Боль о свободе

      Спокойствие… Кажется, его не было слишком давно, словно целую вечность. Оно полностью охватило тело, каждую его клеточку, целиком поглотило сознание, как будто ты долгое время безмятежно лежишь под тёплыми лучами солнца. Умиротворение. Безопасность. Слишком забытые чувства… Все они слились в один сладкий, в невозможно долгий глубокий сон, который никак не хотел выпускать из своих объятий.       Сквозь этот глубокий сон была слышна музыка лиры, тихое перешёптывание и чьи-то нежные, убаюкивающие слова. Чувствовались лёгкие, едва уловимые касания, за которыми хотелось тянуться, но не было сил открыть глаза, вырваться из беспробудного сна. Время стало тянуться медленно, словно кто-то, играясь с ним, случайно останавливал его, а потом снова запускал.       Наконец нашлись силы и тяжёлые веки поднялись, глаза открылись. Золотистая листва мирно шелестела от тёплого лёгкого ветерка, бросая небольшую тень. Закатное небо, редкие облака, окрашенные в нежные пастельные тона. Глубоко вздохнув, юноша медленно приподнялся, присаживаясь на месте, на котором до этого лежал. Лёгкие, но мягкие покрывала поверх чего-то твёрдого. Юноша хотел глянуть, что находится под тканью, но обнаружил небольшую тяжесть в левой руке. Подняв её, он сначала увидел перебинтованное запястье. Тут же юноша заметил, что его верх был оголён, а живот и грудная клетка были достаточно туго затянуты бинтами, на которых были следы засохшей крови. Не понимая происходящего, юноша раскрыл свою сжатую ладонь и увидел небольшой предмет: едва светящийся камень то ли голубого, то ли зелёного цвета с каким-то непонятным символом и обрамлённый в золото.       — О! — внезапное восклицание рядом. — Вы… очнулись, — менее уверенное продолжение.       Юноша тут же резко обернулся. Камень в его руке загорелся ярче, а лёгкий и спокойный ветер усилился. Неподалёку от него стояла невысокая юная девушка с голубыми волосами и маленькими чёрными рожками.       — Ти-тише… — она выставила руки вперёд и сделала несколько шагов назад. — Всё хорошо. Вас принёс сюда Властелин Камня… Моракс! — напряжение и чувство опасности, которые охватили юношу, тут же спали. Впервые после пробуждения он не просто вспомнил, что случилось накануне, но и осознал происходящее. Его спасли от власти тирана тот высокий мужчина — Моракс — и парень с крыльями, имя которого он не запомнил. — Вы в безопасности.       Внезапно девушка оказалась совсем рядом, аккуратно коснулась его плеча. «В безопасности». Юноша поднял свой взгляд, заглянув в глаза девушки. Та тут же отшатнулась от него, потупив свой взгляд в землю.       Г-где… — охрипший голос, в горле до боли пересохло.       — Оу, подождите! Подождите… — девушка тут же обошла место, на котором расположился юноша, взяла со стола какой-то небольшой предмет и протянула его. — Это вода. Пожалуйста, выпейте.       Юноша неуверенно отложил камень, который до этого не выпускал, потянулся двумя руками к предмету, который держала девушка. Он неловко перехватит прохладный камень, случайно коснувшись тёплой женской руки, из-за чего взгляд неизвестной тут же устремился вниз, а щёки слегка покрылись румянцем. Юноша, едва помедлив, поднёс странный предмет к лицу, и когда обнаружил в нём чистую воду, тут же прильнул губами к прохладному камню, жадными глотками опустошая его.       — Вы… вы, наверное, голодны? — юноша тут же устремил взгляд на девушку. — Вот здесь, — она вновь подошла к столу, с которого только что брала каменный предмет, — еда. Правда, она была приготовлена немного раньше и сейчас уже не настолько горячая, и…       Девушка не успела договорить, как юноша тут же набросился на еду. Он словно не знал манер, или же, может быть, настолько сильно оголодал, что хватал всю еду руками, сразу же запихивая её в рот и особо не прожёвывая, проглатывал. Жадность и агрессивность юноши испугали девушку, ведь её готовили совершенно к другому: Властелин Камня и Бог Свободы принесли его, сказали, что он слаб, беспомощен, что его пленили, он не познал свободы. Моракс поместил его в чайник безмятежности, попросил одного из своих адептов присмотреть за ним, которого приходил сменять сам Барбатос, садившийся рядом с юношей, касавшийся его головы, лица; играющий спокойные мелодии на своей лире. Девушка ожидала маленького и запуганного мальчика, который нуждается в защите и любви…       Расправившись с последним кусочком еды и опустошил каменный сосуд с водой, юноша, словно по привычке, вытер руки об штаны. Словно внезапно вспомнив, он оглянулся на девушку, которая стояла с бледным лицом.       — Ммм… с-спасибо, — тихо сказал юноша, — я… я никогда в жизни… не ел так… это было слишком вкусно.       — Ох, — девушка словно очнулась. -Вам понравилось? Вы наелись?       — Ммм… — юноша обернулся ко столу. — Вот это было вкусно, — он показал на опустевшие чаши, — Похоже на сладкие сны.       — Сны? — девушка поближе подошла. — Что вы имеете в виду?       — Ты не ела сны? — юноша тут же оглянулся на неё, удивлённо вглядываясь в её лицо.       — Как это? Простите, я не понимаю.       — О! — лёгкий ветер и радостный возглас почти рядом. — Ты очнулся!       Девушка и юноша тут же обернулись. Перед ними стоял тот самый парень в белом одеянии и ангельскими крыльями. У него были две косички, светящиеся голубоватым светом, а в руках — лира.       — Гань Юй, спасибо большое, что приглядела за ним, — его голос был настолько наполнен радостью, сколько юноше никогда в жизни не приходилось слышать. — Сейчас ты нужна… а… Владыке облаков? Прости, я не успел всех запомнить.       — Господин Барбатос, — девушка склонила голову, — Вы уверены, что моя помощь вам не потребуется?       — Ой, да не волнуйся так! И что это за «господин»? Оставь эти словечки для каменного зануды, — он подошёл к ним, присев на что-то вроде скамьи, на которой сидел юноша. — Тебя ждут и ты обязательно должна отдохнуть!       — Хорошо, госпо… Барбатос, — девушка сделала несколько шагов назад, закрыла глаза и испарилась, оставив за собой лишь лёгкие порывы ветра.       — Юноша с замиранием сердца смотрел на исчезнувшую девушку. Что это за место, где они находятся? Куда она ушла? Кто она? Юноша повернулся к ангелочку. Барбатос. Господин Барбатос. Почему же «господин», но сам эти званием не воспользуется?       — Алатус, верно? — его длинные пальцы неспешно перебирали струны лиры.       — Угу, — кивнул юноша, увлечённо наблюдая за руками ангелочка. — Я слышал эту мелодию сквозь сон.       — Тебе нравится? — ангелочек посмотрел на него, широко улыбнувшись, а руки его подложили перебирать струны.       Взгляд юноши встретились со взглядом ангела. Всё то тепло, позитивная энергия, которые сосредоточились в парне с косичками, выплёскивалось, топило добротой и любовью душу, полную отчаяния. В этом тепле хотелось раствориться, забыться, потеряться, и никогда больше не возвращаться в ту тьму, в тот ужас…       — Алатус?       Голос ангелочка вытянул юношу из мыслей, заставил обратить на себя внимание. Сердце защемило, глаза предательски защипало, а к горлу подходил ком. Хотелось кричать от радости и счастья, от пьянящего ощущения свободы, но тут же хотелось сжаться комочком и рыдать, осознавая всё то, что уже не вернуть.       — Спасибо, — прошептал юноша, а горячая слезинка скользнула по его щеке.       — О, Алатус, — нежная рука коснулась его щеки, смахивая слезинку. — Сейчас же всё хорошо, верно?       Юноша закрыл глаза и тихонько кивнул. Он не знал, всё ли сейчас хорошо, а врать, смотря прямо в глаза ангелочку — не очень-то хотелось.       — Знаешь, у меня был друг, который, как и ты, был под властью тирана, — юноша открыл глаза, не встретивших взгляда ангелочка: тот смотрел на свою лиру, а прежде весёлый и радостный голос наполнился грустью и печалью. — Конечно, им не управляли, как тобой… но он также не познал свободы… и, увы, не познает… он погиб… погиб, наконец получив ту свободу, за которую боролся, но так и не познав её… — ангелочек вновь обернулся к юноше. Бирюзовые глаза сверкали от слёз, но на лице была улыбка. — Я искренне надеюсь, что ты воспользуешься этим шансом: станешь свободным и будешь счастлив.       Юноша не знал, что ответить, не знал, как ему вести себя в такой ситуации. Какие слова от него хочет услышать ангелочек? Для чего он всё это рассказал? Кем был его друг, который погиб? Ангелочеку больно? Он плачет.       Не придумав ничего лучше, юноша так же, как и парящий парень ранее, коснулся его щеки и немного грубым движением, хотя он старался изо всех сил быть мягким, смахнул слезинку.       — Я постараюсь.       Глаза ангелочка широко распахнулись. С минуту он просто смотрел на юношу, но внезапно, словно не имея возможности сдержаться, он резко обнял его, сильнее прижимая к себе. Юноша не сразу понял, что происходит. Ощущение объятий уже не было новым, но всё ещё оставалось странным и непривычным, но приятным чувством. Немного помедлив, он аккуратно, словно опасаясь спугнуть, обнял ангелочка в ответ.       — Моё имя — Барбатос, — прошептал ангелочек, — Я — Архонт Ветра и Свободы. Где бы ты не находился, я всегда буду рядом, только помолись мне, и я услышу.       Архонт. Юноша догадывался, что ангелочек является божеством, но сомневался, что он может быть одним из Божеств, ниспосланных Селестией. В первую очередь Архонты для юноши были чем-то плохим и страшным, ведь от имени одного из них он нёс смерть. Барбатос же — ангел во всех смыслах: и эти белоснежные крылья, и его доброта, и его забота…       — Спасибо, — прошептал юноша, чуть сильнее сжимая ангелочка в своих объятиях.