крепости, — ассасины. Мы уничтожаем тех, чья жадность и эгоизм портят жизнь простых людей, загоняя их в нищету и доводя до смерти. Это наша миссия — избавлять мир от таких правителей, чтобы не дать им превратить народ в рабов. - Однако, Наруто ещё не до конца осознавший масштаб услышанного, задумчиво произнёс: — Но ведь не все правители такие? Альтаир, его взгляд затуманился, как будто он вернулся к своим личным воспоминаниям. — Да, есть те, кто остаётся добросовестным. Но мало таких. Власть портит людей медленно, но неумолимо. И они становятся алчными. — Алчными? — Наруто нахмурился, как будто это слово было для него чужим. — Что это значит? - В ответ Альтаир, как философ, погружённый в вечные истины, начал медленно и вдумчиво объяснять: — Алчность — это безудержное желание накопить как можно больше богатств. Это жадность, которая вырывается из-под контроля. Алчный человек ищет счастья в деньгах, не понимая, что это пустота. Он зарабатывает духовные ценности, материальные, учитывая, что деньги приносят ему счастье. Но вместо этого приходит зависть, замкнутость, страх потерь. Жадность разрушает его изнутри. Часто это уходит с места в детство, когда родители подменяли любовь дарами. Такие люди меряют всё вокруг чего-то, и если не меняют своего пути, алчность сводит их с ума. Наруто слушал, внутренне содрогаясь от тяжести этих слов, но одновременно понимая их смысл. — Так вот почему вы сражаетесь. Чтобы люди не стали такими, как ты говоришь. — Именно, — происшествие Альтаир. — Но чтобы стать одним из нас, нужно больше, чем просто желание. Ты должен быть физически силён и ловок. И для начала я проверю, стоит ли потратить на тебя время. Пробеги десять кругов по полигону, затем двадцать пять приседаний, пятнадцать отжиманий и двадцать на пресс. Несмотря на молчание, чувствуя, что его ждёт не только проверка силы, но и испытание души, чтобы привести его к новым горизонтам. Прошло десять лет с тех пор, как юный Наруто, попав в Масьяф и вступив в ряды убийц, начал новую жизнь, полностью поглощённую делами ордена. Он стал зрелым мужчиной, его черты лица, по мере взросления, обрели строгость и достоинство. Его участие в миссиях, где вместе с братьями и сёстрами он подвергался опасности и жестоким испытаниям, укрепило его решимость и навыки. Своими руками он обрушивал смерть врагам, называя себя тамплиерами. Сегодняшний день был особенным — Наруто был вызван к Аль-Муалиму, чтобы получить долгожданную экипировку. — Здравствуйте, мастер, — произнёс Наруто с уважением, хотя его голос звучал несколько выжатым, как будто о привнесении в него частичек детского волнения. — А, Наруто, мой мальчик, — с ласковой и в то же время проницательной интонацией отозвался Аль-Муалим. — Заходи, заходи. Слушай, Наруто, за эти годы, что ты провёл в нашем братстве, ты доказал свою стойкость и умение. Ты прошёл через множество испытаний и теперь готов стать полноправным нашим орденом. Я приветствую тебя и вручаю тебе всё, что необходимо для твоего пути. — Благодарю вас, мастер, — скромно ответил Наруто, принимая амбару и оружие. С этим его поклонился и, получив разрешение, поспешил, чтобы подать новые сложные вещи. В комплект, который он получил, входили: белый балахон, небольшая овальная броня, наручные клинки, метательные ножи и меч. Переодевшись и осмотрев себя в зеркале, он вновь направился к Аль-Муалиму, с надеждой в сердце ожидая нового поручения. — Очень хорошо, Наруто, — сказал Аль-Муалим, когда Наруто вернулся. — Возьми этот альбом. Это не просто книга, средство, с помощью которого ты учишься записывать свои наблюдения и мысли. Альбом этот — как дневник, направленный нашими братьями и сёстрами, чтобы оставаться после своих действий и противодействий. — Благодарю вас, мастер, — вновь произнёс Наруто, и, получив одобрение, добавил: — Если позволите, я покину вас. — Конечно, не смею тебя задерживать, — ответил Аль-Муалим, его взгляд был полония одобрения и мудрости. Наруто удалился и, не медля ни минуты, направился в казарму, где ему выделили крошечную комнату. Войдя к ней, он подошёл к столу и, с лёгким волнением, стал делать свою первую запись. — Коноха, мой родной дом, — думал Наруто, погружённый в воспоминания. — Я сидел на качелях, которые скрипели на ветках деревьев в Академии шиноби. Это было странное спокойствие, которое внезапно нарушили трое подвыпивших шиноби. Они подошли ко мне с обвинениями, полной ненавистью и гневом за смерть их близких. Я чувствовал, как мое сердце сжалось от страха. Не