Наруто стал Ассасином.

Покинув укромное убежище, Наруто и Альтаир поспешили на площадь, как будто сами не ведали, куда их ведет эта тёмная судьба, и не зная, насколько могут быть преходящими их усилия. Они стремились не дать произойти казни повстанцев, стараясь спасти хотя бы тех, кто ещё мог быть спасён. Приблизившись к площади, их взор был встречен сценой, где множество зрителей, как бесчувственные существа, собирались наблюдать смерть невинного. Первая жертва, поглощённая страхом и смирением, уже была готова встретить свою участь. Наруто, пробираясь сквозь толпу, с подобной отчаянной решимостью извлёк свой клинок и метнул его в палача. Как только клинок достиг своей цели, раздался крик, который, подобно зову отчаяния, разорвал воздух. — Ассасин! Здесь ассасин! — закричал кто-то в безумной панике. На крик сбежались шесть солдат, и тогда Альтаиру пришлось вступить в бой. Вспыхнула жестокая схватка, в которой Альтаир, подобно воину, сражавшемуся с самой тьмой, одолел своих противников. Освободив повстанцев, ждавших своей очереди к казни, он открыл телегу, и узники, как если бы они сбрасывали с себя оковы страха, выбежали и устремились к убежищу. Наруто и Альтаир продолжали бороться с темплиерами, которые сбегались на крик своего товарища, словно на зов неумолимого судьбы. Командир темплиеров, наблюдая за тем, как два ассасина расправляются с его людьми, ощутил, как гнев и отчаяние обрушились на его душу, и поспешил удалиться. Однако долго ему убегать не пришлось. Наруто, не зная усталости, настиг беглеца, и, словно воплощение судьбы, набросился на него со спины, вонзив клинок ему в шею. Беглец пал, как раздавленный тяжестью собственной судьбы. Когда с солдатами было покончено, Наруто вернулся к Альтаиру, и они, объединив свои силы, направились к Маркосу. Словно лишённые последних сил, они спросили: — Нам не удалось найти всех твоих людей, Маркос. — Возможно, они всё ещё в тюрьме — в гавани или в Буффавенто, — ответил Маркос с горечью в голосе. — Мы должны знать точно. Время уходит, как песок сквозь пальцы. — После дежурства тюремщики часто заходят в портовые таверны... Вы могли бы что-нибудь разузнать там. — А что на счёт Марии? Есть ли следы? — Никаких. Думаешь, она скучает по тебе или по Альтаиру? — Не знаю, что на счёт Альтаира, но я с ней постоянно как кошка с собакой. Полюбопытствовал. Она будет скучать, когда узнает больше о своих друзьях. — Ладно, Маркос, встретимся позже у врат Буффавенто, — ответил Наруто, словно прощаясь с тенью надвигающейся беды. Покинув убежище, Наруто и Альтаир направились в гавань. Величественное спокойствие моря контрастировало с бурей, разворачивающейся на суше. Как только они достигли гавани, их взгляд привлек сцена сражения, развернувшегося между каким-то потаскующимся толстяком и солдатом. Прилепившись к тени, они наблюдали, как судьба решается в этом крошечном уголке мира. — Уходи. Тебе здесь не место, — гремел голос солдата, пронизанный нотами угрозы и нетерпения. - Толстяк, не дождавшись ответа, с удвоенной яростью набросился на него, отказываясь уступать ни пяди. Вскоре раздался рык солдата: — Что с тобой такое? Ты дорого заплатишь за это. - Тот не затруднил себя искусностью обращения с оружием и лишь на миг замер, готовясь к предстоящему бою. Толстяк же, не смущённый ничтожным сопротивлением, изрёк свою насмешку: — Ты даже не умеешь этим пользоваться. С этими словами он покинул место конфликта. Пройдя мимо Наруто и Альтаира, толстяк взвизгнул, и Альтаир, воспользовавшись моментом, быстро бросился за ним, не упустив возможности подойти вплотную и вступить в схватку. — Что, хочешь драться? Ну так давай, покажи себя, — произнёс Альтаир, сжимая кулаки и готовясь к атаке. - Толстяк, приглядевшись к своему противнику, затрясся от смеха. — Простите, сержант. Это всё проклятое вино. Вы, кажется, тот, кто отнял у меня работу. — Да? И где же был твой пост? — спросил Альтаир, внимая каждой детали, как бы впитывая её. — В