Смертоносная судьба

      Алмаз, обмакнув два пальца в смазке, грубо вставил их во влагалище женщины, стараясь хорошенько и тщательно обработать внутренние стенки, и заодно, слегка массируя интимную зону Мичиру изнутри, надеясь, что ей хотя бы немного будет приятно. Но нет. Мичиру была очень верной и порядочной женщиной и её тело, её истинная женская натура отказывалась принимать другого. И Алмазу пришлось смириться с этим, поняв, что ему остаётся лишь довольствоваться малым — сексуальным насилием. «Жаль, что ты, детка, не хочешь секса по-хорошему. Если бы ты поддалась мне, я бы мог пересмотреть свое решение о твоём убийстве. Возможно, я бы пощадил тебя. Но теперь нет, не бывать этому. Вместо этого я сделаю все, чтобы ты как следует помучилась у меня, чтобы ты проклинала свою судьбу, будучи многократно изнасилованной и избитой!»       Мужчина продолжал грубо трахать её, но теперь это ему было куда приятнее, когда он увлажнил её дырочку смазкой. Но внезапно Алмазу пришлось отвлечься от сего увлекательного процесса, ввиду срочного входящего звонка. А звонившим оказался никто иной, как его родной брат Мамору.

***

      Усаги медлила, хотя и знала, что уже нет смысла оттягивать того, что и должно случиться между ней и Сейей, тем более, что когда девушка шла сюда, она догадывалась о возможных последствиях сегодняшнего вечера, но это её не остановило. Теперь же Усаги стояла перед Сейей совершенно голая и до сих пор ломалась, строя из себя приличную и воспитанную женщину. — Что, Куколка? Трудно решиться на измену? Но тогда чего ждёшь? Я насильно тебя не держу, силком тебя не раздевал, да и поцелуям моим ты была несказанно рада. Опять даёшь заднюю, Цукино? Что ж. Тогда одевайся и можешь идти. Ничего не будет у нас с тобой, раз ты этого не хочешь, — твёрдым голосом произнёс Сейя.       И хотя он очень жаждал близости с Усаги, очень жаждал снова познать её как женщину, но принуждать девушку к сексу он не собирался, и видя как она колеблется — сам предложил ей уйти. Слова, сказанные Сейей, очень удивили Усаги, ведь она ожидала от него совершенно иного — она наивно думала, что её бывший молодой человек будет её всячески упрашивать провести с ним время, или даже пытаться манипулировать. Но Сейя был внешне спокоен как удав, хотя внутри него бушевало пламя чувств. — Я останусь! — решительные слова Усаги раздались слабым эхом по всему номеру. — Я останусь ночевать с тобой, Сейя. Потому что я искренне хочу этого. Потому что мне не хватает тебя и я скучаю. Я скучаю! Я очень скучаю…       Плавными шагами приблизившись к красивому эффектному молодому человеку, девушка не смогла устоять перед соблазном немного потрепать его рваную чёрную чёлку, что её пальцы и сделали, в то время как её истинная женская природа уже брала контроль над сознанием Усаги, а к самой интимной её зоне медленно стала приливать кровь, вызывая возбуждение. И от Сейи это не укрылось, ведь он обладал хорошей интуицией, проницательностью, умел чувствовать эмоции других людей, чем очень часто располагал их к себе. — Сладкая моя… Иди сюда! Я тебя сейчас всю изласкаю, Усаги. На тебе не будет живого места, я всю тебя расцелую… Моя женщина! Ты — моя! Ты всегда была моею, и останешься моею. И я очень скучал, — руки Сейи уже вовсю трогали и сжимали соблазнительные груди Усаги, а его изучающе-восхищенный взгляд был буквально насквозь пропитан вожделением.       Обилие комплиментов, звучащие из уст мужчины, совместно с его нежнейшими и весьма ощутимыми прикосновениями сделали свое дело — от тактильных ласк Сейи Усаги уже текла, как последняя сучка в томительном ожидании самого главного — интимной близости с ним. И осмелев окончательно, девушка резко сдёрнула с мужчины его пиджак, а затем стала расстёгивать пуговицы на белой рубашке Сейи, делая это немного нервно и торопливо и наслаждаясь тем, что видел её взгляд — широкие плечи, красивую рельефную грудь любимого, слегка выступающие ключицы. Пальцы Усаги несколько раз провели по крепкой гладкой грудной клетке мужчины, и Сейя вновь нежно улыбнулся своей бывшей возлюбленной, умиляясь такой её реакции на его обнажённое тело. Освободив Коу от рубашки, Усаги принялась расстёгивать ремень на его брюках, затем расстегнула пуговицу и ширинку и наконец, учащённо дыша и изрядно волнуясь, коснулась его возбуждающегося члена через ткань боксеров. «Хочу его… Сильно хочу, не могу терпеть. Хоть это и немного неправильно. Но я не могу воспротивиться силе любви.»       