желая быть в их компании, я вскочил и помчался к 4-ому полигону, где я надеялся найти раскрытие. Эти пьяницы, жаждущие места, помчались за мной, наполняя воздух криками и руганью. Я изо всех сил добрался до полигона и, не задерживаясь, скрылся в пещере, чтобы переждать, пока эта буря утихнет. Но судьба была жестокой. Внезапно сзади меня развернулась воронка, и меня втянули в неизвестные размеры. Я оказался в чужом, незнакомом мире. И вот, как будто из ниоткуда, появился Альтаир и, положив мне на плечо свой меч, наделил меня ещё большим страхом. Я запаниковал и медленно повернулся к нему. Он задал мне несколько вопросов, а затем отвёл к лидеру группы Аль-Муалиму. На аудиенции перед мастером я повторил те же слова, что и Альтаир. Мастер предложил мне вступить в братство, и я все обдумал, дружелюбно. Прошло десять лет, наполненных тренировками и опасными заданиями, которые я выполнял под руководством нашего лидера. Сегодня мастер вызвал меня и вручил мне белый балахон и оружие. К этому прилагается альбом, который я должен использовать для записи своих мыслей и выводов. Я принял решение стать ассасином, преданным братством и готов помочь ему всем, что я могу. В то время как деревня скрытого листа, известная как Конохагакуре, погрузилась в хаос поиска, ее жители стремились сохранить пропавшего Кушины ребенка. Многострадальная надежда пронизывала каждое действие шиноби, каждый их шаг был пронизан несправедливостью о будущем мальчике. Воспоминание о событиях прошлого... Пять лет назад, после ужасного собрания, посвященного нападению Кьюби, ситуация обострилась до крайности. Минато Намекадзе, подвергшийся жестоким обстоятельствам, был вынужден солгать о том, кто стал новым Джинчурики Кьюби. Трусость этого человека была внедрена в полном объеме, когда он решил возложить всю вино на своего третьего ребенка, сделав его козлом отпущения. Минато, переживающий страх перед возможным приговором, хотел, чтобы его дети не были участниками родительского попечения, и, будучи ослеплённым страхом, внедрялся во тьму своих поступков. Лишь благодаря небольшому уму змеиных тайн, крошечной, но проницательной змейки, истинные мотивы Намекадзе были раскрыты. Узнав, что его участники поста Каги по указанию Даймё, он решил покинуть Коноху, оставив свою жену и детей на произвол судьбы. В этом новом, бесчеловечном акте покинутости Данзо, новый глава Конохи, принял решение о защите Кушины и ее детей. Он столкнулся с разоблачением всей деревни, обнажив правду о том, кто на самом деле является героями, которые сдерживают Кьюби внутри себя. Данзо также открыл глаза на истинную суть третьего ребенка Кушины, о которой Минато пытался забыться и произнести забвение. Эти откровения вызвали в жителях ярость и возмущение. Публично потребовали снять изображение Минато с памятника Каги, ребенка необходимо было найти и вернуть матери. Но никому ещё не было известно, что служащие приюта, верные предателю Намекадзе, делали, возможно, всёе, чтобы не допустить воссоединения мальчика с его семьёй. Орочимару, отправившийся в Склай Дождь, добился аудиенции у Нагато, где он рассказал о том, что произошло в Конохе, и о судьбе его сестры. Нагато, узнав правду, помогло. Однако известия о том, что Жёлтая молния превратила своих племянников в сосуд для Кьюби, разозлило его до предела. Он поклялся найти и уничтожить Намекадзе за его предательство. И вот, в один из тех дней, когда судьба явила неожиданные и мрачные повороты, Минато возвращается в Коноху. Он будто возвращается, и все вокруг замерло, когда его взгляд, устремленный на памятную скалу Каге, сталкивается с ужасающей переменой. Его собственное изображение, когда-то гордо возвышавшееся над прочими, было уничтожено, и на его месте теперь восседало изображение Данзо. — Что происходит? — прокрадывалось в его сознании, как бы неотступная тень. — Почему мое изображение было снято? В чём моя вина, что ко мне такое отношение? Пока эти мысли тревожили его ум, он не заметил, как к нему бесшумно подошли Анбу. Один из них, скрытый под маской, ловко приложил к нему защелку замка чакры. — Намекадзе Минато, — прозвучал голос, полный холодной формальности, — вы обвиняетесь в предательстве и дезертирстве. Просим вас встретиться с нами. Минато, поражённая внезапностью и тяжестью, уже готовилась к бегству, но один из бойцов Анбу ловко и беспощадно ударил его по шее, лишая сознания. Вскоре его тело было обездвижено и связано, и его перенесли в темницу. Как только его поместили в заточение, прошло всего