У каждого из нас свой ад в душе — «память»

Воздуха не хватает. Даже на улице. Ощущение, будто я задыхаюсь. Где мой ингалятор? Мне плохо, как дышать? Мысли все разом навалились на меня, я не знаю за что цепляться. Руками нервно рыщу по карманам. Да где эта чёртова штука! Ах, вот он! Привычными движениями встряхиваю баллончик, после чего подношу ко рту. Сделав вдох, стало легче. За ним последовал ещё один. Опять приступ астмы. И почему именно он мне передался по наследству от отца? Немного откашлявшись, я начал осматриваться. Где я вообще? Куда забрёл? Да где хоть какие-то таблички! Так, надо просто выйти из-за угла. В переулке пахнет мочой, это отвратительно. И даже в таком состоянии я заметил это. Хотя, наверное, хорошо, что я пытаюсь хоть на что-то отвлечься. Мать не права. Мы не должны уезжать как только ей захочется. Она должна научиться решать свои проблемы не бегством. Я и так всю жизнь бегал с ней, пора посмотреть своим страхам в глаза. Яркий свет фонаря ослепил меня, как только я вывернул из-за угла какой-то многоэтажки. Что это вообще за район? — Эмиль? — услышал я со стороны дороги. Посмотрев в сторону источника звука, я заметил недалеко от себя машину, в которой сидел Масленников. Что он вообще здесь делает? Почему он вышел из машины и вот уже его руки на моих плечах? — Эмиль, что случилось? — обеспокоенно спрашивает старый враг. — Что ты вообще забыл в этом районе? — Я… я…, — как бы я ни пытался что-то сказать - не получалось и двух слов связать. Дима подносит руку у моему лицу, затем большим пальцем стирает что-то. После этого становится прохладно. Теперь уже я сам вытираю лицо. Это что, слёзы? Какой позор. Он видел мои слёзы. И почему они всё ещё идут? Надо взять себя в руки. — Ты можешь увести меня отсюда? — более смело произнёс я. — Конечно, — кивая, согласился Дмитрий. Усадив меня на переднее пассажирское, Масленников сел на место водителя и мы наконец-то уехали. *** — Расскажешь? — нарушил тишину Масленников? Старший привёз меня на какую-то набережную. Здесь очень красиво, людей практически нет. Так, только два-три человека. Дмитрий достал из кармана пачку сигарет и зажигалку. В темноте мелькнул огонёк. Медленная втяжка, а затем выдох клуба дыма. Старший предложил мне сигарету, но я отказался. — Как давно ты травишься? — хотя бы на недолго решил перевести тему. — Лет с 12, — ответил парень, в очередной раз выпустив дым. — После того как мы попали в аварию всей семьёй, мама умерла на месте. Я же долго лежал в больнице, а отцу хоть бы что, только небольшие царапины остались. Наверное, месяц жизни выпал. Я лежал в коме, а потом как пришёл в себя, то мне сказали, что у матери не было шансов выжить. Как только я выписался, первым делом пошёл сам с собой гулять и купил в каком-то круглосуточном магазинчике сигареты. Тогда то и пошло дело. — Прости, — только и мог сказать я. — Это уж когда было, наплевать. Пережилось со временем, — отмахнувшись, произнёс старший. Настала тишина. Никто не решался её нарушить, всем было и так комфортно. Но всё-таки… — Переходи на электронки, так хотя бы меньше будешь организм травить, — тихо сказал я. Дима повернул голову в мою сторону. Усмехнувшись, он кивнул. Я же, прочистив горло, решил всё же начать рассказ. — Я с матерью поругался. Она опять переехать хочет, а я нет. Впервые за столько лет переездов мне хочется остаться, — задрав голову, говорил я. — А почему она хочет переехать? — спросил старший. — Что-то там на работе не вяжется. Зачем же как взрослый человек решать проблемы, если можно как ребёнок убегать от них. — Как я понимаю, ты ей очень ярко выразил свой протест, — догадался Масленников. — Ага, — вздохнув, ответил я. — И разве никак не остаться? — Она никогда не слушала меня. — Но ведь она твоя мама. Я бы всё отдал, чтобы моя была жива, — довольно-таки тихо произнёс последнее предложение Дмитрий. — Я правда ценю то, что она у меня есть, но когда о тебе не думают и только иногда включается режим мамочки… Мне противно такое к себе отношение, — признался я, запустив руку в волосы. — Я наконец-то смог найти друзей. — Какая у тебя мечта? — резко спросил Масленников. От неожиданности я даже вздрогнул. — Дай подумать. Действительно, что же для меня важнее всего? О чём я мечтаю? — Жить в большом доме, обязательно чтобы было 2 кота. Один рыжий, а другой чёрный. Книжный стеллаж во всю стену, неподалёку камин и кресло качалка. Я сижу и пью горячий травяной чай, на руках коты и книжка. Но из этой идиллии меня вырвет телефонный звонок. Это будет мой самый лучший и