The Wanderer | Странник

Чжоу Цзышу чувствовал тепло, наполняющее его тело, смывающее боль и усталость, с которыми он уже успел свыкнуться. Впервые за бесконечно долгое время он не ощущал жалящей боли от семи отметин на своём теле. За опущенными веками он различал танцующие огни, слышал тихий снегопад где-то вдалеке. Казалось, что половина его самого была в каком-то другом месте, унесённая силами, которые проходили через его тело. Только ладони Вэнь Кэсина, крепко прижатые к его собственным, удерживали Чжоу Цзышу в собственном теле и не позволяли ускользнуть от этого потока энергии. Комфорт их слияния был ему хорошо знаком, и Чжоу Цзышу лишь слегка согнул пальцы, напоминая себе о том, где он находится, с кем и какова цель всего этого. ...цель... Постепенно поток тепла уменьшился до слабой струйки, и сознание Чжоу Цзышу окончательно вернулось в его тело. Он чувствовал себя по-другому: не только вездесущая боль полностью исчезла, но также было и что-то в его внутренней энергии, что немного сбивало его с толку. Это было знакомо, как приятное воспоминание о давно минувших днях, но в то же время и нет; словно это было тем, что он не заслужил сам, а получил в дар и… Чжоу Цзышу медленно открыл глаза. Мир вокруг был расплывчатым и нечётким, но человек, сидящий перед ним – нет. Вэнь Кэсин смотрел на него, но взгляд казался стеклянным, а тень улыбки словно приклеилась к его губам. Белые волосы россыпью ниспадали по его спине. Вся энергия, которую он получил, покинула тело Чжоу Цзышу, оставив после себя зияющую пустоту. Ледяные пальцы Вэнь Кэсина начали опускаться, скользя по ладоням Чжоу Цзышу и оставляя за собой горящий след. Чжоу Цзышу задохнулся и резко подался вперёд, но не успел: руки Вэнь Кэсина опустились вниз, тело откинулось назад, и он упал на землю. Наступила тишина. Чжоу Цзышу, преклонив колени, смотрел на неподвижное тело единственного человека, который был для него важен. Белые волосы Вэнь Кэсина рассыпались по снежной земле; его кожа была такой бледной, что едва выделялась на фоне окружающего. Его лицо всё ещё было охвачено последней улыбкой, как будто ему больше не о чем было беспокоиться. Чжоу Цзышу подполз к нему и обнял безвольное тело Вэнь Кэсина. Тепла больше не осталось. Чжоу Цзышу открыл рот, но не издал ни звука. Его глаза горели, но слёзы не текли. Способны ли бессмертные плакать?