Вы смотрите, небеса?

Неужели не может быть иначе? Где я оступился? Что сделал не так? Почему?! Что было сделано не так?! Что?! ЧТО?!

Вот они, электронные однотипные болванчики, которых отличает друг от друга только аватар на большой круглой голове. Ты не знаешь их характера, их поведения, их реального взгляда и мнения на твои действия. Общение с клиентом — это минное поле, которое приходится обыскивать каждый раз, и каждый раз оно обновляется. Неверно построенное предложение, неправильно сформулированный ответ на вопрос или излишнее заигрывание с популярными, и оттого назойливыми фразочками — и можешь попрощаться с прибылью. Мимо магазина начинают проходить первые заинтересованные лица. Подойти к ним со специальной акцией? Спугну из-за лишней назойливости. Буду стоять на месте? Уйдут из-за того, что на них не обратили внимания. Каждый раз как первый, и не знаешь, чему довериться: своим внутренним компьютерным инстинктам, или здравому смыслу и логике. Мешает ещё и накатывающий страх перед скорым появлением Таскур, которая без суда и следствия вышвырнет меня из общего алгоритма как лишнюю переменную. Надо было хоть подстраховаться на этот счёт и найти себе пристанище. По пути к месту работы я нередко встречал безутешные программы, которые умели обходить антивирус и всяческие глобальные зачистки. Со стороны рабочей функции они выглядели жалко и бесполезно, но порой я задумывался и пытался проникнуться их горем. Они ведь такие же, как и мы. Зачем с ними обходиться так жестоко? Неужели их нельзя обновить, перепрошить, модернизировать? Почему их нельзя спасти? И я знал ответ: «Потому что всегда проще создать новую функцию, чем разбираться в старой». Я прекрасно знал ответ, и это знание сейчас позволяет стоять мне здесь, перед Светлыми, обслуживать их потребности в покупке чего-либо. Глубже вздохнув, я подошёл к клиенту. — Сладко приветствую в нашем «Сахарном лесу», дорогой пользователь! Позвольте показать Вам наш ассортимент драже и вкуснейших мармеладок? — я натянул улыбку. Конечно, она не была искренняя, и за этой односложной дугой на моём цифровом лице скрывалось неподдельное отчаяние. Клиент повернулся в мою сторону! Сейчас главное не наговорить лишнего и не спугнуть. — Здравствуйте. Я однажды покупала где-то клубничный мармелад, такой вкусный, но не помню. Может у вас есть такой? — Вы по адресу! У нас имеется клубничный мармелад всех форм и всех вкусовых сочетаний! Прошу, пройдём. Я открыл двери магазина, приглашая жестом клиента пройти вперёд, но он не торопился переступать порог. — Нет, мне нужен именно тот самый мармелад, понимаете? Ситуация накалилась, рука начала дрожать. Откуда я знаю, есть ли он или нет? Может лежит где-то на дальних полках, но для этого надо зайти внутрь! — Конечно понимаю. Поэтому я Вас и приглашаю посетить магазин, наш хозяин поможет Вам найти нужный вам товар. Потупив на месте ещё пару секунд, заглядывая в окна витрин, этот болван извинился и пошёл дальше. На меня накатил холодный пот. Пиарсона, что сидела внутри магазина со своими бумажками, хихикала в кулак, а Чарли злобно ухмыльнулся, скрестив мощные руки на груди. Проклятье! Что это сейчас было?! В один миг я почувствовал всё презрение мира на себе, все взгляды коллег, стоящие в магазинах напротив и по соседству. Они смотрели на меня, косо, вздыхая, думая, какой я никчемный, и что смерти мне не избежать. Не смейте. Слышите меня, не смейте так на меня смотреть! Я всем вам покажу, как надо работать! Только попробуйте списать меня со счётов, олухи! Мою мысленную тиранию прервал звонок. Я хлопнул дверьми магазина и поспешил снять трубку. Грозный голос был недоволен. — И что это сейчас было, Джордж? Разве я учил тебя такому? Видимо, ты смирился со своей судьбой и решил отправиться на свалку, да? Что ж, тогда пожалуй… — Стой! Я перебил его своим криком, на который повернулись все, кому не лень. Луч надежды, снизошедший на меня, испаряется слишком стремительно. Я не могу допустить этого! Никогда! Если мне свыше, и неважно кем, был даров шанс на исправление, я обязан его использовать! Более никакой самодеятельности, только исполнение