Кто мы есть. Цена свободы.

Уважаемые читатели! Прошу меня извинить, мне правда, очень, очень стыдно. Дел невпроворот, да ещё учиться нужно, да ещё и главу состряпать и вычитать. Обещаю, что такого безобразия больше не повторится! Ну, надеюсь. - ...авай! Айт! - глухой, доносившийся как будто из-под воды голос настойчиво ездил по ушам. - Ты... ообще... слыш... объяс... рабль... чт... - связь пропадала, как будто говорящий находился за тысячу километров отсюда, когда вдруг чётко и грозно рявкнул: - Ну что за хрень? Ты там вообще живой?! - Чтоб тебя бабайка съел, Хортица, - беззлобно кинул я и закашлялся, резко вдохнув влажный горячий воздух с привкусом соли и водорослей. - Ну наконец-то, я думала, ты вообще копыта откинул, - беззаботно фыркнула ведьма, щурясь от яркого солнца. - Как мы вообще живы остались? - Чудом. Ну, не без моей помощи, - объявил я и приподнялся на локтях - импровизированный плот из крепкого деревянного стола из кофейни тихонько покачивался, убаюкивая, а на много километров вокруг, покуда хватало глаз, простиралось бескрайнее полотно океана, и только где-то на самом горизонте виднелись обломки корабля, да за несколько километров впереди маячил небольшой коралловый островок, поросший жидкой зеленью. - Нифига себе нас течением унесло! - Это точно, хотя, если учесть, что мы тут болтаемся, как поплавок, уже порядка восьми часов, - Ирка покачала растрёпанной головой. - Наше счастье, что Восточно-Китайское море тёплое, иначе сейчас мы были Джеком и Розой, - она немного подумала: - Точнее, оба были Джеками и синие и распухшие плавали кверху брюхом. - Не модно, - согласился я и язвительно добавил: - Да и на Розу ты не очень тянешь. - А ты - на Джека, - Хортица кинула в меня прозрачной, похожей на мокрый целлофановый пакет, медузой и рассмеялась. Я ловко уклонился, но подскользнулся на мокром склизком дереве стола и бухнулся в прохладную воду моря, поднимая тучу брызг и распугивая симпатичных и маленьких серебристых рыбок. - Лучше придумай, как выбираться будем, - сварливо заметил я, откашлявшись и снова забравшись на плот - мокрая одежда неприятно обтягивала кожу, так что лёгкую кожаную куртку мне пришлось скинуть, оставшись в тёмно-синей майке, а стол под тяжестью мокрого тела просел и теперь мы уже по пояс сидели в воде. - А зачем нам выбираться? - лениво потянулась Ирка, вытянув ноги во всю длину. - Мне давно хотелось побывать на каком-нибудь экзотическом море, так чем тебе здесь не нравится? - она широким пафосным жестом обвела Восточно-Китайское море. - Воды у нас полно, вон, целый океан, ну а еда... - она задумчиво приподняла любопытную медную рыбку за хвост - та забилась в её руках - и обмотала куском водоросли. - Ты суши любишь? - наткнувшись на мой совершенно офигевший взгляд, она снова рассмеялась: - Да я прикалываюсь! Всё-таки на корабле были шлюпки, и, я надеюсь, те люди, что спаслись уже добрались до берега и вызвали подмогу. Так что не волнуйся, - она расслабленно откинулась на локтях. - Нужно просто подождать. Пять часов спустя. - Сколько ещё ждать? - проныла Хортица, до рези в глазах вглядываясь в чёрную точку на горизонте, хоть и очевидно было, что это не что иное, как ещё один небольшой островок. Солнце жарило нещадно, а я уже от жажды находился в полубессознательном состоянии. Влажные испарения душили, воздух стоял на месте и был густым, как кисель, хоть ножом режь. - Я сейчас умру, как хочу пить! - Воды у нас полно, вон, целый океан, - издевательски прохрипел я и закашлялся - я всё-таки как-никак, но водный дракон, а водному дракону нужна вода. Сейчас бы крайне пригодился мой дар, но я, как ни