49-ая симфония Йозефа Гайдна.

В голове Хосока была лишь одна мысль, всё время пока они сидели на берегу озера: «Не дай бог, кто-нибудь увидит». Если его запалят в компании накуренного, полуголого молодого парня, да ещё и сидящим в его полу-объятиях, проблем не оберёшься. Высмеют, говна под дверь подкинут, но это самое безобидное. В этих краях, среди этих людей, обычные объятия между парнями могут стать причиной пары сломанных рёбер или крепкого сна в дубовой коробке, несмотря на твой статус до этого. Есть, конечно, люди понимающие и адекватные, невзирая на трудности жизни и устоявшиеся стандарты, но таких здесь до боли мало. Парень в хосоковской мастерке уже как минут двадцать сжимал холодными пальцами плечо Хо, усыпанное мурашками от пронзающего кожу холодного ветра у озера. Хосок молча сидит и трёт ладони друг о друга, стараясь хоть немного согреться. — Слушай, может, ты меня отпустишь? — не выдержав, с ноткой возмущенности произнёс Хо. В ответ лишь молчание. За всё это время он сказал лишь одну фразу. — Парень, слышь? — Хосок тыкает пальцем в руки на своём плече и разворачивается, смотря на лицо незнакомца. Глаза его закрыты. Как только Хосок убрал своё плечо из-под чужой головы, парень снова чуть не упал на песок. — Пацан, блять, — Хо ухватил того за воротник мастерки и, не найдя другого способа вытащить его из глубокого сна, дал несильную пощёчину. Глаза с невероятно расширенными зрачками, что Хо смог заметить только так близко, таки открылись и посмотрели на него стеклянным взглядом. — Доброе утро, блять. Ты откуда прибежал, идиот? Парень вяло повернул голову в сторону, откуда прибежал и показал пальцем туда же. — Вот блять, — Хо отпустил руки на воротнике, выпрямился и отошёл от парня в сторону, топчась уже на месте и выясняя у себя самого, надо ли ему это вообще. Моральные дискуссии проходили недолго. Со стороны дома, где проходила главная тусня, послышался высоковатый, но приятный голос: — Тэхён! Тэхён-а! Этот голос и вывел Хосока из сомнений. Он повернулся в сторону источника звука, где увидел явно выпившего, худощавого парня с бутылкой пива в руке. Ноги парня заметно заплетались от количества выпитого. Хосок устало вздохнул, пока ещё один пиздец приближался к ним. Оставалось только молить, чтобы это не стало ещё одной проблемой. — О! Тэхён-а, — радостно произнёс парень с пивом заплетающимся языком, уже наклоняясь над тем самым красноволосым обкуришем. Он перевёл свой хмельной взгляд на Хосока, как-то грозно скрестившего руки на груди. — Ой, это твой друг? — спросил парень у витающего непонятно где Тэхена. Даже ещё не получив ответа, он сделал корявый реверанс перед Хосоком. — Здрасьте. Чимин. Хо только раздражённо закрыл глаза на пару секунд, а после забрал свои кеды, брошенные в приливе адреналина, и направился обратно к дому, оставив бухущего брюнета и накуренного Тэхёна на берегу. Каким бы спасателем и заботливым братом Хосок не был внутри, он всё ещё на какую-то часть эгоист. Иногда лучше так, чем