Недолго думая, Усаги стянула с него и последнее, что было надето, а затем склонившись над ним, осторожно провела языком по стволу члена Сейи, словно бы не веря в то, что всё происходящее — реально. — Возьми полностью, — властно приказал Сейя, развалившись на широкой кровати и предвкушая незабываемые ощущения от оральных ласк Усаги. — Он не кусается, Куколка. И не надо так притворно смущаться, тебе не впервой это мне делать.       Усаги до безумия возбуждал такой властный тон голоса Сейи, ей нравилось, когда он диктовал ей свои условия и поэтому златовласка подчинилась, одной рукой держа его возбуждённый член, припадая ртом к его головке и постепенно впуская к себе в рот. Для Усаги сие действо тоже было весьма увлекательным и приятным, так как лаская ртом и языком орган любимого, красавица стремилась показать всю свою любовь и нежность к Сейе, и девушка полностью погрузилась в процесс, делая сосательные движения и давая волю своему языку, лаская самое сокровенное.       И Сейя всегда ценил это, ибо те ощущения, что дарила ему Усаги, старательно делая минет, были для мужчины просто бесценны.       Активно ублажая мужчину ртом, ощущая всю твёрдость его детородного органа, Усаги и сама возбудилась до предела — её промежность вся пропиталась прозрачной смазкой, некоторое количество оной уже начало немного стекать. Но девушка не останавливалась — похоть, желание, долгая разлука и чувства к Сейе, которые она безуспешно силилась заглушить любыми способами взяли верх. Усаги сосала так неистово, долго, страстно, что Сейя беспомощно раскинулся по всему периметру кровати, чувствуя сладкий жар в нижней части живота и приятную пульсацию в паховой области. — О, да! Да-а-а, моя развратная девочка! Да-а! Как же мне приятно, милая! — чувственно произнёс, каждой клеточкой своей плоти ощущая наслаждение и утопая в нём.       Затем Сейя взял Усаги за волосы и стал более активно насаживать девушку на свой возбуждённый уже донельзя, член, таким образом, что златовласка заглотила его максимально глубоко, чувствуя как головка члена практически дошла до миндалин. И она продолжила делать Сейе минет, с большим удовольствием погружая его орган в свой рот, интенсивно касаясь языком различных чувствительных участков эрегированного органа мужчины.       Мужские стоны удовольствия заполнили всё помещение, Сейя совсем не сдерживал себя, он просто таял от умелых ласк ловкого и шустрого язычка своей бывшей пассии, погружаясь в нирвану, чувствуя, что время для него остановилось и сейчас нет ничего и никого, кроме страсти и любви, что завладела их сердцами, телами, мыслями… Усаги стала постепенно наращивать свой темп, понимая, что она тоже уже на пределе и не только потому что малость устала, но и от перевозбуждения — вся её промежность буквально сочилась нежным девичьим соком, и Сейя быстро просек это дело, запустив свои пальцы во влагалище любимой, и активно двигая ими изнутри. И вот так, делая приятно друг другу, Сейя и Усаги отвлеклись от грустной реальности, на время позабыв о том, что они не вместе.       И спустя ещё несколько минут, Сейя уже почувствовал, что достиг максимального удовольствия, его его тело словно бы обволакивал приятный жар, сплетающийся в огромный пульсирующий ком в нижней части живота, и мгновением позже, находясь в состоянии дичайшей эйфории, мужчина излил свою белую вязкую жидкость в рот партнёрши, сопроводив сие действие довольно громким стоном.

