Хроники кукловода

И нам с тобой некуда бежать Мы капли крови с одного ножа @ Воспользовавшись чужим гостеприимством, заблудшие шиноби уселись напротив девушки. Акамару, ловя момент, пока можно перевести дух — улегся спать в углу. Киба то и дело бросал неоднозначный взгляд на своего друга, пытаясь понять, что тот затеял. Но кукловод не обдумывал какой-либо план дальнейших действий: все, что сейчас интересовало Канкуро — понять, где они находятся. Окно за незнакомкой было чересчур высоким, поэтому тяжело было что-либо разглядеть, кроме, как до безумия неестественного неба. Одолевали сомнения, действительно ли парни еще в стране Ветра? Куда подевалась буря? Канкуро прикрыл глаза, доверяя своему слуху, в поисках шелеста ветра, но услышал более интересный звук — пение цикад. — Не подскажите, — открыв глаза, суновец пронзительно посмотрел на девочку, — В какой части страны мы находимся? — Эико, — перебила незнакомка, сидящая на татами и обмахивающаяся веером, — Меня зовут Эико. — Недовольно надулась и скрестила маленькие ручки на груди, все-таки парням следовало бы поучиться манерам и тоже представиться. Жаль, до них долго доходит, чем недовольна девчонка, а Канкуро и вовсе ждет ответ на свой вопрос. — «Долговечный ребенок… Как странно», — суновец повторял про себя имя девушки и прокручивал его значение, почему-то оно вызывало у него нехорошие ассоциации. — Ладно, не хотите представляться и не надо, — сдалась Эико медленно закатывая глаза, словно они и впрямь были игрушечными, — Мы находимся недалеко от деревни, где обосновались ниндзя. — Канкуро наклонился к Кибе и шепотом поинтересовался, — Как мы умудрились выйти за пределы Суны? — Мимо ушей девчонки не прошел их разговор, — А что такое Суна? — Парни вопросительно захлопали глазами, не могли же они уйти так далеко. Тем более, кто в стране Ветра не знал о деревни Песка. Кукловод объяснил Эико, что это та деревня, о которой она говорила. — А, так вы шиноби? — В голосе девчонки чувствовалась досада и даже еле уловимая злость. Канкуро не знал, в чем причина чужого расстройства и подумал, что лучше сменить тему, но не знал как. Благо в комнату вошли двое мальчишек и все внимание переключилось на них. Они ростом были ниже Эико, да и младше — наверняка суновец сказать не мог, поскольку лица ребят были спрятаны за детскими масками. Они изображали различных животных, но именно перед гостями стояли Тигр и Журавль. У Канкуро тоже была в детстве маска журавля — он купил её на одной из ярмарок, но очень быстро потерял. Дети принесли два пустых подноса, украшенные по краям различными цветами. Комната тут же заполнилась их ароматом. — Скоро будет готов чай! — Радостно хлопнула в ладоши Эико, подпрыгивая на татами. Мальчики-звери поставили подносы перед гостями и поспешили удалиться. Однако, Канкуро акцентировал свое внимание на парне-журавле, было что-то в нем знакомое, и дело здесь не в маске. — Кто это? — спросил суновец, когда дверь за ребятами закрылась. Девчонка строго на него посмотрела и со всей силы взмахнула веером, из-за чего в нос ударил резкий запах цветов, что были на подносе, — У них нет имен, поэтому я вас не представила. Всего лишь прислуга отеля. Что Инузука, что Канкуро, понимали абсурдность всей ситуации, в которой оказались, но ничего не могли подделать. Аромат цветочной композиции бил по голове, делая ее ватной, а тело становилось настолько расслабленным, что Кибе казалось, будто оно ему больше не принадлежит. Он медленно перевел черные глаза на кукловода, которому было еще лучше, судя по его растянутой до ушей улыбке. Инузука предполагал, что все дело в цветах. Они имели какое-то особое свойство, одурманивали. Действительно, такие в Конохе не росли, поэтому ожидать можно было любого эффекта. Эико тоже сидела с полуприкрытыми глазами и широко улыбалась. Ее тоненькая ручка потянулась к сямисэну, и вновь заиграла мелодия. На этот