раздавать себя на ненужных людей и страдать от синдрома спасателя. Особенно, в его мире, где каждый только за себя. Он вошёл через ту же заднюю дверь и оглушительная музыка вновь ударила по ушам, но Хо уже был готов к этой атаке. Мимо сразу же пронеслась пара в порыве страсти, съедая поцелуями друг друга и раздеваясь уже на ходу, это зрелище заставило Чона сморщиться и сдать немного назад, а затем с явным отвращением обойти. Странно, но у него всегда вызывала отвращение картина целующихся парня и девушки. Действительно, странно. Чон пошёл по коридору обратно, к танцполу. Перед ним из комнаты вышел Сокджин с взъерошенными волосами, отдышкой и парой ещё пока тусклых засосов на шее. Он застёгнул ширинку на джинсах, поднял футболку с пола и только потом заметил Хосока. — Брат? А ты как тут? — сокджин натянул футболку, стал поправлять волосы и только потом вспомнил. — А, тебя же Мин пригласил. Хо молча кивнул, подтверждая слова брата. Джин в прекрасном настроении приобнял Хосока за плечо и слегка ударил его в ближайшее, держа путь к тому же танцполу, куда Хо изначально и шёл. — Уже отделал кого-нибудь? — Если спасти обкуренного утопленника — отделать кого-нибудь, то да. — Ой-ой, ты у нас герой, оказывается. Сам обдолбался, да? — Джин упал на кожаный диван, отодвинув какого-то слабенького пацана, дрыхнувшего без признаков жизни. Он взял банку пива из ящика, открыл её с щелчком и шипящим звуком и закинул ногу на подлокотник дивана, усаживаясь удобнее. — Хотя не похоже. — Да не обдолбанный я. Реально говорю, — Хосок скинул ногу брата с подлокотника и сам сел на это место, — чувак просто чуть не утопился под коксом или под чем он там. — Весело, чё, — Джин залпом выпил половину банки и отдал её Хосоку. Хо взял банку и брезгливо вытер её краем футболки, только потом сделал пару глотков. Джин непонимающе сопроводил взглядом действия брата и ударил того ладонью по бедру, а Хосок вопросительно и даже гневно посмотрел на охуевшего. — Ты чё, бля? Как въебу щас, — младший шуточно замахнулся на брата и продолжил осушать металлическую банку. — С каких пор ты ебало от меня воротишь? — С тех пор, когда ты стал сосаться и трахаться с непонятными бабами непонятно где. — Сучёныш, — как обычно, фыркнул Джин. Хосок привык и уже не обращает ни капли внимания на привычное «сучёныш» от старшего, а для Джина это что-то обыденное, во что он никогда не вкладывает оскорбление или откровенную злость. Он просто допивал пиво брата, глядя на людей. Большее внимание привлёк, кажется, самый спокойный во всей это тусе недавно пропавший Мин. Он невозмутимо докуривал косяк, прильнув спиной и массивным, военным ботинком к стене. Хосок не особо понял, зачем вообще Мин приезжал туда, где практически никто не сидит спокойно, а заливает шары или обдалбливается до передоза, если сейчас он просто стоит с невозмутимым ебалом и курит, что мог бы сделать где угодно. Хотя он такой же. Ну, впрочем, поебать на Мина, хоть и по неотрывному взгляду Хо так и не скажешь.