***

      Поскольку время было уже позднее, а Сейя ей так и не перезвонил больше, Кермесайт разволновались не на шутку. Она несколько раз набирала номер телефона своего молодого человека, но Сейя не спешил отвечать на вызов, и это ещё больше нервировало бедную девушку. «Только бы с ним ничего не случилось. Я так люблю Сейку, так беспокоюсь за него. А что, если он попал в аварию и теперь лежит где-нибудь посреди трассы в искорёженном автомобиле и истекает кровью? Нет, такого быть не должно, Сейя отлично водит. Надеюсь, с ним всё в порядке.»       Высокая эффектная девушка пыталась гнать прочь из своего сознания множество негативных мыслей, которые постоянно атаковали его, но получалось у неё не очень. А мыслей о том, что Сейя вполне может быть с другой женщиной и изменять ей, у Коан как-то даже не возникало, она была уверена в нём, считая, что у них с Сейей прекрасные отношения, а он её горячо любит.       Однако шёл час, другой, но Сейя так и не брал телефон и Кермесайт поняла, что дело серьёзное. Зайдя на кухню, девушка открыла один из шкафчиков, достав успокоительный сбор и заварила его, чтобы выпить и попытаться немного успокоиться. «Не понимаю, куда мог подеваться Сейка, ну куда? Позвоню-ка я его братьям, может он у них.» Сначала она позвонила Тайки, но тот сказал, что совершенно не в курсе, где именно сейчас может находиться его младший брат. Тогда Коан набрала номер Ятена, который услышав о том, что пропал его брат, моментально пришёл в ужас и ещё больше запаниковал. «Ну пиздец. Сначала жена без вести пропала, теперь вот Сейя! Так, стоп. А что, если…они, ну…это…вместе? Да нет, что же я такое думаю! Сейя не стал бы соблазнять мою жену, я же всё-таки брат ему! Но тогда где он? И какая участь постигла мою дорогую Мичиру?»       Вопросов было более, чем достаточно, но ответа не было ни одного. И Ятен теперь ощущал себя беспомощным как никогда, он чувствовал себя маленькой крошечной песчинкой в огромной пустыне. И это ощущение его ещё больше добивало с моральной стороны.

***

      Поговорив с Мамору, Алмаз вновь вернулся к своему делу и стал насиловать жертву ещё более резко, грубо, жёстко, неистово вгоняя свой член на всю глубину влагалища женщины, хотя Мичиру умоляла его прекратить, издавая вскрики боли. Бедной женщине казалось, что её мучениям не будет конца — область промежности неприятно ныла, во влагалище также ощущался некоторый дискомфорт, ведь Алмаз даже и не заботился об ощущениях своей жертвы, ему наоборот, казалось, всё это было лишь в кайф. — Классная у тебя девочка! Влажная, сочная, но конечно надо разрабатывать нам с тобой её! В том числе и некоторыми предметами, — на лице Алмаза появилась кривая усмешка, когда он увидел реакцию Мичиру на свои слова. — Начнём это делать уже завтра. А пока…мой член будет буравить тебя до дыр!       Возразить что-либо у Мичиру уже просто не было сил — действия и издевательства Алмаза ввмотали её и женщина едва держалась, чтобы не потерять сознание. «Хорошо бы ему поскорее надоело меня трахать… Может, мне стоит попробовать поддаться ему и тогда этот ублюдок быстро пресытился моим телом, потеряет интерес и отпустит за ненадобностью. Можно попробовать, чем чёрт не шутит, в конце-то концов!»       Неожиданно для Алмаза, Мичиру резко сменила тактику и перестала кричать, ворчать и всячески демонстрировать насильнику своё недовольство, вместо этого женщина решила принять его условия, наивно полагая, что это спасет её от самого худшего. Сначала Алмаз ничего не понял и только лишь обрадовался такому повороту событий, отметив про себя, что нутро красотки стало более влажным, податливым и комфортным. Но насильнику всё было мало, он не щадил тело женщины, не щадил её репродуктивную систему, вот уже тридцать минут упорно продолжая вставлять в неё свой орган.       Тогда Мичиру решила сделать вид, что ей приятно и попробовать сымитировать оргазм. И это и стало её роковой ошибкой, уж слишком громко она стонала, да и Алмаз был ведь не дурак, по реакции её тела он сразу понял, что женщина имитирует, ведь оргазмом там даже и не пахло. — Интересное дело, кисуля. Значит, ты решила, что я куплюсь на это? — комнату сотряс злорадный ледяной смех мужчины. — Наивная дура! Но ты всё равно ещё больше возбудила меня, чёрт возьми! За это тебе полагается приз… «Приз? Какой ещё, блядь, приз?» — Мичиру в очередной раз содрогнулась от ужаса, уже не зная, чего ей стоит ожидать и в эту же минуту Алмаз кончил в неё, а затем, слегка отойдя от столь незабываемых впечатлений, поднялся на ноги и властно посмотрел на свою «игрушку». — Сегодня я больше не буду трогать тебя. Это и есть приз. Мичиру вздохнула с облегчением и увидела как Алмаз склонился над ней, освобождая от наручников. — Сбежать не выйдет, красотка! Ну если только в окно, но падать будет очень больно — на восьмом этаже мы.       Сопроводив измученную несчастную женщину до ванной комнаты, Алмаз запер её там на ключ и был таков — ушёл в другую комнату, где из мебели был только старый полуразвалившийся диван, на который он обессиленно рухнул, а уже через полчаса комнату заполнил громкий храп.