старался, не мог вспомнить, как это делается. В этом благородном деле спасения наших тушек от страшной смерти мне бы помогла ведьма Ирка Хортица, но она от слабости не могла даже стакан воды наколдовать, не то что перекинуться в крылатую Хортицу. - Ты же понимаешь, о чём я, - она с упрёком посмотрела не меня и снова, в который раз умылась. Что до меня, так я полностью лежал в воде, только лицо и торчало. Скоро превращусь в солёный огурец такими темпами. Ирка закусила губу и что-то посчитала на пальцах. - Так, поднимайся. - Зачем? - удивился я. - На помощь рассчитывать не приходится, так что выбираться придётся самим, - она прищурилась, рассматривая что-то вдали. - Ты хорошо плаваешь? - Спрашиваешь! - фыркнул я, кажется, понимая, к чему она клонит. - Отлично, как ты думаешь, сколько примерно до вон того острова? - она ткнула пальцем на отвесную скалу - остров, свечой поднимавшейся над гладью моря. - Километра три-четыре, - на глаз прикинул я и с сомнением посмотрел на неё - я-то, может, и доплыву, а вот Ирка... Она же, в конце-концов, девушка. Ну, это если забыть о её второй сущности. - Ну что, поплыли? - она вопросительно посмотрела на меня, но я знал, что она спрашивает по большей части не у меня, а у себя. - Давай, - я подумал, что в любом случае смогу её спасти (не в первой), и первым прыгнул в солоноватую воду. Морская вода удерживала на плаву, хоть и грести по ней было довольно трудно. Ирка Хортица юрким дельфином плыла рядом, она уже выдохлась, но не подавала виду. Глубина здесь была небольшой (по сравнению с океаном) - метров пятьсот, но утонуть здесь казалось крайне обидно и неприятно. Руки автоматически работали, но я всё думал - почему бы ангелам не спасти нас? Я ведь обращался и к Кастиэлю, и даже к Анне, и вообще ко всем, но никто так и не откликнулся. Или они специально послали нас на смерть? Устранить опасных - кого? Конкурентов? Нет, глупость, но... Наш Титаник утонул спустя часов пять после того, как приходила Анна. Рассмотрим с другой стороны: если кораблекрушение - это чистая случайность (что весьма сомнительно после тех тварей, что я увидел на дне), то почему они всё равно не откликнулись? Кастиэль отправил нас на весьма важную, как мне показалось, миссию, раз уж сами ангелы заинтересовались. И почему к нам не поспешил на помощь кто-нибудь с большой земли? Может быть, никто не спасся? Может быть, это действует тот энергетический барьер, о котором говорила Анна? Тогда это значит, что мы недалеко от островной Японии, что не может не радовать. А, может быть, это пресловутый дракон устроил нам такую бяку? А что, вполне может быть, если учесть, что дракон водный, и эти подводные твари ему подчиняются. Стоп, но ведь главный среди всех водных - это я... М-да, какой-то замкнутый круг. Но если всё-таки предположить, что нас пытался утопить тот, кого мы должны обезвредить, то нам уже стоит бояться, ведь он не погнушался утопить корабль с четырьмя тысячами человек ради нас двоих. Значит, мы представляем для него прямую угрозу? И как он мог узнать, что мы - это мы... Тьфу, что мы - это те, кто плывёт его убивать? И вообще, что за фигня тут происходит, нифига ж не понятно! - Айт! - Ирка крикнула откуда-то сбоку и чуть сзади. Я резко остановился и обернулся к ней. - Что случилось? - поинтересовался я, подплыв к ней и аккуратно подхватив под руку, чтобы помочь ей удержаться на плаву. - Мы почти приплыли, - сбившимся голосом проговорила она и махнула рукой вперёд. - Только ты посмотри, какая там тина! Я обернулся - и вправду, остров на несколько десятков метров вокруг окружало плотное одеяло из водорослей, которые так крепко сплелись