Омежья сказка - другая пара

Ашени поняла, что действие обрядной печати на душе стало терять силу, когда испытала истерику после разрыва с Рестой. Публичное расставание сродни позору - об этом она думала, пока по лицу текли горячие слёзы, размазывая макияж, а грудная клетка тряслась от спазмов диафрагмы. Позабытое чувство эмоциональной боли вновь ворвалось в её жизнь, стоило посчитать, что она избавилась от этой мучительной способности переживать эмоции. Оказалось, способность эту она никогда не теряла: та лишь была глубоко внутри неё за гранью сознания, но никогда не исчезала. Метка на запястье горела огнём - казалось, соулмейт ищет её, бета это чувствовала. Асташе где-то рядом, и ясно осознаёт, в каком она состоянии. Встретив её лично, он сопоставит одно к другому и всё поймёт. Однако его презрительных насмешек и саркастичных замечаний она в таком состоянии не выдержит. Единственное, чему радовалась Ашени, это тому, что она сумела сохранить лицо на публике и при брате. Было необходимо срочно покинуть дворец под любым предлогом. Внутри головы словно звучал набат, отражая учащённые удары сердца: кровяное давление зашкаливало, ноги ощущались ватными, а тело слабым. В коридорах послышались звонкие шаги дворцового управляющего и его помощников - только они были полномочны на обыски дворцовых помещений. Бета в панике схватилась за звонкий колокольчик и громко стала им звонить, вызывая прислугу.

***

-- Впустите, -- устало сказал Раншарру, предвкушая сильнейший разнос со стороны Ресты за несанкционированный обыск её свиты. Он скрестил руки на столе, силясь собрать пошатнувшуюся уверенность и скрыть нервное напряжение перед надвигающимся конфликтом. Он должен найти пару Асташе, его гибель недопустима***. Должен хотя бы попытаться устроить их встречу... Как и ожидалась, разгневанная альфа, едва ли не вперёд стражника распахнула перед собой дверь его кабинета. Раншарру осознал степень сложности ситуации ещё тогда, когда услышал, что Ошман нашла его кабинет самостоятельно, пешком, проигнорировав процедуру для срочных аудиенций. -- Ваше Императорское Величество, о несравненные Солнца Империи Врадик, -- саркастичный и злобный тон, от которого по лицу Раншарру пробежала хмурая тень, -- не соблаговолите ли объяснить, по какому поводу неофициально обыскивают всю мою делегацию?! Вы думаете, если у вас моя истинная, и вчера мы обновили договор, то вы сегодня вы можете ни во что не ставить авторитет Королевства?! -- Выйдите всем и принесите нам угощений, -- спокойно произнёс альфа, вставая из-за стола и приглашая Ошман за небольшой столик на просторный и мягкий диван. Реста скептично наблюдала за этим, успокоившись - судя по поведению Врадика, эти действия точно не были направлены во вред королевскому авторитету. Значит, должна быть другая, скрытая причина. И, по всей видимости, достаточно явная и срочная, чтобы пытаться скрыть её от неё таким жалким образом. Если ей удастся выведать её, то можно будет пробовать сторговаться на предмет выдачи в её руки Лаоме. Гнев утих, оставляя простор для размышлений о том, как обернуть ситуацию в собственную выгоду. Раншарру же ума приложить не мог, что сказать в этой ситуации. Едва ли час назад еле живой Асташе вломился сюда, сказав, что его соулмейт рядом, и просил помощи. Альфа не мог отказать единственному брату, чья жизнь была под угрозой. Асташе никогда не покидал его, и он не мог поступить иначе. -- По дворцу бегают крысы, мы вовсе не обыскиваем ваших подданных, лишь опрашиваем их на предмет беспокойств, -- самая глупая и очевидная ложь. Конфликт с Элпасой им не нужен, иначе вся работа Фортуны за эти годы пойдёт насмарку. "Любовь и впрямь делает людей дураками" -- чуть не поперхнувшись, подумала Ошман. "Неужели тебе не пришло в голову нечто более убедительное?" -- В таком случае по какой причине мы не были осведомлены об этом заранее? Вы могли подыскать для нас другое здание, а не вторгаться в личное пространство моих подданных. Раншарру не поменялся в лице. Альфа смотрел на собеседницу крайне величественно и спокойно. Брак с истинным определённо пошёл ему на пользу - бывший распутник без царя в голове наконец остепенился и стал представлять из себя более реальную угрозу. Теперь перевес в силе явно на его стороне. -- Повод незначителен, и комнаты мы не обыскиваем, -- альфа говорил ровно и спокойно, -- лишь опрашиваем. Выяснилось, что крыс стало слишком много лишь сегодня, оттого и не могли предупредить всех заранее. Или дворцовый управляющий и два его помощника, от роду не державших оружия тяжелее ножа в руке представляют угрозу для ваших стражников? -- Я лишь требую должного уважения к контрактору. Это ключевой момент любых переговоров. А то, что было сделано - напрямую оскорбляет Королевство Элпаса. Я требую компенсации за ваши действия. -- Бросьте, мы ведь в скором времени можем стань родственниками, верно? Нам ни к чему разбор подобных мелочей, не считаете? -- холодная реплика глубоко резанула Ресту. Истинную омегу упускать нельзя, это будет самой огромной потерей для альфы. "Любовь и впрямь делает людей дураками. Теперь и я стала такой..." Альфа встала с места, направляясь к выходу. Открыв дверь, через плечо она всё же бросила ему: -- Грязно играть - умение неисключительное. Моё отступление не значит, что инцидент спущен вам с рук. Прошу помнить, что противников недооценивать не стоит. В конечном счёте, убежищем для всех угнетённых теперь по традиции служит Элпаса*. А таковые во Врадике, несомненно, найдутся. Раншарру расслабил плечи и откинулся на спину дивана после того, как за Рестой закрылась дверь. А она хорошо осведомлена о политической ситуации в его стране, раз угрожает поддержкой провинциальных повстанцев, недовольных новой, непатриархальной идеологией и правлением омеги наравне с альфой. Но на сегодня удалось отбиться. Он посмотрел на свои руки, и отметил мозоли от написания массива документов. Нет, она не должна знать о том, что Член императорской семьи болен меткой Анерасо. Это станет слишком большим поводом для политического перевеса в сторону Ошман. Она будет вольна его шантажировать болезнью брата.

