Дом на третьей улице

С того дня, точнее, ночи, все как-то поменялось. Нет, мы виделись, мы даже общались с ней, делая вид, что ничего не было и не вспоминая то, что было на даче, но… между нами словно было толстое пуленепробиваемое стекло, а сами мы стояли на много-много километров друг от друга. Создалась такая дистанция, что я даже удивилась, когда поняла, что оказывается, я привыкла уже к этой девчонке. К тому, что она постоянно что-то трещит у меня под ухом, что постоянно она где-то есть, не всегда рядом, но в поле моего зрения. А сейчас она… Она стала больше проводить времени с Димкой. Стала уделять ему внимание, словно послушалась моего совета. И я, как бы сильно не была благодарна Димке за все и как бы сильно не была к нему привязана, ревновала. Впервые я вообще осознала, что это за чувство. Что я могу его испытывать, ощущать, проживать. Я ревновала. Каждой клеткой своего тела, каждой частицей души, я ревновала. Меня разрывало от бешенства и осознания собственного бессилия. Словно кто-то пытается отобрать то, что принадлежит мне. Или должно принадлежать. Я никак не могла привыкнуть к этому жгучему чувству в груди, когда к горлу подкатывает комок какой-то горечи, и я знала, что даже если отвернусь и не буду смотреть на них, это ощущение никуда не уйдет, никуда не денется, потому что думать я все равно не перестану. Дима рассказывал, как они вместе гуляют, в одной компании, нашей компании, как проводят время. А я лишь кивала, буквально выжимая и выдавливая улыбку. Я минимизировала количество встреч с ними, в надежде, что меня рано или поздно отпустит. Но не отпускало. Я видела горящие глаза друга, и каждый раз, искусственно смеясь, задавала ему один и тот же вопрос, втайне боясь услышать ответ. Я спрашивала, целовались ли они или еще нет. И каждый раз незаметно выдыхала, слыша в ответ «Нет». Это давало сил прожить еще один день. Но все изменилось, когда в самом конце ноября Дима, во время обеда в столовой, решил мне открыться: — Ты знаешь, я сегодня решил пригласить Соньку на свидание. Ну, типа официально, все дела, — проговорил друг, и я заметила, как он нервничает. — В самом деле? – еле прожевав картофельное пюре, спросила я, сжав зубы. — Да, — решительно кивнул он. – И я хочу… Ну, потом, в конце… Типа… Поцеловать ее. Тогда она же поймет, что… Я настроен серьезно? – он спрашивал мой совет, а я почти ничего не слышала. В моей голове уже рисовались картинки их совместного вечера. Вот они выходят из кино, вот он идет провожать ее до дома, а вот кладет руку ей на талию и притягивает к себе, чтобы в первый раз поцеловать. Я даже не заметила, как вилка выпала у меня из рук, пока она громко не звякнула, ударившись о бетонный пол. — Ты чего, Крис? – удивленно спросил Дима, наблюдая, как я поднимаю столовый прибор. – Ты в порядке? Выглядишь какой-то… бледной, что ли. Все хорошо? — Все отлично, — кивнула я, нервно смеясь. – Просто… Задумалась. Значит, свидание, да? А она… Ну, что-то говорила тебе? – я пыталась выглядеть сосредоточенной, но мое сердце билось в ушах, а в груди все спирало. — Насчет чего? – не понял Дима. — Ну, не знаю, там… Намекала, может… Что типа… Ты ей нравишься… — я толчками выдавливала из глотки слова, заставляя себя сидеть на месте. Хотя больше всего в данный момент мне хотелось перевернуть к чертям этот стол, перебить всю посуду и, возможно, чье-то лицо. — А, ну… — Димка нахмурился, словно задумавшись. – У нас особо не было возможности поговорить. Мы вдвоем-то не гуляли ни разу. Всегда с ребятами. Так, провожал ее иногда до дома. Но ты же знаешь, мне сложно так сразу… — Знаю, — кивнула я, впервые радуясь Димкиной робости. — Поэтому я и хочу ее позвать сегодня… одну. Чтобы было как-то… Понятно, что ли, — пробормотал он. – Она мне очень нравится. — И ты… Ты прям влюблен и все такое? – я не знаю, как он не замечал моего состояния. Может, мне нужно было идти в какой-нибудь театральный. — М-м-м… Не то, чтобы прям влюблен, — честно признался Дима. – Но она мне безумно нравится. Она мне интересна. Просто… Я хочу узнать ее. Поближе. Думаю, у нас может что-то получиться. Как считаешь? — Я? – проглотив ядовитый ответ, я кивнула. – Ты отличный парень. Она тоже хорошая. Ну, в крайнем случае, не она, так другая будет, правда? – мне хотелось, до дрожи в коленях хотелось перевести эту тему. Я не могла трезво мыслить и рассуждать. О чем угодно, но только не о ней. — Ну, я надеюсь, что все-таки она ответит мне взаимностью. Мы хорошо общаемся. Думаю, у меня есть шанс. — Раз ты так говоришь… — пробормотала я, отодвигая от себя недоеденный обед. Аппетит ушел и возвращаться не собирался. — Ты все? Курить пойдем? – Димка всегда ел быстрее меня. Иногда