раз живая, веселая. Проблемы шиноби отошли на второй план — они уже и позабыли, что собирались выбираться отсюда. Время тянулось, как вязкая, густая патока. Канкуро не знал, сколько минут прошло, прежде, чем ребята-звери вернулись с чаем. Он опустил голову, когда прислуга разливала горячий напиток по чашкам и, будто протрезвел, цепляясь взглядом за знакомую линию на запястье мальчика-журавля. Да и чай показался странным, мутным. Все же суновец долгое время работал с ядами и мог понять, когда его добавляют в напитки. — Ты не человек, — прошипел Канкуро, крепко хватая мальчишку за запястье. Все, в том числе Акамару с Кибой, вскочили на ноги и пристально уставились на суновца, у которого от злости глаза округлились. — О чем ты говоришь? — наигранно удивилась Эико, пряча открытый рот за веером. — Вы думаете, что я такой идиот, и не смогу отличить людей от марионеток?! — Атмосфера изменилась и стала напряженной в считанные секунды, Киба нервно сглотнул и попятился назад, пока чуть не наступил на своего пса. Наигранное удивление сползло с лица Эико, сменяясь злорадной ухмылкой. Мальчишки в масках отпрыгнули к девчонке и выставили перед собой холодное оружие, похожее на современный кунай. В руке Канкуро осталась чужая кисть, сделанная из дерева: она дергалась и хотела вернуться на свое прежнее место, но сильная хватка суновца не давала этого сделать. Он чувствовал тяжелый взгляд мальчика-журавля, который не могла скрыть даже маска. Раздался звонкий лязг металла — Киба с ноги перевернул столик с подносами на пол: чай растекся по цветам, заставляя их странно шипеть и дымится. Канкуро понимал, что лучше это не вдыхать, поэтому пальцами дал Кибе дал сигнал, и они синхронно отскочили к двери. Куклы воспользовались их прыжком и отправили в парней старые кунаи один за другим. Инузука ловко уворачивался от атак, в то время, как суновец призывал свою марионетку. Карасу принял два куная на свой корпус, после чего со скрипом открыл рот и выпустил несколько отравленных сенбонов в сторону Эико. Канкуро не сомневался, что именно она кукловод мальчишек. Он знал, что бессмысленно бить по марионеткам, пока тот, кто ими управляет еще в строю. Но девочка поймала своим веером сенбоны и звонко рассмеялись, мальчики-зверята бросились к шиноби. Киба успел схватить кунай из подсумка, прежде, чем марионетка в маске журавля сняла его с ноги острым штырем, вместо руки. — Сука, — выругался Инузука, отбиваясь от новых атак единственным кунаем. Вторая марионетка бежала на Канкуро, но её перехватил рычащий Акамару. Он перегородил своими массивными лапами дорогу мальчику-тигру, выигрывая время для суновца и позволяя ему подобраться ближе к девчонке. Эико взмахнула веером, заставляя цветы на полу ожить и обхватить ступни бегущего к ней суновца. — «Чертовщина», — на разрисованном лице исказилась недовольная гримаса, он продолжал распахнутыми глазами смотреть на девочку, пытаясь увидеть её нити чакры. Но не увидел. Неужели, её мастерство настолько тонкое, что человеческий глаз не способен его уловить? Неужели, Эико добилась того, чего еще не смог Канкуро? А может, она и вовсе не кукловод. Суновец не видел кого-либо еще, не ощущал чужое присутствие. Деревянные ступни Карасу тоже обвили цветы, но марионетка была еще в строю. — Давай поговорим, — крикнул темноволосой, приняв решение немного потянуть время. Эико встала с татами и вальяжно подошла к суновцу, сохраняя определенную дистанцию. — О чем? — Канкуро не успел сказать ни слова, их отвлек проносящийся Киба, который вошел в режим имитации зверя. Как бы мальчик-журавль не отходил назад, Инузука ловко наносил удары длинными когтями, оставляя следы на деревянном корпусе. Девчонка отвлеклась, а суновец воспользовался этим — из ладоней Карасу выпали сюрикены, которые освободили ступни хозяина марионетки от оков. Он моментально сократил дистанцию и схватил одной рукой Эико за