Шесть Стихий Империи

— …Я та-ак устала, — продолжала ныть Перси, — третий день после последнего нападения идём. — Может, скоро мы уже выйдем из леса, — Мистик пожала плечами. — Будет даже лучше, если проблем больше не будет. — Слушайте, — вдруг произнесла советница, — есть ли что-то ещё, чего вы боитесь? — никто не ответил, не сразу поняв смысл вопроса, и Сай нахмурилась. — Если это всё же не конец, к чему нам стоит готовиться? — Я не знаю… — тихо ответила рыжая, задумавшись. — Вообще… Я довольно пугливый человек… Можно ожидать чего угодно. «Тем более, ты пока единственная, со страхом которой мы не столкнулись», — хмыкнула просебя Сай. — У меня это скорее мелкие очевидные фобии, — сказала Мистик. — А что насчёт тебя, Сай? — оживилась Перси. Сайленс вздрогнула. — Я думаю об этом с тех самых пор, как мы пришли к выводу с воплощением страха… Но после прошлого нападения кажется, что это и был мой самый страшный кошмар. Холм невдалеке внезапно вздрогнул. Сначала Сайленс подумала, что ей показалось. Но нет: пригорок зашевилился, и на их глазах из почвы поднялся отвратительного вида монстр. Все разом застыли на месте. Перси вскрикнула. Существо было огромным в размерах и немыслимым в своём роде. Похожее на уродливую гору, поросшую мхом и корнями, с зубастой пастью и россыпью алых глаз на плоском лице. Оно двигалось сразу на нескольких лапах, будучи ужасно неповоротливым, но такой недостаток не помешал ему резко и без разбора кинуться на спутников. Это было нечто из кошмаров Перси. Перси закричала от страха. Ей так захотелось очнуться, словно это был сон, как она и делала раньше при встрече с этим ужасным существом. Девушки бросились врассыпную. Кажется, монстра интересовала только рыжая разбойница, и поэтому он погнался за ней и Мистик, скакавшими рядом. Несмотря на свою неуклюжесть, тварь быстро нагоняла. Как в самом страшном сне. — Н-нет! Нет, отстань от меня! — завопила Перси. Сайленс погналась вслед за ними. — Ослепляйте! — крикнула советница, прикидывая, как же ей справиться с этой горой. И Перси, и Мистик одновременно использовали свои способности, так и не разобравшись, к кому из них обратилась Сай. Тёмная дымка от магии сумрака обвила глаза чудовища, и её рассёк белый луч света. Но потом свет не исчез ярким бликом, а словно запутался в тёмной пелене. Обе стихии смешались, обратившись в фиолетовую материю. Монстр тут же застыл на месте. Он продолжал стоять как вкопанный, и никому не было понятно, как действовать дальше. Мистик остановила лошадь и опасливо наблюдала за могучей фигурой чудища издалека. Перси тоже решилась остановиться, когда светловолосая маг окликнула её. Преодолевая страх, она посмотрела на кошмарное создание. — Невероятно… — только и прошептала Сай в оцепенении. — Вы объединили стихии? «Нет. Это невозможно. Каждый маг и любая книга расскажут, что свет и тьма абсолютно противоположны.» Девушки ничего не ответили. — Я не знаю, что произошло… — произнесла Мистик робко. — П-пусть… — всхлипнула Перси и пожелала изо всех сил. — Пусть он уйдёт. После этих слов монстр вдруг зашевилился. Снова все перепугались и приготовились бежать, однако тот лишь развернулся и потопал, медленно перебирая массивными конечностями, в обратном направлении. Каждый шаг рябью отзывался в сознании Мистик и Перси. Сай вовремя отскочила в сторону, так как была относительно близко к нему. Все трое глядели вслед этому созданию, полные недопонимания. На удивление никто не стал обсуждать эту ситуацию. Сначала им даже нечего было предположить: никто понятия не имел, что случилось. Они молча, но довольно резво двинулись вдоль тропы. — Контроль разума, — прошептала вдруг маг, когда они уже приготовились к