было ощущение, что он рос в очень большой семье, где если ты не успевал поесть быстрее всех, ты не ел вовсе. Он буквально заглатывал еду, не жуя. — Слушай, — я посмотрела на часы в телефоне. – Нам надо учебники к паре получить. Мож ты пока… — я помахала рукой, зная, что он прекрасно понял, о чем я хочу сказать. — Петрова, почему у нас всегда все делаю я? – проворчал друг, вставая и забирая подносы. — Потому что ты мужчина, — рассмеялась я, мысленно благодаря его за покладистость. – И не куришь. А я быстренько посмолю и вернусь. Встретимся в пятьсот третьей. Я, не дожидаясь ответа, быстро направилась к выходу из столовой. Библиотека располагалась в другом ее конце, поэтому я знала, он не увидит, что до курилки я так и не дошла. Выйдя в коридор, я тут же оказалась у расписания. Быстро найдя первый курс и ее группу, бегом кинулась на третий этаж, зная, что Соня редко болтается по коридору. Обычно она с другими ребятами сидела в холле на этаже или в самом кабинете, и я надеялась, что этот раз не будет исключением. Когда я заглянула в триста восьмую аудиторию, то поняла, что девушки там нет. Зато я увидела Петросяна, который радостно мне помахал. — Привет, Петрос, где Соня? – я решила не тратить время на прелюдию и перешла сразу к делу. — Они… — Вадим был крайне удивлен, что я не отпустила какую-то шуточку в его адрес, как обычно, поэтому немного растерялся. — Ну, рожай быстрее, Капица, — начала я терять терпение. До звонка оставалось не так много времени, хоть и была большая перемена. — Эм… В холле, — наконец, выдавил парень. – У подоконников я их видел. — Благодарочка, — кивнула я и тут же кинулась туда, куда он мне указал. Оказавшись в длинном коридоре, я направилась к большим окнам, что открывали вид с торца здания. Там я увидела ее и еще нескольких ребят. Троих девчонок и двух парней. Сердце екнуло, когда она повернулась в мою сторону, словно почувствовала, что я здесь. Но я решительно направилась к ней, не замечая ничего и никого вокруг. Оказавшись рядом, я даже не ответила на приветствия ее товарищей. Просто посмотрела на нее и, наклонившись, взяла за руку, бросив: — Пойдем со мной. — Ку… Оу, ладно, — когда Соня поняла, что я не буду ничего объяснять, а просто поволоку ее за собой, она поднялась с места и двинулась следом. Через полминуты она не выдержала: — Куда ты меня тащишь? Я молча шла вперед по направлению к туалету. Оказавшись внутри, я мельком бросила взгляд на кабинки – там никого не было. Лишь у зеркала стояла какая-то девчонка со второго курса. — Слышь, — вежливо я обратилась к ней. – Иди погуляй, а? — Крис! – Соня дернула меня за руку, которой я продолжала ее удерживать, призывая к большей обходительности. Но я даже не заметила этого. Девчонка развернулась и удивленно уставилась на меня. — Я не по-русски сказала или что? – уже грубее проговорила я, и девчонка, закатив глаза и фыркнув, покинула уборную. Я закрыла за ней щеколду. — Что происходит? – проговорила Соня, глядя на меня. – Зачем ты меня сюда притащила?! Я повернулась к ней, и она почему-то замолчала. — Дима, — выдохнула я и, собравшись, продолжила. – Дима собирается пригласить тебя на свидание. — О, — ее глаза распахнулись, словно я сообщила ей абсолютно неожиданную новость. – Хорошо. — Хорошо? – переспросила я, не скрывая раздражения в голосе. – Хорошо?! — А что не так? – она вздернула подбородок, смело глядя на меня. — Он… Он стал тебе нравиться или что? – мои глаза были прищурены, а внутри все вскипало. Я чувствовала крайнюю степень раздражения, но не могла понять, почему. — А как это тебя вообще касается? – она сложила руки на груди, принимая оборонительную позу. — Я… Я не хочу, чтобы ты шла с ним на свидание! – выпалила я, не контролируя более свои слова. — О, правда? Ты не хочешь? – она подняла брови, выражая наигранное удивление. – А чего хочешь? — Хочу… Хочу, чтобы не шла! Не очевидно?! – нервно качнула я головой, нападая. — Нет, не очевидно, Крис! – в той же интонации ответила она. – Ты же сама мне говорила обратить на него внимание, разве нет? Рассказывала, какой он хороший, славный парень! — Он и есть хороший и славный парень, — почти шипела я сквозь зубы. — Тогда в чем проблема?! Почему я не должна идти с ним на свидание? Почему я вообще должна тебя слушать?! — Потому что! – рявкнула я и опустила кулаки по обеим сторонам от ее головы, снова загоняя в угол. Она даже не моргнула. Она вообще не выглядела напуганной, словно знала, что ей ничего не угрожает. — «Потому что» что?! — снова вторя моей интонации, громко спросила она, не отводя взгляда. — Потому что… Потому что ты моя! — отрывисто и грубо ответила я и, не раздумывая больше ни секунды, поцеловала ее.