горло, поднимая её вверх и заставляя оторвать миниатюрные ножки от пола. Она смотрела на Канкуро игрушечными глазами, которые абсолютно ничего не выражали. Суновец сильнее сдавил пальцы на чужой шее, ожидая какой-либо реакции, но ее не последовало, работница отеля даже не начала задыхаться. Зато он сильно удивился, догадываясь, в чем дело. — Понял все-таки, — усмехнулась девчонка, её тело покрылось шипами, которые обычно бывают у роз. Канкуро резко убрал руку, но шипы уже успели изранить ладонь. Он бросил на Эико новый, абсолютный трезвый взгляд — она тоже была всего лишь марионеткой. Пока суновец переглядывался с очередной куклой — мальчик — журавль разбил собой оконное стекло и попытался сбежать, однако, Киба продолжил его преследовать, пробивая стену техникой пронзающего клыка. В сторону Канкуро полетели камни и пыль, он инстинктивно поднял руки, прикрывая лицо. Несколько секунд хватило, чтобы потерять девку из вида. Протерев пальцами глаза, он заметил лишь белоснежный хвост Акамару, скрывающийся в дыре. «Там остальные», — кукловод подхватил Карасу и побежал догонять своих союзников. Под ногами хрустели осколки стекла, Канкуро хотел воочию увидеть то, что все это время находилось за окном. Понять, насколько все неестественно в этом месте. Однако, показавшиеся до этого декорации улицы, не встречали его с распростертыми объятиями. Вместо фальшивых цикад и облаков, кукловода встретили четыре белые стены, без окон и дверей. Рядом с Канкуро крутились друзья из Конохи, которые тоже не понимали, как здесь оказались. А вот марионеток нигде не было видно. — Это… это ловушка! Они исчезли! — Вываливал Киба на своего друга, задыхаясь и впиваясь когтями в его плечи. Суновец поднял ладонь перед его лицом, заставляя замолчать, пустые разговоры были сейчас ни к чему, надо было думать, как отсюда выбираться. Парни снова разошлись по разным сторонам, изучая странную комнату, в которую их угораздило попасть. Они не успели насладиться тишиной и перевести дух, как вдруг пожаловали незваные гости. В полу один за другим открывались люки и из них вылезали безликие марионетки. Манекены, на которых тренировались юные кукловоды Суны. Инузука выставил единственный кунай перед собой и попятился к Канкуро, что готовился отбиваться от атак с помощью Карасу. — Киба, слушай меня внимательно и запоминай… — Пока манекены медленно направлялись в сторону шиноби, суновец проводил своему другу краткий инструктаж: рассказывал про слабые места тренировочных марионеток, про их возможности. Когда миниатюрная лекция была закончена, а манекены подобрались слишком близко к цели, парни ринулись в бой. Даже Акамару не остался в стороне, он клацал зубами и разбивал деревянные головы массивной лапой. Инузука ловко уворачивался от секретных механизмов, как и учил его Канкуро. Действия кукловода были расслабленными и механически, все-таки вырос на этих куклах. Ему достаточно было пальцев одной руки, чтобы Карасу наносил удары за ударом. Кругом стояли клубы дыма, повсюду валялись обломки вражеских марионеток, но их кукловода нигде не было видно. — Покажись, засранец! — Кричал Канкуро на пустые стены, наворачивая круги по комнате и вытирая рукавом потекший грим с лица. Киба стучал кулаками по стене, на которой не было ни единого следа боя. — Да какого?! Как отсюда выбраться, тц! — суновец со всей силы пнул ногой обломок манекена, не сдерживая уже накатившуюся истерику. Акамару вытянул морду и заскулил, а Киба отрицательно помотал головой, стоя напротив Канкуро. — Я не знаю, — в голосе коноховца чувствовалась досада. Неожиданно конечности и тела присутствующих обвязали нитями чакры. — Чт… — послышался звонкий смех, парни инстинктивно подняли на него голову и увидели Эико, в сопровождении мальчиков-зверей. Противники появились из неоткуда и парили в воздухе на бетонной платформе. Брат Казекаге попытался вытащить руку из узла, но нить