***

      Сейя предусмотрительно включил на своем мобильном устройстве беззвучный режим, поэтому сейчас он целиком и полностью посвятил себя Усаги. После столь шикарного минета, парочка блаженно развалилась по всей постели, Усаги, конечно же, лежала сверху на любимом человеке. — Это было незабываемо, Оданго! Я до сих пор под впечатлением, — восхитился Сейя, одной рукой слегка теребя золотистый хвостик девушки, а второй — едва ощутимо, почти невесомо касаясь её обнажённых и в меру округлых ягодиц. — Лучший минет за последние несколько лет! — Разве твоя новая девушка не умеет ласкать тебя ртом? — изумилась Усаги, мысленно ощущая своё превосходство по сравнению с нынешней пассией Сейи. — С тобой не сравнится. Ты великолепна, детка… Ты насквозь пропитана женственностью и сексуальностью, я не могу без тебя, Усаги. — Взгляд брюнета моментально приобрёл серьёзный оттенок, да и весь его вид говорил о том, что Сейя во что бы то ни стало готов добиться цели. — Давай вернём всё как было! Бросай этого идиота своего, я брошу Коан…       Эти слова, сказанные молодым человеком на полном серьёзе, звучали так заманчиво и соблазнительно для Усаги, что та уже практически готова была сказать «Да, давай!», но к сожалению, её смутил внезапный входящий вызов. Усаги коснулась экрана телефона и приняв вызов от Хоука, поспешила ответить. — Да, милый. Я слушаю тебя, — отстранившись от Сейи и поудобнее усаживаясь на кровати, Усаги как ни в чём не бывало старалась вести себя естественно. — Я сегодня домой не приеду и в ближайшие несколько дней — тоже. Я отправляюсь в Киото, хочу навестить свою матушку. Она уже старенькая, Усаги, ты же знаешь, что ей очень часто нужна моя помощь. — Терпеливо разъяснял девушке её парень, который даже не удосужился поинтересоваться у Усаги, как у неё дела, где она сейчас находится и что делает. — Возражения не принимаются. Я знаю, милашка, что ты недолюбливаешь мою мать, но… — Недолюбливаю? — резко взвизгнула Усаги, начиная выходить из себя. — Да твоя мать — старая маразматичка, Хоук. Её деменция знатно подпортила нам жизнь! Хотя я уверена, что никакой деменции у неё нет и она просто прикидывается такой! И она ещё смеет утверждать, что я — бесстыжая девица, которая промышляет воровством! Учти, милый. Если ты опять поедешь к этой карге, то я порву с тобой! — Усаги совсем не выбирала выражения, поддавшись внезапному порыву гнева.       Сейя, который стал невольным свидетелем телефонного разговора Усаги, внезапно развеселился. Он и представить себе не мог, чтобы такая милая и доброжелательная девушка как Усаги, — а знал он её уже давно, будет с кем-то в столь плохих отношениях. И мужчина невольно вспомнил те времена, когда они с Усаги ещё были вместе, а его мама Лорра Коу — просто души нечаяла в избраннице сына. И потом очень долго сокрушалась, когда Сейя сообщил ей о разрыве отношений с Усаги. И тут такое…       В итоге, конкретно разругавшись с Хоуком из-за его матери, Усаги так обозлилась, что психанула и отключила своё мобильное устройство, швырнув его на пол. Сейя, который беспрерывно наблюдал за всем этим, по-прежнему был спокоен как удав. — Детка… — взгляд Сейи излучал нежность и ласку, рассматривая все прелести девушки. — Тебе помочь расслабиться? — Да, сладкий! Помоги, пожалуйста, — во взгляде девушке отчётливо виднелось желание, смешанное с неподдельным интересом к персоне Сейи.       Сейчас Усаги хотела только одного — отвлечься, забыться, сбежать от настоящего и вернуться в прошлое, позволив себе быть той самой Усаги, которой она и была три года назад, когда состояла в отношениях с Сейей Коу. И Конечно, за эти три года она практически смирилась с их разлукой…пока вновь не увидела его. И пока вновь не ощутила вкус его губ. После чего у девушки капитально снесло крышу.       До этого момента Усаги никогда себе не позволяла изменить Хоуку, у девушки был принцип — не изменять тому, кого любишь, но вот беда, её сознание опять сыграло с красоткой злую шутку, подкидывая ей мысли о том, что она до сих пор любит Сейю.       И Усаги почти капитулировала пред такими мыслями, но червячок сомнения всё ещё терзал её душу — девушка боялась, что Хоук не простит ей предательства, и тем более — разрыва с ним.       Однако соблазн возобновить отношения с Сейей, в том числе и сексуальные — оказался гораздо сильнее всего остального, и вскоре Сейя и Усаги вновь горячо целовались и ласкались. Девушка позволяла Сейе трогать всю себя, отзываясь и реагируя на каждое его прикосновение, и для Сейи это было сродни усладе. — Куколка моя любимая… Как же я скучал всё это время! Если бы ты только знала!       Удобно устроившись на кровати и слегка откинув голову назад, Усаги подставила своё тело, в оособенности — свою великолепную объёмную грудь под ласки Сейи. И едва его губы сомкнулись на одном из ореолов девушки, Усаги в полной мере испытала вкус наслаждения, ощущая как по всему её телу медленно расползается сладкий жар, расплавляя все зоны её организма, к которым он добирается. — Сейечка, о мой любимый! Ласкай, ласкай меня, прошу! Ласкай меня всю!       И Сейе не нужно было повторять дважды — он припал ртом и к другой груди Усаги, и обхватив губами её твердую розовую горошинку, стал усиленно ласкать её, интенсивно проводя языком по соску Усаги и наслаждаясь сильнейшими эмоциями, что он испытывал в этот момент.       И для Усаги его ласки были слаще патоки, она охотно поддавалась Сейе, прислушиваясь к желаниям своего тела, выгибалась дугой, чувственно стонала, ощущая приятный вкус влечения к мужчине. «Не зря же говорят, что запретный плод сладок. И теперь, когда Сейя недоступен для меня — он стал ещё желаннее, ещё нужнее, ещё более сексуальнее!»       Закончив с её грудью, Сейя плавно опустился дорожкой нежнейших поцелуев к её ровному красивому животу, оставляя там влажные следы и медленно, но верно спускаясь ещё ниже — к лобку и промежности Усаги.