ночёвке. — Что? — рыжая, будучи отвлечённой от происшествия, растерянно взглянула на неё. — Монстр ушёл по твоему желанию, Перси. Я чувствовала, как моё сознание тоже отозвалось. Мы действительно объединили стихии. — Как вам вообще удалось это сделать? — спросила Сай серьёзно, словно с претензией. — Свет и тьма несовместимы. Мистик опустила нахмуренный взор. — Значит, ты неправа, Сай, — высказалась она на удивление смело, и советница вздрогнула. — И все прочтённые мной книги тоже неправы. У нас ведь получилось сделать это. И что это было, если не манипуляции сознанием? Сай не ответила. Перси переводила испуганный взгляд от одной девушки к другой, не решаясь высказаться — она-то не читала ни одной книжки, не то что о магии. — Придворный маг разберётся с этим, — сказала Сайленс. — Вайрус Харибэйс? — вспомнила имя знаменитого мага Мистик. — Но если никто не слышал об объединении до этого… Думаешь, господин Харибэйс знает что-то? — Если не поможет он, то не поможет уже никто в Империи, — сказала Сайленс. — Я не знаю мага смышлёнее него. *** — Это же настоящая деревня посреди леса! — Булл окинул радостным взглядом несколько домов, видневшихся с холма, на который они с Минго вышли к вечеру через сутки. Парень, не оборачиваясь на спутницу, поспешил спуститься с покатого склона. — Эй, подожди!.. — крикнула Минго ему вслед. — Какая деревня? Тут же одни развалины.! Она застыла на мгновение, протёрла глаза и ещё раз посмотрела на дома. Ничего не изменилось: для девушки эта деревня всё так же представляла лишь старые здания. Минго не понимала, почему Булл не видит этого. Она всё же решила спуститься следом за ним и догнала парня только у входа в какой-то дом. — Ох, она так похожа на мою родную деревню. Парень забежал в дом, Минго — следом. Интерьер показался ему до боли знакомым. Деревянные стены возвращали Булла в приятные воспоминания из детства, словно он снова у себя дома. Для барда же избушка выглядела даже более ветхой, чем снаружи. Минго окинула взглядом обветшалые стены и покосившуюся мебель. У стены стоял стол, на котором виднелось зеркальце и красивая маленькая шкатулка. Брюнет сразу обратил на неё внимание и, не сдержав любопытства, осторожно открыл коробочку. Он достал оттуда красивую деревянную заколку. — Что там? — не переставая боязно оглядываться, Минго подошла и выглянула из-за спины парня, разглядывая предмет в его руках. — Ох… Какая необычная вещь. И вправду. Искусное украшение имело красный цвет, и своими гребешками напоминало языки пламени. Булл вздохнул, глядя на предмет ненавистным взглядом. «Черт, эта заколка! Она… Она точно такая же! Точно такая же, какая была у нее!» — злость и отчаяние охватили парня. Он глянул в зеркало, в котором отражалась Минго, но увидел вдруг совсем не неё. Те же рыжие волосы и голубые глаза, даже похожие черты лица… Но это была не Минго. Булл знал, кто это, и тут же его лицо исказилось в ужасе, перемешанным с гневом. Он не нашёл в себе сил обернуться. Алая заколка внезапно сама воспламенилась в его руках. Это не он поджёг украшение, но и терпеть его вида больше не мог. Булл швырнул предмет в угол комнаты, и Минго вздрогнула, не ожидая такого поведения. Парень подумал, что заколка потухнет, но тут пламя, словно поджигая масло, резко перебралось на стены, охватывая пожаром всю ветхую избушку. Девушка застыла на месте, с ужасом наблюдая за распространением огня. — Б-булл! — она резко кинулась к парню, щуря глаза от страха. Парень инстинктивно приобнял её в защитном жесте. Он и сам был шокирован пожаром, но сразу смекнул, что Минго боится огня. — Не паникуй, — ответил он дрожащим голосом, хоть и самому ему было не по себе. Булл огляделся и хотел кинуться