Пепел

      Деймос — очень нервная и вспыльчивая натура. Именно поэтому он курит в таком количестве: не особо видно, чтобы сигареты хоть как-то влияли на его здоровье, за исключением того, что его голос со временем стал хриплым. Зато они нехило его успокаивали.       Сэнфорд сам по себе довольно спокойный и рассудительный, всегда предпочитает трезвое мышление бесконтрольной ярости.       И этим двоим нужно уживаться в одной квартире.       И ведь они уживаются. Уже пять лет как.       Сегодня Деймос снова вспылил. Из-за сущего пустяка, кстати: Сэн, видите ли, переложил его вещи, чтобы освободить себе место на диване.  — Форд, какого хера? — Дей указывает пальцем на ком своей одежды, лежащий рядом с облокотившимся на подушку Сэном.  — Что? — Сэнфорд непонимающе смотрит по направлению пальца Дея, а потом снова на него. — Что не так?  — Ты переложил мою одежду! — раздражённо заявляет тот, округляя глаза.  — А мне нужно было садиться прямо на неё?  — Да ты мог бы хотя бы мне сказать об этом! Ты же переворошил тут всё!  — Ничего я не переворошил, как она лежала, так и осталась. И вообще, — Сэнфорд многозначительно смотрит на злого напарника. — Сам виноват, нечего вещи свои разбрасывать.       У Деймоса, кажется, вот-вот пойдёт пар из ушей.  — Да ты постоянно так делаешь! — Дей нервно достаёт из кармана неизменную пачку сигарет, вытягивает одну и тут же поджигает пальцем, крепко затягиваясь. — Ты заебал уже, почему ты не можешь предупреждать меня о таких вещах?!       Сэнфорд действительно не понимает, в чём провинился. Весь диван уже этой одеждой завален, и ладно бы она была сложена, так нет: валяется, как Дей её бросит. Однако за ним очень забавно наблюдать.  — Ты чего раскричался-то, это же всего лишь одежда, — Сэн улыбается, не в силах сдержаться. Деймос сейчас как маленькая собачка: растрёпанный и злой, лает так, что на улице слышно, но против каменной невозмутимости партнёра сделать ничего не может.  — Блять, ты серьёзно не понимаешь? Почему я вообще до сих пор с тобой?!       На этих словах Сэнфорд резко поднимается с места и идёт прямо на сразу притихшего и округлившего глаза Дея, который начинает испуганно пятиться, пока не упирается спиной в стену. Сэн угрожающе нависает над ним, смотрит прямо в глаза и облокачивается локтями на бетон, таким образом блокируя все пути отступления. Затем он двумя пальцами вытаскивает изо рта Дея недокуренную сигарету, смотрит на неё пару секунд и резко сминает в ладони. Остатки окурка падают на пол, но это сейчас совершенно неважно. Дей сглатывает слюну.       Сэн снова бросает взгляд на Деймоса, который, будь у него такая возможность, прошёл бы прямо сейчас сквозь стену, чтобы не чувствовать на себе давления серых глаз.  — Ну и почему же ты до сих пор со мной? — Сэнфорд ухмыляется. Один Джеб знает, как он обожал ставить Деймоса в такие ситуации.  — Я не собираюсь перед тобой отчитываться, — выплёвывает тот, и черты его лица снова заостряются. Он злится.  — Хм, вот как? — усмехается Форд, неожиданно для Дея кладя ладонь на его лицо, но по ней тут же ударяют чужие пальцы:  — Не трогай меня, сукин ты сын.  — А то что? — мужчина невозмутимо ловит его запястье, крепко удерживая, и ухмыляется ещё больше. У этого парня совсем нет чувства самосохранения: идти на Сэнфорда один на один… Смелый засранец.  — Я сказал не трогай меня! — вторую ладонь, которая хотела отвесить пощёчину, Сэн ловит до того, как она достигает цели. Деймос в западне, его руки полностью заблокированы, и он никак не сможет этому противостоять. — Блять, отпусти меня, ублюдок! — хакер обнажает острые зубы, показывая, что он готов применять все средства самообороны.  — Я повторюсь: а то что?  — Только попроб-МХ?! — губы Дея мгновенно оказываются прижаты к губам Сэнфорда, который, наконец, затыкает этот настырный рот, сыпящий язвительными замечаниями и оскорблениями, прижимаясь всем телом к напарнику и всё ещё крепко сжимая его руки.       Дей, негодуя от такой наглости, начинает вырываться и пытается хотя бы отвести лицо от чужих требовательных поцелуев. Естественно, безуспешно.       Вскоре он чувствует, как Форд настойчиво покусывает его нижнюю губу, проводя по ней языком. Сначала он, конечно, взрывается с новой силой, извиваясь по стене, но совсем скоро изнемождённо стонет, открывая рот и отвечая на поцелуй. Тогда Форд, наконец, разжимает его запястья, и Деймос позволяет приблизиться к себе совсем близко: вжать его в стену до боли в позвоночнике, сплетаясь языками. Он обвивает чужую шею, а Сэн подхватывает его бёдра, поднимая над полом и заставляя его обхватить его ногами.       Он ненавидел это. Просто терпеть не мог. Нет, ну вы представляете? Стоит ему немного возмутиться, и этот уже прижимает его к стенке, бессовестно целуя, и этому просто невозможно сопротивляться — хочется больше, хочется сорвать с него одежду, а дальше как пойдёт.  — Извиниться не хочешь? — отрывается от него Форд.  — А я чем занимаюсь? — удивлённо отзывается Дей, шумно выдыхая горьковатый табачный запах почти ему в губы.  — Засранец… — Сэнфорд снова целует его и отходит от стены, в два шага сокращая расстояние до дивана и спихивая оттуда всю одежду.       Да, Деймосу предстоит долгое раскаяние с приятными последствиями.

***

      В Неваде можно выживать, только если вы уже пять лет выживаете друг с другом.