***

      Эта ночь многое перевернула в сознании как Сейи, так и Усаги — ведь за те несколько лет, что они жили порознь, они успели так сильно соскучиться друг без друга, что просто не выдержали накала страстей и сорвались, изменив своим вторым половинкам. Однако ближе к самому утру между двумя влюблёнными состоялся откровенный разговор, и Усаги ненароком обмолвилась о том, что сразу после расставания с Сейей она узнала о беременности.       Конечно, для Сейи такая информация стала своего рода шоком, он не понимал, почемумУсаги тогда ему сразу всё не рассказала, и теперь он буквально допрашивал девушку, желая узнать все подробности. — Я узнала, что беременная, когда с момента нашего расставания прошло около месяца, — принялась оправдываться Усаги, мгновенно погрустнев и почувствовав, как её глаза опять увлажнились. — Да, сначала у меня были мысли об аборте, но потом я решила, что должна позволить этому дитя увидеть этот свет, ведь он был зачат в любви, — голос Усаги постепенно перешёл на дрожь, а по её щекам струились слёзы. — Но… Потом случилось страшное — моя беременность оказалась замершей и мне в срочном порядке пришлось лечь в больницу, где меня почистили. Да я знаю, что я в принципе, могу потом когда-нибудь ещё забеременеть, но мне кажется, это уже нереально… Мы с Хоуком сколько не пытались зачать ребёнка — всё бесполезно. Ничего не выходит у нас. — Усаги стоило огромных трудов, чтобы не впасть в истерику от столь печальных воспоминаний.       Хотела ли она тогда ребёнка от Сейи? Безусловно, и готова была родить его, но судьба распорядилась иначе и забрала его у девушки. А Сейя вообще даже и не знал, что мог стать отцом, так как Усаги нарочно ничего не сообщала ему после их расставания. — Прости меня… — растерянно пробормотала Усаги, виноватым взглядом смотря на Сейю. — Я должна была тебе сказать ещё тогда, ведь ты имел право знать. — Но ты этого не сделала! — укоряюще произнёс брюнет, и вдруг крепко обнял Усаги, пытаясь её приободрить. — Ты очень обидела меня. Может быть, знай я то, что ты была беременна, можно было бы избежать таких последствий?       Воцарилось гробовое молчание — Усаги просто не нашла, что возразить в ответ. И она прекрасно понимала возмущения Сейи. И от этого ощущала себя ещё более беспомощной, а на душе стало совсем паршиво и мерзко.       В итоге пара покинула отель только в районе десяти часов утра, и Сейя, желая продемонстрировать Усе все свои самые лучшие качества — повез её в самый дорогой ресторан города, чтобы девушка подкрепилась.       И Усаги, конечно же, не стала отказываться от заманчивого предложения своего бывшего бойфренда, тем более что её желудок уже наигрывал целые симфонии.       За завтраком пара решила обсудить то, что произошло между ними этой ночью — их плотские утехи, море удовольствия, и конечно, откровенные разговоры. Усаги попыталась уклониться от этой беседы, но не вышло — Сейя был весьма настойчив. — Я хочу знать, что будет дальше между нами. Учитывая, сколько всего случилось у нас этой ночью… — последние слова, сказанные Сейей, были наполнены небывалой нежностью и трепетностью, и Усаги это подкупило. — Я… я не знаю, Сейя, что дальше будет между нами, правда, не знаю! — во взгляде Усаги отчётливо прослеживалась некоторая растерянность вкупе с беспомощностью.       