четких требований. Я отвернулся от толпы, прикрывая трубку, чтобы на неё не обратили внимания. — Я всё сделаю. Только не покидай меня, прошу. Я… я подчинюсь, я исправлюсь, я смогу, Майк, пожалуйста, только не бросай меня. По его голосу можно ощутить, как он улыбается на том конце несуществующего провода. — Хорошо, Джордж. Последний шанс. Не истрать его напрасно. Донеслись гудки. В этот момент они казались бесконечно долгими, протяжными, не спеша проникающими в мозг, заполоняющими все мысли, тем самым очищая разум от собственных переживаний и домыслов. Осталась лишь пустота. Бесконечная, гнетущая своими масштабами, тем самым освобождающая и освежающая. Я положил трубку, закрыл глаза и глубоко вздохнул. Моё тело сдулось, как лопнувший воздушный шарик, а на место тревожности пришла уверенность, дерзость, я бы сказал, с щепоткой наглости. Словно мной начали манипулировать, как марионеткой. Стало проще улыбаться и смотреть в глаза клиентам. Как раз кто-то начал подходить к магазину. Пришло время блистать. — Добро пожаловать, дорогой гость! Я полностью доверился советам Майка: мой голос зазвучал смелее, больше не было скованности и чувства страха. Как будто впервые за все эти недели, или даже месяцы, я почувствовал восторг и наслаждение от своей работы. Вскоре я проводил его внутрь, где мы начали ходить от витрин к полкам и обратно, набирая в красивые подарочные упаковки множество разноцветных сладостей. Светоч приходил за какими-то дражейными конфетами, а ушел с целым большим пакетом! — Большое вам спасибо за покупку. Будем ждать вас снова! — махал я вслед уходящему светочу, считая первую прибыль. Деньги! Наконец-то я держу в своих руках не какую-то мелочь, а купюры крупного номинала. Нет ничего лучше для пиарсоны, чем запах и шелест Т-баксов. Но некогда расслабляться! Смотри, сюда идут ещё покупатели! Поспеши! Я радостно приветствовал новых клиентов, жестикулируя и рассказывая про выгодные акции и интересующие их виды сладостей. Болванчики с аватарками радостно ликовали и как завороженные шли внутрь, только и был слышен входной колокольчик. От нарастающего потока покупателей даже сам хозяин встал за кассу: с улицы был слышен его счастливый баритон. Поэтому моей задачей остаётся только завлечь и как можно больше наобещать. Через некоторое время процесс общения со светлыми был как на автомате: поприветствовать, сказать про акции, пригласить внутрь, радоваться прибыли. Так что мой сконцентрированный разум смог немного дать слабину и посмотреть на всё со стороны. Столько посетителей, и все уходят с какой-либо, даже самой маленькой, покупкой. Кто-то увлеченно начинает расспрашивать про скидки, акции, пробники каких-то вкусов, кто-то молча заходит и покупает необходимый ему товар, иногда интересуясь чем-то. Ещё вчера я не мог продать ни конфетки, а сегодня купюры и монеты валятся с моих рук и наполняют мои карманы. — Джордж! Хей, Джо! — я не сразу услышал своё имя среди смеха и болтовни клиентов, что очередью выстроились у входа в магазин. Отправив очередного сладкоежку с чеком к кассе, я вышел на улицу к источнику голоса. Это был Том, и то ли из-за духоты, то ли из-за неощутимой усталости, я не смог разглядеть его лица. — Она пришла. — Она? — Таскур. Я резко остепенился, мурашки пробежали по всему цифровому телу, а сердце, коли оно у нас есть, ушло в пятки. В радостной феерии высоких продаж я и позабыл о своём главном боссе сегодняшнего дня. Фемида, что взвесит на своих весах тяжесть моих отсутствующих продаж и покарает острым пиксельным мечом. Глава порядка и приближенная Её Величества. Таскур. В накатывающей панике я начал оглядываться по сторонам, выискивая среди черных пиджаков пиарсон её белоснежное платье и острые наплечники. Каким же шоком для меня было, что она стояла буквально рядом с Томом. Я протёр окуляры. Его синий интерфейс изображал обеспокоенность, а высокая леди, недовольно виляющая хвостом-вилкой, удивленно и одновременно хмуро смотрела то на меня, то на гигантскую очередь позади. — П-п-приветствую, леди Таскур. Пиарсона номер 1997, имя «Джордж». — немного растерявшись, я назвал базовую