***

Резкий толчок, заставивший всё тело подпрыгнуть, вынудил открыть глаза, которые болели так, будто несколько часов подряд в них вливали литры воды с хлоркой. В нос сразу ударило амбре из жуткого перегара, ментоловых сигарет и одеколона. Все запахи смешались вместе и создали какофонию, доводящую Хосока, страдающего похмельем, до тошноты за секунду. В салоне играет какой-то американский рэп. Он поднял голову и посмотрел туда, где лежал только что — бедра. Обернувшись, Хо понял, во-первых, на ком он спал, во-вторых, от кого так несёт перегаром, да и сам Хосок, как можно было понять, не отставал. Джин крепко спал, криво откинувшись на подголовник и слегка похрапывая. Приподнявшись ещё немного, Хо увидел из-за сиденья руку с ранками на костяшках, часть косухи и слегка торчащие белоснежные волосы. За окном ниссана уже ясное утро и солнце, заставившее Хосока прикрыть глаза ладонью. Хосок кинулся к окну со своей стороны, опустил его и вдохнул такой прекрасный, свежий, насколько это было возможно в этом районе, да и вообще городе, воздух, который в эту секунду показался Хо спасительно святым. Он прильнул щекой к отрытому окну и прикрыл глаза, стараясь вдохнуть как можно больше воздуха. Мин, завидев в зеркале жалкое зрелище, страдающего от похмелья, Хосока, молча протянул назад бутылку с водой. Открыв глаза, Хосок набросился на бутылку, как дикарь, желая поскорее избавиться от мучительной пустыни в горле. Пока Хо жадно глотал спасательную воду, Мин снова взглянул на него через зеркало и ухмыльнулся уже, кажется, присущей ему улыбкой, оголяющей зубы в уголке губ, а затем снова перевёл взгляд на дорогу. Руки Мина, как по уставу, всегда находились на своих местах: одна на коробке передач, а другая на руле. — Спасибо, что забрал нас оттуда, — сказал Хосок, пытаясь отдышаться после того, как осушил практически всю поллитровку воды в одно дыхание. — Ничего не бывает просто так, пиздюк, — ответил Мин своим слегка шепелявым голосом, снова глянув на Хо в зеркало. — Будешь должен, — Мин поправил зеркало, направляя свой взгляд на дрыхнущего сзади Джина, — и не только ты. — Да я понял. — Вот и молодец.

***

Небо обиженно затянулось облаками, даже небольшими тучами. Ни лучика солнца. Деревья уже медленно отпускают подкрашенные листья в свободный полёт. Но люди, как обычно, не замечают очевидной красоты. Как и Хосок. Прошло уже пару недель с той попойки, но Хосок так и не вернул свою любимую мастерку, поэтому ему приходится ходить в домашней, выцветшей толстовке и порой мёрзнуть. Его усталый взгляд слегка закрывал козырёк кепки, спасая окружающих от тонны осуждения. Мимо проходили вечно недовольные особи человеческого вида. Им вечно что-то не нравится. Хосок ненавидит центр города именно из-за этих кислых ебал вокруг. Даже в полной разрухе, в которой живет Хо, люди намного позитивнее и приятнее, чем эти тени, строящие из себя людей, как он считает. Но он здесь ненадолго, а только зайти в торговый центр, чтобы купить подарок на их совместный день рождение с Давон. Хо старательно копил деньги с начала года на подвеску для неё. Как бы часто они не ссорились и Хосок не подкалывал сестру, но он всё ещё безумно её любит и считает своей обязанностью подарить ей частичку своей любви, которая была бы всегда рядом. Они почти никогда не дарили друг другу подарки, только Джин редко радовал мелких конфетами в их праздник, даже когда оставался с дырявыми карманами. Именно Джин привил мелким двойняшкам то, что называется родственной любовью. Он научил их тому, что как бы далеко друг от друга они не были, как бы сильно не разругались, они всегда остаются опорой друг для друга. Хосок ступает старыми кедами по заплёванному асфальту, глядя в ноги, ибо лучше видеть чужие ботинки, чем мрачные лица. Благодаря сильному ветру мимо пролетает какая-то газета, а под ногами пробегает собака с поводком. За собакой, естественно, следует хозяин. Мужчина пробегает за собакой, не глядя толкая Хосока в плечо. Нельзя же, блять, обойти. Хосок уже собирается начать возмущаться, но его сбивает позитивная, но спокойная мелодия, резко заигравшая в наушниках. Такой мотив моментально вызывает у Хо раздражение из-за и так хуёвого настроения. Он только собирается вытащить из кармана телефон и переключить песню, как ещё один пиздец останавливает его. Резкий порыв ветра сносит кепку с его головы и уносит куда-то назад, в толпу на площади. Хо стискивает зубы, проклиная этот день к чёртовой матери, и поднимает голову, в поисках своей кепки. Вот она, всё ещё летит на крыльях ветра. Хосок только собирается побежать за ней, но из толпы выбегает парень с таким выделяющимся лицом из-за своей улыбки. Парень в кремовом пальто и с шарфом в клетку на шее слегка подпрыгивает и ловит кепку Хосока. В этот самый момент Хо замирает, глядя на этого парня. Мелодичная песня, играющая в наушниках, буквально была написана именно для этого момента и именно для этого парня. Его ярко-красные волосы, улыбка среди мрачных выражений лица и неравнодушие неожиданно восхитили Хо на минуту. — Это Ваше? — с доброжелательной улыбкой парень протянул Хо кепку. Его пальто расстёгнуто, шарф просто висит на шее, а шоппер с силуэтным изображением Мона Лизы наполнен книгами. Хосок пару секунд просто смотрит на парня напротив, будто в ступоре, а он терпеливо ждёт, пока Хо заберёт кепку из его рук. — А? Да-да. Моё, — Хосок берёт из изящных рук парня кепку. Он, вроде, незнакомец, но есть в нём то, что кажется знакомым. — Спасибо. — Будьте аккуратны, — кидает парень с той же улыбкой и торопливо уходит обратно в толпу. Хосок пару секунд остаётся в мыслях о том, где он мог бы увидеть его, но потом всё-таки забивает, чешет затылок и продолжает двигаться в направлении своей цели, повесив кепку на шлёвку штанов.