соборе Буффавенто. Но Бушар увидел, что я пью на посту. — Ха-ха-ха! Охранять Оракула — не простое дело, не так ли? А я служу в портовой тюрьме, смотрю за этими вшивыми бунтовщиками. — Они всё ещё там? — поинтересовался Альтаир, вытащив из себя все возможные средства для понимания. — Конечно, никуда они не денутся. Ключ от темницы всегда один, и он у тамплиера, который стоит на страже. Если ключ потеряется, эти свиньи сгниют в своих камерах. — Мы не можем этого допустить, верно? — подтвердил Альтаир, ощутив всю тяжесть обстоятельств. После того, как Альтаир, лишив последнего дыхания толстяка, и Наруто бесшумно направились к тюрьме, их поступь была так же стремительна и решительна, как ночной туман, скрывающий их намерения. В тюрьме, стены которой когда-то слышали стон и плач несчастных, они быстро и без следа избавились от стражи, стоявшей на страже. Охрана, ещё недавно гордящаяся своей беспристрастной бдительностью, упала, как символ угнетения, который они пришли разрушить. Когда им удалось избавиться от всех преград, Наруто с решимостью приступил к разрушению замка, тогда как Альтаир продолжил допрос, пронзающий душу в своих вопросах. - Господа, благодарю вас. Да хранит вас Господь. Слова благодарности были наполнены искренностью, отразившей ту пронзительную необходимость освобождения, которую Наруто пытался реализовать. Слушая ответ заключённого, Альтаир, как всегда, оставался сосредоточенным. - Вы сказали, что с вами была женщина? - Женщина? Да, была. Шалим, сын Быка, увёл её в цепях. Она сопротивлялась. - С тем, как Наруто успешно открыл дверь камеры, освобождение казалось почти ощутимым. - Готово. Торопитесь! Возвращайтесь к своим! Но радость освобождения была недолгой. На их плечи обрушились новые солдаты, как черти, выпущенные из подземелья. Наруто и Альтаир, без замедлений и раздумий, извлекли скрытые клинки и, преодолевая сопротивление, вырвались из тюрьмы, как тяжёлый крик из ночной тишины. Когда они, преодолев все преграды, достигли убежища, встреча с Маркосом была неизбежной, как дыхание после долгого удержания. - Альтаир, Наруто, мне только что принесли радостную весть. Наши братья на свободе? - Да, но Бушар, похоже, намерен развернуть войну против повстанцев. Будьте на чеку. - Реакция Маркоса была пропитана страхом и отчаянием. - Оракул! Она видит всё! Её необходимо уничтожить! - Наруто с сомнением ответил: - Не знаю, что именно видит этот Оракул, но если тамплиеры сумели вынудить Варнаву выдать информацию, возможно, они сломили и её. - Слова отголоском эхом пронзили их разум, оставив неутешительную мысль о пытках и страданиях. - Боже мой! Вы думаете, что они его пытали? - Не исключаю и такую возможность, - ответил Наруто, обращая взгляд на Альтаира, чьи глаза, полные решимости, выдали желание лично встретиться с этим Оракулом. Получив одобрение от Маркоса, Наруто и Альтаир поспешили в замок Буффавенто. Проникновение на территорию замка было подобно тихому падению тени, их шаги были осторожны, и в каждом движении звучала предельная осторожность. Они бесшумно вскарабкались по стене, их движения были как нежный шелест, оставляющий только невидимый след на камне. Они нашли отверстие в стене и, как тени, проникли в одну из башен. Спустившись вниз, Наруто с методичной точностью устранил всех часовых, словно вершил судьбы, не оставляя шансов ни одному стражу. Альтаир, следуя за ним, был настроен на более великое сражение. Проходя по коридору, Альтаир услышал отголоски разговора. В глубине помещения, среди сумрака, раздавался голос, словно рёвающий от звука удара молота о наковальню. - Значит, девчонка снова сбежала? - голос был полон раздражения и недовольства. - Ей точно кто-то помогает. Только что она была в цепях, и вот её уже нет… - Не оскорбляй меня, Шалим. Женщины – твоя слабость, это известно всем. Ты забыл об осторожности и позволил ей уйти. - Я найду её, Великий Магистр. Клянусь. - Найди её, пока она не привела ассасинов к нашему архиву. И