к двери, но сухая полка, под которой они как раз стояли, с треском обрушилась. Увесистая книга упала прямо на голову Минго. Сознание уплыло мгновенно, и она, безвольно закатив глаза, свалилась прямо в руки своему спутнику. Булл подхватил девушку, глядя на неё непонимающим опустошённым взглядом. — …Минго! Нет, Минго! «Снова?.. Снова из-за меня… Всё повторяется. — ужас и отчаяние затмевали обзор, но его сознание, точно молния, озарила мысль. — Но я не хочу, чтобы всё повторялось. На этот раз всё не закончится так, ты не пострадаешь!» Собраться в этой обстановке было невыносимо сложно, особенно под гнётом воспоминаний и с ответвенностью сразу за две жизни. Но уж если и спасать кого-то из огня, так это ему — человеку, что не горит в огне. Поэтому Булл не мог позволить самому себе сдаться! Распространившийся дым не давал толком оглядеться вокруг, но парень таки смог разглядеть дверь, которая вела к выходу из домика. Взяв Минго на руки, брюнет быстрее пробрался к пути спасения, дернул за ручку, но та не открылась. — Закрыто?! Какого чёрта! — Булл зло пнул дверь, и тут его взгляд упал на окно у дальней стены в комнате. — «Хм, шанс ещё есть…» Он развернулся и уверенно зашагал к последнему выходу — окну. Оно было подходящего размера, чтобы Булл смог вылезти наружу с Минго на руках, но его щеколда также отказывалась открываться. Не оставалось ничего, кроме как с трудом выбивать стекло локтём, осколками оставив царапины на своих руках и чуть порвав рукав одежды. Но даже на этом проблемы не закончились; центральная часть окна, конечно, разбилась, давая надежду на спасение с порцией свежего воздуха, но в самой раме остались торчать острые куски стекла. Они бы точно мешали при перелезании. «Вашу ж!.. Не хватало ещё пораниться… Или, того хуже, поранить девушку» Он стал наспех отламывать эти осколки голыми руками, изранив все ладони, зато теперь путь на свободу из дымного плена стал безопасен. Булл вновь поднял девушку на руки, крепко прижав к себе, и стал перелезать через окно. У него это всё же получилось, хоть под конец он не удержал равновесие и упал на землю спиной назад. Слава богам, Минго приземлилась мягко, прямо на его грудь. Но медлить всё равно было нельзя, так что парень из последних сил понёс на руках девушку подальше от этого дома. Он обернулся, когда посчитал, что пройденного расстояния хватит. Уже начинало темнеть. Эффектно на вечернем небе смотрелись столбы дыма, поднимающиеся от многочисленных горящих домов. Руины деревни горели, и Булл сжигал вместе с ними собственное прошлое. На траве парень расстелил свой плащ, аккуратно уложив на него спасённую девушку. — Минго, — брюнет прилег рядом с ней, поправив рыжие волосы и улыбнувшись, — обещаю, пока ты со мной, ты никогда не пострадаешь… Ми-инго… — протянул её имя парень, как вдруг глаза сами захлопнулись, а сознание будто бы провалилось в сон… * Девять лет назад в мелкой деревеньке Булат, что близ городка Олле́й на северо-западе, в домике на окраине жил темноволосый парнишка. Звали его Ред Булл Фризфлейк. Мать парня заболела ещё очень давно, почти сразу после рождения Булла, а тот постоянно ухаживал и заботился о ней. Отец же, кузнец по профессии, не очень-то любил семью, а в воспитании сына практически не участвовал. Об их семье и о способностях Булла хорошо знала вся деревня. К тому времени ему было всего семнадцать. Несмотря на юный возраст, парень уже собирался жениться. Его избранницей была рыжая девушка, живущая в доме за углом. Они выросли вместе, и их чувства оказались взаимны. В тот роковой день Булл направлялся как раз к её дому, но ещё издалека увидел, как оттуда выскочил другой парень. Булл знал этого парня как своего высокомерного