информацию о себе. Настолько мало официальной информации о нас, в этом вся прелесть. Всегда можно стереть один номер и поставить другой... Позади неё стояли два Таска — большие белоснежные кошки с синеватым гофровидным мехом на груди, ушах, передних лапах и кончике медленно виляющего хвоста. — Весь месяц твои показатели были катастрофически низкими, ты — самый последний в общем рейтинге. А сегодня эту очередь видно даже без зума. Каждое её слово словно выстрел, я безумно боялся её цифрового голоса, желтых хищных глаз и этих кошек, смотрящих на меня голодным взглядом. — По правилам, необходимо тебя заменить… Вот оно. То, чего я боялся больше всего. Мой жизненный цикл сейчас оборвётся, и все сегодняшние старания были напрасны. Зачем было не спать всю ночь, зачем были эти унижения с ночными обзвонами невинных светочей, зачем все эти жалкие письма? Я выглядел как идиот, а не продавец! Том с ужасом перевёл взгляд с неё на меня, в его черных зрачках-точках читалось отчаяние. Тебе-то чего грустить, дружище? Я всегда был обузой для тебя. Всегда им был… — Подождите! — выпалил я, даже не зная зачем. — П-подождите, Таскур. Она оторвалась от своего планшета и взглянула на меня холодными взглядом. Зачем я это сделал? Раз окликнул, надо думать, что сказать, дурень. Счёт идёт на наносекунды, и если я не предложу ей контраргумент моей смерти, то всё проиграно… Точно! — Предлагаю пари. — Какое пари, ты свихнулся? — Если я до конца рабочей смены заработанными деньгами покрою месячный долг, то Вы даёте мне шанс работать и дальше. Иначе Вы увольняете меня. Идиот! Ты представляешь, какие это суммы? Да весь этот чертов магазин столько не стоит, сколько я задолжал! Признай, что ты просто конченный долб… — Хорошо. А? Это сработало? Она согласилась? После продолжительной паузы, где я успел себя морально похоронить, Таскур положительно ответила на мою авантюру. Было видно, что сегодняшние показатели продаж её очень радовали, но и отвертеться от безденежного месяца я не мог. — В конце дня ты получишь ответ. Не сдержишь слово — мои Таски найдут тебя в любом уголке кибер-города. Понятно? — она поводила пальцем по своему планшету, делая там какие-то заметки. Но это уже было неважно. Я поблагодарил её за проявленное великодушие, и леди перешла к другим магазинам, оставив ошарашенного меня на попечении не менее ошарашенного Тома. — Джо, ты понимаешь, что это невыполнимая задача? Она тебя точно уволит. — он схватил меня за плечи, смотря прямо в глаза. Я не мог ничего ему ответить, так как ещё не отошёл от пережитого ужаса. Сквозь белый шум толпы был еле слышен его тихий голос: — Ты дрожишь. И правда, всё тело трясло, но какое бы у меня ни было состояние, необходимо продолжить работать. Ещё вчера я думал, что не проживу до конца дня, а сегодня мне дважды улыбнулась удача. Я не то что должен, я обязан выиграть это пари и утереть нос и Таскур, и Чарли, и Грэбу, всем, кто не верит в меня. Я ещё добьюсь успеха! Я стану большой шишкой всех продаж! — Всё невозможное возможно, Том. Я справлюсь, вот увидишь. В крайнем случае, не поминай лихом, — я ухмыльнулся. — Идиот, — он одёрнул руки и, пожелав удачи, направился в сторону своего рабочего места. Ну что же, пора продолжать работу. Я метался из магазина на улицу и обратно, листовки стремительно кончались, я был вынужден просить у Чарли ещё. Мне показалось это достаточно странным, но когда я взглянул на его лицо, оно было размытым. Перегрев оптики? Что-то сломалось? Нужно будет посетить программиста, если мой код доживёт до завтра. Чеки разлетались в каждые руки, витрины пустели, а очередь не убывала. Если бы не угроза моему существованию, то остаток дня я бы провёл в сказочном восторге, в каком никогда не был. Я даже успел представить, как проставляюсь перед ребятами в гриле, оплачивая общий счёт. Несколько часов я работал исключительно перед магазином, поэтому, когда до конца рабочего дня оставалось не так много, не заходил в само здание и даже не оборачивался в его сторону. По подсчётам там должны были остаться считанные граммы сахарной продукции. Очередь начала расходиться, количество покупателей