***

Громкий стук в дверь. Ашени прошиб холодный пот. -- Мы нижайше просим прощения за беспокойство у сестры нашего Малого Солнца Империи, однако, мы должны просить вас открыть перед нами свои двери! Это приказ Его Императорского Величества! -- Я не могу вам открыть, приходите позже! Я готовлюсь к купанию! Метка прожигала огнём всё запястье. Казалось, от боли можно было потерять сознание, если бы бета не знала, что её ждёт, если она действительно упадёт в обморок. Значит, Асташе за дверью. На всякий случай, Ашени разделась по самый пояс, прикрыв оба запястья, и повернулась спиной к стражникам. -- Просим вас простить! -- послышался скрип открывающейся двери. -- Я же сказала прочь! Позовите моих служанок и выметайтесь отсюда немедленно!! -- мысленно Ашени извинялась перед слугами, на месте которых была сама ещё семь лет назад. Но её ситуация в самом деле была безвыходной - так она себя утешала. Но позади так никто и не шелохнулся. Кажется, все стыдливо прятали глаза, чтобы не смотреть на неё. Бета была благодарна своему тяжёлому состоянию, из-за которого чувство стыда было максимально притуплено. -- Я доложу о вашем неуважении брату. Сейчас я ухожу в хаммам** со своими слугами, не сметь идти за мной! -- накинув на плечи накидку бета искоса посмотрела на вошедших. Асташе среди них не было. Неужели она ошиблась? Но метка жгла так, что она едва могла стоять на ногах и имитировать ровную походку. Интересно, насколько ужасно выглядит сейчас её лицо после плача? Она старалась не поворачиваться к вошедшим лицом и пряталась до тех пор, пока её не сопроводили к выходу. Тканью бета прикрыла лицо и прошла мимо дворцового управляющего и двух его помощников. Пройдя мимо, она почувствовала сильнейший укол в руку, от чего та потяжелела. Ашени пошатнулась, но, служанка удержала её от падения. "Только бы продержаться до хаммама...". Асташе точно был где-то рядом, непозволительно близко и усиленно искал её. Едва оказавшись в купальне, она выгнала всех служанок и упала наземь. Тяжело дыша, лбом она коснулась холодного каменного пола и лежала так до тех пор, пока звон в её ушах не прошёл. Кажется, за это время она несколько раз теряла сознание. -- Можем ли мы помочь вам в купании? -- Я хочу побыть одна! Собственный голос всё ещё эхом стоял в её голове, а реальность путалась с воспоминаниями. Дойдя до чана с ледяной водой, Ашени облила себя с головы и почувствовала облегчение. Ей удалось скрыться. Теперь осталось лишь выпросить у брата остров и осесть на нём вдали от своего соулмейта. Ей не нужны эти чувства. Лучше болезнь и мучительная смерть, чем жизнь, как в её сне.