между собой, что разорвать их не представлялось возможным. Я озадаченно почесал за ухом - поднырнуть под такое одеяло нельзя было, мы задохнулись бы, это всё равно что прыгать под лёд и надеяться, что повезёт. И тут мне почему-то пришёл в голову мультик про богатую утку Скруджа Мак-Дака, а, точнее, про тот эпизод, что показывали по телеку в субботу - там этот селезень и его племянники попали в Бермудский Треугольник, где вместо воды были примерно такие же водоросли. Я усмехнулся, попытка - не пытка. - Давай, залезай, - я махнул рукой в сторону тины, которая как-то подозрительно всколыхнулась. Мне даже на секунду показалось, что это огромный монстр, который съест нас в тот же момент, когда мы ступим на его поверхность. Я сморгнул - ну что за чушь в голову лезет - водоросли, конечно, живые существа, но не настолько же! - Это шутка? - непонимающе посмотрела на меня Ирка. - А мы тут не шутки шутим, - я взобрался на такой своеобразный ковёр - мокрая одежда мешала безумно, ну да ладно уж - и подал ведьме руку. Хортица с моей помощью как-то вскарабкалась на грязно-зелёное полотно и брезгливо поморщилась. - Ну и пакость, - она поднялась на ноги и опасно покачнулась - тина снова пошла волнами. Я дал ей руку и, когда она вложила маленькую ладонь в мою, аккуратно двинулся вперёд. Ничего смертельного, в принципе, водоросли сильно прогибались под нами, заливая ноги по самые щиколотки какой-то тухлой болотно-зелёной водой, ощущения, конечно, не из самых приятных - да чего уж там, как будто по жидкому дерьму идёшь! Ирка молчала, только сильнее сжимала руку когда зелёная гладь снова вздымалась волной. Я удивлялся выдержке этой девушки - не каждая такое вытерпит, да и меня от гнилого запаха начинало уже подташнивать, но она спотыкалась, оступалась, но упорно пёрла вперёд как танк. Молча. И мы были уже совсем близко от острова, когда я почувствовал что-то неладное. Вода под водорослями взбурлила и угрожающе приподнялась, будто что-то пыталось прорваться сквозь плотную ловушку наружу. Ирка испуганно пискнула и спряталась за моей спиной, но её это не спасло. Из-под тины прорвались четыре абсолютно зелёных руки, схватили нас за ноги и резко дёрнули вниз. Хортица так и не отпустила мою руку, а я, в свою очередь, держался за неё - если нас разлучат, то нам конец. Впрочем, понял я, только открыв глаза, нам и так конец, но задёргался с удвоенной силой. Меня с двух сторон сжимали твёрдые холодные тела, а прямо перед моим носом оскалилась в неприятной улыбке морда подводной твари. Мне так и не удалось определить пол этого существа, но, очевидно, это был вожак всей стаи из примерно пятидесяти таких же существ, которые шныряли неподалёку. Ростом оно было выше обычного человека, но худое и гибкое, как морской угорь. Кожа серовато-зелёного цвета, как у покойника, была покрыта ракушками, на ногах и руках росли водоросли, красиво развевавшиеся течением, а яйцевидная голова с удивительно уродливой рожей с впалыми щеками, низкими и остро выпирающими скулами, крупными желтоватыми зубами, которые не помещались во рту, почти отсутствием губ и малюсенькими тупыми глазками под мощными надбровными дугами, как у питекантропа, с грязно-медными волосами, доходившими твари аж до пупка, была увенчана чем-то вроде короны из плоских жемчужных ракушек. Наконец "это" отпрянуло от меня, что-то пробурчало и стрелой помчалось куда-то вперёд. За ним (ней?) последовали мои и Иркины конвоиры. Сильная девичья ладонь до боли сжимала пальцы. Перед глазами темнело и мутилось от недостатка кислорода, но я знал, точнее, не знал, а чувствовал, что если эта зелёная мутная вода хлынет в мои