снижалось, и в какой-то момент улицы опустели, включились фонари. Рабочий день подошёл к концу. Занавес. Разум словно проснулся ото сна. Ноги начали непрерывно дрожать, и, не совладав с ними, я упал на колени. Опустевший взгляд был направлен на упавшую листовку магазина. Глянцевая поверхность небесно-голубого флаера сверкала в свете фонарей и неоновых вывесок. Это и было чудо, дарованное мне неизвестным телефонным собеседником? Моё тело выполняло приказы, мои ли? Или я подцепил какой-то вирус при общении с Майком? Пфф, вирус? По стационарному телефону? Не смешите, пожалуйста. Но как тогда объяснить ощущение одержимости? Так или иначе, это помогло мне набрать… погодите, а сколько я заработал? В гуще событий я даже перестал вести итоговый подсчёт всех выписанных чеков. Поспешно поднявшись, я направился в магазин. Некогда приторно пахнущее сахаром помещение теперь имеет только сладковатый шлейф от пустых полок и прилавков. Белые кристаллики были «сладким» напоминанием о моих сегодняшних деяниях. Чарли стоял за кассой и радостно смотрел на целую кипу пробитых чеков. Увидев меня, он засмеялся. — Надо почаще сюда звать вашу главную. Как она тебе твои шестеренки-то вправила, диву даюсь. — Сколько было заработано, сэр? — я замер в ожидании конечной цифры, или хотя бы хоть какого-то намека. — Иди сам взгляни. — в его голосе больше не было токсичности или презрения. Я с опаской, но стремительно подошёл к кассе и взглянул на итоговые цифры дня. От переизбытка переживаний я точно скоро отправлюсь на утиль. Не хватило ста Т-баксов. — Нет, нет, нет, НЕТ, НЕТ, НЕТ! — я уже было хотел биться головой о стену, рвать свои бесцветные волосы, вызывать множественные глюки. Не хватило буквально чертовой сотки! Какого..! — Пробейте, пожалуйста, — к кассе подошёл тот самый рекламщик, на которого ещё утром меня хотели поменять, и которого лично я готов был пустить на пиксели. Он протягивал пачку драже с «Пиписами». В моменте я замер, наблюдая, как мощная волосато-ухоженная рука сканирует штрих-код с синей упаковки, как несколько купюр кладутся на стол, и печатается чек на сто Т-баксов. Получивший коробку пиармэн огибает кассу, чтобы подойти ко мне и протянуть сладкий приз за сегодняшнюю борьбу. — Я ещё никогда не видел, чтобы хоть кто-то так воодушевленно и прекрасно выполнял свою работу. Желаю успехов, Джордж, — он покинул помещение. — И что, увольняют тебя, или нет? — с неподдельным интересом спросил Чарли, осматривая полки и начиная наводить порядок на них. — Я не знаю. — в моём ответе не было никаких эмоций. Ни горечи, ни счастья. Светочи назвали бы это «выгоранием». Всё, что можно, сделано. Теперь осталось только ждать ответа от Таскур. Я сел на стул у кассы, рассматривая упаковку дражейных конфет. А я ведь даже их не мог себе позволить. Интересно, когда позвонит Майк? Знает ли он о моих результатах? Интересно, кто он все-таки такой? Вирусный объект? Пиарсона, сумевшая избежать наказания? Сама Таскур? Королева??? У меня даже нет разумных предположений, кто из жителей кибер-города мог бы, во-первых, настолько хорошо разбираться в продаже, что смог обучить меня за одну ночь работать правильно, и, во-вторых, использовать стационарный телефон? Я бы сказал, что слукавил, сказав «обучил». Это больше похоже на… осознанный гипноз? Не знаю. Не всеми действиями управлял я: к кому подходить, какой чек выписать, какой товар вписать, не ошибался в цифрах, с Томом и Таскур общался я. А кто общался с покупателями, и какие волшебные фразы им были сказаны, раз всё содержимое их кошельков оказалось в кассовом аппарате магазина, я не представляю. Зазвенев дверным колокольчиком, внутрь ворвался Том, бегло осматривая пустоту на полках и разыскивая меня. — Тебе пришло сообщение? — впопыхах спросил он. — Не знаю? Я судорожно начал искать мобильник по карманам, и понял, что оставил его снаружи в кейсе. Выйдя и достав аппарат, я видел уведомление от Таскур. Текст гласил лишь «Итоги проверки». На пару секунд я застыл на месте. Момент истины, в который не верилось до последнего. Я открыл его. Кислотные буквы выжигали на черном фоне: «Вы прошли проверку».