***

-- Звал, брат? -- прошла Ашени в комнату с нарядами через арку. Огромное помещение было заполнено принадлежностями для расшивания одежды, нитками, платяными конструкциями и сундуками. -- Да, проходи, Ашени, -- омега крутился около различных тряпок и деревянных манекенов с натянутыми на них халатами, похожими на княжеские. -- Сперва сделаем вот что, -- он взял один пурпурный халат с вышитым на спине гербом в виде розы, окруженной лавром и увенчанной малой короной. -- Это парадная одежда главы дома Дарий. Сейчас, ты единственная Дарий в этой стране. Такого цветка в этом мире нет, или его ещё не вывели. Фортуна довольно нахохлился: прямо по-шекспировски, целый род пурпурной розы. Но довольное настроение быстро спало с его лица, уступив место серьёзному выражению, что не укрылось от глаз Ашени. Она напряглась. -- Что случилось при обыске? Ашени, которую я знаю, не стала бы так себя вести, поскольку относится к слугам лояльнее всех дворянинов, вместе взятых. Почему ты их так настойчиво выгоняла? -- Они ворвались в мою комнату, когда я была раздетой, и не уходили, видя меня голой! Я покинула комнату и ушла купаться. Я ничего им не сделала, брат. -- Но почему же ты не позволила слугам помочь тебе помыться? Насколько я знаю, ты обожаешь совместные банные процедуры, -- Фортуна подмигнул ей, напомнив времени, когда они состояли в отношениях. Метка вдруг стала болеть сильнее, и Ашени негромко вскрикнула от неожиданности. Асташе снова приближался?.. -- Внезапно разболелась голова после банкета, потом случай со стражей, -- Ашени бледнела на глазах и её речь сбивалась. -- Я расслабилась после купания в одиночестве, и мне стало лучше. Понаблюдав за усиленно пытавшейся изобразить нормальное состояние Ашени, Фортуна всё же решил задать волнующий его вопрос: -- Ашени, прости за вопрос, ты, случайно, не забеременела от Ресты? -- иных догадок на постоянную бледность и головокружение беты омега не имел. -- Нет, я всё это время была на травах, -- покачала головой Ашени. -- Тебе нужно отдохнуть. -- Фортуна обеспокоенно положил на плечи Ашени руки, -- В любом случае, место главы Дариев теперь твоё, забирай одежду с гербом. Тем временем боль усиливалась, распространяясь куда-то в район сердца. По рукам прошлась дрожь, Ашени издала болезненный стон. Бета, тяжело дыша, оперлась на один из манекенов, а Фортуна побежал к колокольчику для слуг, не заметив, как в комнате оказался посторонний.

***

Ашени стала терять сознание, но омега успел её подхватить. Только сейчас он подметил, насколько сильно неважно она выглядит - её состояние не было похожим на токсикоз. Бета слабо стояла на ногах и опиралась на Фортуну, едва осознавая происходящее. Рука с меткой отяжелела до такой степени, что её хотелось отрезать. Внезапно сзади её подхватили за талию и притянули куда-то дальше от Фортуны. На этом она провалилась в сон. -- Что ты делаешь, позволь спросить, -- угрожающим тоном произнёс Фортуна. Он не помешал забрать из своих рук Ашени лишь по той причине, что она могла упасть и удариться головой о каменный пол. Серо-серебряные глаза смотрели в ответ спокойно. Наконец, после недолгой паузы, Асташе произнёс: -- Я не мог найти этот герб раньше лишь потому, что ты его ещё не изобрёл, -- открывая запястье с коронованной розой в лавре. -- Божественные пути воистину непредсказуемы и удивительны. -- Он перевёл взгляд обратно на омегу, показывая запястье с гербом Дариев, ещё даже не утверждённым подписью Раншарру. --Я забираю её в моё поместье. Бета выглядел изрядно потрёпанным месяцами болезни, но прежняя стать всё ещё отчётливо ощущалась в нём - настоящий дворянин до мозга костей. Фортуна был шокирован: так вот почему она сбежала в Элпасу сразу после обряда и скрывалась всё это время. От удивления омега прикрыл рот ладонью. Кто же знал, что под его носом разворачивается такая драма. Было горько от того, как много он не замечал. -- Попридержи паруса, Асташе, -- быстро взял себя в руки Фортуна. -- Вы официально в разводе, и твоя пара от тебя отказалась, -- на этих словах бету словно током прошибло. Он уже и позабыл, что Ашени может действовать иначе, чем в попытках ему во всём угодить. -- Только попробуй её забрать, я на тебе живого места не оставлю, и Ран не поможет, -- омега был по-настоящему зол. -- Отдай её. Живо.