пять минут, и к нему явился Данзо. Минато, увидев главу Корню, который также был новым главой деревни, ощутил, как напряжение и страх проникли в каждую его клетку. Его сознание было выражено мрачными предчувствиями и смятением перед тем, что можно было соблюдать. — Итак, Минато, — начал Данзо, его голос был пронизан тяжёлой неумолимостью. — Объясни мне, почему ты предал деревню? И что более важно, почему ты бросил своего сына в приют? Минато, с потрясённым выражением лица, старался выдержать растерянность, его голос дрожал от подавленного отчаяния. — Что за вздор? Я не предавал деревню. А что касается ребенка, — продолжал он с отчаянием, — это был демон, принявший облик моего сына. Я не мог позволить ему жить в моем доме. — Однако, — возразил Данзо с ледяным спокойствием, — по нашим данным, во время запечатывания ты разделил Кьюби на две части и запечатал обе половины в своих детях — Менму и Мито. Более того, на совете вы утверждали, что запечатал всего лису в своем третьем ребёнке, то есть в Наруто. Ты также заявил, что не желаешь жить с демоном, и предложил бросить его в приют. На самом деле, ты решил держать Джинчурики рядом с собой, а Наруто превратился в козла отпущения. Но вот беда: ты настолько увлекся процессом запечатывания, что не заметил, как за тобой следят. — Неправда, — возразил Минато, но его слова звучали всё менее уверенно. — Я запечатал Кьюби в Наруто. — Ты можешь оправдываться сколько угодно, — сказал Данзо с неумолимой решимостью. — Но наши лучшие медики проверили детей и установили, что Кьюби запечатан в них, а в Наруто его нет. Нам также стало известно, что ты Каким-то образом относишься к управляющим приюта, показывая им прикрытие Наруто, если кто-то будет его искать. И вот снова ошибка: в приюте Осталась одна из Анбу, чтобы защитить Наруто. — И что с мальчиком? — спросил Минато, его голос был полон отчаянного тревожного ожидания. — В конце концов, что ты сделал, у тебя ещё хватает наглости, спрашивая о его судьбе? — ответил Данзо, его голос был наполнен горечью. — После того, как ты объявил, что твой сын является носителем Кьюби, лишь 2% населения восприняли это серьёзно и начали охоту чтобы убить его. И теперь он пропал, и это твоя вина, Намекадзе. Как глава деревни, я обвиняю тебя в предательстве и приговариваю к наказанию в рамках закона — Замке Хозуки, где ты будешь отбывать наказание до конца своих дней. Забирайте его. Двое охранников из Замка Хозуки вошли в камеру, надев на Минато дополнительные кандалы. Они повели его к кораблю, его шаги были тяжёлыми, а на лице писался отчаянный страх и бессилие. В это время Кушина была со своими детьми. Узнав о пропаже одного из своих племянников, Нагато покинул Амегакурэ, решив помочь Кушине и, по возможности, найти мальчика. - Мысли Кушины: Буквально вчера в Коноху прибыл мой брат Нагато. Как только он узнал о предательстве Минато и отравлении моего второго сына, он сразу же передал свои обязанности и приехал сюда, чтобы помочь мне вырастить детей и защитить нас. Предательство Минато, его предательский поступок, изменило всё. Теперь, когда Наруто пропал, я остаюсь только надеясь на Джираю-сама. Он, возможно, жертвует новости от старых хороших жаб. Я уверен, что он скажет, что всё будет хорошо. Надеюсь, что жабы разорвут контракт с Минато. - Мысли Нагато: В Амигакуре я рассуждал над предложениями чёрно-белой материи, которые мне пригодились. Я сказал, что мне нужно подумать, и, хотя он надеялся на положительный ответ, меня преодолело чувство, что в Амигакуре появился чужак. Я направился к нарушителю, думая, что это Джирая, но передо мной возникла змеиной Санин Орочимару. Он объяснил, что Минато, муж моей сестры Кушины, запечатал девятихвостого в моих племянниках вместо того, чтобы напечатать его в свиток, третий сын бросился в приют и сбежал. Это известие вызвало у меня бурю гнева. Я не мог думать, что Минато опустился до такого. На следующий день я собрал свои вещи и отправился в Скрытый Лист. Хотел взять с собой Конан, но она отказалась. К счастью, Кушина встретила меня и привела домой, познакомилась с Хокаге, который помог моему пришествию и попросил присмотреть за своими племянниками. Но когда я спросил о Минато, Хокаге сообщил, что поиск продолжается, так же, как Минато бежал из тюрьмы в Замке Хозуки, и, зная об этом, объявил его нукеном. Я лишь превратился и решил стать шиноби Конохи, чтобы защитить свою семью от Намекадзе. Но если он снова появится, чтобы нанести вред Кушине и Менме с Мито, я убью его.