ещё, Шалим… достань это Александру в Лимассол. - Да, Великий Магистр. Слова были как гвозди, забиваемые в плоть, их значение резало слух. Альтаир, прислушиваясь к этим обрывкам разговоров, понял, что Александр также служит тамплиерам. - Ого. Альтаир, ты это слышал? Похоже, что Александр тоже служит тамплиерам. - Наруто тихо прокомментировал, слыша этот разговор. - Да уж, у Бушара повсюду свои шпионы, - ответил Альтаир. Идя дальше по замку, они услышали бормотание и смех, который доносился из одной двери. Быстро прижавшись к опорным столбам, они стали свидетелями того, как мимо двери прошли два стражника. После того, как дверь отворилась, из комнаты вышел тот самый тамплиер, что передал послание Александру. Когда дверь закрылась за ним, раздался грохот, напоминающий взрыв молнии. - Что происходит? - бормотал один из стражников, слышится отчаяние в его голосе. - Это всё та безумная, сер. Она в ярости… убила уже двоих стражников! - Пускай поиграет. Она своё дело сделала. - Наруто, стой на страже. А я попробую с ней поговорить. – Альтаир сказал, голос его был полон решимости и затаённого страха. Я тебя понял, - ответил Наруто. Наруто встал у двери, его тело было напряжено и готово к действию. Альтаир вошёл в комнату. Внутри, среди тьмы и разгорячённого воздуха, звучал голос, предвестник беды. - Кровь язычника… Я знаю твоё имя, грешник… Я знаю, зачем ты здесь… Господь направит мои когти… Господь даст мне сил переломать тебе кости… Этот голос был наполнен зловещей решимостью и древним гневом, пророчествующим грядущую битву, в которой не будет пощады. В тени глухих стен Буффавенто, где свет лампы лишь подчеркивал мрак, Альтаир был полон ожидания. Он представлял себе Оракула как величественную фигуру, сидящую за столом и предсказывающую будущее сквозь хрустальный шар. Однако, когда перед ним предстала женщина, она была далека от его ожиданий. Облик её был ужасающим, подобным испытанным созданиям, что выходят из лабораторий безумного врача Гарнье де Наплуза. В её преобразованном теле трудно было разглядеть что-то человеческое, скорее это было чудовище, застывшее в форме ведьмы. Ведьма, движимая ненавистью и разрушением, напала на Альтаира с яростью, требующей всех его сил. Её превращение в мутанта, жаждущего смерти, оставило лишь призраки человеческой натуры. Альтаиру казалось, что из зловещих теней было бы лучше позвать Наруто на помощь, но обязанности стояли перед ним — он должен был оставаться на страже. Едва она направила свои острые клинки к Альтаиру, он с трудом уклонился и прижал её к стене, её хриплый голос был полон фанатизма и безумия. «Я — орудие Господа… Господь сделал меня Своим палачом… Я не боюсь ни греха, ни смерти…» — бормотала она, не осознавая своей трагической участи. Альтаир, поражённый этим доведённым до безумия существом, спросил её о её прошлом: «Когда-то ты была киприоткой, уважаемой женщиной. Какие тайны ты раскрыла этим дьяволам?» - «Я убиваю не бесцельно… Мной руководит Бог… Я — его орудие…» — отвечала она, как будто оправдывая свои злодеяния. Альтаир увидел в её словах тень безысходности и ужаса. «Чтобы не сделали с тобой тамплиеры, они причинили тебе зло. Прости меня, госпожа…» — шептал он, прежде чем убить её, желая освободить её душу от мучений. Сразив ведьму, Альтаир поспешил покинуть это зловещее место, наполняющее воздух гнилью и смертью. Как только он вернулся к Наруто, их пребывание в замке не осталось незамеченным: солдаты, привлечённые запахом крови и страха, ринулись на них. Два врага были повержены, но за ними последовали ещё трое. Наруто и Альтаир поняли, что их путь будет пропитан не только грязью, но и жизнями тех, кто стоял на их пути. Сражение и последующее бегство оставили их истощёнными, но они сумели прорваться и вернуться в своё убежище. Внутри тихого укрытия, Наруто отправился отдыхать, тогда как Альтаир сел за свой дневник, чтобы зафиксировать ужасы и переживания, которые стали частью их жизни. Альтаир погружён