Особенная для Дженсена

Глава 15. Грейс была раздражена сверх меры. Ей не удалось избавиться от Дженсена. Он звонил, он приходил, он проводил время с их сыном. Она и он больше не разговаривали, если только дело не касалось Тома. Холодное и отстраненное общение… Это было тяжело выносить. Но после всех слов сказанных ими накануне, ни один из них не знал, как наладить отношения и хотят ли они этого в принципе. Пит звонил ей несколько раз, они обсудили сценарий и во время этих разговоров, он постоянно говорил, что она должна согласиться на работу. — Знаешь, Грейс. Я больше не буду тебя уговаривать, — сказал он ей однажды. — Ну, наконец-то, — улыбнулась она в трубку, — Пит, меня не нужно уговаривать, потому как, я не собираюсь соглашаться… Мужчина перебил ее. — Ты не дослушала, — усмехнулся он, — Если ты не хочешь работать официально, как сценарист, то и сценария тебе не видать… — То есть как это? — А так, — голос мужчины был слегка довольным, — Либо ты соглашаешься, либо мы больше с тобой не будем говорить о «Сверхах». Никогда. Все наши идеи, всё, что мы писали и задумывали, всё пойдет прахом. — Ты не можешь, — ахнула девушка, — Ты не посмеешь! Мы работали столько лет и!.. — Нет, работал Я и получал за это деньги, — поправил он ее, — А вот ТЫ не работала, потому как, ни цента не получила. Я считал и сейчас считаю, что это нечестно. Работа должна приносить не только удовольствие, но и доход. Так что, если ты отказываешься, то можешь забыть о том, чтобы участвовать в написании сюжета. Ты станешь просто зрителем, который будет смотреть сериал, как и остальные, и узнавать о событиях только после выхода серий в свет. — Пит, это шантаж. Так нельзя. — Грейс, — рассмеялся он, — Как это нельзя? Ты сама использовала шантаж много раз, когда еще работала здесь, — на слове «работала» он сделал акцент. Грейс молчала. — Ну так что? Что же ты решишь? — Знаешь, Пит. Не думала я, что мы с тобой дойдем до такого. — И тем не менее, — беззаботно отозвался мужчина, — Что ты решишь? — Я соглашусь на работу, но не только чтобы вернуться! Я вернусь и ты, Пит, еще взвоешь у меня! Друг называется! Не думай, что я когда-нибудь забуду, как ты сейчас манипулировал мной. — Чудесно, — рассмеялся Пит, — Чудесно, Грейс! Жду-не дождусь Вас, коллега. А пока побереги свой словарный запас. Он тебе пригодится в работе, а то растратишь все свои силы сейчас, и не сможешь из себя выжать потом ни строчки. Грейс рассмеялась. — Меня на всё хватит. А сейчас высылай мне… — Грейс, я с тобой знаком уже несколько лет. За кого ты меня принимаешь? Сценарий я вышлю, только когда ты подпишешь все бумаги и будешь официально трудоустроена. — Пит, это уже перебор. — Нет, милочка, это как раз-таки то, что нужно. — Ты пожалеешь об этом. — Нет. Я жалею лишь о том, что не пригрозил тебе раньше. — Знаешь, Пит, что-то мне больше не хочется с тобой разговаривать сегодня. Мужчина рассмеялся. — Это ничего. Я позвоню завтра. Пока, Грейс. — Пит! — Что? — Спасибо. — Рад, что ты возвращаешься к нам. До завтра, милая. *** Грейс подписала контракт, теперь она снова один из сценаристов сериала «Сверхъестественное». Но слово «снова», это громко сказано, она никогда и не уходила. Просто, как сказали и Дженсен и Пит, она не получала ни цента за свою работу. У нее были другие проекты, не менее интересные, но этот сериал, ей почему-то нравился больше всех. Она была рада, что «вернулась». — Слышал, что ты вернулась в проект, — Дженсен уже уложил Тома на ночной сон и, прежде чем уйти к себе домой, заглянул на кухню, где девушка по обыкновению, стучала по клавиатуре, попивая кофе. — Вернулась, — подтвердила Грейс, бросив взгляд на мужчину. — Поздравляю. — Спасибо. — Почему передумала? — Пит и Шантаж. — Ясно, — усмехнулся Дженсен. Это был их первый разговор за последние две недели не в присутствии Тома и не о Томе. *** Дженсен и Грейс играли с Томом в его детской комнате. Уже был вечер и малышу скоро нужно будет идти спать. Мужчина и