лишь сильнее впилась в кожу, заставляя его задрать голову и застонать. — Канкуро! — Инузука двинулся чуть вперед, навстречу другу. У него удалось немного сократить расстояние, теперь оно было меньше метра. Суновец заметил, что нити Кибы не затянулись — напрашивался вывод, что контролировать всех троих одновременно они не могут. Пес тоже быстро сообразил и начал мотать мордой, чтобы переключить внимание на себя. Инузука кинул взгляд на напряженное лицо Эико, затем на белоснежного друга, которого нити чакры начали обвивать сильнее. — Акамару, прекрати! — орал во все горло хозяин на своего пса, дергаясь еще чуть вперед, насколько позволяли сдерживающие узлы. Канкуро, воспользовавшись суматохой, выставил ногу вперед, — У нас мало времени, пока Акамару их отвлекает, — прошептал он коноховцу и взглядом указал на свой подсумок. Киба понял намек и медленно начал поддаваться вперед, пока пес принимал весь удар на себя. — Вам не выпутаться, ниндзя! — Эхом повсюду раздавался смех Эико. — Где ваш кукловод, засранцы? — Канкуро заговаривал живым марионеткам зубы, пока Инузука незаметно доставал кунай из подсумка. Через несколько минут и попыток, острие блеснуло в руках Кибы — это не ушло и от игрушечных глаз девочки. — Вы серьезно думаете, что эта штуковина поможет перерезать нити? — Её смех стал истерическим, а лицо до безумия страшным. Акамару уже чуть ли не задыхался от давления нитей. Канкуро понимал, что дальше тянуть нельзя, если все не по-настоящему, у него будет лишь одна попытка развеять иллюзию. Киба держал кунай острым концом вверх и смотрел на суновца, не понимая, что надо делать дальше. Сердце кукловода бешено застучало, а ладони вспотели от легкого волнения — он набрал воздуха в легкие и со всей возможной силой наклонился вперед. Послышался хруст плоти под лезвием, а по дрожащей руке Кибы стекала теплая кровь. Время замерло на месте, Инузука был готов ко всему, никак не к тому, что его друг так просто ляжет ключицей на кунай. — Я попытался развеять гендзюцу, но судя по всему — это не оно, — Канкуро поднял глаза на коноховца, улыбка на его лице перемешалась с гримасой боли. Киба уже дрожал всем тело, не понимая, почему его импульсивный друг так спокойно реагирует. Осознание пришло, когда парень осмелился опустить черные глаза вниз и заметил, как помимо крови, с куная капает фиолетовая жидкость. Ну конечно, суновец все свое холодное оружие смазывает ядом. — Ты придурок, Канкуро… — Инузука с трудом сдерживал подступающую к горлу истерику. В одно мгновение их положение стало еще хуже. *** Несмотря на то, что Гаара сказал Темари дожидаться Шикамару, она решила начать патрулировать деревню без него. Поскольку от штаба ничего не осталось, джонины и небольшая группа из друзей- коноховцев ждали куноичи возле госпиталя. Хоть шиноби и всегда нога в ногу идут с опасностью, Темари после взрыва не отошла морально, но не показывала этого. Брат доверил ей командование, и куноичи не имела права его подвести. Она сильная, она справится. — Мы разделимся на группы, чтобы исследовать каждый уголок деревни, — голос сестры Казекаге звучал громко и чётко. Она изо всех сил пыталась перекричать вой ветра. — Люди, непосредственно владеющие футоном, будут сопровождать каждую из групп и создавать воздушные коридоры. Бурю никто не отменял, но так вы будете в безопасности. — Закончив давать указания, Темари подняла вверх огромный веер и взмахнула им в другую сторону, чтобы не задеть людей. Ветер задвигался быстрее, образуя горизонтальный вихрь. Люди один за другим вошли в воздушный коридор. Первыми шли шиноби, использующие стихию ветра, как свою основную. С помощью специальных приспособлений, они рассекали воздух, создавая больше развилок и возможностей для передвижения. Темари наблюдала, как люди разделяются на небольшие отряды и разбегаются по сторонам. Она намечала к кому ей лучше присоединиться, прорабатывала