в мрачные размышления, его ум затоплен смятением и глубокой тревогой. Внутренний голос задаёт мучительные вопросы, как будто сам он – узник мрака, что угрожает поглотить его сознание. Он размышляет: - "Кто же эти существа, что появились раньше нас? Что именно привело их в этот мир, и что заставило их уйти, оставив лишь следы в виде потерянных предметов и забытых тайн? И эти артефакты, что теперь разбросаны вокруг – послания в бутылках, или же инструменты, которые должны направить нас на путь истины? Или мы, слепо следуя за этими обломками, сражаемся за ничего не стоящие остатки, принимая сломанные игрушки за священные реликвии?" Слова его внутреннего диалога становятся всё более отчаянными и наполненными глубоким чувством неуверенности. Вопросы, столь простые на первый взгляд, становятся непосильной ношей, их ответ кажется ускользающим и вечным. В этом хаосе мысли о свершённом и несбывшемся он ищет смысл, стремясь найти ясность в окружающем безумии. Наруто мысленно. — Когда мы преследовали Бушара, стремясь устранить его, в какой-то момент наше внимание привлекла загадочная фигура — Оракул, якобы обладающий даром видеть будущее. Оказалось, что эта женщина служила Бушару, и её помощь была неоценимой. Следуя за Бушаром, мы, наконец, наткнулись на ту самую дверь, за которой скрывался этот Оракул. Мы подождали, пока Бушар покинет своё логово, и после его ухода Альтаир велел мне оставаться на страже, сам же вошёл внутрь. Я не стал возражать и остался на месте. Что касается самой Оракулы, мне удалось раскрыть кое-что. Темный Оракул, известная также как Ведьма, была женщиной таинственной и загадочной, по слухам, способной заглядывать в будущее и предоставляющей важные сведения Тамплиерам. Её держали в заключении по приказу Армана Бушара, который использовал её предсказания как оружие против своих врагов на Кипре. Сопротивление практически ничего не знало о ней, и её фигура стала мифом, порождающим страх и трепет. Когда Ассассин Альтаир ибн Ла-Ахад нашёл её, она предстала перед ним молодой, одичавшей женщиной, прикованной к стенам разбитыми оковами. Он предположил, что когда-то она была благородной дамой, которая помогала сопротивлению, пока Тамплиеры не захватили её и не заключили в темницу. В заточении она начала терять рассудок, но при этом продолжала информировать своих мучителей о противниках. Альтаир попытался установить с ней контакт, но Оракул говорила бессвязно, лишь изрекая, что она является орудием Божьим, прежде чем яростно атаковать его. Альтаир одолел её в схватке и был вынужден убить её, дабы не подвергать опасности себя и своих соратников. На следующий день Наруто и Альтаир, пришедшие к Маркосу, столкнулись с тяжёлым чувством подавленности, порожденным завершением их мрачного дела. В мрачной тишине, наполненной тяжёлым дыханием прошлого, Альтаир произнёс с усталой интонацией: — Пророчица мертва. И теперь её голос не возвестит нам больше ничего о будущем. - Маркос, слегка откинувшись на спинку стула, сквозь туман мыслей произнёс с некой долей облегчения: — Хорошие новости, как ни странно. Но кто этот Шалим, о котором мы слышали упоминание в беседе с Бушаром? Кажется, он связан с недавним бегством Марии. - Альтаир, на фоне смятения и мрачных размышлений, с трудом собравшись, ответил: — Шалим — сын Быка. Злобное существо, но менее фанатичное, чем его отец. Он частый спутник Бушара. Между ними существуют мрачные связи. - Наруто, погружённый в раздумья и ощущая надвигающуюся важность своих действий, предложил: — Альтаир, предлагаю проследить за ним. Возможно, это поможет нам раскрыть новые подробности. - Альтаир, взвесив предложение и проникшись им, кивнул: — Хорошая мысль. Когда закончите, встретимся на рынке. Пожалуйста, донесите мне всё, что узнаете. - Маркос, излучая печаль и утомление от постоянной борьбы, ответил: — Согласен. Встретимся на рынке. Наруто и Альтаир, оставив укрытие и погружённые в свои мысли, поспешили на поиски Шалима, сына Быка.