лёгкие - мне крышка. Благо, плыли мы не так уж и долго - минуту, не больше. Сквозь пелену на глазах я смутно разглядел домики, в которых жили эти существа - это были небольшие песчаные и укреплённые ракушками полушария, такие, знаете, строят маленькие детишки на море. Больше я ничего не увидел, потому что мы подплыли к колоссальной бурой каменной стене. Я догадался, что это и есть та скала, к которой мы так упорно плыли. Как говорится - плыли-плыли, а возле берега утонули. Ну, пока ещё не утонули, но такими темпами, чувствую... Пещера, к которой мы подплыли, была довольно узкой - даже Ирке приходилось пригибаться. Стены пещеры поросли светящимся фиолетовым лишайником, так что, в принципе, можно было разглядеть весь ужас положения. Нет, ну вы только подумайте, кто-то так упорно пытается от нас избавиться! Спустя некоторое время пещера постепенно расширялась, а мне в рот настойчиво заползали струйки гнилой воды с отвратительным вкусом, но, как ни странно, я не дышал, но и не задыхался. В конце концов мы выплыли к просторному каменному гроту. Здесь было немного темнее, зал освещали лишь штук десять светящихся зелёных кустов водорослей. А на величественном троне из непонятного материала, переливающимся от бледной бирюзы до тёмного антрацита, как застигнутый врасплох хамелеон, восседал он. Ну, или она. Но одно было понятно - это был самый главный, видимо, вождь вождей или что-то вроде того. Существо на троне было таким же уродливым, как и его соплеменники, но, в отличие от них, у него на голове торжественно восседала самая настоящая диадема если не из бриллиантов, то из какого-нибудь сто процентов редкого и дорогого камня, зловеще отсвечивающих гнилой зеленью в свете водорослей. Похоже, у монарха сейчас должен был быть обед, потому что существо умильно рассматривало блюдо-ракушку, полное каких-то белых и длинных, явно живых червей. Вчерашний ужин настойчиво попросился наружу, но, слава Богу, морская тварь отодвинула от себя тарелку и с каким-то скучающим интересом уставилось на вновьприбывших, то есть нас. Вождь почтительно склонился перед начальником и что-то объявил, но я, понятно, ничего не понял. Монарх что-то буркнул ему, отчего к потолку поднялась вереница пузырьков, и жестом велел подойти нам ближе. Конвоиры подпихнули нас прямо к его ногам, а он, в свою очередь, уставился на нас блеклыми рыбьими глазами, в которых, как ни странно, блестел интеллект. В принципе, оно логично, но явно видно, что эти существа находятся на стадии эволюции не выше кроманьонцев. Существо обнюхало нас, провело тонким пальцем с острым жёлтым когтем по щеке Ирки, сморщившейся от отвращения, и лизнуло палец. Скривилось не хуже ведьмы и поднялось обратно на трон, слабо махнув рукой. Конвоиры сразу же схватили нас и потащили куда-то в боковую пещеру - очевидно, монарх решил, что мы не представляем никакой пользы, и велел избавиться от нас. Сопровождающие уже было отперли дверь одной из клеток, но вождь что-то закричал и покосился на нас. Похоже, мы нужны были живыми, вот только зачем - непонятно. Конвоиры затолкали нас куда-то наверх по лестнице и заперли крепкую металлическую дверь, и - о чудо - на одну треть комната оказалась заполнена воздухом. Я с отвращением выплюнул изо рта мутную воду и прокашлялся - ну и пакость, как будто ведро протухшей рыбы съел. Ведьма выжала мокрые волосы, сняв кокетливо зацепившийся за ухо кусок светящей водоросли и разразилась гневной тирадой - я невольно заслушался, ничего себе, даже я таких слов не знаю. Но, как бы там ни было, нам стоило выбраться отсюда. Эти морские твари нас держат явно не для душевной беседы. Очевидно, они