***

Хосок стоит у витрины с золотыми издельями в ювелирном отделе, он внимательно разглядывает каждую маленькую подвесочку, представляя её на шее сестры. Остальные люди, продавец периодически кидают странные взгляды на Хо в старых кедах, слегка дырявых джинсах и тусклой толстовке, а пара молодых девушек даже позволила себе посмеяться, проходя мимо. Естественно, как без этого. Никакого уважения ты не получишь, если не похож на других. — А на ценниках цена написана уже со скидкой? — вполне спокойно спрашивает Хосок у продавца, а тот подходит ближе с презрительным взглядом. — Да. Вы уверены, что у Вас хватит средств на такие изделия? Я могу показать Вам наши изделия из серебра. Хосок поднял голову и посмотрел в глаза мужчины с бабочкой на рубашке, которую так и хотелось назвать пидорской и расквасить лицо этому выродку из высшего общества. Но он всё-таки тактично промолчал, секунд десять убивая настойчивым взглядом, после чего опустил голову обратно. — Здравствуйте. А те парные кольца с замочками ещё будут в наличии? — поинтересовался у продавца бархатный голос. — Да, конечно. Вы можете прийти уже на следующей неделе и купить эти кольца. — Спасибо! Хосок всё ещё заинтересованно рассматривал витрину, не обращая внимания на других покупателей, но его прервал этот же самый бархатный голос прямо около уха: — Ваа… Такая красивая в форме скрипичного ключа. Хосок повернулся и лицо того самого парня с площади оказалось прямо у него перед носом, парень склонился рядом с Хосоком у витрины. Хо практически отпрыгнул назад от неожиданности и охуевшей наглости. Какого хуя какой-то парень пристраивается к нему сзади. — Ой, простите. Вы так старательно выбираете. Может, я смогу Вам помочь. Думаю, у меня хороший вкус. И только сейчас до Хосока дошло, откуда он знает этого пугающе вежливого парня. Это же тот самый, блять, Тэхен, которого он вытащил из воды обкуренного на тусе Криса. Ощущение, что это два разных человека, но он ведь не мог ошибиться. — Так… Могу ли я узнать, для кого Вы выбираете подарок? — Тэхён поправил чёлку и снова посмотрел на Хосока с лёгкой улыбкой. — Для сестры, — Хосок посчитал, что, возможно, помощь Тэхёна в этом была бы уместна. Вроде, выглядит довольно стильно и опрятно, так что почему бы и нет. — Как мило. Смотря на Вас, я могу предположить, что она очень красива. В голове Хосока сразу появилась мысль: «Это щас он мне, блять, комплимент сделал?», но благодаря капле воспитанности внутри, Хо благополучно промолчал. — Посмотрите на вот эту, — Тэ указал пальцем через стекло на небольшую, аккуратную подвеску солнца. — Солнце всегда означает что-то позитивное, светлую душу, мудрость. Думаю, это было бы приятным подарком.