стратегию у себя в голове — пока не отвлекли. Мужская рука приземлилась на плечо и сильно его сжала. — Эй, убрал, пока я тебе её не оторвала. — Темари не сразу поняла, кто стоит за её спиной, все ведь в одинаковой экипировке. — Знала бы ты, сколько раз за день я подобное слышу от тебя, — ухмыльнулся Шикамару, снимая с головы капюшон и показывая Темари, что пришли свои. Девушку, брошенная фраза, сильно задела. Не так уж и часто она ему грубит, но именно в этот момент хотелось огреть веером по голове. Блондинка и так была вся на иголках из-за недавнего происшествия, к тому же, неизвестно, где сейчас находится Канкуро и все ли с ним хорошо. —Просто не подкрадывайся так ко мне больше, — недовольно поморщила нос Темари и демонстративно взмахнула веером, поддерживая поток воздуха в коридоре. Парень поднял ладони вверх, мол, твоя взяла. — На самом деле, нам стоит отложить патрулирование. — Лицо куноичи застыло в немом вопросе, а сама она скрестила руки на груди, дожидаясь объяснений от Нара. — Помнишь наш разговор ночью? Я долго над ним размышлял и пришёл к кое-каким выводам, — Шикамару отвел взгляд в сторону и задумчиво приложил указательный палец к губам, — Да, нам стоит наведаться в морг, однозначно. —Темари не задавала никаких вопросов, молча приняла решение отправиться за парнем. Она уже хорошо выучила привычки Шикамару, его нельзя было трогать, когда он впадал в подобные раздумья, иначе был шанс сбить с мысли. Морг находился недалеко от госпиталя, точнее, под ним. Во времена Первого Казекаге люди ещё не знали о существование морозильных камер, поэтому тела для последующего вскрытия складывали там, где наиболее прохладно. Темари только могла догадываться к кому её ведут, но не успели они с Нара зайти в так называемую палату, как дорогу им перегородил один из ирьенинов и передал коноховцу в руки планшет с какими-то данными, сказав, что экспертиза закончена. Темари все больше съедало любопытство, она забежала внутрь следом за парнем и поежилась — либо от холода, либо от волнения. Посреди помещения стоял металлический стол, а на нем лежал, укрытый белой тканью, некогда живой человек. Шикамару подошёл к нему размеренным шагом, не отрывая темных глаз от отчёта. — Как я и предполагал! — Куноичи показалось, что парень чересчур радостно это сказал. Её глаза округлились ещё больше от удивления, а по спине пробежал холодок. — Ну же, не томи, — выпалила блондинка, позволив своему любопытству выйти наружу. Но Нара не собирался выкладывать догадки. Ещё раз обойдя вокруг тела, парень отбросил простыню в сторону. Темари еле сдержалась, чтобы не ахнуть от вида замороженного трупа. Конечно, блондинка многое повидала за карьеру куноичи, да и в жизни многое приходилось. Однако, Шикамару сделал это так неожиданно, не сказав ей ни слова. Обычные человеческие эмоции, которые тяжело было держать. В то время, как Нара с чрезмерным безразличием схватил мёртвого парня за кисть и принялся что-то пристально искать глазами. — Киба же вчера притащил тряпку со следами крови и сказал, что она принадлежит тому, кто напал на их отряд в пустыне Демона. — Темари подошла ближе, наклонив голову на бок и вопросительно смотря на коноховца, — К чему ты клонишь? — Шикамару усмехнулся — знал, что куноичи не глупая и уже обо всем догадалась, но решил пояснить, — Слова Кибы подтвердила экспертиза, но в одном они с Канкуро были не правы — не было ирьенина в Пустыне Демона. — И хоть Нара озвучил мысли девушки, её глаза округлились от удивления, — К…как? — Она тут же перевела взгляд на труп молодого человека. — Верно, это был он, — Шикамару поднял руку тела, чтобы куноичи увидела то, что он так пристально искал. — Следы от краски? — нахмурила брови Темари, прекращая понимать, что здесь происходит. Нара довольный своей находкой, утвердительно кивнул, — Парень хотел, чтобы все думали, что он старик, поэтому скопировал его татуировку.