Король Когурё

Весь последующий месяц Тэхен, как и обещал, приходил к принцу. С самого первого дня он вел себя в чужом доме подобно хозяину – спокойно перемещался по комнатам не только покоев принца, но и остальных домов, не спрашивая разрешения. Потом, в какой-то момент, и вовсе стал помогать по хозяйству А-Луну, хоть тот и бранил, и гнал его неустанно. Но упрямый мальчишка не желал его слушать и все равно каждый раз шел за ним на рынок, а на обратной дороге нес все поклажи на себе. В отличие от господина Кима принц, напротив, чувствовал себя неуютно в деревне. Он замкнулся в себе, на все вопросы отвечал односложно или вовсе пропускал их мимо ушей и старался как можно реже пересекаться взглядами с Тэхеном. Вовсе не потому, что они были ему неприятны. Он привыкал. К чужому присутствию. Чужим шагам. Голосу. Смеху. Для него другие люди были неяркими воспоминаниями из прошлого. Историями без картинок. И вот, спустя почти 12 лет тот, кого он видел в своих кошмарах, кого он ненавидел и презирал всем нутром, начал медленно таять, уступая место другому силуэту. Силуэту, постепенно обретающему темные длинные волосы, лоб, перехваченный фиолетовой лентой с вышитой серебряной нитью луной, квадратную улыбку и теплый, искренний взгляд. Тэхен был подобен урагану. Он приходил без предупреждения, чаще всего ночью, но иногда случалось и днем, и невзирая на время суток, усаживался подле принца и подолгу рассказывал ему о чем-то. Иногда это были новости из внешнего мира. Иногда истории об его друге-трусишке Нунг Мао, иногда об учителе из его родного дома. Но чаще всего Тэхен рассказывал старые легенды и почти никогда не говорил о своем обучении в ордене, о наказаниях, которые сыпались на него ежедневно за прогулы, которые не удалось прикрыть, или за то, что меч он держит неправильно, в своей манере, не так, как положено, но все равно почему-то умудряется выиграть спарринг. О наказаниях за улыбку, когда на его спину снова обрушивались удары ферул, и когда этой самой улыбке было вообще не место. Или о своей дурной репутации дурачка и пройдохи, любителя выпить ночью (за что спасибо Нунг Мао и его блестящим идеям). К великому облегчению Тэхена, король и сам был любителем хорошего вина, и потому за алкоголь старшим офицерам следовало лишь избить провинившегося ученика. В прочем, в том, ученик во время наказания может умереть от болевого шока, по словам Безумного короля, не было ничего страшного. И потому что старшие офицеры, в свою очередь получавшие не раз от генерала Пака, были не прочь выместить свой гнев на таких, как Тэхен. К счастью, для остальных учеников, чаще доставалось все-таки господину Киму. Никто среди хваранов, кроме, пожалуй, Нунг Мао и мальчишек помладше, не помогал Тэхену отойти после наказаний. Другие юноши держались от него на расстоянии. Они часто проигрывали Тэхену в спаррингах один на один, но в свободное время остальные предпочитали не обращать на него внимание. Слишком много от него было проблем, и никому не хотелось попасть под раздачу за компанию при очередной его выходке. Тэхен на все это не обращал внимания. Еще с детства он привык к разговорам за спиной. О том, как не повезло его отцу. О том, что сердце его матери остановилось по его вине, не выдержав постоянных проделок сына. Тэхену было все равно. Ему хотелось, чтобы ему было все равно. И потому он старался думать об этом как можно реже. Да и к тому же, рассказывать легенды, бережно собранные им из разных книг и чужих разговоров, ему всегда нравилось куда больше. А принц, на удивление, оказался прекрасным слушателем. Пока Тэхен рассказывал очередную историю, принц сидел с ним рядом, закрыв глаза. Он казался Тэхену таким хрупким в тусклом свете свечи, таким далеким, словно мыслями был далеко-далеко за пределами их крохотной комнаты. Вот и в этот раз принц также неподвижно сидел, подогнув колени и сложив поверх них бледные руки. Он был так погружен в свои мысли, что не заметил, как история подошла к концу. – Принц, я рассказал вам так много легенд, может быть, теперь и вы расскажете мне хотя бы одну? Принц на секунду дернулся, вернувшись оттуда, куда мыслями отправлялся на этот раз, и открыл глаза. – В этом нет необходимости. – Но ведь мне тоже нравится слушать истории. Разве стал бы я их тогда собирать? Принц молчал. Но Тэхен тоже не отступал. Даже когда принц начал вставать с пола, Тэхен инстинктивно дернул того за руку. – Ну, пожалуйста. Хотя бы одну-единственную. Глаза принца встретились с щенячьим взглядом юноши, и что-то екнуло у него внутри. Слишком тяжело было сопротивляться этому взгляду, слишком надолго он позволил себе в нем задержаться. – У меня… – голос его охрип, – нет никаких историй. – Неправда! Хотя бы одна наверняка должна быть! – Тэхен вслед за принцем поднялся с пола, и с воодушевлением спросил. – Вы ведь живете здесь так долго, может быть, вам посчастливилось хотя бы однажды увидеть Синси? Принц наконец-то отвел взгляд и отвернулся от Тэхена. Но юноша заметил, как дрожат у него руки. Тэхену невыносимо захотелось взять принца за руку, успокоить. Но он не стал этого делать, не знал, как принц отреагирует на его прикосновение. Ему не хотелось его сломать. Таким беззащитным принц выглядел в тот момент. Таким хрупким, словно замерзший цветок. – Ваше высочество…? – осторожно позвал Тэхен и попытался заглянуть принцу в глаза. – Юн Ги, – тихо проговорил принц и повернулся, – меня зовут Юн Ги.