верный друг. Он позовёт меня с ним просто так встретиться и погулять, ведь мы с ним не виделись три дня и он соскучился по мне, — я начал рассказывать о своей идеальной жизни, которая так и останется мечтой. Надо заканчивать. — Ну и девушку, конечно, хорошую и любящую встретить. — Вот это ты гибанул, — немного помолчав, ответил Масленников. — Мечтать не вредно, — пожав плечами, ответил я. — Но ведь нужно что-то предпринимать, чтобы мечты реализовывались, — начал спорить со мной Масленников. — Но как я тебе смогу найти того самого друга? — вскинув бровь и уперев руки в бока, спросил я. — Давай я буду этим другом. Считай, что первый шаг к мечте уже сделан. Друзья? — спросил Масленников, оттолкнувшись от бортика набережной и протянув мне руку. Смешанные чувства. До этого мы считались друзьями, а сейчас Масленников первым предлагает мир и дружбу. Не очередной ли это план мести? Или же человек всё же может поменяться? Или вот он настоящий Масленников, без маски крутыша школы, который держит в страхе весь район, что не город. Парнишка, который на год старше меня, потерявший мать в аварии. Стоит ли попробовать ему довериться? Ещё немного поколебавшись, я всё же протягиваю руку в ответ. — Друзья. Попытайся принять меня и мои заморочки. Я же в ответ постараюсь сделать то же самое, — ответил я, пожимая руку. — Я принимаю всё в тебе, — искренне сказал Дима. — Я тоже принимаю всё в тебе, — ответил я. На самом деле, я уверен, что это просто для вида всё. Ведь уже через два дня меня не будет в этом городе. — Поехали я тебя к Сударю отвезу, у него переночуешь, — прервал мои мысли Масленников. — А что же не к себе? — Отец молодуху завёл, не хочу в лишний раз перед ним мелькать. А ты думал, что я один живу? — Если честно, то я действительно думал, что ты весь такой крутой и живёшь один, — признался я. — Я такой же как и ты человек. Хоть у меня и больше денег, только не обижайся, но отец просто из принципа не отпустит в отдельную квартиру. Смогу свалить только после школы. «настоящее время» Аромат карамели дурманил меня. Он был везде, я не знал куда от него бежать. Мне казалось, что и от меня уже им несёт. — Дима? — с искренним удивлением спросил я. — Ну здравствуй, персик, — немного охрипшим голосом, произнёс Дмитрий. — Зачем ты вернулся? — на грани истерики спросил я. Нет, крикнул ему в лицо. — Раз нашёл причину исчезнуть, то найди причину не возвращаться. — Ну чего ты, Эмиль, мы с тобой так долго не виделись, а ты вот так значит? — Отпустив меня, спросил Масленников. — Мы расстались. Ах! Нет! Ты меня бросил! Уехал ночью и даже ничего не сказал мне! Просто умотал втихаря! — ткнув пальцем старшему в грудь, начал шипеть я. — Да я тебя ненавижу! Ты - худшее, что случилось со мной! — Ты ещё любишь меня, — уверено произнёс Масленников. — Я ненавижу тебя, — сквозь зубы произнёс я. Закусив губу, чтобы не текли слёзы, поднял голову к нему. Сделав шаг в сторону, немного повернулся взмахнув рукой. — Я видел тебя сегодня, ты заходил в детский отдел. Поздравляю, за два года ты успел обзавестись семьёй. Ребёнок это хорошо. — С чего ты взял, что это мой ребёнок? Или ты успел забыть, что та малолетка родила от моего отца? Эмиль, что у тебя с памятью? — Зачем ты вернулся? — повернув к нему голову, шёпотом спросил я. — Ты разрушил всё, что так долго строилось. теперь я строю свою жизнь сам, уходи. — Я не уйду, нам нужно поговорить, — Масленников сделал шаг в мою сторону. — Не подходи ко мне! Не касайся меня! — вскинув указательный палец, шикнул я. — А раньше тебе нравились мои касания, Эмиль. Ты кстати определись уже, мне уходить или отвечать почему вернулся? — вскинув бровь, спросил Масленников. — Я не хочу тебя ни видеть, ни слышать, — развернувшись, я пошёл в сторону дома Артёма. Воздуха не хватает. Неужели опять астма? Где мой ингалятор? — Держи, — будто прочитав мои мысли, Масленников протянул мне ингалятор. Я, задыхаясь, посмотрел в сторону Дмитрия и так нужного мне ингалятора. Но гордость и обида не давали мне взять его. —Не дури и возьми, — цокнув, закатил глаза Масленников. Всё-таки взяв аппарат, я сделал вдох препарата. Немного отпустило. — Я клянусь, что объясню тебе всё, — начал Дмитрий. — Клянёшься? — истерически хохотнув, спросил я. — Клянусь, — серьёзным тоном произнёс старший. — Я не верю тебе, — мотнув головой и вновь прикусив губу, ответил я. В глазах стояли слёзы, губы были искусаны, руки дрожали, а приступ астмы отпустил. — Не подходи ко мне! — в последний раз шикнув на бывшего возлюбленного, я развернулся и побежал к Артёму.