Ночь, которую она провела в отеле, сблизившись с Сейей — многое перевернула в её душе, и теперь Усаги ни капли не сомневалась в том, кого именно она любит. Но девушке было очень стыдно перед Хоуком. На какой-то период времени она даже умудрилась внушить себе мысль о том, что любит Хоука, но это оказалось неправдой и сегодняшняя ночью полностью обнажила все чувства Усаги. — Мне нужно время, Сейя, — с некоторой осторожностью произнесла Усаги. — Ведь однажды наши отношения уже оборвались, и нет гарантии, что мы снова с тобой не разойдёмся. Давай я завтра тебе перезвоню и сообщу о своём решении. — Ну хорошо, — кротко улыбнулся брюнет, пододвигая к себе шоколадное суфле. — Я буду ждать.       После завтрака он подвёз её до дома, и Усаги, запечатлев на прощание на губах Сейи долгий поцелуй, вскоре зашла в дом.       Её уже поджидала кошка Луна, которая изрядно проголодалась — все её миски были пустыми. — Сейчас, моя дорогая! Я тебя сейчас побалую кошачьими вкусняшками!       Быстро наполнив миски Луны различными кормами и кошачьими лакомствами, Усаги, наконец, освободилась, и облегчённо вздохнув, ушла в одну из просторных комнат первого этажа.       Она вновь погрузилась в собственные воспоминания сегодняшней ночи, анализируя и думая о Сейе, о его поцелуях и ласках, о близости с ним. Мысли девушки постоянно вертелись вокруг её бывшего бойфренда и Усаги не могла ничего с собой поделать. «Кого я обманываю. Я всё ещё люблю его, и сегодняшняя близость с Сейей наглядно это продемонстрировала. Черт, как же мне было хорошо… Его руки трогали меня, нежили и гладили, оставляя на моей коже сотни миллионов мурашек…»       Вспоминая интимную близость с Сейей, Усаги невольно замечталась, подумав о том, как им когда-то хорошо было жить вместе, и какая же она была дура, когда сама инициировала расставание, обозлились на его ревность, хотя сама ревновала Сейю к другим девчонкам ничуть не меньше, хоть открыто и не показывала этого.       Да, Сейя ей всегда был верен и не давал поводов ревновать, но Усаги всё равно злилась, когда он общался с многочисленными фанатками, любезничал с ними, раздавая автографы, с удовольствием фотографировался и приглашал на свои концерты. «Черт, ну почему он такой офигенный? Все девушки без ума от Сейчика, и эта его Коан. Она хоть представляет, какое сокровище отхватила? Да она в рот Сейе должна заглядывать, молиться на него, души в нём не чаять. А я… Я дура. Тупо упустила свою любовь из-за каких-то идиотских своих принципов.»       Повздыхав ещё какое-то время, Усаги решила позвонить своей хорошей подруге Макото, чтобы посоветоваться с ней.       Усаги немедленно излила душу своей подруге, прекрасно зная, что Макото в любом случае никому ничего не расскажет. И Усаги была с ней откровенна, после чего она попросила совета у подруги, так как не знала сама, как ей следует поступить. — В любовных делах, Уса, советчик должен быть только один — твоё собственное сердце. Слушай его и принимай соответствующее решение. Если ты любишь Сейю, то смысл тогда держать возле себя Хоука? — Да, я люблю Сейю, но это всё равно ничего не меняет. У него есть другая. — Усаги опять стала выдумывать множество отговорок, хотя прекрасно знала, что Сейя до сих пор её любит и стоит только ей поманить она его к себе пальцем, он без разговоров порвёт с Кермесайт.       Усаги знала это. Но она колебалась, так как боялась ответственности за чужую судьбу. В данном случае — за судьбу Хоука.       