***
Ойкава стоял над раковиной и пытался собрать мысли в кучу, чтобы хоть какая-то картина случившейся ситуации прояснилась у него в голове. Так, что вообще произошло? Ивайзуми признался ему в чувствах. Навязчивая мысль о том, что Тоору не так понял, не так услышал, может ему вообще это всё приснилось, болезненно пульсировала около виска. Обычно у парня так всегда, чуть что-то волнует — начинает болеть голова. Парень набирает прохладную воду из крана в ладони и умывает ею своё лицо. Затем поднимает взгляд, выпрямляется и смотрит в зеркало. Ладно, он точно не спит, а Ивайзуми имел ввиду именно то, что и сказал. Ну, а дальше то? Тоору не знает, что ему делать с этим известием, а самое ужасное, что Хаджиме сделал уже всё, что от него требовалось. Сейчас все зависит лишь от Ойкавы. —Тоору, ты долго там? Уже минут 20 руки намываешь, потом счёт за воду сам будешь оплачивать!! —послышался голос мамы.— И вообще иди ешь, еда стынет. Ладно, Ойкава обязательно со всем разберётся, но только после того как поест. —Иду, мам! — крикнул Тоору, выключил кран и отправился на кухню.***
Ночь вышла беспокойная у обоих. Ивайзуми не мог уснуть от волнения и предвкушение завтрашнего дня, также его переполняла гордость за то, что он наконец решился. Настроение было бегать, играть в волейбол, обнимать Ойкаву, но никак не спать.