соседа, что был на пару лет старше его самого. Нотки ревности сжали сердце, и настроение тут же испортилось. После этого возлюбленные впервые сильно поссорились. В порыве бесконтрольного гнева парень оттолкнул от себя девушку, и та, не удержавшись на ногах, упала, ударившись виском об угол мебели. Она застыла на полу с остекленевшим взглядом. Булл не сразу понял, что совершил, но как только осознал, оцепенел от ужаса. Ему вовсе не хотелось никого убивать, а особенно — ту, которую полюбил. Он проклинал себя за пустую ревность, но было уже слишком поздно. Дверь дома распахнулась, и на пороге застыл сосед, появившийся в весьма «удобное» время. Булл обернулся. Ему показалось, что оправдываться уже бессмысленно. Теперь он — убийца, и в родной деревне ему места больше нет. Булл сбежал из деревни после этого инцидента, никого не предупредив. Сначала в Оллей, потом дальше на север — в Ре́джи. Он окончательно потерялся среди понятий морали. Воровал и продукты, и деньги. Подрабатывал то наёмником, то разнорабочим. Ненадолго он задержался в Истхавене, там было легче всего подреза́ть кошельки, но чуть позже охрану в торговых кварталах усилили, и он решил снова двинуться далеко на север. Парень не раз попадался в темницу на кражах, но успешно сбегал и переезжал. При этом всём Булл тосковал по мирной жизни и семье, постоянно упрекая себя в грехах и порой не находя себе места. Вскоре он приехал в северную столицу, а узнав о деревеньке Морнис, принял решение осесть там на очень длительный срок. Парнем он был отнюдь не глупым да к тому же харизматичным, так что устроился в деревне наилучшем образом и быстро обзавёлся приятелями. В конце концов он стал воспринимать Морнис не как очередное временное место жительства, а как-то, за что ему теперь придётся нести ответственность. Возобновил добычу угля для горожан. Еженедельно отправлялся в город через горный хребет, так как был более устойчив к холодам. Помогал с отоплением домов своими силами. За это жители сами провозгласили его новым мэром. Они знали его как весёлого, но очень скрытного парня. Правда, жалованье на все нужды ещё приходило на имя предыдущего мэра — который то ли помер, то ли уехал, — но и это было Буллу на руку: его криминальное имя не фигурировало ни в одном документе. А правительству, в принципе, уже не было дела до забытой деревни. Только после семи стабильных лет всё в его жизни резко изменилось, когда его команда при переходе через горы нашла группу замерзающих людей. * …Булл рассказал обо всём этом после того, как они оба очнулись. Минго слушала его не перебивая, лишь глядя сочувствующим взглядом. — Хоть и нельзя сравнивать, но ты с самого начала напомнила мне её, — горько закончил он свой рассказ. Какое-то время Минго не знала, что ответить, и они продолжали сидеть в тишине. — Прости, — наконец пожала она плечами и отвела взгляд, — сначала я считала тебя просто легкомысленным бабником… Парень неожиданно рассмеялся. — Ха-ха, да ничего. Я понимаю, — он сделал паузу и, отведя взгляд, задал вопрос. — Слушай, а… Что насчёт тебя? — Что? — Расскажи мне о своём прошлом. Минго промедлила с ответом, словно вовсе не услышав его слов. Она смотрела прямо перед собой задумчивым взглядом, точно прикидывала, стоит ли делать это. Или, вернее, стоит ли рассказывать правду. — Если тебе неприятно, можешь не рассказывать… — спохватился Булл, почувствовав себя неловко, и хотел тут же закрыть тему, однако Минго перебила его: — Нет, раз уж ты поделился прошлым со мной, тоже расскажу расскажу о своём, — бард глубоко вздохнула, кивнула сама себе и начала рассказ. — Мои родители погибли при пожаре ещё когда мне было около шестнадцати, поэтому я так панически