Усаги действительно считала его неплохой кандидатурой для себя, полагая, что в будущем он сможет стать для неё прекрасным мужем. Да, Хоук зарабатывал гораздо меньше, чем она, но зато он был добрый, отзывчивый и покладистый. Не отказывался он и по дому делать дела, к тому же был очень спокойным по натуре и абсолютно не ревнивым.       Зато вот его матушка Тэрес очень бесила Усаги. Отношения с будущей свекровью не заладились со дня их знакомства, ведь сварливая и надменная женщина, не стесняясь никого, в том числе и своего сына, и самой Усаги — частенько называла её легкомысленной шлёндрой. — Ладно, мне пора! — Макото стала собираться, сказав, что скоро ей нужно будет идти на учёбу. — Я надеюсь, подруга, что ты примешь верное решение. Удачи! — И тебе! Найди уже наконец свою любовь!       Усаги бесцельно бродила по улицам Токио, маясь от скуки. Всё её знакомые и подруги были заняты и блондинка понятия не имела, чем бы ей заняться. От нечего делать она набрала номер Сейи и предложила ему ещё раз встретиться, сказав, что уже окончательно всё решила.       Они встретились после четырёх часов дня. На встречу с Усаги Сейя пришёл не один, а в компании своей девушки Кермесайт, чему обе дамы были весьма удивлены, хотя Усаги тут же напустила на себя маску безразличия и отчуждённости. — Знакомься, Усаги. Это Коан, моя девушка, — поспешил представить её Сейя. — Точнее, теперь она мне уже не девушка. Сегодня днём я поговорил с ней обо всём и мы приняли решение расстаться.       Усаги украдкой посмотрела в сторону эффектной высокой девушки с ярко-синими волосами и красивыми миндалевидными глазами. На Коан не было лица — решение Сейи порвать с ней всё отношения её очень ранило и она не могла скрыть этого.       Но Кермесайт по натуре была незлобной и понимая тот факт, что Сейя до сих пор любит свою бывшую девушку — она не стала противиться его решению. — Я вам больше тут не нужна, наверное, — поникшим голосом произнесла Коан, приподнимаясь изо столика. — Сейя, я искренне желаю тебе счастья. Всего доброго!       Сказав это, девушка вышла из ресторана и вскоре поймала такси и поехала в свою квартиру, в которой она долгое время не жила, пока была в отношениях с Сейей.       Вернувшись домой, Коан медленно, шаг за шагом исследовала территорию своей пустой заброшенной квартиры, пытаясь навести порядок в своих спутаннных мыслях и чувствах, пытаясь загасить обиду и ревность, которые рвали её душу на множество кусочков. Она до сих пор не верила, что Сейя все-таки порвал с ней. Ведь за всё время их отношений он показал себя исключительно с хорошей, положительной стороны; они всегда жили душа в душу, прекрасно понимая друг друга, да и в постели у них всё было хорошо. До недавнего времени.       У Кермесайт были грандиозные планы на их дальнейшую жизнь с Сейей, хоть и девушка в последнее время догадывалась о том, что Сейя неспроста охладел к ней. Но когда она сегодня лицом к лицу встретилась с его бывшей девушкой Усаги, Кермесайт сразу всё поняла — чувства Сейи к этой девушке никогда и никуда не исчезали, просто он их умело прятал. «Следовательно, в этой ситуации лишняя — я. Что ж. По крайней мере, Сейя сразу предложил расстаться, а не стал меня водить за нос и обманывать. Так даже лучше.»       Недолго думая, девушка позвонила двум своим лучшим подругам — Калаверайт и Бертерайт, чтобы хоть немного отвлечься от происходящего и излить им душу.