работают на кого-то, иначе зачем же им нас похищать? Между тем вода в камере всё убывала, стекая в круглую дыру в полу размером с кулак, и уже через десять минут вода едва доходила нам до колен, а через двадцать исчезла совсем, оставив пару луж и давая нам спокойно оглядеться. Это был один из гротов, который так или иначе контактировал с воздухом, а это значит, что ещё не всё потеряно. Я кинул взгляд в глубь пещеры - там в неглубокой тёмной нише жутко скалился жёлтый явно не человеческий скелет, издавая запах поджаренных водорослей и трупного гниения. Стены были гладкими - ни выступа, ни зацепки, море тщательно полировало оранжевый камень в течении веков, вымывая удобное убежище, а где-то вверху, под потолком, зияла большая дыра, закрытая редкой металлической(!) решёткой. Подняться туда не казалось возможным, но хорошо одно - сквозь решётку проглядывал неяркий, клонящийся к горизонту, оранжевый диск солнца, которого явно не хватало в этом мрачном царстве. - Что ты думаешь насчёт этого? - холодно поинтересовалась Хортица, оглядываясь. - Думаю, нам крышка, - жизнерадостно ответил я. - Если до заката мы не найдём способ отсюда выбраться, то всё, конец. Уже никогда не спасёмся. - Слушай, - задумчиво проговорила Ирка. - Я ещё не превращалась в крылатую Хортицу с тех пор, пока всё забыла, но... Я могу попробовать, - она неуверенно переступила с ноги на ногу. - Гениально, - с долей ехидства ответил я. - Если получится, - поспешно добавила она. - Советую отойти подальше. Я послушно ретировался в угол противоположный нише со скелетом. Ирка вышла на самую середину и вопросительно посмотрела на меня. Я кивнул, а она невысоко подпрыгнула, трансформируясь в полёте - гладкая чёрная шкура обтянула тело девушки, симпатичное лицо вытянулось и превратилось в жуткую, дышащую жаром, собачью морду. Хортица широко махнула крыльями раз, другой, и стрелой ринулась к потолку, протаранила решётку раз, другой, но она лишь жалобно и протяжно скрипела и крепко держалась в пазах. Крылатая борзая забилась под потолком, всё пытаясь выбить решётку, но вдруг крылья свернулись, чёрная лоснящаяся шкура сменилась обычной кожей, ведьма чудом успела схватиться за решётку и завопила. Крик эхом отразился от стен. - Прыгай! - крикнул я ей, подставив руки, но она лишь судорожно замотала головой. - Прыгай! - рявкнул я и она послушно разжала руки. Я всё-таки поймал её на руки, правда, сам чуть не упал, но всё же устоял на ногах. - Что случилось? - я аккуратно положил её на пол возле стены и присел рядом. - Я не знаю, - отозвалась она, рассматривая ободранные в кровь ладони. - Может, просто не хватило силы, может, что-то ещё. Я не знаю. Хорошо, хоть жива осталась. Спасибо, - сухо добавила она. - Ты в очередной раз спас мне жизнь. - Знаю, - отмахнулся я. - Решётка сидит крепко, - продолжала повествование она. - Выбить её не удалось, но есть и хорошая новость. Решётка совсем новая, не ржавая, иначе она бы просто проломилась под моим весом. А это значит, что где-то здесь недавно были люди. И если докричаться до них... Следующие полчаса мы орали на разный лад пока не охрипли, но это не привело ровным счётом ни к чему. Солнца уже видно не было, а ещё через час мы очутились в полной темноте, только сквозь решётку то тут, то там проглядывали колючие звёзды. Стало заметно холоднее, и при разговоре изо рта вырывались едва заметные клубы пара, а каково нам ещё и в мокрой одежде! Ирка прижалась ко мне и, кажись, заснула, я уже тоже дремал, положив голову на её плечо, но тут я услышал звуки. Сначала это просто было какое-то глухое буханье сверху, но потом, по мере приближения