***

К моему удивлению она не отпрянула и не оттолкнула меня. А снова, опять… ответила. Ответила с тем же напором и чувством. С той же силой и эмоциями, словно это она меня прижимала к стенке, не давая даже сдвинуться с места. Через несколько минут я оторвалась от ее губ, когда поняла, что становится трудно дышать. Подняла голову и уставилась в ее бесконечные глаза. Ладонь девушки переместилась с моего плеча мне на щеку и… Я даже не поняла, как это произошло, но я словно… Как котенок, который тянется к теплу, слегка повернула голову к ее руке, наслаждаясь этим прикосновением. Таким мягким и нежным. Она первая решила заговорить. И просто спросила: — Что все это значит? У меня не было готового и вразумительного ответа на этот вопрос. Я не задавала его даже самой себе, чтобы знать, что сказать. Поэтому выдала первое, что было в голове: — Я… Ты мне нравишься. И я… ревную. Ее брови чуть поднялись вверх, словно она услышала что-то очень неожиданное, но в то же время очень приятное. Я тут же смутилась и попыталась отодвинуться, но она не дала мне этого сделать. Обняла лицо обеими руками и улыбнулась, встав на цыпочки и оказавшись прямо у моих губ: — Я рада, что это взаимно.

***

Когда я вернулась в аудиторию, где меня уже ждал Димка с учебниками, я ощущала себя странно. С одной стороны, было чувство, что я предала лучшего друга. А с другой… Другая была мне неизвестна. Я никогда раньше не испытывала того ощущения, что чувствовала сейчас. Во мне словно что-то цвело и пело. Несмотря на холод вокруг, внутри меня была весна. Первая весна моей жизни.