***

      А в это время Алмаз продолжал измываться над своей пленницей– за отказ Мичиру позавтракать с ним он просто озверел и повалив бедную женщину на пол, стал жестоко избивать ногами. Он пинал ей живот, поясницу, ноги и Мичиру истошно кричала, моля о пощаде, но негодяю всё было нипочём. — е зли меня, малышка! В противном случае я буду трахать тебя до посинения, пока твоя несчастная вагина не порвётся насквозь, а потом ты будешь сосать мой член до тех пор, пока твоя сосалка не устанет! Я понятно выражаюсь или нет? — суровый взгляд Алмаза буквально пронизывал бедную женщину до костей, вводя в состояние оцепенения, а его руки крепко впились в её аквамариновые волнистые волосы.       Мичиру продолжала сохранять молчание и просто сбивчиво и громко дышала. И её игнор только ещё больше обозлил извращенца.       Он со всей силы швырнул Мичиру на пол и стал бить её по лицу, одномоментно с этим Алмаз плевал и харкал в неё, называя блядью и дешёвкой. — А сколько ору то было, помнишь? Прошло уже три дня, но ни твоего мужа, ни твоих друзей, ни даже доблестной полиции здесь нет! Ты умрёшь здесь! Но умрёшь только тогда, когда я затрахаю тебя до дыр и ты станешь ни на что не годна! — Чтоб ты сдох, тварь! — слабым голосом прошептала Мичиру, прежде чем вновь потеряла сознание.       Удостоверившись в том, что красавица находится без чувств, Алмаз навис над ней и проник руками под её полупрозрачную белую маечку, и нащупав упругую высокую грудь Мичиру — стал лапать и трогать её, то сжимая, то отпуская, то с силой выкручивая её соски.       Часом позже Алмаз ехал в гости к брату — Мамору пригласил его на семейный ужин, и поскольку Алмаз был крестным отцом его дочери, то он не мог проигнорировать это мероприятие.

***

      А Усаги после краткого и поверхностного знакомства с Кермесайт пригласила Сейю к себе домой, чтобы откровенно поговорить с ним и сообщить о том, что он только зазря обидел хорошую девушку, порвав с ней отношения. — Ты зачем бросил Кермесайт, болван? — принялась ругать Сейю его бывшая, как только они оказались в одной из комнат её просторного дома. — Такую девушку хорошую бросил! — Ты лучше, Куколка. Мне не нужна Коан, мне нужна ты! — на одном дыхании выпалил Сейя, придвигаясь ближе к Усаги. — Ведь то, что между нами произошло этой ночью в отеле, это… — Это ничего не меняет, Сейя. Это был просто разовый перепихон. Секс без обязательств. По старой памяти. Короче, сам выбирай понравившийся вариант. Я не намерена рвать отношения с Хоуком и возвращаться к тебе. Я люблю Хоука. Очень-очень сильно люблю.       Сказав последние слова, Усаги спешно отвела взгляд в сторону, так как боялась, что Сейя быстро уличить её во лжи.       Её сердце бешено колотилось в груди, во рту резко пересохло и на лбу проступило несколько капелек пота — Усаги просто не могла не нервничать, находясь с Сейей наедине и так близко. Сделав глубокий вдох, Усаги решила сменить тему разговора и спросила Сейю про должность для Рей. — Да, я уже нашёл для неё подходящую должность. Она будет моим концертным директором. С завтрашнего дня она приступит к работе, — как можно более безразличным и нейтральным тоном сказал Сейя, но в глубине души Усаги всё равно ощутила противный и жгучий вкус ревности.