женщина всё свое внимание направили на сына. Они старались не смотреть друг на друга, потому как обоим было странно вот так сидеть рядом и при этом не общаться. Это так отличалось от того, что было у них раньше. Их последняя ссора была слишком масштабной, слишком сильной и слова, сказанных друг другу, до сих пор каждому из них причиняли боль. Последствия их конфликта привели к тому, что оба решили, что безопаснее молчать в присутствии друг друга. Напряжение между ними нарастало и оба чувствовали, как сгущается обстановка вокруг них. Никто не хотел стать тем, кто нарушит эту «тишину» между ними, что неминуемо приведет к очередной ссоре. Им и без того было больно. — Мама… — неожиданно обратился к Грейс Том. Они сидели на диване втроем, ребенок был посередине. Дженсен и Грейс читали сыну сказку на ночь по ролям. — Что, малыш? Мальчик немного замешкался и девушка погладила его по голове. — Что, маленький? — Мама, — голос сына опустился до тихого шепота, но мужчина рядом всё равно слышал каждое слово, — Мам, а папа… Он ведь не уйдет от нас? Грейс и Дженсен переглянулись. — Почему ты спрашиваешь, Томми? — Я… Пьёсто. Его зе не было. А теперь он есть… А вдъуг его опять не будет? — Малыш, папа… Он… — девушка подбирала слова, а Дженсен подхватил малыша на руки и усадил на колени к себе лицом, со словами: — Иди-ка, сюда, Томас, — и, встретившись с ребенком глазами, серьезным тоном он сказал, — Томми, сынок. Меня не было. И мне очень жаль, что так получилось. Но я вернулся. И я обещаю тебе, что больше никогда никуда не уйду. Ты мой сын, а я твой папа. Я буду всегда с тобой. С тобой и твоей мамой. — Тесно-тесно? — Честно-честно, — подтвердил мужчина и обнял сына, прижимая к себе, и поцеловал его в лоб. Поверх головы сына, Дженсен встретился взглядом с Грейс. Девушка сидела, пытаясь сдержать слезы, что стояли в глазах. Заметив, что он за ней наблюдает, девушка встала. — Томми, пора спать… — женский голос слегка дрожал. — Я сам его уложу, Грейс… Девушка кивнула головой, провела рукой по волосам сына. — Хорошо, спасибо, — поспешно проговорила она, после чего девушка быстро вышла из комнаты, и Дженсен услышал, как она закрылась в ванной. Звуки льющейся воды донеслись до него. Плачет. И за шумом воды скрывает это. Но, Дженсен знал, что сейчас Грейс, старается сдержать рыдания, позволяя только своим слезам стекать по щекам. Мужчина нахмурился, продолжая поглаживать сына по спине, чувствуя, как крепко его обнимает ребенок своими ручками. «Дженсен зашел в квартиру. Грейс не вышла его встретить, хотя была дома. Он прошел по квартире, но ее не было ни в одной комнате. Он звонил недавно, сказал, что возвращается и Грейс ответила, что ждет его и очень соскучилась. Дженсена не было неделю дома, а сегодня съемки закончились, и у него был перерыв в работе. По телефону голос ее был слегка напряженным, девушка старалась, чтобы он звучал жизнерадостно, но мужчина слышал дрожь в голосе. Девушка явно была, чем-то расстроена, однако, на все его вопросы отвечала, что всё в порядке и ему не о чем волноваться. Шум воды привлек внимание мужчины, и он подошел к дверям ванной комнаты. Сквозь звуки льющейся воды, услышал приглушенные тихие всхлипы. Дженсен нахмурился. — Грейс, — постучал он, — Грейс, малыш. Я вернулся. — Я… Я сейчас. Дай мне минуту. — Открой дверь. — Ты вернулся раньше, чем я думала. — Удалось не попасть в пробку. Так, ты откроешь? — Джей, ужин готов. Иди поешь. Он подергал ручку. Заперто. — Что случилось? — чувствуя тревогу, спросил мужчина свою девушку. — Ничего. Я сейчас. — Грейс, открой эту чертову дверь. — Нет. — Почему? — но она не ответила, — Грейс, ты плачешь? — Нет, не плачу. — Значит, рыдаешь? Сквозь попытки сдержать тихие всхлипы прорвался смешок и шум воды прекратился. — Да. — Тогда тем более, открой — Не открою. — Грейс, прекращай. — Джей, я выгляжу ужасно. — Уверен, что это не так, — усмехнулся он, слыша, что девушка уже немного успокоилась. — А вот и