***

Уже на выходе из торгового центра, Тэхён предложил Хосоку выпить кофе и тот неуверенно согласился. Он до сих пор не сказал ему о том, что они частично знакомы. Хо остановился у места для курения рядом со зданием и закурил сигарету. Тэхен убежал к кофейному островку на другой стороне улицы, а Хосок наблюдал за ним через проезжающие машины, испуская очередной клуб дыма. Настолько он вежливый и доброжелательный, что Хосок не верит в его реальное существование. В мире действительно остались ещё такие люди или он просто притворяется наивным идиотом? — Держите. Я не спросил, какой Вы любите, но взял обоим латте. Говорят, универсальный кофе, — парень протянул Хосоку один из небольших бумажных стаканов с горячим паром. — Слушай, Тэхён, ты реально не узнал меня? — взяв стакан из рук Тэ, он выкинул окурок в мусорку и осторожно сделал глоток горячего напитка, опираясь спиной на стену. — А… Возможно… — Разве не ты был тогда на попойке Криса? Ты ещё тогда обкурился, — делая очередной глоток, Хосок слегка усмехнулся. Видимо, Тэхёна смутила эта информация о нём и он как-то неловко опустил глаза вниз, пряча руку в кармане и слегка покусывая нижнюю губу, на которой и так было пару ранок. — Да ладно. Чего ты. Я не хотел тебя подъёбывать, просто уточняю. Твой помидорно-красный на башке просто невозможно забыть, — стараясь разрядить обстановку, сказал Хосок. — Это огненно-красный, а томатно-красный темнее… — всё ещё пряча глаза от Хосока, негромко поправил его Тэхён и, наконец, тоже приступил к кофе. — В общем, красный. — Могу я узнать твоё имя? — Тэхён поднял взгляд обратно на Хо. — Чон Хосок. — Так вот, Хосок… Я вспомнил, что произошло. Спасибо тебе. Наверное, если бы не… — «Если бы не ты, то я бы погиб». Да-да, — перебив, продолжил Хосок за слегка смущенного парня. — Но спасибо на хуй не натянешь. — Чего? — Тэхен посмотрел на него ошалевшим взглядом. Видимо, он не правильно воспринял слова Хосока. Его немного наивное мышление часто воспринимает всё слишком буквально, даже такую хуйню, которую Хосок сморозил от балды. — Я говорю, мастерка моя у тебя осталась? — Тэхён кивнул. — Ну, а вот это мне надо больше, чем твоё спасибо. Запиши мой номер и адрес, привезёшь завтра мою мастерку. Тогда будем квиты. — Хорошо, — Тэ достал телефон и Хосок продиктовал ему свой номер телефона и адрес. Нахуя такое палево? Ну, а что ему сделает этот добродушный идиот.