боюсь огня. Я родилась в Форке. Хоть городок и рядом со столицей — абсолютно запущенный. Я возненавидела это место. Первое время после их смерти мне вроде помогали соседи, но на душе было так мерзко, что очень хотелось покончить с собой, — она сделала паузу, Булл вздрогнул. — Но потом родной дядя предложил мне работу наёмника, и я согласилась, уйдя из городка навсегда. Отец обучал меня боевым искусствам, поэтому проблем не возникло. Но через несколько лет… Я всем говорю, что мне надоело наёмничество, но на самом деле я сильно поссорилась с дядей и покинула команду. Стала уделять больше времени игре на лютне и с тех пор осталась простым бардом. Минго вздохнула и опустила голову. — Прости. Тебе самому сейчас не легче — Нет… Спасибо, что поделилась со мной этим. Вновь повисло молчание. Они оба отвлеклись на ночное небо, усыпанное звёздами. Приятная создавалась атмосфера. Булл набрался смелости и спросил: — М-… Минго. — А? — Позволь мне обнять тебя. Минго сильно удивилась такой просьбе. Она застыла, заглянув в красные глаза парня, блеснувшие в лунном свете. Минго не знала, какая реакция была бы правильной, но всё же коротко кивнула Он подвинулся и обнял её, словно уже давно хотел сделать это. Сильные руки боялись обнять чуть крепче, будто, как вчера вечером, взялись за хрупкую лютню. — Мы справимся, — сказал он утешающе, — выход по-любому где-то рядом. *** Стрела пронзила плоть упитанной серой птицы, сидящей на ветке. — Снова в яблочко, Сия! — Хайко сразу же поймала упавшую дичь, а лучница облегчённо выдохнула. — Ну вот, и кто это говорил, что разучился охоте? Славные пту́шки, ещё на ужин мясо останется! Разбойница держала двух убитых птиц, примеряя, какая из них выйдет более мясистой. Сияние улыбнулась. — Да, ты права! Добрая выдалась охота. Словом, как и планировали давеча, девушки пополнили запасы провизии, поймав себе на обед свежую дичь. Они продолжали идти, вот только почти не разговаривали на этот раз. Обе также мысленно рассуждали над вопросом, чего они боятся и что может ждать их дальше. Однако… Вскоре деревья стали редеть. Они вышли на равнину. — Что это значит? — Хайко недоверчиво выгнула бровь. — Ловушка какая-то? — Нет, вряд ли… — Си была озадачена не меньше. — Кажется, мы вышли из леса. Девушки ехали до Кроввуда в лёгком недопонимании, но когда они уже зашли в людный город и нашли ту самую мясную лавку отца Сияния, все сомнения были развеяны: для них этот кошмар уже закончен. Отец лучницы оказался довольно приятным, рослым и крепким на вид человеком. У него были светлые волосы, лёгкая щетина и усталые светлые глаза. Когда увидел и узнал дочь, взгляд его прояснился. Сияние обрадованно подбежала к отцу и сразу обняла, но тот, не ожидая их встречи, всё ещё пытался осознать происходящее. — Сия! Ты какими судьбами тут? Я-то думал, ты в Аване навсегда засела. Уж и писем не писала. — Здравствуй, папа! Да, я не планировала покидать Аван, но тут такая история случилась… — А это кто с тобой? — он поглядел поверх макушки дочки, будучи выше её, указывая на Хайко. Та приподняла ладонь в простецком жесте. — Вечер добрый! — Это Хайко, — объяснилась Си. — моя… Подруга. Вернее, одна из. Да, кстати, — она встретилась взглядом с разбойницей, — Нужно будет узнать, что там с остальными. — Я без понятия, когда они вернутся, — та лишь пожала плечами. — Может, через неделю, а может, они вовсе уже тут. — Да. Поищем их в городе на всякий случай. Сай ведь сказала, что мы обязательно д олжны будем встретиться в… Сияние не закончила мысль, почувствовав на себе прожигающий вопросительный взгляд отца. — А теперь, — заговорил мясник, — давайте с начала и по порядку. Си, что же заставило тебя покинуть Аван?