так! Заплаканные глаза, красный нос… В общем, тебе лучше дать мне время привести себя в порядок. Не хочу, чтобы мой вид тебя напугал. — Меня не напугает твой вид, — улыбнулся он, — Я уверен, что ты выглядишь очаровательно. Но меня пугает, что ты всё еще не вышла и не объяснила мне, что же тебя расстроило. Открывай давай. Замок щелкнул и двери открылись. — О боже! — в притворном ужасе воскликнул он, отступив поспешно на шаг назад и, приложив руку к груди, изобразил испуг, — Спасибо, что предупредила, выглядишь и вправду ужасно. Девушка рассмеялась, а он притянул ее к себе, обнимая. — Что случилось, малыш? — Да ничего. Просто немножко расстроилась. — Ничего себе «немножко»! — он отклонился и заглянул в ее глаза. — Я не хочу говорить об этом, иди поешь, а я пока умоюсь, чтобы не ужасать тебя. — Грейс, ты говоришь, какую-то ерунду. Я люблю тебя и твой слегка покрасневший носик, — пальцем он коснулся кончика носа девушки, — А твои заплаканные глазки, вызывают у меня только одно чувство — желание убить того, кто заставил тебя плакать. — Никто не заставлял, — улыбнулась она, смешно шмыгнув носом. — Так что же случилось? — спросил он девушку, утирая ей слезы. — «Моя любовь» умерла и не подлежит восстановлению, — призналась она тихо. — О господи! — выдохнул он облегченно, сразу сообразив, о ЧЕМ речь. Именно «о чем», а не «о ком». Дженсен знал, что ее любовью был он сам и бездушная машина с кнопками, — Грейс, я чуть инфаркт не получил! А ты плачешь из-за какого-то компьютера? Да будь он проклят! Девушка рассмеялась, но смех не помешал ей возмутиться его бестактности. — Ну, знаешь ли! Это очень грубо с твоей стороны. Ты не представляешь, сколько я потеряла информации. Сколько часов работы исчезло с противным писком. А он взял и потух… — Грейс, мне что-то нехорошо и нужно присесть, — признался мужчина с улыбкой, — Я думал, что случилось что-то ужасное, страшное, непоправимое! Что-то наподобие Апокалипсиса… — Так ведь, так оно и есть! Я там такой классный апокалипсис прописала для «Сверхов», а мой ноут решил умереть прямо на середине описания! И это я молчу уже обо всём остальном!. Дженсен с улыбкой покачал головой. — Грейс, ты самый невероятный человечек в моей жизни. Ты спокойно сражаешься со сценаристами, с актерами, с режиссерами… А вот поломанный ноут заставляет тебя рыдать, словно кто-то умер. — Но ведь, он умер, — грустно покачала она головой, — Я отнесла его в ремонт, а там поставили неутешительный диагноз. — Мы купим новый. — Я уже купила, — недовольно проворчала она и показала, куда-то в сторону, — Вон он! Чужой! не мой! и живой! — обвинение в ее голосе, и неодобрение в сторону работающего ноутбука, его рассмешило. — А где же твой родной и мертвый? — Лежит в спальне. Не знаю, куда его деть. Выкинуть рука не поднимается. — А простыней ты его накрыла? А то ведь так положено, — усмехнулся Джей. — Да иди ты! Идиотский вопрос, — оттолкнула она мужчину, но при этом не выглядела уже настолько расстроенной, как минуту назад. Грейс пошла на кухню и тихо добавила, проворчав себе под нос, — Конечно, накрыла! Смех мужчины разнёсся по комнате. — Люблю тебя, моя Особенная сумасшедшая. Грейс выглянула из кухни. — А я любила бы тебя чуточку больше, мой Черствый и Бессердечный, если бы ты, как положено и по-человечески, принес мне соболезнования в связи с безвременной кончиной моего друга и притворился, что тоже опечален. — Да всего моего актерского опыта не хватит, чтобы сыграть такое! — смеялся он. — Так себе актёр, значит, — пренебрежительно пожала она плечами и скрылась на кухне, а Джей уже вошел следом. — Я прощаю тебе твое оскорбление, только потому, что ты вне себя от горя и сама не знаешь, что говоришь. Девушка раскладывала по тарелкам еду, а мужчина подошёл к ней со спины и приобнял ее, целуя в шею. — Кушать подано, — объявила она, повернув голову, а Дженсен воспользовался моментом и поцеловал ее в губы. Девушка ответила и повернулась в его руках, обнимая мужчину. — Еда