***

На улице ночная темнота, прямо под окном мигает единственный фонарь, и тот скоро подохнет. Где-то в далеке улицы воют голодающие собаки, а под подъездом ржут бухие мужики. Из слегка приоткрытого окна иногда веет приятный ветер, но в комнате всё равно стоит запах уже третьей, выкуренной Мином, сигаретой с ментолом. Как ему в кайф курить по пачке этого ебанного ментола в день — непонятно. В комнате почти темнота, но свет ноутбука Хосока и мигающий фонарь за окном спасают ситуацию. Хосок сидит у стены, скрестив ноги и поставив на них староватый ноутбук с кучей наклеек. Он что-то сосредоточено читает и печатает. А Мин сидит на матрасе, рукой с сигаретой в окне и взглядом в телефоне. Эти последние две недели после попойки он стал довольно часто захаживать к Джину. Беспричинно, либо по какой-то глупости, словно пытаясь специально найти повод. — Мин. — М? — Мин сразу же оторвался от телефона. Он засунул почти докуренную сигу в зубы, в бок, и взглянул на лицо пиздюка, освещенное светом от ноута. — Ты знаешь, чему равно число пи? — Конечно, — Мин снова берёт сигарету двумя пальцами, затягивается, выпускает в сторону окна дым и возвращает обратно, и всё это под нетерпеливым взглядом Хосока. — Дор. — Чё… А! Да я, блять, серьёзно, — Хосок возмущенно хмурит брови и кидает в Мина первую попавшуюся вещь — носок. — Да я тоже так-то, — он ловит прилетевший носок и нарочито нюхает его, а после кидает его в угол, к грязному белью. — Хуле ты в меня свои стояки кидаешь, пиздюк охуевший. — Пошёл бы лучше с Джином на кухне посидел, чем дымить тут своей хуйней, — Хосок странно попытался развеять вокруг себя запах ментола, а Мин только одарил его своей фирменной ухмылкой и, сделав последнюю затяжку, выкинул окурок в окно. — Не хочу смотреть на эту горе-хозяйку. Лучше… — Мин не успел договорить, как в дверь коротко, но звонко позвонили. — Это ко мне! — прокричал Хосок на всю квартиру, сразу выбегая из комнаты. На кухне кашеварит Джин, а Давон совестно занимается уроками в своей комнате. Такое бывает редко, что все дома одновременно, так ещё и гости, в лице Мина. Хо снимает дверную цепочку и открывает дверь. Его взору предстаёт среднего роста парень, одетый полностью в чёрное с забитой шеей и руками. Взгляд неизвестного будто застыл в хмуром настроении навсегда. — Чё надо? — ожидавший увидеть Тэхена со своей мастеркой, произносит Хосок, вопросительно кивнув. — Твоё? — Грубым басом спрашивает парень, протягивая Хо его мастерку. — Моё, — Хосок берёт своё и как-то недоверительного на него смотрит. — А где Тэхён? — Негоже Тэхёну общаться с такими отбросами, — парень сразу же разворачивается и торопливо спускается по лестницу. — Пошёл нахуй, пидрила! — заорал Хосок вслед уходящему. Его голос разлетелся эхом по подъезду, а парень даже не обернулся. Хосок закрывает дверь обратно и бережно вешает свою мастерку на вешалку. Она необычно пахнет для вещей Хосока, каким-то свежим запахом. Лавандой, что ли. Хосок быстро идёт обратно в комнату и подходит к окну, слегка высовываясь. У подъезда стоит чёрный мерседес-бенц, а у него стоит Тэхён. Этот самый чухан выходит из подъезда и с какими-то озлобленными криками, которые Хосок не смог уловить, даёт Тэ пощёчину, а после сажает в машину. Хосок чуть ли не сорвался с места, но смысл, если он явно не успеет его поймать. Мерс резко дёргается и выезжает со двора под озлобленным взглядом одного Чон Хосока. — Чё ты дёргаешься? — шепеляво спрашивает Мин, которому в спешке Хосок наступил на ногу. — Да прости, бля, я случайно, — Хосок задумчиво трёт подбородок, и берёт пачку сигарет с окна. Она, конечно, не его, но лежит на его окне, так что теперь она общая. Он вытаскивает одну сигарету, зажимает её губами и закуривает зажигалкой, тоже найденной на окне. — Э, бля, — возмущается Мин, ведь Хосок спиздел его сигарету. — Ты мне братан? — спрашивает у Мина Хосок, делая первую затяжку. Блондин странно смотрит на Хосока и вопросительно вскидывает одну бровь. — Ну, вот и не выёбывайся. Ладно, похуй. Оно мне не надо, да? Да, — наблюдая за монотонно мигающим фонарём под окном, говорит сам с собой Хосок. Всё, конечно, заебись, но ведь ебанное любопытство теперь не даст спокойной жизни.