источника, оно становилось всё отчётливее, удары слышались уже постоянно и к ним ещё присоединился топот ног и человеческий гомон. Я растолкал Ирку, мы осторожно поднялись и стали прямо под решёткой, напряжённо всматриваясь в тёмное небо. Судя по шуму, люди (я надеюсь, это были они) окружили "колодец" и затихли в ожидании чего-то. Ну, или кого-то, как и оказалось. Спустя минут десять послышались сочные шлепки и чьи-то громогласные ругательства, и, в конце концов, человек остановился у колодца. Барабаны забили в три раза интенсивнее. Человек выдержал паузу и что-то завопил. На удивление, язык оказался мне знаком. Это был до невозможности изуродованный испанский с примесью английского. Только откуда тут испанцы и особенно англичане? Нипанятна, ну ничего, у нас ещё будет время разобраться наверху, а сейчас главное - это выбраться отсюда. - Отдадим славу Богам! - тем временем вопил человек у колодца. - Сегодня первый день сбора (непонятное слово), в этом году (то же слово) родит восхваляюще! Сегодня, сейчас Боги сжалились над нами, ничтожными (другое, не менее непонятное слово), а это значит, что они ждут от нас новых даров! Толпа одобряюще загудела, послышался удар гонга, и человек приказал: - Всем юным леди построиться ровно, одной из вас сегодня предстоит честь быть отданной Богам! Хм, уже интересно. Человеческие жертвы. В каком мы всё-таки веке живём? Послышалось копошение, приглушённое пение, и явно шаман объявил имя: "Ванесса". Дурища Ванесса радостно завизжала - нет, ну какое счастье быть принесённым в жертву? У них, наверное, престижно. Девица попрощалась с друзьяшками и родителями, послышалось какое-то шевеление, и, наконец, шорох стали. Ванесса закричала от боли, когда нож вонзился в её тело, но спустя минут пять умолкла. Послышался стук капель и пение стало громче, но неразборчивее. - Что происходит? - прошептала Хортица. Нам уже не хотелось кричать, чтобы нас услышали. - Я не знаю, - тоже шёпотом произнёс я, шея уже ныла, но я всё смотрел в ночное небо. - Боги требуют сокровищ! - завизжал шаман как недорезанная свинья, и вдруг что-то тяжёлое стукнуло меня по лбу, прокатилось с металлическим звоном по каменному полу и остановилось, сверкая настоящим золотом. Я едва успел отскочить, прежде чем сотни золотых монет посыпались буквально с неба, образуя порядочную горку. Я поднял одну откатившуюся монету из белого золота - с одной стороны красовался знак солнца, с другой - луны. Красота, это ж за такую монету все нумизматы друг другу глотки поперегрызают! - Мы богаты! - не хуже шамана взвопила Ирка, пританцовывая на горке. - Свобода - высшее богатство, - я кинул взгляд на решётку, интересно, если они каждый день по такой горке будут кидать, через сколько дней мы выберемся на свободу? - ... Отдадим Богам самое ценное, что у нас есть - нашу жизнь... - при этих словах снаружи полилась какая-то карминовая жидкость, в которой я чуть не захлебнулся, только через пару секунд до меня дошло, что это не что иное, как кровь несчастной Ванессы. - ... наше сердце... - Прямо в руки ведьме плюхнулось живое, ещё пульсирующее сердце. Вот этого она уже не стерпела и пронзительно заорала, подкидывая сердце обратно сквозь решётку. - Богам не понравились наши дары! - закричал кто-то и ночь наполнилась быстрым топотом ног. - Чудесно, - заключил я. - Гнить нам тут до скончания веков, - я вытер лицо майкой, но это не помогло - я лишь размазал тёплую субстанцию по лицу. Хортица выглядела не лучше, мы, наверное, были сейчас похожи на кровавых богов. О, хорошая идея, можно позвать этих чурок и сказать, что мы великие Боги, и лучше нас выпустить, а то хуже будет.