подождет, Зеленоглазка, — прошептал он, — Я слишком соскучился по тебе. Он подхватил ее на руки, чтобы отнести в спальню, но девушка запротестовала. — Нет, Джей! Нет! Только не в спальне! ОН же там. Мужчина резко сменил направление и пошел в гостиную, опуская ее на диван. — Моя! Моя необыкновенная и особенная, я люблю тебя, — целовал он ее с улыбкой, — Я согласен на любую комнату сейчас. И я заставлю тебя забыть его и не думать ни о чем, и ни о ком другом, кроме меня. И он исполнил свое обещание. Еда давно остыла, «мертвый» ноутбук был благополучно забыт, а в ее мыслях был только ОН. Ее Дженсен, ее мужчина, самый невероятный, самый лучший и любимый». Мужчина почувствовал, что сын больше не обнимает его так крепко, малыш расслабился, глазки его закрыты, а равномерное дыхание приятно щекотало шею. Том спал. Дженсен встал и аккуратно перенес ребенка в кроватку и накрыл одеялком. Томми не проснулся, лишь слегка заворочался, укладываясь поудобнее, но глазки так и не открыл. Мужчина вздохнул и пошел к девушке, которая всё еще была в ванной комнате. — Грейс, — постучал он в дверь, — Выходи. — Он спит? — Да. — Ты наверное устал, так что, иди, Джей. Иди домой. — Выйди и мы поговорим. — Я не хочу. — Если ты боишься, что я испугаюсь, когда увижу тебя заплаканную, то ошибаешься. Я очень смелый. К тому же, мне не впервой. Он слышал, что она усмехнулась. Но шум воды стих. — Я не плакала. — Значит, рыдала? Девушка промолчала. — Грейс, всё в порядке. — Нет, не в порядке, — открыла она дверь, — Томас переживает. Он не понимает, что происходит. — Это временно, — ответил мужчина. Глядя в заплаканные зеленые глаза Грейс, он сунул руки в карманы, чтобы сдержаться и не притянуть девушку к себе. Ему так хотелось ее обнять, но он знал, что она не позволит. — Я знаю, — кивнула она головой, — Он привыкнет, со временем он привыкнет и всё поймет. — Я бы хотел проводить с ним больше времени. — Ты итак у нас чуть ли не каждый день, — девушка нахмурилась, — Куда уж больше? — Этого не достаточно. Я бы хотел брать его к себе домой время от времени. Желательно на несколько дней и с ночёвкой, — Дженсен еще не успел договорить, а слезы в ее глазах высохли моментально. — Нет. — Что значит нет? Он боится, что я пропаду, я не хочу, чтобы он думал, что такое возможно… — Томас сильный мальчик. Ты даже не представляешь себе насколько! И я не отпущу его к тебе так надолго, только чтобы… — Это не просьба, Грейс, — металлические нотки в голосе мужчины заставили ее забыть о своих переживаниях, — Томас будет жить со мной. Временно, не на постоянной основе, конечно. Но будет. — Ты считаешь, что я позволю? Дженсен, не забывай, я его мать и я решаю, что для него лучше! А ты... — А я его отец! — перебил он ее, — И мне не нужно, твое позволение. Документы о признании меня его отцом почти готовы. Если мы не сможем договориться мирным путем, то это сделают за нас адвокаты. И поверь мне, тебе лучше согласиться со мной сейчас, иначе… — Иначе что? — Иначе, тебе может не понравиться то количество дней и часов, которые он будет проводить со мной, и на которых я буду настаивать. Речь будет идти не о днях и ночах, а о неделях и даже месяцах. — Ты не посмеешь! — охнула она, — Он не сможет без меня. — Ты сама сказала, что он сильный мальчик, и он справится. Он всё поймет. — Это что же? Месть? Шантаж? Ты думаешь, что я позволю?! — Повторяю, милая, я не спрашиваю твоего позволения. Ребенок мой и он будет проводить время со своим отцом столько же, сколько и со своей матерью. Если тебе удобно считать это шантажом или местью, пусть будет так. *** Дженсен возвращался домой и всю дорогу проклинал себя, своё упрямство и упрямство Грейс. Он хотел ее утешить, он хотел наладить отношения. Они любят друг друга! А всё идет наперекосяк. С каждым словом, сказанным им самим или ею, они только всё ухудшают! Всё, итак было плохо, а сейчас стало еще хуже! Хотя еще вчера он думал, что хуже быть не может. Оказалось, может! Чёрт!